ГЛАВА 26

Молчание – единственное, что нас связывает с Джабаром всю дорогу до ресторана «Паганини». Больница позади, но мы оба все ещё не можем отделаться от странного горького чувства и избавиться от кислого привкуса во рту. Я уж точно. Появление Виолетты не гром среди ясного неба, а предвестник смертоносной бури, которая снесет все на своем пути. Отравит каждую клеточку организма своим ядом. И я не знаю почему, но я боюсь. Хотя наедине с ней, веду себя храбро и отбиваю прямые атаки. Изменения случаются с приходом Джабара. Мы почти не разговариваем с ним. А если и делимся чем–то, то только под покровом ночи, уверенные в своей изолированности. И когда я увидела его перед собой. Наши взгляды совпали, я подумала, он в разы страшнее сучки, которая пыталась меня напугать. Его внутренний мрак разрастается. Мне, кажется, скоро не останется и намека на человечность. Только животная похоть и тяга убивать. У мафиози ведь не может быть иначе. Хотя… Опять вспоминаю Милену и Дариуса. Они идеальная пара. Две несовместимые половинки стали одним целым. Дополняют друг друга, сглаживают острые углы. Я тоже так хочу. Но мой обман перечёркивает будущее. Джабар не простит меня. Никогда. В его вселенной правят мужчины. Они решают: быть или не быть. Лишь им подвластно менять ход вещей. Мне и так везёт. Я ещё жива, ещё дышу. Будь на моем месте другая девушка… Та, у кого спелости больше, давно бы кормила рыб в реке. А я трусиха. У меня поджилки трясутся от одного присутствия мужа. И неважно, танцуем мы под хит Адель или же едем вдвоем в ресторан. Одинаково страшно и неуютно. Мы с Джабаром два незнакомца, решившие играть по опасным правилам. Когда–нибудь о моей подлянке пойдут слухи, и наступит Судный день. Не хочу. Не вынесу. « Раньше надо было думать, Агата » – шепчет мое подсознание. И я согласна с ним. Я не должна была лезть в постель к мужчине, который принесет мне не только страдания, но и самую сильную боль… Наш тонированный Мерседес паркуется у «Паганини». Я ничего не знаю об этом местечке. Оно указано в кулинарном путеводителе по городу и имеет довольно неплохую репутацию и отзывы. Хотела бы я побродить по Адову, познакомиться с его культурой, непередаваемым колоритом и людьми. Однако я жена мафиози и сейчас не лучшее время. Враги точат зубы, Даниэль перенес серьезное ранение. Может быть, позже? Когда наступит хотя бы шаткий мир. Рим открывает нам дверь. Джабар выходит первым и даёт мне руку. Теплая, немного шершавая и такая большая, что моя маленькая ладошка утопает в ней полностью. – Ты великолепна, перестань сутулиться. Ласково просит муж, проведя вдоль моего позвоночника костяшками пальцев. Распрямляю каждую косточку, приглаживаю волосы и с неискренней, но радостной улыбкой, вхожу в стеклянные двери итальянского ресторана. Джабар позади. Его руки то и дело касаются меня. Голову охватывает хмельной дурман от воспоминаний о нашем первом разе. Знаю, не удачный момент выбираю, но оно само собой возникает в мыслях. Наши горячие поцелуи, громкие стоны, желанные прикосновения. Я помню даже незначительные мелочи. Ведь я стала женщиной. В девятнадцать лет потеряла невинность с самым жестоким мужчиной в глазах общества. И в этом виновата только я. Нужно было давно проститься с «цветочком» и уже собирать ягодки. Но я все ждала. И ждала. И дождалась. – Я тоже думаю о той ночи, Гномик. И ты не представляешь, как мне нравится ощущать себя первым в тебе. Шепот Джабара заглушает мои мысли. Начинаю загораться изнутри. Лишь бы никто не заметил. – А ещё говорят, мужчинам плевать. Мило улыбаюсь девушке, ведущей нас в зал. – В моем случае, это значит, сорвать куш. Обнимает меня за талию и очерчивает границы. Для всех присутствующих, не только для меня. Я его. И сейчас он демонстрирует свои права на меня. « Бесправен тот, кто грех возвел на пьедестал. Поддался искушению, путь к свету потерял …» Я грешница. Мне не светит рай и райские блага с божественным нектаром, танцами и песнями под золотую лиру. Джабар лишает меня всякого шанса попасть на небеса. Он живёт в аду, правит им. И мне суждено быть с ним рядом. – Агата! Ко мне спешит Карина. В ее руках цветочный горшок с черной орхидеей. Мамин гостинец. Без сомнений. Насколько я помню, сорт называется «Дракула». Очень