Глава 31

Изабель Фостер

Спустя месяц

Утро встречает меня слюнями, смачно размазываемыми по моему лицу.

— Совесть имей, животное! Дай поспать!

Ноль реакции и продолжение святого действа по обслюнявливанию хозяйки.

Пускаю в ход тяжелую артиллерию, рявкнув:

— Роланд Генрих Колдсмит!

Наглющая псина фыркнула в ухо и продолжила издевательство. В итоге не выдержала я и спрятала голову под подушку, прикрывшись руками, чтобы один пес-переросток не отнял.

— Я в домике. Отстань, — пытаюсь разжалобить своего бойца, на что получаю оглушительное:

— Гав!

И у меня, как у бессильного нашкодившего щенка, отняли подушку, а разлепив глаза я встретилась с веселым крокодильим оскалом своего любимца.

— Ролли… Да встала я уже! Угомонись, псина!

Умный стафф, убедившись, что миссия по пробуждению нерадивого человека выполнена, на мгновение исчез, виляя хвостом, но уже через секунды возник передо мной держащим в пасти поводок.

— Хитрющая зараза.

Хохочу и обнимаю своего монстра, пока он весело вылизывает мне лицо и шею, повалив огромными сильными лапами на лопатки.

Улыбаюсь, обнимая своего защитника за широкую короткую шею.

Есть еще радость в жизни. Любовь есть. Преданность. По крайней мере в моем четвероногом друге этих качеств с лихвой

— Когда ты мне твердила, что у тебя милая собачка по прозвищу Ролли, Изабель, я и думать не думала, что у нас в квартире будет жить Терминатор.

Олли смеется и босиком шлепает в мою комнату. С мокрыми после душа волосами, которые длинными кудрями ниспадают до самой попы.

— Ну так мозгов в нем не по его габаритам, где-то при раздаче ему явно попался нечистоплотный распределитель.

Шучу и моя соседка оживает, глаза загораются веселостью, а на розовых губах цветет искренняя улыбка. Мы с ней не то, чтобы подруги, но я как-то привязалась к этой замкнутой девушке.

Неплохой она человек, далеко неплохой. В быту легкая. Я немного растяпа, если нас сравнить. Могу оставить немытую чашку или тарелку, а Оливия молча подберет мой забытый на кресле свитер, сложит, увидит мою грязную чашку — помоет.

Слова не скажет и даже недовольной моськи не состроит.

Добрая очень и совершенно неконфликтная, покладистая. Но и упертая. До сих пор не открыла мне ни одной тайны.

Мой пес ластится к белоснежным тонким пальчикам, слюнявит, а в ответ Олли, почесав собаку за ухом, переманивает моего мужчину.

— Предатель! — фыркаю весело дергающемуся хвосту, который ступает за моей соседкой по пятам.

Оливия обладает врожденной женственностью.

Вот и моя псина воспылала к ней любовью.

Одеваюсь в спортивный костюм для пробежки, пока Ролли тырит с руки Олли специальные собачьи печенья, которыми его пичкает моя наглющая соседка.

Цветочек оказался с характером и вызвал уважение. Она с виду сама нежность, но внутри стержень, и мне это в ней нравится.

— Ролл, ты идешь или научишься пользоваться унитазом? — кричу, привлекая к себе внимание. Через секунду ко мне с лаем мчится стрела, с которой мы бежим на перегонки к парку.

Пробежка у меня всегда по расписанию. Роланд своей хозяйке спуску не дает и изводит кроссом.

Снежок тихо падает с серых небес и мой переросток, как маленький щенок, ловит их языком.

Мы пробегаем по дорожкам, отведенным для велосипедистов. Сейчас пустующим из-за зимней непогоды.

Всегда держим ритм и засекаем время. Чертовы олимпийские замашки из меня не изжить, но с Роллом спорт становится игрой и веселухой.

Он помогает мне отвлечься и не думать ни о чем.

Бег и свежий морозный воздух проветривают мозги.

— Стоп!

Командую, заваливаясь практически без сил на скамейку. Его величество садится у моих ног высунув язык, весело урчит, пока я наглаживаю лоснящуюся шерстку.

— Мой мальчик, красавец…

Шепчу приятности и улыбаюсь.

Вдруг что-то дергается во мне, кажется, что на меня кто-то смотрит. Пристально. Предчувствие надвигающегося апокалипсиса заставляет замереть.

Оглядываюсь по сторонам, но ничего странного не замечаю.

В эту самую секунду, когда я пристально изучаю всю близлежащую к парку территорию, раздаётся трель.

Не глядя отвечаю:

— Хай, малышка, скучала?

Сжимаю телефон в руке и произношу резко:

— Нет.

— А я вот о тебе все время думаю.

