Глава 24

Значит, теперь за мной охотится Архонт-смертник? Блестящая перспективка...

Зейн велел отпроситься с работы на ближайшую пару недель. В пансионате Архонту будет проще защитить меня. Я не стала противиться, хотя и сильно сомневалась, что Круглого устроит такой расклад. Что ж, даже если уволит, зато живая останусь.

Однако короткий разговор с Теренсом по телефону сильно меня удивил. Он не просто без возмущения дал мне отпуск, а сам едва не навязал его. Чудеса... Будто с тех пор, как я перестала бояться потерять работу, работа стала бояться потерять меня.

Положив трубку, я переоделась в пижаму. Уже собиралась забраться под одеяло, как услышала странный звук из коридора. Будто что-то скреблось в мою дверь. Даже не успев как следует подумать и испугаться, отперла замок и дернула ручку. Из темноты на меня смотрели светящиеся синим огнем глаза.

— Грамбэл? — Кот протиснулся в образовавшуюся щель и, едва не сбив меня с ног, ворвался в комнату. — Напугал... Наглец, хватает совести заявляться ко мне в таком виде?

Кот как-то виновато опустил голову, и мне даже стало его немного жаль.

— Чего пришел? Яблок не получишь, — строго сказала я.

Котяра приблизился и уперся лапой в дверь, закрывая ее. Навернул пару кругов по комнате, будто оценивая обстановку, и... улегся на мою кровать.

— Ты чего удумал? — возмутилась я. — Будь ты хоть Грамбэл, хоть Зейн, негоже всяким котам так бесцеремонно вламываться к девушкам!

Кот хмыкнул.

— Все настолько плохо, что нам необходимо оставаться в одной комнате?

Зверь не мигая смотрел мне в глаза, и я напряглась.

— Значит, на меня действительно охотятся, — пробормотала я, говоря скорее сама с собой.

Каковы шансы у простой смертной, когда против нее выступает всемогущий Архонт? У меня точно есть немного времени в запасе. Ведь если ему нужен активированный Источник, прежде, чем убить меня, ему придется... Черт, это совершенно не тот Архонт, которому я хотела бы отдаться!

Что?! Краска хлынула в лицо. Как все же хорошо, что он не читает мысли!

С трудом справившись с собой, я перевела взгляд на притихшего кота и возмущенно открыла рот, оценив пристальный взгляд, скользящий по моим обнаженным ногам.

— Эй! Немедленно отвернись!

Кот лениво подцепил когтем край одеяла и приподнял его, словно приглашая меня.

Я растерянно осмотрела комнату. На стуле спать неудобно, одежду я убрала в шкаф, и чтобы ее достать, придется повернуться к этому наглецу... задом.

Выхода нет.

Гордо вскинув подбородок, я юркнула под одеяло, пытаясь всем своим видом показать, что это мое самостоятельное решение. Оказавшись в комфортном тепле, рядом с огромным зверем, убаюкивающим меня своим мурлыканьем, я расслабилась. Рука сама неосознанно потянулась к мощной шее хищника, и я стала перебирать сверкающую шерсть.

Лампочка на потолке неторопливо погасла.

— Спасибо, — пробормотала я, засыпая.

Можно бесконечно ворчать на кота, но как бы там ни было, я ведь рада, что он рядом. Пока он лежит возле меня, я уверена, что Зейн в безопасности...

***

Почему так жарко?

Я словно горела от разливавшейся в теле истомы. Мужской аромат окутывал, пробуждая бабочек в животе.

Но даже сейчас недостаточно близко. Все это мешает...

Уткнулась носом в сильную шею и, неосознанно откинув одеяло, прильнула к мощному телу. Мужчина стиснул меня в объятиях, вызывая невольно сорвавшийся с губ протяжный стон.

Я почувствовала его напряженное дыхание, когда он погладил мое лицо, заставляя поднять голову. Открыла глаза.

