Глава 18

Я думала, что Дим в управлении сверхполиции будет бросаться грудью на амбразуру в попытках меня спасти. Так бы и случилось, если бы не форс-мажорное обстоятельство, противостоять которому было невозможно: кто-то подсунул местному герою тазик с пельменями. – Твою знать, как вкусно-то! – он доводил магикопов до слез своими признаниями. – Нет, я пробовал еду раньше, но она вся была как пенопласт. То есть вы все могли это делать по три раза в день?! Глава управления выглядел вымотанным и едва держался на ногах от усталости. Даже приказы его звучали тихо, хотя оставались внятными: – Командира десятого отряда отнесите в зал совещаний, дело не ждет. Феникс прибудет через несколько минут. Да тащите его вместе с тазиком, чего стоите? Диминика разлучили с пельменями в коридоре, под силу это оказалось лишь главе их расы. Лорд Фор пресек нам путь, поднял тяжелый взгляд на парня и с трудом прохрипел: – Почему ты не защитил мою дочь? Кристина была в лазарете – она там надолго, хотя угроза жизни миновала. Ожоги пройдут, местные лекари – умелые маги, но сейчас суккубу непросто. Разумеется, любящий отец просто разбит, не каждый день он вынужден видеть, как страдает его обожаемая дочь. Ему не сообщили, что Кристина бросилась под огонь сама, мы пока просто сдали отчеты о произошедшем начальству, а у тех тоже до сих пор не нашлось времени, чтобы пообщаться с родственниками всех убитых и раненых. Массовая трагедия затронула многие семьи, потому пациенты лазарета в любом случае считались везунчиками в сравнении с теми, кто до лазарета недотянул. Вместо Диминика ответил Ион Стант: – Милорд, прошу, дайте пройти. Командир отряда действовал по протоколу – он в первую очередь защищал своих ребят. Но пожилой инкуб не сдвинулся с места и не обратил на берсерка ни малейшего внимания: – Как ты мог? Что ты вообще такое, Эймовский ублюдок? Думаешь, я не знаю, что ты морочил моей дочери голову только ради положения нашей семьи? Или считаешь, что и сегодняшнее можно простить? Дим отставил еду на подставку уборщика и неожиданно громко заорал, как будто у него впервые сдали нервы: – Не прощайте! Я сто лет жил без вашего прощения – и еще столько же проживу! Да я уже давно бросил бы вашу сумасшедшую Кристину, если бы не боялся за любую девушку, мимо которой потом пройду. Положение вашей семьи? Смешно слышать от вора и предателя! Вместо того чтобы заступиться за старых друзей, вы первым прискакали к Фениксу, чтобы занять место главы расы. Вы купили мое поместье сразу же, потому что вам нужно буквально все, что принадлежало Эймам. Не дорасти, так прикоснуться? Так что странного в том, что я с детства мечтал вернуть свое? Это всегда шло вторым пунктом моей программы после того, как собственными руками задушу Феникса! – А вот про это мог бы и промолчать, – толкнул его в спину Ион. От такого откровения не только лорд Фор обескураженно крякнул. Все вокруг замычали и закашляли. Но Диминик болезненно сморщился, схватил меня за руку и потащил дальше. Он вообще в последнее время менял мою руку только на тарелку с пельменями. Интересно, что это означало? – Дим, – позвала я, послушно шагая следом. – Теперь он точно не согласится на вашу свадьбу. Он объяснил уже почти спокойным голосом: – На нее теперь никто не согласится. Кристина не простит мой выбор. А я теперь не инкуб – я в принципе больше не могу быть с существом, который высосет мою жизнь, как из любого человека. – Жалеешь, что так вышло? – дрогнувшим голосом уточнила я. – Нет, Наташ. Жалею, что потратил столько сил на заведомо провальный бизнес-план. Меня все хвалят, называя хитрожопым гадом, но у моего ума есть недостаток: я способен изобрести тысячу способов достичь цели, когда нужно было просто поменять саму цель. Ты ведь уже в леднике поняла, что я никуда от тебя не денусь? – Поняла, – я горько усмехнулась. – И все-таки