Голос бывшего действует как тряпка красная на быка.

— Что, заначка закончилась? Все уже пропил?

— Нам нужно встретиться, поговорить, как насчет сегодня вечером?

— Я для тебя всегда занята, и вообще благодаря тебе я теперь из смены в смену работаю! Так что забудь этот номер!

Пауза и злой голос:

— Значит так, Изабель. Тачку мне сдают скоро. Ты все еще не оплатила чек.

— Как у тебя совести-то хватает, Роберт?!

Наглость парня меня напрягает и Ролл, уловив настроение, начинает рычать.

— Слушай меня внимательно, Изабель! Ты оплатишь чертов чек, иначе я подам на тебя в суд! Подумай о своем положении и не будь сукой. Ты виновата. Ты была за рулем. Ты мне должна! Не заставляй идти напролом!

— Да пошел ты! — кричу в трубку и сбрасываю звонок. Помещаю контакт в черный список. И удивляюсь, что забыла это сделать еще пару месяцев назад.

Вычеркнула я бывшего и не вспоминала о нем до этой вот секунды. Ну вот, напомнил о себе сам. И совести хватило. То, что я чуть не лишилась из-за его вранья своего дома, он забыл.

Мы с ним квиты. Не получит от меня больше ни цента!

Настроение скатывается в пропасть. Возвращаемся с Роллом домой, завтракаю на скорую руку омлетом, и оставив псину лежать у ног Оливии, бегу на занятие в танцевальную студию “Волшебство”.

Стоит оказаться на улице, как опять затылком чувствую взгляд. Словно кто-то все время наблюдает в прицел снайперской винтовки и решает, что со мной делать. Оборачиваюсь, смотрю по сторонам, ищу кого-то подозрительного, как в шпионских фильмах в очках и с газетой, но никакого Джеймса Бонда под прикрытием не обнаруживаю.

— Да, Изабель, кажется, у тебя паранойя.

Бурчу под нос.

Улица немноголюдна. Холод заставляет жителей не выходить без особой надобности. Мимо проскакивает молодая мамочка с малышом, параллельно разговаривая по телефону:

— Хочу купить кардиган пока скидка… ага

Рядом старик с собакой еле ковыляет, пока любимец, задрав ногу, оставляет свой след на дереве.

Бегу к остановке и поскальзываюсь, чуть не шлепаюсь на лед.

Выбираюсь из автобуса, спешу на занятия.

Взгляд в спину. Резко торможу, оборачиваюсь.

Никого!

— ФоЛстел! Что воЛон считаешь, дуй в студиУ! — раздается писклявый голос, который как наждаком по слуху, оборачиваюсь и лицезрю миссис Ли-Фен.

— Иза… Иза… Ну как можно быть такой Ластяпой, а?

Быстро семенит невысокая китаянка с коротким каре, в ярко-желтом пальтишке с меховым воротником. Останавливается рядом со мной. Ниже меня на голову, но гонора на огромного мужика.

Опять Гора вспомнила…

Мысленно даю себе пенделя.

— Я вообще-то еще не опоздала, — отвечаю спокойно.

Фыркает и кладет зонтик подмышку. Забавная привычка ходить под снегом с зонтом. Эпатажная у меня мадам в начальницах, что сказать.

Ухмыляюсь.

Смешная злюка поджимает губы. Ну мультяшная она. Пытаюсь не улыбнуться от забавного выражения лица.

— Иди давай, пока пеЛеоденешься, пока в туалет пойдешь, знаю я вас, неЛадивых…

Пыхтит, как паровоз, и проходит к двери, а я следом. Несмотря на паршивый характер, Ли-Фен не так плоха, как хочет казаться.

Привыкла к ее манере общения. Столько лет с ней работаю. Все помню.

Как не давала руки опустить, как силком заставляла выбраться из постели и притащиться в студию, угрожала, штрафовала.

Позиционировала все это как личную выгоду, беспокойство, чтобы клиентов не потерять, но за этой видимой меркантильностью я видела заботу.

Заботу о ее творении, которое она создавала столько лет, и заботу, как это ни странно, обо мне. Подорванной девочке-спортсменке с кучей проблем.

Прежде чем войти в здание, где на втором этаже находится наша студия, резко оборачиваюсь, ведомая внутренними порывами, и в этот самый момент серебристый автомобиль срывается с места.

Пытаюсь разглядеть лицо водителя, но все слишком быстро происходит.

Показалось? Совпадение? Мания преследования?

Холодок проходится по позвонкам. Кусает изморозью. Сердце в груди начинает трепыхаться.

Сомнение. Только сомнение. Но.

Мне кажется, я уже видела эту машину.

Не такую же модель, а именно эту тачку с хромированными дорогими дисками.

Только вот где?