Глава 21

Я замираю, словно парализованная, а потом судорожно тянусь к сумке. Роюсь в ней, нахожу на самом дне свои старые очки и поскорее нацепляю их на нос.

Низко опустив голову прохожу мимо турникета и начинаю быстро подниматься по лестнице.

Пытаюсь вспомнить, какой сегодня день недели и дома ли Маша или еще не пришла. Несмотря на то, что с подругой мы не виделись, кажется, целую вечность, очень хочется, чтобы в нашей комнате ее не оказалось.

Пока иду по коридору в голове бьется один вопрос — что со мной?

Даже не так. Что, черт возьми, со мной происходит!

Дергаю ручку и понимаю, что дверь заперта. Что ж, Маши нет, отлично. Достаю ключ, быстро провертываю его в замочной скважине и, наконец, попадаю в нашу с подругой комнату.

Включаю свет, бросаю сумку у кровати, стягиваю очки и осматриваюсь по сторонам.

Машина кровать аккуратно застелена, на пробковой доске пришпилена записка; «Ульяна, надеюсь, у тебя все хорошо, потому что на звонки ты не отвечаешь. А в деканате универа сказали, что ты уехала на месяц. Куда? К себе домой? В общем, если что, я тоже временно здесь не живу. Переехала к своему парню. В общем, увидимся, как приедешь».

Для меня оказывает сюрпризом тот факт, что кто-то предупредил деканат, хотя пора бы перестать удивляться. Конечно же, это сделал Демид, чтобы ни у кого не возникло вопросов, куда я пропала.

И Маша кого-то себе нашла. Уж не тот ли это парень, с которым я ее видела, когда последний раз посещала занятия?

Теперь тот день кажется таким далеким, хотя прошло не так уж и много времени.

Подхожу к зеркалу и начинаю придирчиво осматривать себя с ног до головы.

В моем внешнем виде нет ничего необычного, не считая глаз и того, что на меня все еще надета футболка Демида.

Некстати вспоминаю наш утренний секс и мои глаза начинают светиться сильнее.

Я прикрываю веки, всеми силами пытаясь приглушить этот блеск, принудительно перевожу мысли в другое русло.

Начинаю думать о приходе в дом Лейлы и остальных, предательстве Демида и последующем ритуале.

Блеск притухает, но от этого мои глаза не становятся менее устрашающими, потому что цвет зрачков перетекает в пугающе черный. Это выглядит довольно жутковато. В общем, не менее заметным.

Похоже, пока я не научилось контролировать это, мне нужно быть крайне осторожной в своих мыслях.

Также, как и в действиях.

Потому что горячие искорки продолжают играть на моих пальцах, готовые сорваться с них в любой момент и превратить в пепел любую вещь, что меня окружает.

Странно, что я получила сразу столько силы Демида, ведь я не убивала его на этот раз. Когда я сбросила его со скалы, ко мне перетекла часть его сил, но далеко не в таком количестве.

Сейчас же я чувствую себя… непобедимой.

Я не знаю, как буду появляться на людях. В тот же универ ездить…

Хотя стоит ли об этом сейчас переживать?

Да, ритуал проведен, но вот закончится ли все на этом и смогу ли я вернуться к своей прежней жизни?

Точнее не совсем прежней. Я решила, что брошу учебу в этом университете, потому что не хочу больше становиться юристом. Я буду поступать в медицинский, а если не получится, устроюсь в какую-нибудь больницу, неважно кем. Главное, я буду рядом с теми, кто нуждается в моих способностях.

Тут мне в голову приходит ужасающая мысль, а смогу ли? Я судорожно осматриваюсь по сторонам. Не знаю, как мне проверить.

Вспоминаю, что в тумбочке вроде бы лежали ножницы. Подлетаю к ней и начинаю искать. В руку попадает небольшой складной ножик и это еще лучше. Хватаю его, освобождаю лезвие и подношу к руке. Недолго думая, делаю порез на коже. Из раны тут же начинает сочиться кровь.