Кристина закрыла тебя собой, пока я стояла как столб. – Знаю. Очевидно, до ее ловкости тебе далеко, а так бы ты им всем устроила. Все, Наташ, закрыли тему. Потом я придумаю тысячу способов достичь новой цели, но пока у нас есть проблема поважнее. Он потащил меня дальше. В зале снова собирались буквально все, но в ожидании правителя шумно переговаривались, сочувствовали пострадавшим и поздравляли с победой, в которую никто не верил. Диминика обступили, а меня нагло от него отодвинули. Я отошла к остальным членам своего отряда, чтобы издали наблюдать за нашим командиром. Девятый отряд, явившийся тоже полным составом, притормозил рядом – мы как-то вообще с ними тесно спелись, иначе в пройденных испытаниях и быть не могло. Диминика перед собой могучей рукой удерживал квадратоподобный парень, но в глаза заглядывал заискивающе и тараторил максимально вежливо: – Командир Эйм, я весной заканчиваю академию. Буду рад, если примете меня в свой отряд. Я лучший курсант отделения берсерков! – Вот нам и силовая поддержка… – как-то безрадостно отреагировал Дим. Сам он вырваться вряд ли мог, но ему помогли – невысокий рыжеволосый парень оторвал от него руку берсерка, чтобы немедленно занять его место: – А у меня лучшие результаты из оборотней! В прошлом месяце я занял первое место в академии по стрельбе из арбалета! – Надо же, – театрально восхитился наш командир. – А моему отряду даже не сообщали, что какой-то конкурс проводили. Точно хотите к таким изгоям? – Точно! – возрадовались сразу несколько голосов. Но Диминик отступил от них, предупредительно вскинув руки, чтобы больше не хватали: – Понимаете, ребята, вы для моего отряда какие-то слишком обычные. Моя стратегия в том, чтобы преступники начинали над нами ржать, это дает боевое преимущество. – Он решил, что этой шутки достаточно для отказа сразу всем, и повернулся к нам. Но по мне лишь скользнул взглядом, перейдя на другое лицо за моей спиной, после чего задумчиво добавил: – А вот с тобой, Владик, мы бы спелись… Вампир вытянулся чуть вверх – и только по этому движению можно было догадаться, что он как-то отреагировал на неожиданное предложение. То, что он первым начал относиться к Диминику с нескрываемым уважением и всегда всерьез воспринимал его предупреждения – ни для кого не секрет. Но ожила Ланда и затрясла кулаком: – Убери свои инкубские ручонки от нашего Владика! Ион ее поддержал: – Я вам обоим ноги переломаю, если увижу вас вместе. Двести Семнадцатый, чего уши развесил? Встать в строй! Аго задорно хлопнул себя по коленке: – Эх, какой броманс обломился! А я уже приготовился писать про них частушки. Но так-то разумно – таких надо по сверхполиции ровным слоем размазывать, а не держать в одном месте. Мы веселились, но за показным смехом скрывали напряжение. Конечно, кое-какой план наши умники накидали, но далеко не всем планам суждено реализоваться. И чтобы не переживать, мы натянуто хохотали над пошлыми комментариями тролля. После появления Феникса все притихли и заняли свои места. Возможно, я поступила верно, не предприняв ни единой попытки к бегству – из-за этого мои руки не связывали, не ставили рядом со мной караульных, а дело разбирали не на судилище, а в управлении, будто бы это был внутренний вопрос сверхполиции, а не вынесение приговора преступнице, как в прошлый раз. Я в этом видела отчетливый позитивный знак… и старалась не думать о том, что здание судилища просто начисто разрушено – оно располагалось в центре столицы прямо на пути разбушевавшегося ведьмака. На этот раз защитную речь передали от Эйма Владу Двести Семнадцатому. Вампир сам на этом настоял, приправив дельным аргументом: командир моего отряда обязан меня защищать, поэтому все его слова будут делить на десять. Поначалу решили, что лучше высказаться Иону Станту, честность и профессионализм которого известны всем, его слова