Глава двенадцатая

Когда я пришла, Стася обиженно жевала роллы. Достала салфетки из кармана, протерла стул, руки, разделась и села, непринужденно улыбнувшись.

— Ну чего такие кислые?

— Ты накричала на меня, — проворчала сестра, недовольно вытирая рот салфеткой.

— Я не кричала, — отозвалась непринужденно. — Просто попытайся поверить в то, что я могу справиться с небольшими трудностями сама, если случится что-то серьезное, я расскажу тебе. И лучше больше не устраивать прилюдных сцен.

Стася отбросила палочки.

— Я влезла потому что ты так бы и молчала. Если у тебя возникнут проблемы из-за Соколова, я лично ему зад надеру!

— Хорошо, — вымолвила примирительно и посмотрела на притихшего друга. — А ты чего сидишь? Заказал бы себе что-нибудь, я угощаю.

Костин усмехнулся.

— Вы так обе изменились, поразительно просто. Будто вижу вас впервые.

— Ну да… — пожала плечами, беря меню. Желудок свело неприятным спазмом. Нет, я еще была не готова есть в общественном месте. — Все же много времени прошло. Но у тебя есть отличный шанс узнать нас по новой.

— Хочу к вам в гости, — внезапно выдал парень, сверкнув белозубой улыбкой. — Встретиться с вашими родителями, раньше я у вас часто бывал.

— Они в командировке, — флегматично произнесла Стася, запихивая в рот ролл. — Вернутся дня через три, тогда приходи.

— О, ты приглашаешь?! — воскликнул друг, хитро усмехнувшись.

— Сам же напросился, — тихо буркнула Стася.

«Они такие забавные…» — подумала, усмехнувшись.

На столе завибрировал мой телефон. Посмотрела на экран и сняла блокировку. Я не думала, что Соколов кинется за мной следом, да и не должен был, я не маленькая, чтобы меня успокаивать, пусть с другом своим разбирается, но надеялась, что он хотя бы позвонит, а не пришлет сообщение.

Открыла мессенджер и напряженно замерла.

Соколов: «Кир, моя мать попала в больницу, я сейчас там, сможешь приехать за мной?..» — сообщение предназначалось не мне, но именно я перестала дышать.

Сглотнула вязкий ком и резко встала.

— Прошу прощения, мне нужно отойти позвонить, — бросила сдержанно и рванула в уборную, даже забыв обработать дверные ручки. И моя забывчивость случается только тогда, когда речь заходит о Соколове…

На самом деле для меня не стояло выбора: звонить Яну или не звонить. Даже если сообщение он отправил другу и не счел нужным сообщить о случившемся мне, я хотела… не знаю, чего хотела. Наверное, быть рядом с ним в этот момент. Я ведь не хуже этого засранца Кирилла. Я тоже могу поддержать.

На самом деле я просто волновалась…

Набрала номер парня и закусила ноготок указательного пальца, мысленно отсчитывая гудки. Когда он ответил, я просто растерялась. Не могла же я сказать, что Ян отправил мне сообщение по ошибке, или непринужденно спросить, как его мама себя чувствует…

Соколов был раздражен. Я могла это понять. Папа говорил, что мужчины чаще теряют самообладание в экстренных ситуациях и чаще срываются на близких, чем женщины, хотя женщины более импульсивны. Конечно, все индивидуально, но в данный момент, я не принимала поведение Соколова на свой счет, поэтому спросила:

— Мне приехать? — и после минутной заминки, парень тяжело выдохнул и согласился. Видимо я все делала правильно.

Сообщение с адресом больницы пришло пока я возвращалась обратно к нашему столику.

— Мне нужно уехать, — произнесла бесстрастно, вызывая такси через приложение. Достала из рюкзака кошелек, чтобы рассчитаться, но Костин остановил.

— Ты унижаешь мое мужское достоинство. Угостите, когда приду к вам в гости.

— И куда ты? — сердито, будто ревнивая жена, поинтересовалась Стася, вызывая мою улыбку.

— К Соколову. У него кое-что случилось, потом расскажу. Будь умницей и не обижай Стаса, — натянула пальто, закинула на плечо рюкзак и махнула, прощаясь.

— Шапку надень! — донеслось гневное мне вслед. Когда вернусь домой, мне точно не избежать расспросов…

Вышла на улицу, застегнулась и надела шапку. Если еще и я заболею, никому от этого лучше не будет.

