Глава тринадцатая
Просыпаться под доносящуюся с кухни музыку и запах выпечки было непривычно и страшно. Саша с опаской выглянула из-под одеяла, вспоминая, что сама же вчера оставила Корнева у себя.
Накинула халатик, который едва прикрывал попу, сунула ноги в пушистые тёплые тапки и осторожно потопала выяснять, что происходит.
Стас стоял спиной, полностью увлечённый процессом.
— Проснулась? — не оборачиваясь, произнёс он. Значит не так и увлечён.
— Нет. Хожу во сне, — буркнула Саша и плотнее закуталась в халат. Корнев был слишком бодр.
— Что это? — опасливо ткнула пальчиком в румяную на тарелке выпечку.
— Овсяно-банановые маффины, — без гордости и пафоса произнёс Стас, словно каждый день готовит на этой кухне нечто подобное.
Саша недоверчиво прищурилась.
— Пришлось сходить в магазин, — пояснил он. — А это глазунья с беконом, ничего выдающегося.
Журналистка ощутила неловкость.
— Скажешь, сколько должна, — как можно равнодушней произнесла она и хотела скрыться в ванной, но ловкий Корнев поймал за руку.
— Ничего не должна, — серьёзно произнёс он, глядя в глаза.
— Тогда прекрати пытаться произвести впечатление, — недовольно произнесла Саша.
Стас усмехнулся и разжал руку.
— Не пытаюсь. Это последний путь, ведущий в никуда. То, что я готовлю, забочусь о себе, ещё не показатель. Я делаю это каждое утро и вечер. Привык так жить. Да-да, не удивляйся! Было бы неловко, согласись, приготовить только на себя. Ты бы так поступила? Я готовлю, потому что хочу есть. Я убираюсь дома, потому что не хочу дышать пылью, я стираю свои носки и не бросаю, только потому, чтобы не воняли по углам. Я всегда забочусь исключительно о себе. Никакого впечатления, Калина.
Саша не нашлась с ответом, испытывая странное разочарование. Нет, она хотела бы, чтобы ей вот так готовили завтрак, но никогда в этом не признается. Стас старается быть вежливым, лишь потому, что она оказывает услугу, не стоит забывать об этом.
— Я поняла. Раз ты такой эгоист, сделай тогда себе ещё чашку кофе и мне заодно.
Корнев беззвучно рассмеялся и отвесил шуточный поклон. Саша всё же скрылась в ванной, желая привести не только тело в порядок, но и мысли.
Она приняла душ, заплела волосы в косу и надела футболку с шортами. Оглядела себя в зеркало, пожала плечами, мол, сойдёт и вышла.
Стол уже был накрыт. Стас задумчиво пил кофе, глядя на довольно урчащих кошек.
Саша вскинула бровь.
— Они так просили, — оправдался Корнев. — Я скормил им всего одну баночку консервов, ты же не убьёшь меня за это?
Саша усмехнулась и села за стол. Предательницы закончили есть и теперь довольно умывались.
— Что с машинами? — решила сменить тему.
— Скоро приедут.
— Уже водителей послал? — удивилась Калинина и с удовольствием отхлебнула дымящийся кофе.
— Ага, — кивнул Стас. — Слушай, а давай на яхте покатаемся? Погода отличная…
Саша поморщилась.
— Это обязательно? Я сегодня хотела дома побыть… Убраться, сделать некоторые дела, — почитать, мысленно добавила Саша и просто побыть в одиночестве.
Стас расстроился, но виду не показал. И как идти на контакт с этой женщиной? Что нужно сделать, чтобы она обратила на него своё внимание? Быть собой. Да, это единственно верный способ.
— Не обязательно, — кивнул Стас. — Я пойду, не буду тебя отвлекать, — произнёс без насмешки, задумавшись.
Саша не понимая разглядывала полную тарелку, к которой Корнев даже не притронулся и задавалась вопросом: что она сделала не так? Или он настолько раним? Тонкая душевная организация? Только не хватало сопли кому-то подтирать.
— Я не… — начал было она, поднявшись, но мужчина внезапно искренне улыбнулся.
