Глава 23

КАТЯ

- Где мой сын? – всхлипываю, смотрю на Даниила, - где Максимка?!

- Тише, не кричи, здесь он, спит, - кивает головой в сторону и поднимается со стула.

Поворачиваю голову в указанную сторону, соседняя кровать, на которой спит мой ангел. Хватаюсь за край одеяла, дёргано сбрасываю его со своих ног, спешу подняться с постели. Игнорирую головокружение, подкатывающею тошноту, боль в затылке. Встать ровно на ноги не получается, они ватные, непослушные, не держат меня, хватаюсь за железную спинку кровати, сползаю на колени. Я готова ползти к моему малышу.

- Ты что делаешь? – раздаётся сверху, и меня обхватывают за грудь крепкими руками, поднимают вверх.

- Пусти, не трогай, - пытаюсь оттолкнуть от себя Даниила, вскидываю руки вверх, попадаю по лицу призрака прошлого.

- Тише, - тихий рык над ухом, - Макса разбудишь, он только недавно уснул, прекращай вырываться, - полёт вверх, и я на руках мужчины, - совсем худышка, - висок опаляет горячим дыханием Даниила.

От такой близости тело бросает в дрожь, воспоминания мгновенно обрушиваются цунами.

* * *

- Я тяжёлая, поставь меня, сама дойду, - протестую, ладошкой бью его по плечу.

- Врушка, - журит Дан, - никакая ты не тяжёлая, - неожиданно чмокает меня в нос, - и сама ты не дойдёшь, смотри какой сугроб намело, - кивает куда-то вперёд.

Волоски по всему телу приподнимаются от толпы мурашек, что запустил Дан своим прикосновением губ.

Кто бы знал, как мне трудно себя сдерживать и не показать, насколько мне приятны его прикосновения, особенно в последнюю неделю. Даниила словно подменили, я не знаю, что с ним, но он вдруг стал проявлять ко мне повышенное внимание, заботу. Он словно ищет повода прикоснутся ко мне, а моё глупое сердечко, что влюбилось в этого мажора, трепещет, как пойманная птичка в клетку.

- Дан, ну хватит, отпускай, - говорю мажору то, что совершенно не желаю.

Если он меня не отпустит, ещё чуть-чуть и я сдам себя, прижмусь к нему, кошкой замурлычу. Боже! Да что со мной? Неужели все влюблённые так мыслят?

- Не отпущу, не сопротивляйся, а то прямо задницей посажу в этот сугроб, - бросает Дан, наступая ногой прямо в указанный сугроб.

Погода сошла с ума, уже неделю метёт метель, дорожные службы не справляются, тротуары местами не чищены, прям как вот этот.

- Мы могли и дома поесть, зачем надо было тащится в этот кафе в такую погоду? – произношу с толикой злости в голосе.

Я злюсь! Сама на себя, за свои желания, и контроль, что вот-вот покинет меня.

- Не ворчи, Мики, у нас свидание, - бросает Дан.

«Свидание»?

- Какое свидание, зачем? – голос от волнения дрогнул, во рту появилась сухость.

- Как какое, как зачем? Что за глупые вопросы, Мики, мы пара если ты не забыла, и я просто обязан водить свою девушку на свидания.

- Фиктивная пара! – говорю и чувствую, как в груди неприятно колет от такого факта, - и сейчас нам незачем играть в отношение, здесь нет зрителей!

- Не хочу быть фиктивной, хочу по-настоящему, - ошарашивает меня Дан.

- Что? – переспрашиваю, чтобы убедиться, что мне не показалось услышанное.

- Хочу настоящих отношений с тобой, - останавливается, заглядывает в мои глаза, - Кать, ты будешь моей девушкой?

Это что, сон? Я сплю, или же выйдя из машины поскользнулась и ударилась головой об лёд? Ну не может же Дан перелагать мне такого! Мои мечты никогда не сбывались, ну кроме поступления в университет.

- Не смешно, Дан, - говорю тихо, не сводя с его лица взгляда.

Какой же он красивый!

- Ты видишь на моём лице улыбку? – смотрит серьёзным взглядом, от которого я теряюсь.

- Н-нет, - еле заметно качаю головой.

- Тогда с чего ты так решила? Ууу, Мики? Ты красивая, умная девушка, готовишь вкусно, убираешься, - тут мои щёки опалило жаром смущения, перед глазами картина со стороны.

Я на коленях, мою полы, попой кручу в такт музыке, а позади меня в это время стоит Дан и бессовестно пялится на мою попу, а после вообще прижимается ко мне, демонстрируя своё возбуждение.