Такси подъехало быстро. Села на заднее сидение и пристегнулась, сразу обработав руки антисептиком. В голове творилась путаница. Жаль, что у меня нет номера сумасшедшего блондина. Да, он жутко меня разозлил, но он все еще друг Яна и должен знать о том, что произошло.

И с одной стороны я понимала, почему Кирилл так повел себя, я же не глупая. У Соколова, судя по сплетням, никогда не было серьезных отношений, а теперь появилась я, какая-то непонятная девчонка с мизофобией, именно в тот момент, когда Ян решил жить самостоятельно. Это ведь именно Кирилл помог ему с переводом и подработкой, с местом в общаге, а если Ян сейчас вернется к отцу, то все его старания напрасны. Я понимаю, но… но каков же засранец! Смешал меня с грязью, повел себя так… так по-детски.

Только от одной мысли об этом, вновь стала закипать. Так бы и настучала еще раз по дурной блондинистой голове.

Меня высадили недалеко от главного входа и пришлось обходить здание, чтобы попасть в приемный покой платного отделения. Я шла по тротуару, обходя встречных людей, когда рядом притормозила знакомая машина. Стекло с водительской стороны медленно опустилось.

— Надо же кто примчался. Тебе не кажется, что ты здесь лишняя? — язвительно поинтересовался блондин.

Я остановилась, сжимая лямки рюкзака. Прикрыла глаза и мысленно досчитала до трех, после чего произнесла:

— Выходи из машины.

— Что? — блондин непонимающе моргнул.

— Из машины, говорю, выходи, — повторила терпеливо.

— Бить меня будешь? — насмешливо поинтересовался парень, не спеша выходить. Вот дурак…

— Разговор есть, и у нас всего пять минут, не стоит заставлять Яна ждать в таком состоянии, — пояснила, нервным движением заправляя прядь волос за ухо.

Блондин нахмурился.

— Давай лучше ты ко мне. Холодно. Нет никакого желания лясы на морозе точить…

Я кивнула и без лишних слов забралась в теплый салон. Стиснула покрасневшие пальцы и повернулась лицом к блондину.

— Отец Соколова угрожал мне учебой, если не брошу его сына. Поэтому я соврала, — произнесла ровно, бесстрастно глядя в льдисто-голубые глаза парня. — Если ты проболтаешься, то только навредишь другу. Мы оба знаем, что будет, если Ян узнает. Он пойдет к отцу разбираться, а тот знаешь, что предложит взамен?

Блондин несильно стукнул кулаком по рулю и откинулся на спинку кресла.

— Пообещает оставить тебя в покое и не трогать, если Ян вернется домой.

— Да, — подтвердила бесстрастно. — Поэтому не лезь, я сама разберусь с этим. Даже если мне придется отчислиться — это будет мой выбор, никто не должен нести за него ответственность. Тем более Ян. Теперь понял?

Блондин упрямо поджал губы.

— Не понял. Зачем ты это делаешь?

— Уж не ради тебя, — усмехнулась иронично.

— Соколов тебя бросит, — произнес Кирилл уверенно. — Как только получит свое, как только наиграется. Да, ты отличаешься от других, для него ты диковинка, но это ненадолго. Ян всегда был таким. Однажды он встречался с девчонкой три месяца только потому, что у нее были веснушки, а этот дурак считал это необычным.

— Я знаю, — вымолвила равнодушно.

— Что? — недоуменно моргнул блондин. Он явно не такого ответа от меня ожидал.

— Знаю, говорю, что Соколов бросит меня рано или поздно. Мне все равно, — улыбнулась насмешливо и сняла шапку, чтобы поправить волосы.

— Чокнутая или такая сильная любовь? — подозрительно сощурился блондин. Сейчас еще в психушку меня сдаст…

— Ни то, ни другое, — ответила безразлично. — Есть зеркало? — Кирилл молча опустил козырек. Я глянула на свое отражение в маленьком прямоугольнике, на обветренные губы и полезла за бесцветным бальзамом в рюкзак. — Я человек, у которого почти за двадцать один год ни разу не было отношений. Имея талант, музыкальный слух и голос, я играю на вторых ролях или на подпевках, знаешь почему? Потому что не могу держать партнера за руки, не могу изобразить даже простые объятия, меня выворачивает наизнанку прямо на сцене. Поэтому, если, пусть даже кратковременные, отношения с Яном помогут мне вернуться к полноценной жизни, я согласна. Пусть так.