уместно. – Карина… Отрываюсь от Джабара и тороплюсь обнять лучшую подругу. Она чуть глиняный горшочек не роняет на пол. Ловкая девушка–официант спасает от падения и гибели прекрасный цветок. – Ой, прости, я так волнуюсь и… Мечет глазами искры в Джабара. Она здесь по его приказу и приказу Дариуса. – Ничего. Все в порядке. Даже если бы она упала, мама бы не узнала. Невесело улыбаемся с Кариной. Администратор предлагает нам присесть за круглый полностью сервированный стол. Я никого не вижу, кроме Карины. Да и кого я хотела увидеть? Дариуса с Миленой, с которыми я когда–то так и не поужинала…или? Папа ещё в больнице, мама, конечно же, играет роль любящей жены и находится неподалеку. Но я и одной Карине безумно рада! Мы рассаживаемся. Джабар не спешит занять стул слева от меня. – Что–то случилось? Спрашиваю, потому что он слегка в прострации. Желваки шевелятся отчётливо, взгляд устремлён в стеклянную витрину. – Нет. Все хорошо. Перестает пугать меня своим серьезным видом и все–таки присаживается рядом. Рим и ещё парочка солдат устраиваются за соседним столиком и наслаждаются минеральной водой из высоких стаканов. – Ты уверен? Ты всю дорогу молчал. Карина старается не смотреть на нас, покрывает кремовой салфеткой колени и, как и молчаливые парни по соседству, пригубляет воду. – Я же сказал, все хорошо. Минуту назад он говорил о сексе, намекал на повторение той удачной и в тоже время волшебной ночи, а теперь? Надевает костюм хладнокровного засранца и делает из меня назойливую муху, которая жужжит над ухом и жужжит. – Джабар? Попытка номер, черт знает, какая. – Давай тихо–мирно отметим твой маленький юбилей и поедем домой? Я дико устал, а мне ещё нужно кое–какими делами заняться. – Тогда зачем все это? Взяв нож, обвожу им помещение. – Агата, я хочу выпить вина. Ты со мной? Карина ударяет вилкой по пустому бокалу и к нам приближается официантка. Та самая, спасшая мамину «Дракулу». Гляжу на цветок в середине стола, Джабар достает телефон и быстро печатает сообщение. Не здесь я должна быть. Я чувствую это. Все нереально и неправдоподобно. Будто дешёвая постановка или бэкстейдж важного события. – Ты не против сухого белого девяносто восьмого года? Подруга отдает официантке винную карту и подпирает подбородок кулачком. Я кошусь на Джабара. По–прежнему ведёт переписку с кем–то. Что–то не так. Грядет катаклизм, и ничто ему не помешает. – На самом деле, я очень благодарна тебе Джабар. – Карина сводит локти, – мне сейчас действительно нужны деньги. – Знаю. Не глядя, отвечает он. Я же вся на нервах. Сидеть не могу. – Значит, ты уже забыла о цепях? Выгибаю бровь. Ещё немного и сорвусь. – Брось, Агата. Мы заварили эту кашу и надеялись на что? Что нас никто никогда не раскроет? – По крайней мере, не так скоро. Хмыкаю после мгновенного ответа. Джабар будто бы не слышит нас. – Я изначально тебе говорила, план дерьмо. Но ты… – Вынудила тебя? Ты это хочешь сказать? – Нет. Я люблю тебя и пошла бы ради тебя на любой риск. У меня никого нет, ты же знаешь. Я выросла в детском доме. Ты – все, что у меня есть. Очень трогательно. И я бы с удовольствием обняла Карину, сказала ей, какая она дурочка и расцеловала до дикого смеха. Но Джабар уже порядком надоел своим полным погружением в телефон. Привез меня сюда, чтобы отметить мой день рождения, а в итоге что? Ненавижу сегодня. Не желаю завтра. Хочу вернуться во вчера! Или даже в позавчера! А ещё лучше никогда не знать Бажаева и об измене моей матери. – Эй? – окликаю Джабара. – Зачем мы здесь? Молчит. Как и всю дорогу сюда. – Я хочу уйти. Немедленно. Встаю, бросаю салфетку на стол и вешаю сумочку на плечо. Карина поднимается следом. – Агат? – Нет. Хватит с меня. Хочу домой. Ты же теперь надолго в городе? Пока не поднимешь на ноги Даниэля? Она кивает, поглядывает на сосредоточенного Джабара. – Отлично. Тогда ещё увидимся. – Сядь. Холодно произносит муж. Выполняю приказ, прекратив истерить. – Я прошу прощения, дамы, – сует телефон в карман пиджака, – безотлагательные рабочие вопросы. Но теперь я весь ваш. Только впечатление о вечере уже подпорчено. День рождения вовсе осквернен. – Я отойду. В туалет. Только отрываю зад от стула, как в миллиметре от головы пролетает пуля. Джабар одним махом сгребает меня и роняет на пол. Накрывает своим телом…