Я сглатываю и в волнении подношу к порезу ладонь второй руки и под моим касанием порез тут же начинает затягиваться.

Я выдыхаю с огромным облегчением.

Слава богу, мои способности к исцелению никуда не исчезли, они все еще со мной. Слава богу.

А когда снова подхожу к зеркалу, понимаю, что и глаза снова стали почти нормальными. Значит, секрет в том, чтобы быть максимально расслабленной и думать о чем-нибудь приятном?

Надеюсь, я справлюсь с этим, как справлялось со всем, что выпадало на мою долю.

Уже переодевшись и лежа в кровати, я снова думаю о том, как стану работать в больнице и помогать нуждающимся в помощи.

А если Демид захочет мне помешать?

Он появится уже через несколько дней. Вдруг он захочет внести свои коррективы в мои планы?

Хотя сейчас, после проведения ритуала, я навряд ли буду представлять для него такой же интерес, что и раньше.

А все эти разговоры про пару и притяжение…

Возможно что-то и было с его стороны, но…

Но если он снова начнет болтать об этом или, не дай бог, пытаться приставать, я откажу ему. Несмотря на то, что тело отзывается на одни только мысли о возможной близости с ним.

Потому что он больше неинтересен мне как личность.

Потому что он тот, кому я никогда не доверюсь снова.

Я понимаю, что не могу уснуть.

Слишком много эмоций, слишком много жара.

Тогда я встаю с кровати, одеваюсь в спортивную форму и выхожу на пробежку. Да, на дворе почти ночь, но мне необходимо хоть как-то выпустить пар. И да, я не боюсь, что со мной может что-то случиться, потому что уверена, я смогу за себя постоять.

Какой-бы не была причина того, что часть сил Демида перешла ко мне, я в состоянии сообразить, что это очень и очень большая часть.

Так что, если кто-то, тот же Сафрон, на которого я зла не меньше остальных за то, что использовал меня, хотя бы попытается что-то сделать, я смогу ему противостоять.

Они появляются в тот момент, когда я, добежав до дальней части парка, разворачиваюсь, чтобы вернуться к общаге.

В начале я не вижу, но отчетливо ощущаю колебания воздуха. Перед собой, справа, слева, сзади.

У меня словно открывается третий глаз.

Сила Мага. Желто-оранжевое свечение пронизывает воздух, заставляя отзываться на нее какой-то частью моей души. А с ним кто-то из демонов. Их сила мерцающе-черная, мрачно опасная.

Эти две силы сгущаются вокруг меня, становясь все отчетливее с каждой секундой, движутся вокруг меня спиралью, постепенно обволакивая. В обычное время, меня бы уже оторвало от земли и стало засасывать в воронку, но сейчас все это не страшно мне. Я продолжаю ровно стоять на ногах и чувствую, что могу разогнать эту черно-золотую муть от себя всего лишь одним щелчком пальцев.

Отмахнуться и спокойно пойти дальше.

Но я не делаю этого.

Я хочу разобраться до конца, чтобы больше не возникало никаких недопониманий… Чтобы меня оставили, наконец, в покое.

Поэтому я расслабляюсь и позволяю воронке засосать меня, закрутить в вихре, а потом выплюнуть на холодный каменный пол.

Если это снова подземелье, я разнесу его к чертовой-матери. Потому что ненавижу подземелья. Они душат меня, не дают развернуться на полную мощность.

Впрочем, не критично.

Приподнимаюсь на руках и первое что попадается мне на глаза, это длинные мантии в пол, которые окружают меня со всех сторон.

Встаю на ноги, одновременно с этим с любопытством оглядывая всех присутствующих.

Прямо передо мной с сосредоточенным выражением лица стоит Сафрон. Давно не виделись. Я вижу, как вокруг него, словно радуга, клубится магическая аура.

По правую руку от меня, одетый в точно такую мантию, Кристиан, кто бы сомневался. Его энергетика сродни моей, только слабее. Она мерцает и пульсирует вокруг него. Это она создала ту воронку, что притянула меня, после того, как усилилась волшебством Мага.