Первые лучи утреннего солнца делали мой сладкий сон еще более нереалистичным. Зейн смотрел с такой нежностью, трепетно поглаживая пальцами мой подбородок...

— Больше не боишься? — прохрипел он в мой приоткрытый рот.

— Боюсь.

Увидев разочарование на его лице, я поспешила объясниться, дабы не испортить волшебное видение:

— Не тебя. Теперь я боюсь за тебя. Волнуюсь, что можешь пострадать, пока будешь защищать меня. А если мы проиграем... боюсь, что первым и последним мужчиной в моей жизни окажется вовсе не тот бессмертный, которого я хочу... — тараторила я, не успевая думать. — И страшно, что ты будешь мучиться, когда меня не станет.

По мере того, как я говорила, взгляд синих глаз темнел, словно грозовое облако.

— Я не позволю, — зарокотал тихо, — не позволю ему прикоснуться к тебе. — Я ни за что не проиграю, слишком многое стоит на кону.

Он осторожно коснулся моих губ своими, и я растворилась в моменте. Невольно поддаваясь ему, приоткрыла рот под нежным натиском. Неосознанно я льнула к этому опасному существу в моей кровати не только телом, но и душой.

Снова целует меня. Это не сон. Слишком явно ощущается, как грубая щетина царапает кожу, слишком горячо от влажных поцелуев на моей шее... Я нутром чувствовала затаенное в нем желание, и мой «бракованный» разум сейчас не желал противиться этому. Не знаю, поддалась ли я, наконец, его обаянию, или же он прав, и эти чувства рождены моим собственным желанием, но сердце готово было разорваться от счастья.

Зейн... Мой Высший, готовый защищать меня, сейчас целует, крепко сжимая в объятиях. Разве для счастья еще что-то нужно?

Самая малость.

Выжить.

Архонт перекатился, оказавшись сверху, вжимая меня в матрас своей тяжестью.

— Зейн... — тихо простонала я.

— Из-за тебя у меня вечно все выходит из-под контроля. Вот и желание теперь тоже... — продолжая осыпать мою кожу поцелуями, бормотал он. — Я так хочу тебя... Но боюсь навредить.

— Ты отлично контролируешь себя, — будто уговаривала я Архонта. — Даже больше не светишься, когда зову тебя по имени.

Он остановился и прошептал:

— Когда ты плакала во сне... И звала меня... Кажется, мою душу разрывало на части. Я хотел успокоить тебя, а для этого пришлось усмирить силу.

— Так для самоконтроля тебе не хватало моих слез?

— Не знаю, как это работает, но больше не допущу...

Его прервал настойчивый стук.

— Долли, я все знаю! Открывай немедленно! — послышался из-за двери писклявый голос Аиши.

— Черт! — В ужасе озираясь, я прикрыла рот руками. — Это моя сестра! Что нам делать?

— Я уже говорил, что ты вечно боишься не того, — спокойно отозвался ректор. — Чувствую себя немного оскорбленным, ведь ни бессмертный, обещавший убить тебя, ни кот, едва не съевший тебя, ни «пушистики», желавшие тебя поджарить, не вызывали такой волны страха, как эти дамочки.

— Может, поговорим об этом позже?

— Долорес! — завопила Аиша. — Просыпайся уже, лгунья!

Архонт приподнялся, выпуская меня из своих объятий. Вскочив на ноги, я распахнула шкаф.

— Нарния, не Нарния, а котику придется отсидеться тут! — указала ему на открытую дверцу.

— Ты ведь сейчас несерьезно?

— Серьезнее некуда! — в панике зашептала я. — Эти дамочки способны меня живьем сожрать. И в отличие от Грамбэла, колебаться не станут!

Архонт усмехнулся и с присущим ему достоинством влез в шкаф. Я плотно прикрыла дверцу. Наспех завязав растрепавшиеся волосы в привычный пучок, отперла замок, впуская сестру.

— Как ты могла? Шантажировала нас! Крутила нами, будто мы твоя прислуга!