— Нормально всё. Я просто кое-что вспомнил. Извини, надо бежать. Позавтракай обязательно, — он уже надел обувь и подхватил пиджак. — Как машину пригонят, тебе позвонят.
— Хорошо… — растерянно произнесла Саша и подошла, чтобы закрыть за ним дверь.
— Спасибо, — Стас неожиданно наклонился и поцеловал в щеку. Вот так новость! — Увидимся, Калина, — махнул на прощание и быстро скрылся за дверью.
Саша закрылась на замок, пытаясь понять, почему ей настолько не по себе. Словно сделала что-то не так. Вроде осталась одна дома, как и хотела, но аппетит совершенно пропал, как и желание что-то делать. Громко застонав, упала на диван, где ещё недавно спал Корнев и включила «плазму».
***
Мало того, что выходной прошёл отвратно… Да-да!.. отвратно! Так хотела остаться в одиночестве, закутаться в плед и с удовольствием почитать… А в итоге занималась рефлексией и снова писала блог. На тему: «Сто лет одиночества», нет, не по книге, просто название подходящее.
В общем, день прошёл уныло, а сегодня снова выпала уникальная возможность поработать за Антропову. Затопило несколько улиц Алексеевского района, и Саша сначала неслась туда к начальнику коммунальных систем, потом опрашивала рабочих, чтобы выяснить причину прорыва канализации, потом… мокрая пыталась привести в чувства замшевые черные туфли. Кто вообще надевает такую обувь на место затопления? Надо бы запастись ластами…
Теперь вот не жалея пальцев приходится стучать по клавишам, чтобы успеть к вечернему выпуску. Орлову удалось заснять небольшой материал, надо с Серёжей обсудить детали монтажа…
И такая дребедень целый день: то тюлень, то олень… То Корнев.
Саша скептически посмотрела на дисплей смартфона и поморщилась. В принципе её рабочий день закончился пятнадцать минут назад можно уделить время «жениху». Хотя бы по телефону.
Правела пальцем по экрану и приложила телефон к уху.
— Да?
— Привет, — раздался знакомый мягкий голос. Странно, но слышать его приятно. Как бы Калинина не упрямилась, но маленькая девочка внутри тихо радовалась. — Есть отличная возможность официально выйти в свет, как пара. Завтра днём меня пригласили в первую клиническую детскую больницу, как гостя. Устроили небольшой праздник, чтобы поблагодарить. Дело в том, что я регулярно их спонсирую, а они мне исправно шлют отчёты и демонстрируют результаты своей работы. Будут журналисты…
— Я не знаю, — призналась Саша, водя ноготком по столу. Появится на публике вместе… Объявить о помолвке, изображать счастливую пару…
— Саш… Больные детки будут читать мне стихи, дарить свои подделки и рисунки. Мне всегда тяжело давались такие мероприятия. Я не такой железобетонный, как тебе кажется… — в голосе чувствовалась мольба.
Саше показалось, что это завуалированная просьба поддержать. Смогла бы она сама остаться хладнокровной и невозмутимой в присутствии больных детей, которым хочется помочь больше, чем можешь, и считаешь, что не заслуживаешь благодарности?
— Хорошо. Во сколько начало?
— В два часа, после обеда. Я заеду за тобой… Ой! А с работы ты сможешь отпроситься? — спохватился Корнев. Саша усмехнулась.
— Смогу, — ответила и отключилась. Теперь можно доделать работу и ехать домой.
Выключить компьютер, собрать сумку… Погасить свет. Попрощаться с коллегами.
Саша почти перешла улицу, как замерла. Опасно это делать посреди дороги, хорошо не проезжая часть, а двор. На той стороне стоял Корнев с цветами и смешным плюшевым зайцем. Делать нечего, пришлось подойти.
— Привет, — улыбнулся он и протянул игрушку. — Это Клёпа. Он сообщил мне, по секрету, что хочет жить у тебя.
Саша не смогла сдержать улыбки и приняла Клёпу. Он вкусно пах, почти как мужчина его подаривший.
— А цветы тоже просились ко мне жить? — спросила она, выгнув бровь.
Стас почесал затылок.
— Ну… Собственно, это Клёпа настоял. Говорит к девушке без цветов… Не комильфо.
