ГЛАВА 19. Джабар

– Твой отец сошел с ума, Жданова. Его бы все равно когда–нибудь подвинули. Хочу выпить. Сейчас. Подзываю пальцем кудрявую официантку. На ней из шмоток только три блестящих треугольника. Сиськи и промежность прикрыты, меж ягодиц тоненькая шелковая ленточка. Всё. Полета для фантазии никакого. А я последнее время много фантазирую. И везде в главной роли Агата. Ее чертовы невинные глазки и ужимки девственницы нехило возбуждают меня. Мне уже неинтересны все эти обнаженные девочки, желающие присесть ко мне на коленку и предложить свои услуги. Мечтаю о той, которая томится в моем подвале и ждет, когда я приму решение. А я, блять, не знаю, что делать. Советы Дариуса не помогают, а только усиливают мозготраханье. – Серьезно? Виолетта прослеживает взглядом уход раскрепощенной цыпы и усаживается за круглый стеклянный столик, подсвеченный розовым неоном. Я немного медлю. Верчу в руке бокал с каштановым виски и наблюдаю за воронкой в центре. – А ты изменился, Бажаев. – Опять врубает старую пластинку. – Женитьба, оказывается, бывает на пользу. – Заткнись. Присаживаюсь на кожаный диванчик в форме ракушки. – Наша встреча была делом времени. Ты же знаешь, нам обоим нужно о многом поговорить. – Например, о том, как ты грохнула моего солдата и чуть не расправилась с моей женой? Толкаю одну бровь вверх. Морщины на лбу собираются. – Ой, – отмахивается ручкой, – я здесь не причем. Не спускай на меня всех собак. Хм. Усмехаюсь криво. Челюсть сводит судорога. Глоток насыщенного терпкого алкоголя и бокал скользит по столу прямиком к Виолетте. Опрокидывается и заливает ее кожаные брюки. Она охает, подпрыгивает на месте от неожиданности, а я перегибаюсь и обхватываю ее за тонкую шею сзади. В зале полно наших солдат. Они моментально вытаскивают пушки и наводят прицелы друг на друга. Девчонки разбегаются кто–куда. Визг, ор, монотонный топот. Тарантино отдыхает. – Слушай меня, сука, – давлю пальцами на ее пульсирующую вену, – хочешь власти? Рискни. Только имей в виду, назад дороги не будет. Я уничтожу тебя. – Отпусти. – Шипит мне в лицо, выдыхая жалкое, почти затухшее пламя. – Еще раз ты переступишь грань, прикончу. Я не мой брат. Не стану предлагать компромиссы. Просто выпущу тебе кишки и всё. – Отпусти, я сказала! Верещит трусливо. То–то же. Подмигиваю ей и убираю руку. Она растирает шею, разминает трясущиеся плечи. В остекленевших глазах животный страх. Я не привык демонстрировать превосходство, но сегодня Виолетта узрела мою темную сторону. Жаль, до конца не показал. Неприятное послевкусие незаконченного дела остается. – Стволы опустите. Спокойно приказываю всем участникам встречи. Приходится особенно сурово взглянуть на своих подчиненных. Они нехотя разряжают оружие и суют под пиджаки. – Уберите! – рявкает Виолетта, глядя на кабанов в кожаных куртках. Никогда не любил и не воспринимал всерьез семью Ждановых. Позёры, выскочки. Мой папаша доверил Жданову–старшему огромные территории, полагаясь на благонадежность и здравомыслие. А он? Превратил Адов в город греха. Везде шлюхи, проститутки, наркоманы и те, кто ими руководит. Мне понадобилось много месяцев, чтобы хотя бы хрупкий мир создать. И никакая, тварь, вроде Виолетты не разрушит построенное по кирпичикам «здание». Шаткая гармония далась мне с большим трудом и реками крови. – А мы ведь любили друг друга, помнишь? Жданова ловкая манипуляторша, но я на ее уловки не ведусь. Когда–то по глупости трахнулись, провели пару ночей в маленьком мотеле на выезде из города и с тех пор, она лелеет надежду всё повторить. Но я не возвращаюсь в прошлое. Даже под веским предлогом. Прожил, забыл – мой девиз. – Рад, что ты все еще вздыхаешь по мне. Но купи себе какого–нибудь симпатичного мальчика и пусть он выебет тебя от души, чтоб мозги на место встали. – Ублюдок…когда–нибудь, ты будешь жрать дерьмо с моих туфель. Встаю, постукиваю пальцами по прозрачной столешнице. – Береги себя. Отсчитываю две ступени, пересекаю пустой зал, и раз уж приехал, решаю поговорить с владельцем «Сансет Стрип» пару минут. Надо понять, как идет бизнес, есть ли проблемы. В ближайшие недели не сунусь сюда. Предпочитаю проводить досуг в «Валентино». Там моя атмосфера. У этого же заведения свой специфический контингент. Я в него не вписываюсь. И вряд ли когда–нибудь впишусь. Когда две минуты истекают, я покидаю мини–офис. По пути к выходу собираю напуганные взгляды танцовщиц. Естественно Виолетта уже уезжает. Трусливая овца. Я и не планировал затягивать наш разговор. Узнал то, что хотел, выразил свое мнение, можно расходиться. Уверен, у сучки задница напрягается от моих слов. Но говорят, полезно для женского здоровья, репродуктивной системы. Пусть поблагодарит. Только мне почему–то легче не становится. Она чуть не угробила Агату, а Макса отправила к праотцам. Мне пришлось проведать родственников парня, предложить денежную и любую другую помощь. Не отказались. И опять же, облегчения я не испытал. На меня навешивают много разных ярлыков. Называют дьяволом, потомком первого демона и прочее. Но я не сволочь. Я отвечаю за каждого члена мафии в Адове и его окрестностях. Намертво стою за близких. Но теперь брешь в авторитете у меня самого. И всему виной жена. Вспомнив о ней, сажусь в Мерседес, достаю телефон. Почти полночь. Задерживаюсь я. А она под замком. Без воды и еды. Твою мать! Захожу в контакты, ищу Марту, и тут поступает звонок от Даниэля. – На часы смотрел? Откидываюсь спинку сиденья. – Ты же не спишь. – Дразнит мелкий. – Чего тебе? – Короче, Карина эта и Брониславовна благополучно доставлены в Лихтинск. Проблем с ними не будет. Твоя выходка отличный кляп. Прикрываю глаза. Веки тянет от усталости. – Отправь кого–нибудь следить за ними. – Уже, бро. Я же знаю вас с Дариусом, как… Ржет приглушенно. Чиркает зажигалкой. – И мы тебя тоже. Ты будешь неплохим боссом, если включишь башку. – Не–а. Я вольный парень. Нахрена мне ваши заморочки? Сигарета тлеет. Слышу потрескивание табака. Селитровая отрава. – Ладно. Спасибо, что позвонил. Я домой. – А я только вышел погулять. Затягивается глубоко, шумно выдыхает. – Удачи. Во всём. – Чао. Не успеваю опустить телефон. Марта звонит. Ее дрожащий голос, плаксивые нотки моментом прогоняют мою усталость. – Что? – подаюсь вперед, упираюсь локтями в колени. – Агата, она…я не знаю, как она выбралась. Я не могу ее найти… Не подводит меня чутье. Сбегает, Гномик. И первое о чем думаю: стоит ли мне ее искать?!