Стараясь выглядеть сонно, я непонимающе уставилась на Аишу.

— О чем речь?

— Мафия! Их всех, всю банду посадили сразу после Нового года! Во главе с мэром! — визжала она так, будто я имела к этому отношение. — Разве не от них ты подарки получала? Не ты ли говорила, что они заберут пансионат и сделают из него притон? Так вот — не заберут!

Вот так-так...

— Аиша, завязывай орать, пока я не оглохла, — лениво протянула я, вспоминая, как это делает мой Архонт. — Я говорила чисто гипотетически. А то, что вы себе надумали... разве я могу отвечать за вашу бурную фантазию?

То, что посадили местных мафиози, это, конечно, хорошо. Вот только теперь родня снова ополчится на меня.

— Чего ты от меня-то хочешь?

— Мы выполняли за тебя всю грязную работу, — неистовствовала сестра, — относились к тебе, как к ровне! А я еще и платье свое придарила!

— Что касается работы то вы, наконец, научились хоть что-то делать. Глядишь, у Лоры появится шанс сбагрить вас замуж. Я же продолжала выполнять свои обязанности по дому, убирала номера? И впредь буду это делать. Но только это и не более, так и передай своей матушке. Относительно второго пункта ты права: вы мне не ровня. Так что будем соблюдать субординацию.

Я услышала тихий смешок из шкафа и прокашлялась, тоже едва сдерживая смех. Похоже, близость Зейна вселяет в меня уверенность не только когда речь идет о смертельной угрозе, но и в момент ущемления моих жизненных прав.

— Ну и третье...

Я повернулась и шагнула к шкафу. Открыла дверцу, за которой, прячась за висящей одеждой, сидел мой комнатный бессмертный, и, выхватив из темноты сапфировое сияние его глаз, потянулась к верхней полке над вешалками. Силясь вытащить коробку, вдруг почувствовала прикосновение горячих пальцев к животу и едва сдержала стон, вспоминая свое доброе до появления сестрицы утро.

Наконец выудила искомое и, вновь прикрыв дверцей разгулявшегося Архонта, шагнула к сестре.

— Забирай! — вручила ей коробку. — Не нуждаюсь в ваших подачках!

— Что это? — она удивленно посмотрела на крышку ящика, на котором красовалась какая-то надпись.

Все равно поймет, что это не ее платье, значит, скажу как есть.

— Твое платье я порвала. Взамен возьми это. Оно такое же, как твое. Устроит?

Сестрица благоговейно погладила надпись.

— Дизайнерское? — она подняла на меня полный недоумения взгляд. — Откуда у тебя такие деньги? Наушниками фирменными обзавелась, шмотками дизайнерскими... Раскрой секрет, я тоже хочу!

Немного подумав, я решила, что мне не помешает еще немного отдыха от раздражающего семейства.

— Говорила же: тайный покровитель, — загадочно прошептала я. — Так что можешь и это донести Лоре. В женихах я больше не нуждаюсь, у меня уже есть, — мысль о том, что ректор слышит мои слова, будоражила кровь, — мужчина.

— Значит, это был не мафиози? — пришла к нужным выводам Аиша.

Я равнодушно пожала плечами.

— Вы сами пришли к такому умозаключению. — Хотя, признаться, я тоже подозревала его.

— Признайся, эскорт?

— Ты в своем уме?

— Ты ведь вечно пропадаешь ночами... — Аиша вдруг завопила и, выронив коробку, принялась трясти рукой. Электронные часы на ее запястье задымились. — Какого черта?

Я удовлетворенно вскинула бровь, глядя на попытки сестрицы сорвать часы.

— Слышала о карме? Говорят, это понятие родом из твоей любимой Индии. Задумайся, — многозначительно пробормотала я и вдруг заметила футляр, выпавший из коробки. — Пожалуй, это я все же оставлю себе.