— Это тебе сейчас так кажется… — заторможенно вымолвил парень. — А потом ты влюбишься…

— Ну-у… — протянула, непринужденно пожав плечами. — Значит это будут только мои проблемы. Мне не пять лет, я не стану убиваться из-за расставания. Да, будет трудно, но я справлюсь, не доставляя при этом Соколову неудобств. Если у него получится вернуть меня к полноценной жизни, я буду благодарна.

Блондин недоверчиво покачал головой, но мне и не нужно было, чтобы он поверил.

— Я рассказала тебе это за тем, чтобы ты больше не пытался спасти друга от глупости. Давай хотя бы при нем притворяться друзьями? — поинтересовалась, протягивая ладонь. — Я даже готова обменяться с тобой рукопожатием, несмотря на то, что жутко брезгую.

— Вот это героизм! — язвительно усмехнулся блондин, протягивая руку. — Устроим вечеринку в пижамах в знак примирения?

— Губу закатай, наступишь, — отозвалась бесстрастно, пожимая горячу широкую ладонь парня. — Лучше давай паркуйся и пойдем, Ян ждет.

— Хорошо, — глухо отозвался Кирилл, шумно сглотнув.

Выключил аварийку и медленно выехал на дорогу. Мне показалось, парень стал каким-то напряженным. И задумчивым…

* * *

От Ярославы веяло непоколебимостью. Девчонка искренне верила в то, что говорила, ее слова звучали твердо. Кажется, она никогда не мямлит…

Кир напряженно сжал руль, притормаживая у входа приемного отделения.

— Иди первой, я найду место для парковки и поднимусь позже.

— Так даже лучше, — прямо произнесла она и вышла из машины.

От девчонки пахло вишней. Вишней с нотками прохлады и перемен.

— Да твою ж мать… — нервно усмехаясь, выдохнул Кир, опуская голову на руль.

Одной фразой, одним взглядом эта… паршивка вывернула наизнанку все те чувства, которые Кир так усердно похоронил в себе. Думал, что навсегда. Но, увы…

Хотелось курить. Но он избавился от этой привычки еще год назад, как и от привычки верить людям. Верить в любовь.

Ира… как бы хотелось вычеркнуть это имя из своей памяти. Из своего сердца. Ирина… она смотрела на Кира большими восхищенными глазами и, казалось, была искренна. Как недотрога.

Простая девчонка, из обычной семьи с простыми принципами и идеалами. Она не умела врать, была чиста душой и сентиментальна. Плакала над фильмами, жалела бездомных котиков и верила, что счастье рядом, в повседневных, обыденных вещах. В жареной картошке, например…

Кир судорожно выдохнул, растирая лицо ладонью. Он привел Иру в компанию. Показал мир. Другой, непохожий на ее привычный. Показал, что развлекаться можно не только дома за просмотром сериалов и не только в клубах. Показал, как много удивительных мест, куда можно пойти вдвоем, как много интересных занятий для двоих. И пока он наслаждался нежностью… чувствами… Ира флиртовала с Ником, бывшим лучшим другом, в тот период, когда не поддерживал с Яном отношения. Она чаще стала появляться в клубах без него, как-то позабыв про свои принципы и искренность.

После Ника был Димон — еще один приятель из компании. Каблуки туфлей девчонки становились выше, а юбки короче…

Кир до последнего не верил. Он сам не замечал никого, кроме Ирины. С ней было уютно. Тепло. С ней было спокойно. По-особенному комфортно.

Реальность ударила жестоко. Под дых. И вместе с воздухом вышибла из головы всю дурь, которая затмевала разум на протяжении последнего полугода.

Ярослава напоминала Иру. Чистые помыслы, невинный взгляд, но были и разительные отличия. Яра не притворялась. Не корчила из себя наивную дуреху. Яра знала, чего хотела и шла к своей цели напролом. Не сомневаясь.

Ей хотелось верить. Кир не мог позволить себе такую блажь. Только не снова. И оттого злился, внутренности сворачивались в тугой тревожный узел, начинало мутить, но… лучше притвориться, что поверил недотроге и оставаться настороже. Чтобы Ян не попал в такую же ловушку, как и он сам когда-то. Но даже не предполагал, что сам попадется в ловушку…