- Мы не можем по-настоящему, у нас уговор…

- Всё мы можем, Кать, можем и будем, скажи мне «да», Мики, сейчас скажи, ты будешь моей девушкой, настоящей девушкой? – и смотрит так, будто в душу заглядывает.

- Да, - роняю совсем тихо словно под гипнозом, в который ввел меня его взгляд.

- Умничка, - склоняется к моему лицу и тут же целует в губы.

Язык Даниила скользит между моих губ, а я не могу поверить, что все реальность, а не красочный сон.

- Идём, я познакомлю тебя с другом, - уносит меня переполненную счастьем и неверием к порогу кафе.

* * *

- Кать? – вырывает из воспоминаний голос Даниила, что звучит здесь, в реальность, а не в картинках прошлого.

Он всё ещё держит меня на руках, смотрит так странно, раньше я не замечала такого взгляда, от него в душе, что-то щемит. Он повзрослел, возмужал, плечи стали шире, да и весь он стал больше. Изменился он за эти четыре года, внешне, но изменилась ли его подлая душа?

- Отпусти, - боль, которую он причинил мне четыре года назад вновь калечит меня изнутри.

На удивление Дан слушается, опускает на постель, берёт одеяло, накрывает меня до груди, всё время смотрит, так пристально, что хочется спрятаться, и чем дальше, тем лучше. Чтобы отвлечь себя, поворачиваю голову на соседнюю кровать. Смотрю на спящего Максимку. Мой мальчик, мама тебя никому не отдаст.

- Он поел, куриный суп с вермишелью, и два йогурта, от котлеты и пюре отказался, выпил ещё яблочный сок, - отчитывается мужчины, - я хотел его к себе забрать, - всё тело сковывает от страха, - на съёмную квартиру, - продолжает Дан, - а утром привезти, но Макс потребовал привезти его к тебе, - постель у ног проминается, Даниил присел на край, - прости меня, Кать, я не хотел, чтобы так получилось.

Пальцами цепляюсь за край одеяла, тяну его вверх, укрываюсь с головой, оставляю небольшую щель, чтобы следить за Максом.

Не могу больше выдерживать его взгляда, и не хочу. На «съёмную квартиру»? Он что, здесь живёт?

- Как ты здесь оказался? – вопрос сам слетает с губ.

- Я новый хозяин вашего завода, точнее я с парнями, нас четверо, - отвечает Даниил, и от такого ответа хочется разрыдаться!

Где мне теперь искать работу? Я так надеялась на этот завод! Но теперь я туда не нагой, работать к этому человеку я точно не пойду.

- Кать, - зовёт Даниил и замолкает, наверное, ждёт, когда я обращу на него внимание, но глаз от Максимки отрывать не хочется.

- Катюш, - его ладонь ложится на мою голень поверх одеяла.

- Что? – отзываюсь, дергаю ногой, даю понять, чтобы убрал свою конечность.

- Почему ты тогда сбежала? Скрыла беременность, я тебя чем-то обидел?

Не веря своим ушам, скидываю одеяло с головы, смотрю на Даниила, и меня вновь выбрасывает в прошлое.

* * *

Трель будильника вырывает из сладкого сна, жду, когда Дан отключит, но этого не происходит в течении десяти секунд, тянусь рукой сама к прикроватной тумбе, нахожу предмет, что закладывает уши своим звоном, нажимаю на верхнюю кнопку. Будильник отключается, я же приподнимаю голову, осматриваясь вокруг. Дана нет, на часах восемь утра. Уже хочу позвать мужчину, когда взгляд выхватывает белый предмет на чёрной поверхности тумбы. Интерес захватывает, тянусь обратно, пальцами подхватываю белый лист бумаги.

Заметив строки, невольно начинаю читать.

«Мне срочно пришлось уехать, вызвал отец, если не вернусь к восьми, вызови себе такси».

Положив обратно лист, заваливаясь на постель, прикрываю глаза и тут же подскакиваю. Через двадцать минут, я должна быть в университете. Первым, что делаю, это хватаю телефон и вызываю себе такси, как и сказал Дан, следом бегу в душ, а следом одеваться. Мысленно ругаюсь на Даниила, что не разбудил, когда уезжал. Сама виновата, забыла его предупредить, и вот теперь бегаю по квартире в поисках сумки.

Когда уже в прихожей застёгиваю молнию сапог, приходит оповещение о прибытии такси.

Как бы я не молилась всем богам, в универ я опоздала на добрых полчаса. А всему виной пробки!