по определению будут иметь вес. Но в последний момент передумали – после очень странного объяснения Диминика о том, что хороший игрок не бросает козырную карту на стол, а прячет ее в рукав, ведь для блефа и лучшего хода выбирается самый подходящий момент. Вряд ли остальные что-то поняли, а я лишь отметила, что характер у него не от расы, а сам по себе такой: Диминик оказался еще и картежным мошенником. У него столько недостатков, что он только этим способен вызывать восхищение. В итоге вперед вышел вампир и возвестил равнодушно, будто через нос: – Пункты сверхзакона присутствующим напоминать не нужно, но приходится. Полгода – максимальный срок заморозки за сокрытие важной информации, способной повлечь сверхцивилизационные последствия. Талья провела в леднике почти полгода. И все! Сказав это, он просто замолчал и лениво уставился в стену! На этом иссякла вся его адвокатская речь, после которой по задумке все обязаны были согласно закивать и отпустить меня восвояси? Мы с Маринкой недоуменно переглянулись, Ланда в стороне злобно зашипела: – Кажется, мы спрятали козырную карту слишком далеко в рукав… Феникс молчал, хмуро сведя бровки к переносице. Уточнять пришлось начальнику сверхполиции: – Двести Семнадцатый, ты на что намекаешь? Что сам первый приговор был несправедлив? – Я не намекаю, – протянул Влад своим противным голосом. – Я говорю прямо. Учтенное существо Талья Логинова скрыла важную информацию, за что сверхзаконом предусмотрено наказание до полугода заморозки. Сейчас ледник разрушен, преступники под стражей ожидают его восстановления. До конца полугода учтенному существу Талье Логиновой осталось восемнадцать дней, за которые ледник восстановить не успеют. Нам придется решить, оформить ее на эти дни под стражу или можно обойтись запретом на выход из Вахарны. – Я его сейчас прибью, – выругался Ион тихо. – Вставай в очередь, – перебила Ланда. – Что он несет? Ей и не вменяли сокрытие информации! Диминик крепче сжал мои пальцы и попросил: – Тихо вы. Влад сейчас расставляет акценты. Он полностью повторяет мою схему с судилища, но тогда мне не хватило размаха и поддержки, а сегодня ситуация немного другая. Не мешайте единственному из вас, кто умеет думать. Аго, сидевший за нашими спинами, подался вперед и промычал: – Нет, я больше не могу – меня сейчас порвет! Можно хоть одну частушку выдать? Николас положил ему руку на плечо и с трудом усадил на место. Выслушаем мы все тролльи частушки, поаплодируем даже. Но для начала надо выкрутиться. Правитель не мог больше отмалчиваться – он тоже понял, что вампир собрался водить их по этому кругу, пока окончательно не утомит. Он вскинул ручонку и устало заметил: – Господин Двести Семнадцатый, ты неглуп и вряд ли забыл, что Талью отправили в ледник из-за того, что она сирена. Все остальные ее преступления вряд ли имеют большое значение. – Сирена-полукровка, – тем же раздражающим голосом без эмоций поправил Влад. – Была ею. И уже тогда никто не доказал наличие у нее злого умысла. – Была? – наконец-то кто-то из зала зацепился за важное. – Была, – неопределенно кивнул вампир. – Как и ожидалось, Никита охотился за ее силой. И до того, как она забрала его магию, он частично высосал ее. Остатки ее влияния таковы, что их нельзя классифицировать как достаточные для любого ущерба. Мы устроили испытания. Талья даже не смогла заставить господина Эйма остановить трапезу. Строго говоря, никому было не под силу отобрать у Диминика пельмени, но в целом оратор не сильно преувеличил. Мы провели эксперимент: парни вокруг отметили, что легкое помутнение сознания от моей песни чувствуют, но выполнять мои приказы желанием не горят. Никита действительно выдернул из меня часть и без того небольшой силы, вряд ли сохраненная капля магии может хоть на что-нибудь сгодиться. Влад подводил черту под новым акцентом: – Раз в ней нет