-49-

Несмотря на то что роды прошли легко и с детьми всё было в порядке, сразу домой нас не отпустили, как того хотел Егор. Сергей велел остаться, чтобы он мог понаблюдать за состоянием меня и мальчиков.

Мальчики в пелёнках с розовыми единорогами сопели в маленьких кроватках, периодически смешно кривя личики. Похоже, что были недовольны сменой места жительства.

— Обед для мамочки, — медсестра Катя, помогавшая принимать роды, вкатила в палату столик, заставленный боксами с едой.

— Отлично, я голодна как стадо волков, — резко попыталась сесть и тут же прекратила попытку.

—  Я помогу! — Егор придержал меня, помогая сесть.

Осторожно с пониманием, подпихнул мне под спину подушку.

— Приятного аппетита, а потом я зайду и покажу, как кормить грудью.

— Спасибо, — поблагодарила её, до сих пор не понимая, она оборотень или не оборотень, только знает о них.

— Я сейчас, — муж вышел следом за медсестрой и его не было где-то минуту.

За это время я успела осмотреть, что принесли, и поняла — еда вовсе не больничная. Всё было домашним и много именно моих любимых блюд.

— Как ты тут? — с улыбкой спросил Егор, вернувшийся в палату.

— Откуда еда? Не больничная ведь, — этот факт вызвал у меня безотчётную тревогу, хотя боятся было нечего и опасаться некого.

— Это мама привезла, я сообщил им уже, что нас стало больше. Что ты будешь? Есть твой любимый тартар, — Егор взял со стола небольшой контейнер и, открыв его, тут же потянулся за вилкой.

— Кормить меня будешь? — удивилась я.

— Конечно, я накормлю тебя, ты накормишь наших сыновей, — супруг поднёс к губам мою любимую закуску, глядя на меня с такой любовью, что я не нашла лучшего момента для признания в ответных чувствах.

«Я люблю тебя» — подумала я, открыв рот для тартара.

— Да неужели, — муж так и не дал мне поесть.

Откинул всё на стол и прильнул к моему рту губами, тараня языком. Поцелуй был жадный, пропитанный благодарностью, желанием и тоской. Последние недели беременности я Егора к себе вообще не подпускала, он меня дико раздражал. Так бывало, что убить его хотелось, а теперь захлестнули нежнейшие чувства к этому самодовольному наглецу, вероломно изменившему мою жизнь без всякого спроса. Отцу моих сыновей. К самому лучшему на свете...

— Теперь я счастлив в кубе, — объявил Егор после умопомрачительного поцелуя.

Мой обед затянулся. Я была голодна, столько вкусного наготовила Аня и Егор кормил меня с ложки. Разомлев от такой заботы, и беззаботности, я полностью успокоилась. Даже не вспомнила о кормлении детей, пока мальчики спали и их ничто явно не беспокоило.

Но вот в кроватке первым завозился Максим. Он готов был расплакаться, но Егор успел взять сына на руки. Делал он это уже профессионально, набравшись опыта общения с младенцами, когда рождались его младшие братья.

— Это у нас кто тут такой голодный? — спросил муж у малыша, с нежностью разглядывая не самое симпатичное личико новорождённого.

— Разве не видишь, что это Максим? — спросила его удивившись.

— Нет, слишком маленькие, да и не обратились ещё, чтобы волк мог различать по запаху, — Егор осторожно достал из-под пелёнки ручку сына и подсмотрел время рождения на бирке. — Точно, Максим.

— На кроватке тоже есть. Зачем ты его развернул? У меня так не получится обратно запеленать, — ворчала я, нервничая ещё и потому что медсестры всё не было.

Муж передал мне ребёнка, и я замерла с ним на руках, прижимая к груди своё персональное маленькое чудо. Ещё больше теперь не понимая, как Дарья смогла выставить меня тогда на трассе. Наверняка она вот так же держала меня у сердца, забывая дышать от нахлынувших чувств. Понять не могла её поступка, только убедилась, что поступила правильно, оставив ту женщину за границами своей жизни.

— Ну, корми его, чего ты ждёшь? — подгонял Егор, нервничая вместе с голодным сыном.

— Я не умею, я Катю жду, — шепнула, стараясь не напугать малыша. — Позови её.

— Не могу. Нет её. Что там уметь? Достань грудь и дай её, всё так просто.