До аудитории буквально бегу, затормозив перед дверью, чудом не врезавшись в неё носом. И не восстанавливая сбившиеся дыхание, дёргаю дверь на себя, переступаю порог. На меня обрушивается громкий смех и галдёж одногруппников. А я выдыхаю, так как преподавателя нет, не важно по какой причине.

Вокруг неожиданно всё стихает, обвожу аудиторию взглядом, и замечаю, что все ребята смотрят на меня, и вот их взгляды мне совсем не нравятся.

- А я изначально не верила в их отношения, - нарушает тишину Юля, смотря на меня с насмешкой, - серая мышь и богатый мальчик…, ну теперь-то всё понятно, - кивает головой.

От сказанного Юлией, мне становится не по себе, так как говорила она явно про меня и Дана. Кидаю взгляд на стол, за которым сижу я и Вик, и стоит только встретиться с ним глазами, как в душе всё леденеет. Такой яростной ненависти я никогда не видела в глазах брата Даниила.

- А вы все думали, что мой брат поведётся на вот это чучело? – с отвращением в голосе, бросает Вик и поднимается из-за стола, - он просто развлёкся с ней, трахнул пару раз, чтобы спор наш выиграть, и всего-то, - продолжает Вик, с каждым шагом приближаясь ближе, - с такими, как наша Катюша, только и можно, что поиграть, - растягивает губы в зловещем оскале.

Боже! Что он несёт?!

- Ключи от квартиры, Дан сказал забрать их у тебя, спор он выиграл, так что тебя он больше не желает видеть, - словно ведро ледяной воды на голову.

- Что? – хриплю вопрос.

Это же не правда? Дан так не может со мной! Какой спор?

- А вроде умная, а с первого раза не понимает, - продолжает Вик.

Вся аудитория взрывается громким смехом.

- Тебе было велено отдать ключи от квартиры моего брата, у Дана девушка есть, настоящая, которую он действительно любит, и сейчас он с ней, ночью встретил в аэропорту, она на отдыхе была. Давай ключи, чего лупишься, мне за тобой прибраться надо, Дан Лилю из-за тебя домой не может привезти, - рявкает Вик и вырывает из рук сумку, резко дёргает бегунок, вырывая его из молнии.

Я словно в камень превратилась, пошевелиться не могу, ни говорить, ни дышать, только смотреть могу, как Виктор роется в моей сумке, а не найдя ключей, вываливает всё на пол. Ключи выпадают со всем содержимым, наклонившись, он берёт связку ключей, на которой находятся не только квартиры Дана, но и ключи от бабушкиного дома. Выпрямившись, Виктор пинает ногой мои тетради, разбрасывая их по аудитории. Одногруппники вновь взрываются смехом.

- Если бы знал, что так легко прыгнешь к Дану в постель, даже бы спорить не стал, а я дурак наивный, верил, что ты у нас святоша, да свадьбы ни-ни, а ты Катюха, потаскуха обычная, - выговаривает всё эту гадость мне в лицо, - парни, - оборачивается к одногруппникам, - с этой за деньги можно, не откажет, так что можете в очередь вставать, только деньги сначала приготовите, - говорит он ребятам, а после поворачивается ко мне лицом.

Моя рука сама взмыла в воздух, пощёчина громким шлепком разнеслась по аудитории, глаза затянуло серой пеленой. Слёзы! Только не это, нельзя им их показывать!

Вик замер, вокруг гробовая тишина, глаза в глаза, неотрывно. Брови Виктора хмурятся, а во взгляде появляется растерянность, сменяющаяся тревогой и сожалением. Прикрываю глаза всего на секунду, чтобы прогнать пелену слёз, а когда открываю их, то встречаюсь с ненавистным взглядом. Не было растерянности, сожаления и тревоги, это всё мне показалось, пелена слёз исказила реальность, и выдала желаемые мною эмоции Вика.

- А вот это ты зря, - угрожающе произносит мажор, - она ваша, ребят, развлекайтесь, не стесняйтесь, - говорит одногруппникам, смотря на меня.

Вик сделал полшага в сторону, чтобы обойти меня, но специально задевает моё плечо. На ногах удержаться не получается, одна нога скользит в сторону, чтобы спастись от падения, хватаюсь за руку Виктора, но он вместо того, чтобы помочь мне, грубо хватает за запястье, и отталкивает от себя, падаю на попу.

- Вы посмотрите, её даже ноги не держат, - выкрикивает кто-то из девочек.

И вновь громкий смех.