— Так и сказал?
— Так и сказал, — подтвердил Корнев и внезапно обнял. Прижался к волосам и сделал глубокий вдох.
— Ты чего? — насторожилась Саша и попыталась освободиться. Мужчина не стал удерживать.
— Ничего, — горько усмехнулся он, и сунул руку в карман джинсов. — Давай поужинаем вместе?
Калинина мысленно вздохнула. Хотела держаться от него подальше, слишком уж с ним всё непросто и непонятно, а Корнева словно магнитом тянет. Но отказать сейчас было бы вверх наглости.
— Давай, — согласилась она, как можно беспечней.
Стас поспешил обойти машину и распахнуть перед журналисткой дверь, испытывая и радость и разочарование одновременно.
Так ждал этой встречи… Сутки показались вечностью. Думать толком ни о чём не мог, только о подозрительных ко всему каре-зелёных глазах. Ни бассейн, ни спортзал не помогли расслабиться и забыться. Вечером понесло с Чёрным в клуб…
Думал, хоть там отдохнёт. Познакомился с красивой девочкой, угостил напитком, говорил комплименты, шутил, а в последний момент передумал. Стыдно стало. Вроде ведь ничем Калининой не обязан, но ведь они играют пару…
— Чем занимался вчера? — голос журналистки выдернул из размышлений.
— Бегал, — усмехнулся он и завёл машину. Посмотрел на журналистку и улыбнулся. — Ходил в бассейн, а ещё на лазерное шоу, а вечером в клуб. Попил пивка с Максом, но без энтузиазма. Потом до четырёх утра смотрел «Энимал плэнет». А ты? Сделала, что планировала?
Саша прищурилась. Кажется, Корнев говорит правду и даже не пытается показаться хорошим и что-то утаивать, но всё равно в душе что-то кольнуло. Наверное, упоминание о клубе.
— Давай лучше сменим тему, — предложила она и включила радио. Вряд ли получится так же виртуозно ответить как Корнев и не упасть в его глазах. Что она весь день страдала… бессмысленной фигнёй, признаваться не хотелось.
Стас выбрал Китайский ресторан и заказал суп с морепродуктами, утку по-пекински и сладкие ролы, после чего спросил мнение Саши.
Она усмехнулась и кивнула.
— Можно мне ещё чай. Или ты уже заказал?
Стас поморщился.
— Прости. Я сегодня какой-то рассеянный…
— Что-то с отцом? — спросила Саша и поджала губы, сознавая нелепость этого вопроса.
— Проходит обследование и подготовку перед операцией. Не так просто найти донорскую печень без очереди. Даже в Израиле… Саш?
— Ум? — Калинина отодвинула меню, внимательно посмотрев на Корнева.
— Сегодня прилетает моя мать… Ты не могла бы поехать со мной в аэропорт, а потом немного задержаться? Понимаешь, я не хочу с ней сейчас оставаться наедине. Она-то уже мысленно похоронила отца и начнёт давить на то, чтобы я вернулся. Боюсь, что не сдержусь, а она знаешь, как импульсивная…
Калинина вскинула брови.
— Странная просьба. А чем я могу помочь? Моё присутствие способно её остановить?
— Да. Мама постесняется говорить на такие темы при постороннем человеке. Она очень бережёт свою репутацию безупречной леди. К тому же, узнав, что мы собираемся… пожениться, перестанет меня сватать. Знаешь, как я уже устал от звонков с неизвестных номеров и «внезапных» встреч. Только вчера, она предлагала вместе встретиться с одной её приятельницей в Москве, у которой есть незамужняя дочь…
Саша криво ухмыльнулась.
— Ну, что подделать, если ты завидный жених.
— Издеваешься? — прищурился Стас.
— Вовсе нет, — добродушно ответила она. — Сочувствую.
— Больше похоже на иронию, — мужчина сегодня явно был не в духе. Саше просто по-хорошему стало жаль его. Столько забот свалилось на Корнева, а он ничего — молодец, держится.
— Поесть-то успеем? — вот теперь иронично спросила она.
Стас облегчённо улыбнулся.