Меня заботило не все содержимое бархатной шкатулки, а лишь открытка, хотя и украшения отдавать Аише я тоже не намеревалась. Но если бы сестра не выронила коробку, высыпав на пол содержимое, похоже, я вовсе забыла бы о них.

Очень кстати ее часы... стоп! Я бросила подозрительный взгляд на шкаф и теперь заметила, что не закрыла дверцу до конца. Из небольшого просвета за нами наблюдала пара хищных глаз.

«Так вот она, карма, — усмехнулась про себя. — Как я сразу не догадалась?»

Когда Аиша, наспех закинув платье в коробку, поспешно сбежала, дверца шкафа тут же отворилась.

— Действительно премерзкая девица, — брезгливо пробормотал Высший, величественно выбираясь из плена.

— Часы — ваша работа?

Он равнодушно пожал плечами. Именно так, как это старалась сымитировать я.

— Мне не понравились ее грязные предположения на твой счет. Коснулся тебя, чтобы убедиться, что она не доставляет тебе излишнего волнения. Ты неплохо справилась, только вот... Я был бы куда более счастлив, если вместе с этой шкатулкой ты прихватила кружева. Я так старательно их выбирал...

Если до этого он меня еще не съел, то сейчас, судя по плотоядному взгляду, точно собирался.

— Хотя ты привлекательна даже в своем милом трикотаже.

Я бы смутилась, но до меня, наконец, дошел смысл его слов. «Заметил». Слово из записки. Я вдруг вспомнила, как наутро после вечеринки сетовала перед Грамбэлом, что тот, ради кого я наряжалась, даже не заметил моих стараний.

— Так это все же от вас?

— Мы снова на вы, мисс Флетчер? — спросил он томным голосом.

— И тот стих... — Я осеклась, чувствуя, как от воспоминания строк записки меня бросает в жар.

— Я обязан был извиниться за то, что снова навредил тебе, — ответил он, будто оправдываясь.

— Наушники?

— Кот настоял, — отмахнулся Зейн.

— Вы ведь говорили, что он не разумный?

Очевидно, я подловила его, а никудышные оправдания непоколебимого бессмертного подошли к концу. Он явно несколько растерялся.

— Откуда узнали размер платья? — продолжила я.

— Кот не удержался и вернулся за яблоками. Ну мы и подсмотрели заодно...

— К аресту местной банды и мэра, я так подозреваю, вы тоже причастны?

— Эти парни мне сразу не понравились... Может, съедим чего-нибудь? Ты вроде еще не завтракала? — перевел он тему.

Я вздохнула, чувствуя, что откровенности от Зейна сегодня больше не дождусь, и отвернулась к столу, желая незаметно выудить записку из футляра. Повернувшись к Архонту, протянула ему коробок.

— Спасибо за все. И простите, что пришлось отдать ваш подарок. Наушники я, пожалуй, оставлю, а украшения мне ни к чему. Не стоит делать такие дорогие подарки. Тем более если просто хотели извиниться. Обычного «прости за то, что снова вырубил» было бы вполне достаточно.

Вместо футляра Зейн взял мою руку.

— Оставь девочка, это твоя гарантия на случай, если я исчезну, — сказал он тихо, поглаживая кожу моей руки большим пальцем. — Продашь, выкупишь пансионат и выгонишь к чертям собачим свою неадекватную родню.

С этими словами он двинулся к двери, тогда как я ошеломленно смотрела на футляр в своих руках. Исчезнет... Значит, он все же собирается оставить меня? Как же я смогу продать эти дурацкие украшения, если каждый камень напоминает… о его глазах?

— Уходите? — едва сдерживая слезы, спросила я.

— Думаю, брат не станет нападать на тебя средь бела дня, поэтому теперь моя очередь поохотиться. Постараюсь отыскать его, выяснить цель визита и объясниться. — Он замолчал, когда я подняла на него тоскливый взгляд. Нахмурился болезненно. — Я вернусь к тебе, Лолита...