Глава 21 · Кассета

Кара

Я вышла из машины и тихонько прикрыла дверь.

Прохладная сегодня ночь, ясная, но прохладная. Стоило бы потеплее одеться. Ну ладно, ничего страшного, я не надолго.

Сжала пальцами пистолет, поправила нож. Пора посмотреть, кто там такой.

Страшно конечно было, жуть.

И в самую первую очередь — я боюсь саму себя.

Кем я становлюсь, когда только думаю о таких вещах? Что со мной происходит? Загадка.

Недолго поразмыслив, я подошла к дому, прошла мимо цветущих клумб и подошла к двери.

В окне не было силуэта. Никто не сидел на диване, не свисал ноги и не укрылась пледом, смотря телевизор или засыпая с пультом в руке.

Просто тишина.

Это меня немного насторожило, но я дернула ручку. Странно, но отрыта.

Темно, никого нет. Мурашки по спине, пальцы похолодели.

Это вызывает больший стресс, чем я думала.

Соберись, Кара, иди дальше.

Пол был скрипучий, я сделала несколько шагов и в этой тишине этот скрежет был словно через колонки высокой громкости.

Я сняла ствол с предохранителя, а затем услышала:

— Папа, я хочу еще сказку, ну расскажи мне сказку, — говорил ребенок.

— Не сегодня, сегодня уже пора спать, — послышался мужской голос откуда-то из далека.

У меня сердце остановилось. Я мгновенно развернулась и вышла за дверь. Прикрыла ее так же, как она была.

Спустилась по ступенькам и просто застыла. Господи… Нет. Я не такая.

Мама же сказала…

Наглая врунья, как я вообще могла ей довериться? Как? Правильно говорит Артур, не стоит. Слышь, а не слушай. А лучше и слушай и слышь.

Черт.

Нет, я не лишу ребенка родителя. Ни в коем случаем.

Меня саму лишили папы и я так не поступлю. Я помню, как часто спрашивала у мамы, когда он придет, когда будет такое, что он вернется, но она лишь молчала или переводила тему. У меня сердце кровью обливалось. Я так не смогу.

Если я буду знать, что это моя вина, никогда себя не прощу и вообще сойду с ума.

А затем дверь открылась снова.

— Кхм, кхм, — прокашлялся он.

Мерзкий, противный, отталкивающий, пялился на меня, как на кусок мяса.

Высокий лысый мужчина, держащий в руке кассету и нажимающий на кнопку. Одновременно с тем, что наставлял на меня ствол.

— Папа, я хочу еще сказку, — послышалось их кассеты.

Черт. Меня провели.

Я, не теряя ни секунды, повторила его действие. Он у меня на мушке.

— Девочка, ты так наивна, — сказал он с усмешкой и сделал шаг вперед.

Я приподнял пистолет выше.

Он ниже, на меня.

У меня все. Я забыла как дышать и не понимала, соображаю ли вообще. Перед глазами бы потемнело, если бы не бушующий в крови адреналин. Он кипит, разгоняется по жилам, я чувствую.

Все затуманилось.

Я только смотрела на этого бугая, пока он стоял на месте и нагло ухмылялся мне в лицо. Такой взгляд говорит только об одном — мне хана. Мне крышка.

Я даже не знала, что на это сказать.

Моя мать послала меня сюда, чтобы ликвидировать ее бойца пока он спит, меня, пиголицу, которая прежде не причиняла людям вред. На что она надеялась? Что я сразу стану самым главным садистом столетия? В этом преуспел только мой брат. Но как там говорят, убийства по наследству передаются. Вот тут да. Но все равно. Мама думала, что я смогу? Серьезно? Она настолько в меня верила или наоборот решила меня поздравить? Убрать со своего пути не своими руками.

Я точно была наивна и самоуверенна. Подумала, что мне все горы по колено. Идиотка. Просто глупая идиотка. Черт. Я попала.

Сама не поняла, как пропустила то, что еще двое мужчин подошли ко мне сзади и еще один сбоку. Все с оружием. Я одна. Они огромный, я метр шестьдесят. Метр с кепкой, как называл папа. Как мне им противостоять?

Как мне противостоять тем, кто так подготовлен? Что вообще за подстава? Это мама захотела сделать моей проверкой? Проделать во мне дырки и положить меня в деревянный ящик.

Черт. Нет, мой гроб еще шелестит в лесу.

Я им не сдамся, только вот проблема, один из них уже прижал дуло к моей спине и тихо прошептал:

— Опусти оружие, будь хорошей девочкой.