— Успеем. Самолёт прибывает в десять.
— Тогда, приятного аппетита, — улыбнулась Саша и благодарно кивнула официантке, которая выставляла на стол блюда.
***
До аэропорта ехали почти молча, слушая радио. Когда включили песню Корнева, Саша сама прибавила громкость.
Стас бросил удивлённый взгляд, но промолчал.
— А я в школе «Руки вверх» слушала, — внезапно произнесла журналистка. — Тогда все слушали. Правда, мне быстро надоело. А дома у бабушки — матери моего настоящего отца, к которой меня привезли впервые, я услышала Амстронга на стареньком патефоне. Помню, как зависла возле него и не могла оторваться. Так понравился, представляешь?
— Забавно, что тебе вообще понравился джаз. Девочки в юном возрасте такие наивные, мечтательные, им нравятся песни о любви и нежные голоса…
— Как у тебя? — съязвила Саша.
— А у меня нежный голос? — не растерялся Корнев.
Калинина закатила глаза. Ехать стало веселее. Вместе подпевали песням, которые знали. Всё-таки что-то Саша слышала уже не раз. Стали кривляться и двигать руками в такт…
А когда приехали в аэропорт, Стас взял Сашу за руку и повел к терминалу.
Калинина волновалась, словно действительно знакомится с потенциальной свекровью, только тёплая ладонь Стаса успокаивала.
— Спасибо, — шепнул он и скользнул губами по щеке. — Ты очень вкусно пахнешь…
Саша не знала, как реагировать, а щёки уже предательски вспыхнули. Но вот стройная блондинка в красной юбке и белой блузке приветливо махнула рукой и уверенно направилась к ним.
«Неплохо…», — подумала Саша, разглядывая молодую не по годам женщину.
Не сказать, что Марьяна, произвела плохое впечатление. Она открыто улыбалась и вела себя приветливо, но что-то Калининой подсказывало, что всё это напускное. Может, то, как холодно держался Стас, а может, дело в хитром блеске голубых глаз…
— Стася представил вас Саша, как свою невесту. Это правда? — обратилась женщина, пока направлялись к машине. Стас, который Стася, молча кивнул, продолжая катить гламурный красный чемодан на колёсиках.
— Мы пока ещё серьёзно ничего не планировали, — замявшись, произнесла Саша. — Так, планы на будущее…
— Но колечко-то вам уже подарили, — лукаво заметила «свекровь».
Калинина машинально бросила взгляд на кольцо и отчего-то улыбнулась.
— Да. Стас очень внимательный, — а вот тут даже не соврала. И, правда, ведь внимательный.
— Это очень неожиданно, — как можно спокойней произнесла женщина, дожидаясь, пока Стас откроет багажник и погрузит вещи. — Почему ты мне не сообщил? — укоризну в голосе скрыть не удалось.
— Сюр-приз! — натянуто улыбнулся мужчина и распахнул для матери дверь.
— Нет, Стася. Я езжу только впереди. В моей юбке не положено быть сзади, — двусмысленно намекнула она и грациозно села вперёд.
— Нормально всё, — улыбнулась Саша, видя, что Корнев уже готов взорваться. — У меня нет юбки как у твоей матери, — она подмигнула и села назад.
Всю дорогу пришлось слушать рассказы Марьяны о заграничной жизни. Какие вечера она успела посетить, что произошло в жизни их общих знакомых и так далее.
Саша почти не слушала, благо её не пытались вовлечь в разговор, пока речь не зашла о некой Веронике.
— … а вот Вероника, кстати, закончила юриспруденцию и теперь работает в крупной фирме. А кем Саша вы работаете? — прозвучало как сравнение, или даже вызов. Калинина усмехнулась и хотела ответить, но Стас опередил.
— Юристы, мама, нынче не в моде. А Саша главный редактор печатного издательства «Невский дом»…
Тонкие бровки Марьяны сошлись в переносице.
— А как вы говорите, ваша фамилия? Не Калинина случайно?
Саша удивлённо кивнула.
— Мой… бывший супруг как-то рассказывал о вас…
— И что рассказывал? — заинтересовался Стас.