достаточной силы сирены, то она не может быть отнесена к этой расе. Мара, – он указал подбородком на мою подругу, – умеет создавать небольшие воздушные волны, но не становится от этого ведьмой. Я способен орудовать мечом, но меня никто не называет берсерком. Если бы у вас, правитель, были только радужные глаза, но не способность перерождаться в пламени, то вы не считались бы фениксом… – Я понял! – раздраженно перебил его круглоглазый малыш. – Не уводи нас в сторону, господин Двести Семнадцатый! Ты сам правильно заметил: пусть она потеряла свою силу, зато получила новую, еще более разрушительную. Сейчас у нас нет конфликта интересов с Зориртой, однако мы сами-то как защитимся? Диминик заметно волновался. Он подался вперед и прошептал себе под нос, как будто пытался внушить приятелю мысль на расстоянии: – Давай, сейчас дави на самое важное. Они всю речь по пунктам продумали, отойдя в сторону, чтобы остальные не мешали. Эти двое о чем-то тихо спорили, пока не согласовали основные моменты. И, кажется, Влад от плана не отступал: – Учтенное существо Талья Логинова была зарегистрирована как ведьма – именно ведьмой она теперь и является. Она не получила украденные силы, только врожденную магию Никиты. – Ведьма с возможностью забирать чужие способности, – напомнил магистр Чаркинс, сидящий в первом ряду. – Что с этим прикажете делать? Заставить ее всегда носить блокиратор магии? – Нет. – Вампир повернул сероватое лицо в его сторону. – Действовать по сверхзакону, то есть вначале доказать наличие у нее такого умысла. Еще можно выдать премию девятому и десятому отрядам за героизм в последнем сражении. Если пожелаете, то можете обязать Талью к сольным выступлениям на городских праздниках – ее пение все еще носит легкий пьянящий эффект. Приятненько. – Ты издеваешься? – Феникс подпрыгнул на месте. Но вампир был не из тех, кого можно заразить эмоциями – ни собственными, ни чужими: – Нет, правитель, я предлагаю разумный выход. Увидеть в Талье преимущество Вахарны, а не угрозу. Сегодня мы столкнулись с тем, что невозможно было решить имеющимся арсеналом. А что если завтра появится нечто настолько же сокрушительное? Разве сверхполиции не нужен магикоп, потенциально способный остановить любую магическую угрозу, а до тех пор держащий свою способность в резерве? Я рассматривала Влада влюбленными глазами – как же он все-таки хорош! Очнулась, когда перед моим лицом замаячила ладонь и раздался нервный смешок Диминика: – Ну-ка прекрати немедленно, Наташ. Он – лишь мое жалкое подобие, а не я сам. – Вижу, самооценку Никита из тебя высосать не успел. – Я отодвинула его руку, чтобы оценить изменение атмосферы в зале. К сожалению, все верно расставленные акценты были недостаточными. Магикопы тихо переговаривались, обменивались мнениями, но Феникс сокрушенно качал головой. Он уже многократно доказал, что является обладателем самого осторожного характера – и на подобный риск никогда не пойдет, даже если пошатнет свой авторитет. Настала очередь козырей – на этом размахе Диминик и настаивал. – Девятый отряд пошел, – он шепнул Иону. – Десятый, пока сидим смирно. Берсерк кивнул, поднялся во весь свой могучий рост и зычным голосом прекратил все споры: – Сверхполиция – новая институция в Вахарне, организованная пятьдесят лет назад лордом Михлаем Стантом! Мы с Риссаей невольно усмехнулись – эта фраза будто мигом нас на учебу вернула. К счастью, дальше Ион отошел от лекционного материала: – Мой прадед создал ее для того, чтобы Вахарна стала справедливее, а не наоборот. Если сверхполиция осуждает тех, кто спас целую цивилизацию, то нужна ли вообще сверхполиция? Идите ко всем чертям, если вы даже эту простую задумку моего прадеда не поняли. Для красоты момента он сорвал шеврон со своей формы и бросил его на пол. Его подчиненные молча последовали примеру своего командира, включая и