Советы от нервного мужа — это не то что мне было нужно, но я послушалась. Достала грудь и попыталась дать Максиму. Только он захватывал её, без толку мусолил и начинал хныкать.

— Что-то не так, он не может, — я занервничала, готовая расплакаться вместе с сыном.

— Сейчас, — Егор шагнул к умывальнику, тщательно вымыл руки и склонился над нами.

Зажал сосок и с силой его прокрутил, так что у меня внизу живота кольнуло от боли.

— Что ты делаешь? Больно же, — зашипела на мужа, глаза вмиг наполнились обидными слезами.

— Бывает, — хмыкнул муж на манер свёкра и ловко вставил затвердевший сосок сыну в ротик.

Я ахнула от неожиданной силы, с которой малыш наконец-то присосался к груди и успокоился.

— Как ты это сделал?

— Ну, опыт, детка.

В палате стало тихо, мы с мужем как заворожённые наблюдали за Максимом, пока он не уснул на груди. Егор осторожно взял его на руки и переложил в кроватку.

— Кажется... Разве его не надо столбиком подержать? — спросила у мужа с сомнением. — Вот куда делась медсестра?

— Она Арчи повезла домой, он уже часов семь в машине сидел, — объяснил Егор.

— Ой, я и забыла про него совсем. А Аня не могла его забрать, когда еду привозила?

— Они с папой ещё здесь. Ждут первой встречи с внуками, — улыбнулся супруг.

— Тогда зови их, твоя мама наверняка лучше разбирается как нужно.

Муж позвал родителей, первым зашёл Олег Евгеньевич, опешив от цвета пелёнок.

— Это девочки?! — вскрикнул с особой радостью.

— Пап, ты чего? Я же говорил, что сыновья, — напомнил отцу Егор.

— Опять пол определяешь по пелёнкам? — спросила у мужа, зашедшая в палату Аня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Это больничные, — объяснила я. — А что значит опять?

— Когда родилась Лаура, её завернули в голубое одеяльце. Надо было видеть горе Олега, решившего, что у нас родился сын вместо обещанной дочери.

— Так странно, одни мальчики рождаются, — озвучила я свои давние мысли, с улыбкой.

Ведь в семье Аристовых помимо Лауры, из девочек была только дочь Сергея Анжелика. Все остальные мальчики. Как-то не придавала я этому значения раньше, считая лишь забавным совпадением.

Никто на это ничего не ответил внятного. Все стушевались, переключая внимание на Максима с Сашей. Несмотря на этот странный момент, родители Егора очень кстати оказались за дверью. Особенно мама. Она показала, как нужно правильно обращаться с поевшим малышом, и перепеленала Максима.

— Отличное продолжение стаи, — Олег Евгеньевич похвалил не то меня, не то Егора.

— А этого соню будить пора, иначе начнёт терять вес, а ты не будешь отдыхать. Старайся ухаживать за ними одинаково. Чтобы они спали в одно время, иначе двадцать четыре часа будешь возле них прыгать, — с нежностью во взгляде посоветовала Аня.

— Спасибо, я постараюсь.

Родители Егора довольно быстро ушли, не пробыв в палате дольше десяти минут. После их ухода я последовала совету Ани. Егор разбудил Сашу и я его накормила, получив ещё одну дозу невероятных, самых лучших чувств на свете.

Первые сутки супруг от меня вовсе не отходил. Помогал мне, кормил с ложки и возился с детьми, покоряя моё сердце всё сильней.

По возвращении в дом Аристовых-старших, нас ждала вся семья. Лаура с округлившимся животиком, почтила нас своим присутствием. Брак и приближающееся материнство повлияло на сестру Егора. Она стала спокойней в сто раз и даже можно было назвать её милой. Но большую радость мне доставила Ксюша с Русланом и Викой. Их появление в доме было для меня настоящим сюрпризом. Видно было, что никто не против выбора Руслана. И я была уже скорей рада за подругу, чем против этого союза.

Эта встреча меня и мальчиков стала очень значимой. Она позволила почувствовать мощную силу стаи, основа которой семья, верность и преданность. И в ней нет места предательству, здесь своих не бросают, и каждый важен, даже если ничего не может дать кроме проблем. За него будут рвать до последнего, так же как и за себя.