— Рассказывал, как о талантливом и подающем большие надежды журналисте. Говорил, что вы и в огонь, и воду…
Корнев усмехнулся и хитро посмотрел на журналистку в зеркало заднего вида.
— Так и есть, мама. Саша такая, — с гордостью произнес он.
— Но журналисты тоже не «в моде», — коротко заметила женщина и замолчала, отвернувшись к окну.
Перед домом Корнева, Саша замялась. Страшно ступать в чужую обитель. Это как перевернуть страницу книги, не зная, что там ждёт. Ну, раз уж дала обещание поддержать,… делать нечего.
Чего уж точно Калинина не ожидала увидеть, поднимаясь в хромировано-стеклянной кабинке лифта, элитной девятиэтажки, так это милую и по-домашнему уютную квартиру. Так и не скажешь, что тут обитает холостяк. Не просто холостяк, а очень занятой холостяк.
Саша сняла обувь, дождалась, пока разденется «свекровь» и неуверенно прошла на кухню. Очень… тёплую кухню. Шторы вместо холодных жалюзи, салатовый цвет кухонных панелей, картина с подсолнухами на стене…
— Ты сам… занимался интерьером? — вопрос вырвался случайно.
Стас не успел ответить.
— А разве, Саша, вы у Стаси не были дома? Я думала, у вас серьёзные отношения, — сияя улыбкой, заметила Марьяна.
Саше стало не по себе.
— Мы как-то… привыкли встречаться на моей территории.
— В этом нет ничего такого, — поддержал Стас и жестом пригласил присесть за круглый стеклянный стол.
— Я, пожалуй, вымою руки с дороги и переоденусь во что-нибудь домашнее, — произнесла женщина и удалилась в ванную.
— Помочь? — обратилась Саша, наблюдая, как Стас разогревает еду и достаёт тарелки.
— Да, можешь, пожалуйста, нарезать зелень и достать из холодильника соус.
— Без проблем, мой капитан, — усмехнулась она, и закатал рукава рубашки.
Стас внезапно остановился.
— Прости, что втянул тебя в это…
Саша вздернула бровь.
— Брось, Корнев. Поздно пить боржоми. Мы так запутались уже, что нет смысла поворачивать назад. Давай уже дойдём до финала?
— Смотря, что ты подразумеваешь под финалом, — недовольно произнёс он.
— Ну, уж точно не смерть, — усмехнулась Саша, вымывая зелень. — Просто эта история рано или поздно подойдёт к своему логическому завершению. Ты так не считаешь?
Стас задумался.
— Или станет началом другой истории.
Саша так удивилась, что чуть не порезалась.
— Я не думала в таком ключе, — призналась она.
— А ты подумай, — прошептал Корнев.
Калинина уже намеревалась ответить нечто язвительное, но на кухню вошла её сиятельство — мама.
Если это элегантное платье, больше похожее на вечернее, она считает чем-нибудь домашним, то им с Сашей не о чем разговаривать.
— Как вкусно пахнет, — протянула женщина и села за стол. На Сашино место. — Ой, а ты знаешь, Вероника полгода назад окончила кулинарные курсы. У неё есть группа в «инстаграм», ты бы зашел, посмотрел.
— Обязательно. Как будет время, — буркнул Корнев и стал выкладывать блюда на стол.
Женщина, кажется, даже не услышала его.
— А вы, Саша, готовите?
Калинина улыбнулась, уже понимая, с какой змеёй познакомилась. Стоит произнести неосторожную фразу и можно отравиться ядом.
— К сожалению, с готовкой у меня не заладилось…
— Как жаль! — притворно вздохнула женщина. — Для мужчины важно, чтобы женщина умела готовить.
— Не в моём случае, — сухо отрезал Корнев. — Смею заметить, что я сам окончил кулинарные курсы и считаю, что двум поварам не ужиться на такой тесной кухне. Меня полностью устраивает, что Саша любит свой дом и содержит его в чистоте. К тому же, она очень домашняя, что для меня немаловажно.
Марьяна отмахнулась от него, как от назойливой мухи.
— А, ерунда. Все женщины должны уметь заботиться о своём мужчине…
Корнев уже раскрыл рот, чтобы ответить, причём не очень вежливо, как вмешалась Саша.