Во мне что-то с громким хрустом надламывается, всё что здесь произошло невидимой воронкой засасывается в солнечное сплетение, наполняя каждую клеточку тела адской болью.

На меня поспорили! Я нужна была Дану только ради спора!

Не поднимая глаз на одногруппников, тянусь рукой до сумки, отряхиваю его от невидимой пыли, тянусь за тетрадями, одна отлетела слишком далеко, приходится доставаться, встав на колени, чем вызываю свист парней и крики девочек. Что именно они кричат, понять не могу, мозг не воспринимает их слова, словно защиту поставил, чтобы не слышать больших оскорблений.

Собрав трясущимися руками свои вещи, поднимаюсь на ноги, но что-то идёт не так, нога выворачивается и следом раздаётся хруст чего-то сломанного. Опускаю взгляд вниз и обнаруживаю свой телефон. Я его раздавила, каблуком. Восстановлению он точно не подлежит, поэтому даже не забираю подарок Даниила, выхожу из аудитории.

- Эй! Мышкина, куда пошла? А заказы принимать кто будет? – летит в спину от Гриши.

- Пусть идёт, впереди ещё много времени, успеешь встать в очередь…

Дальше я не слышу, что они кричат, закрываю за собой дверь.

- Катенька, ты куда? – не успеваю отойти от двери, как путь мне преграждает преподаватель, - давай ка обратно, я ужасно опоздала, ну ничего, сейчас мы быстренько всё наверстаем, - говорит Мария Андреевна и открыв дверь, мягко подталкивает меня обратно.

Она словно не замечает моего состояния.

- Давай Катя, на своё месте, так ребята, доброе утро….

А дальше я снова ничего не слышу, присаживаюсь за свой стол, в голове мелькают картинки меня и Даниила. Наши завтраки, обеды по выходным, совместные ужины дома или в кафе. Его объятия, жаркие, крепкие, ласковые слова, совместные ночи, лишённые сна.

Одна пара заканчивается, начинается другая, словно на автомате перехожу из аудитории в аудиторию, на перерывах на меня летит шквал обидных шуточек, катком проходятся по моей внешности. После последней пары на автомате поднимаюсь из-за стола, убираю тетрадь в сумку, и даже шага не успеваю сделать, как меня за капюшон пуховика резко разворачивают, а следом прижимают к стене огромным телом.

- Хочу быть первым, - громко через смех, говорит Гриша и кладёт свою ладонь на мою грудь, больно сжимает.

Собственный вскрик отрезвляет, перед глазами уже не серые картинки воспоминаний, а яркая зелёная толстовка Макарова.

- Отпусти! – отталкиваю тут же чужую руку от свой груди, в надежде, что он отстанет, но нет, Гриша не собирается отступать.

- Давай ты не будешь ломаться, а? – и опять тянет свои руки.

Перед глазами школьный двор, и одноклассники вокруг меня. Меня тогда хотели проучить за пятёрку по контрольной, и за то, что не дала списать. Тогда я драла с девочками, сейчас же передо мной крепкий парень, вот только глаза у всех одинаковые, и если в них вцепится ногтями, будет очень больно. Один раз я уже так делала.

Ударив по руке на своей талии, следом бросилась в лицо Макарова.

Отборный мат Гриши, гомон ребят. Увидев всё группу, как только одногруппник отскочил от меня держась за своё лицо, поняла, что учиться с ними я больше не смогу. Они все стояли и снимали на телефоны, как Макаров зажимает меня.

Схватив сумку, бросилась прочь из аудитории, вот только бежала я не на выход из университета, я бежала забирать свои документы.

Как меня уговаривали не уходить, даже вспоминать не хочется, я со слезами вырывала свои документы из рук ректора, не хотел он отпускать такую ученицу.

Из университета я отправилась в общежитие, к девочкам в надежде, что они дома. В тот день, когда Даниил обманом затащил к себе в квартиру, я собрала не все вещи из общежития, как чувствовала, что не нужно их брать, и как оказалось не зря.

Дома оказалась Кристина, увидев меня, бросилась с расспросами. Я рассказала всё, скрывать не стала. Бывшая соседка позволила мне выплакаться на её плече, уговаривала остаться и перевестись в другую группу. Вот только смысла я не видела, о споре Даниила и Виктора вскоре узнают все.

Через два часа я уже была на вокзале, покидала столицу с раскуроченным в клочья сердцем.

* * *

- Кать? – вновь голос рядом.

Прикрыв глаза, словно выключаю телевизор, по которому транслировали мои воспоминания.

- Я знаю о вашем с Виктором споре на меня, - открываю глаза, говорю в ответ.