Влада, что стоял впереди. Никто из этих ребят не хотел бросать службу, но им стоило рискнуть ради создания волны, а они уже приучились игнорировать страх. Девятый отряд был на очень хорошем счету, поэтому их отставка не могла не произвести эффекта разорвавшейся бомбы. Но вместо ожидаемых криков зал стих. – Риссая, теперь ты, – прошептал Диминик. Ведьма поднялась на ноги и, сильно волнуясь, сбивчиво проговорила: – Я когда-то получила премию за то, что участвовала в поимке Никиты… Третий отряд, вы были там… Она ничего толком не сказала, но обратилась в верном направлении – магикопы из третьего отряда закивали, а их командир вскочил на ноги и завопил уже решительно: – Да, были! Талье тогда здорово досталось, но она не сдавалась. И я слышал, как она возмущалась по поводу мягкости наказания для пойманного ведьмака! Только она и потом Эйм говорили об угрозе, но мы делали вид, что не слышим. Мы защищаем сверхзакон, но что-то в нем не так, раз одни сначала рискуют жизнью, а другие потом расхлебывают последствия прорех в наших правилах. Сегодняшние жертвы не на совести Тальи – как раз наоборот, это мы все виноваты перед ней, что вовремя не услышали! Правитель, вы в том числе! Он нервным жестом отодрал шеврон вместе с куском ткани. После того, как уже два отряда проверенных бойцов прямо выступили против Феникса, волна начала набирать обороты. Теперь и Диминик распорядился, что очередь десятого отряда поддержать кипение – я осталась единственной, кто не поднялся на ноги, чтобы театрально уйти в отставку. Не знаю, чем бы закончился этот протест, если бы начальник не заорал во весь голос: – Прекратить немедленно! Вы что тут устроили, щенки? Думаете, я завтра не наберу новые отряды из курсантов?! Всем заткнуться и занять места! А они все-таки магикопы – долгие годы привычки подчиняться руководству сыграли роль. Кто-то рухнул обратно на стул, а кто-то замер, хотя больше выступать не хотел. Глава перевел взгляд на Феникса и продолжил более спокойным тоном: – Правитель, их шантаж не сработает. Да, придется начинать все заново, но когда-то Михлай Стант с этим справился. Однако если вам интересно мое мнение, то любой опытный магикоп – потенциальная угроза. Какой-то странный критерий, вы не находите? Диминик подхватил за ним звонким, почти веселым голосом: – Большинство магикопов – берсерки! Если вы впадаете в ярость, то убиваете даже собственных друзей. Предлагаю искоренить вообще всю угрозу! С кого же нам начать? – Замолкни уже, Эйм! – взревел на него начальник. – И без таких подробностей все понятно! После того как даже глава высказался, Фениксу оставалось лишь устало кивнуть. Он в этой цивилизации самое главное существо, но на самом деле вся его сила лишь в бессмертии. И если он лишится поддержки собственных стражей порядка, то долго ему на троне не усидеть – есть тут некоторые инкубы, которые только и ждут момента его слабости. Правитель, царствующий столько лет, обязан проявлять мудрость и гибкость – и сейчас он выбрал уступить, чтобы вся выстроенная система в одночасье не рухнула. В итоге меня отпустили. Разумеется, сто раз повторили, что я без особого распоряжения не имею права высасывать чужую силу. Но я ведь и не собиралась. Я обняла всех по очереди, до слез благодарная за слаженную стратегию. Напоследок оставила Влада – его бултыхала в руках так долго, пока он истошно выть не начал. Вот, даже в нем можно вызвать видимое раздражение, если очень постараться! А Диминика я просто похлопала по плечу. В ответ на изумление в черных глазах только улыбнулась. Я была ему благодарна, но вообще-то это его работа – защищать своих подчиненных. Но теперь, когда я жива и свободна, придется наконец-то подумать о том, кто мы все-таки друг для друга. И вот когда решим, тогда и станет ясно, имеем ли мы право обниматься. Ведь все, что мы вытворяли во сне, там и остается?