— Марьяна, вы абсолютно правы, но ограничиваться только готовкой не стоит. Во всём следует соблюдать баланс. Я скорее не готовлю из-за нехватки времени, но сейчас его стало больше и я исправлюсь. Очень похвально, что вы так заботитесь о своём сыне, — она обворожительно улыбнулась и украдкой подмигнула Стасу.
— Кушай, мама. Приятного аппетита, — мужчина порадовался, что не сорвался. Это было бы некстати. Хотя он толком не помнить, чтобы мать заботилась об отце.
Ужин прошёл более-менее в благоприятной атмосфере, женщина снова вернулась к рассказам о жизни в Америке и как там всё хорошо и для людей устроено.
После еды Саша помогла убрать со стола и налить чай.
— Вы ведь уже объявили прессе, что собираетесь пожениться? — между делом спросила Марьяна, вращая в руках чашку.
— Слухи ходят, — уклончиво ответил Стас.
Марьяна загадочно улыбнулась.
— Я отвезу Сашу домой, уже поздно, — Корнев поднялся из-за стола, а Калинина от радости чуть чашку не перевернула. Наконец она очутиться дома и у неё будет даже шесть часов сна.
— Спасибо, Марьяна, за чудесный вечер. Рада была познакомиться.
— Ну, что ты, Сашечка. Мне приятно… — прозвучало это, как пожелание скорейшей смерти. Калинина уже не стала обращать внимания и поспешила надеть туфли.
— Стася, — женщина появилась в кухонном проёме. — Во сколько ты планируешь вернуться?
— Я не знаю, — буркнул Корнев. — Ложись спать. Ты, наверное, устала с дороги.
Женщина не успела ответить, потому что он вышел и закрыл дверь. До машины шли молча.
— Мне очень стыдно за её поведение, — признался Стас, когда уже завёл «мерседес» и пристегнулся.
— Корнев, — Саша внимательно на него посмотрела. — Просто поехали уже домой. Я капец как устала и хочу спать. Если ты собираешься разводить демагогию, я возьму такси.
Стас коротко рассмеялся и тронулся с места.
— Тебя стоит уважать только за это, — признался он. — За твою прямоту и простоту. Я уже обратил внимание, что ты не привыкла много рассуждать и зацикливаться на пустяках.
Саша закатила глаза и включила радио. Этим всё было сказано.
Всю дорогу Корнев поглядывал на дремавшую журналистку, прокручивал сегодняшний вечер в голове и удивлялся, насколько ему нравится немного грубый характер этой женщины. Таких он точно ещё не встречал. Кажется, она вообще не воспринимает романтику и всю эту сентиментальную чушь. Или слишком мудрая, или слишком уставшая от жизни…
На этот раз, Стас решил разбудить Сашу, а не тащить на руках, чтобы не было соблазна остаться.
— Доброе утро, соня, — ласково произнёс он и погладил по щеке. Журналистка вздрогнула.
— Очень смешно, — буркнула она, отстегнула ремень и растёрла лицо. — Пошли?
— Куда? — опешил Стас.
— Спать, — усмехнулась Саша. — Диван в твоём распоряжении, где постельное ты знаешь. Утром я поеду на работу, ты по своим делам, а в час заедешь за мной.
— Саша, я не…
— Послушай, — Калинина устало потёрла переносицу. — Я не хочу завтра выезжать на репортаж. «Корнев младший заколол свою мать вилкой и зашил ей рот». Выдохни. Подумай, как себя с ней вести, что говорить, а что нет. Решите свои вопросы на свежую голову. Я знаю, ты сейчас приедешь, и она сядет тебя на уши и просидит до утра, а завтра у нас благотворительность в больнице. Больные дети, помнишь?
— Помню, — усмехнулся Стас. — А если я начну к тебе приставать?
Саша хладнокровно выгнула бровь.
— Тогда съедешь к Инке на коврик. Она подвинется.
— Я просто уточнил, — дружелюбно заверил он и заглушил машину. Пожалуй, остаться у журналистки не самая худшая идея. Приятно, что она заботится, несмотря на всю свою колючесть.