36. Дворец

Мужчина медленно поднял голову и так же медленно опустил руку, занесённую, чтобы постучать. Взглянул серьёзно и хмуро в глаза. Без тени улыбки. Шагнул мне навстречу, заставляя попятиться назад. Близко. Невыносимо близко. И вдруг сплёл свои ладони с моими.

— Плакала, — не спросил почти с укором.

Промолчала. Глупо дважды озвучивать очевидное.

— Из-за меня? — чуть громче и, кажется, грозно.

Криво почти усмехнулась. С минуту терзали, выкручивая, пальцы друг друга, глядя, не отрываясь, глаза в глаза.

— Зря, — коснулся низким голосом тихо.

Конечно зря. «Ни один мужчина в мире не стоит ни одной твоей слезинки», так всегда говорила мама. Вот только мужчинам и слезам о том не было известно.

Этот мужчина не выдержал первым. Прижал к себе крепко, так что нечем, просто нечем стало дышать. Да мне сейчас и не нужно.

Это только в фильмах, когда встречаются после разлуки, все страстно и глубоко целуются, готовые немедленно к большему. А в жизни всё вовсе не так. Прижаться к груди, почувствовать, как постепенно сожмётся, окрепнет, растворившаяся вроде в расстояниях нить. А была ли она? Знаю. Была. Прижаться щекой и слушать. Верить. Я вжалась в мужчину теснее сама, стремясь укутать его теплом, окоченевшие плечи. Отогреть, давно переставшее биться сердце. Хоть на мгновение. Чтоб теперь уже точно запомнить. А я ведь, оказывается, по нему скучала… Страшно, чудовищно скучала! И он пришел сюда сам. Чтобы я держала рот на замке. Не иначе.

Наклонился к лицу, и я с удивлением отстранилась:

— Ты… не пьян, — пыталась оттолкнуть и удержать одновременно.

— А должен? — улыбнулся как… как Грэм.

— Но Элизабет…

— Моя кузина. По матери. Ты совсем не интересуешься светской хроникой, — засмеялся чуть слышно.

— Ненавижу светскую хронику.

— Придётся привыкать, — совершенно серьёзно сдвинул брови.

— Я совсем не об этом.

— Конечно, — шёпотом в волосы.

Всхлипнула сдавленно:

— Я так испугалась.

— Не нужно. Больше не нужно, — откликнулся глухо. И прошептал еле слышно: — Карри…

Жизнь всё равно не оставит мне шансов. Мне жаль.

— Мне жаль, — откликнулся эхом. И сжалось болезненно внутри. Ясно. Конечно. По-другому ведь и не бывает. Дёрнулась, пытаясь вырваться из надёжных, уверенных рук. Не пустил. Посмотрел удивлённо. Нахмурился. — Я не мог бы оказаться там быстрее.

— Быстрее? — высвободилась наконец. Ошарашенное понимание накрыло горячей волной. — Ты? — не позволю себе украдкой надежду.

Хмуро качнул головой, скользнул взглядом по дрожащим губам и потянул к себе за руку.

— Всё прошло. И, прошу тебя, пожалуйста, не надо заставлять меня переживать подобное снова. Всё уже закончилось.

— Но ведь это неправда! — сказала неожиданно для самой себя.

— Неправда, — со вздохом согласился последний Дакейти. — Прости, — пальцы скользнули по запястью. Осторожно и неизведанно, жарко коснулся ладони губами. — Ты позволишь? — почти улыбнулся.

— Что именно? — сейчас я хотела позволить ему всё. И не могла ничего.