Остальных я определенно вижу в первый раз.

Крупный мужчина за сорок со светлыми волосами, зачесанными назад и грубыми чертами лица. В свете факелов, установленных по стенам, его лицо выглядит особенно устрашающим. Хоть мне и не страшно.

Но другие могли бы испугаться, потому что я отчетливо вижу, что под личиной человеческого лица скрывается страшная зубастая и косматая волчья морда.

Оборотень. Этот мужчина оборотень, причем довольно сильный.

Еще один человек, бледный, словно моль, с черными тонкими волосами до плеч и очень худой. Он сразу же напоминает мне Кощея-Валентина, несмотря на то, что тому было под сотню лет, а этому навскидку слегка за тридцать. Он стоит прямо и ровно, рассматривает меня из-под полуопущенных век без ресниц и от него за версту несет человеческой кровью.

Вампир. И он убивает людей. Часто и с удовольствием. У меня нет доказательств, я просто знаю это.

Далее, смуглый мужчина за пятьдесят с проседью в волнистых золотисто-каштановых волосах. Красивый и подтянутый для своего возраста. Под его человеческой оболочкой скрывается чистый огонь. Даже со своего места я чувствую жар, исходящий от него. А зрачки его глаз, если приглядеться, совсем не круглой формы, как у человека.

В этом мужчине я безошибочно угадываю представителя самого древнего вида из всех, дракона.

— Что ж, Ульяна, ну вот, наконец, мы все и в сборе, — первым нарушает молчание Сафрон.

— Настало время представить тебя Совету Избранных.

Он откашливается и продолжает.

— Итак. Кристиана ты уже знаешь. Теперь он будет выступать у нас от имени демонов. Уважаемый сэр Грейхем, представитель от клана оборотней. Достопочтенный граф Витторио, король ночи. Пришел в совет на место почившего не так давно Валентина. И, наконец, сэр Акбар, самый уважаемый представитель старейшего рода драконов.

Сафрон представляет каждого из присутствующих и тот, кого он называет, медленно кивает мне в знаке приветствия. Не спуская с меня глаз и продолжая буравить, словно рентгеновскими лучами.

Уверена, никто здесь не рад моему появлению, но вынужден соблюдать нейтралитет. Из-за своей природной осторожности, а может по каким-то другим причинам. Мне это неважно, и я не хочу копать глубже.

Все, что мне нужно, это решить вопрос поскорее и убраться из этого каменного зала с высоким потолком.

— Мы собрались здесь, Ульяна, чтобы провести обряд твоего посвящения. Мы очень рассчитываем на то, что ты вступишь в наш совет и поможешь нам в управлении делами нашей планеты. Надеюсь, ты не станешь препятствовать нам в проведении ритуала?

Снова ритуал? Ну уж нет.

— Рада приветствовать вас всех, — произношу громко, — и спасибо за оказанную мне честь. Но я отказываюсь становиться членом Круга.

От моих слов воздух словно приходит в движение и все присутствующие подаются вперед.

— Ульяна, ты, возможно не понимаешь… — начинает Сафрон, но я его перебиваю.

— Я все понимаю и все уже решила. Я не собираюсь помогать вам в уничтожении людей на планете, какими бы благими не казались ваши намерения вам самим. Но у меня есть свое мнение на этот счет, и оно кардинально отличается от вашего. Скажу вам больше, я рассчитываю помогать людям, а вовсе не уничтожать их.

Сафрон, сэры какие-то там и вампир переглядываются. Лишь Кристиан продолжает взирать на все со вселенским спокойствием. Одетый в мантию до пят, этот предатель-перебежчик смотрится довольно комично. Особенно после того, как берет и подмигивает мне.

В ответ мне хочется показать ему язык, но я представляю, в какой шок это ввело бы уважаемых сэров и лордов, а потому сдерживаюсь.

— Ульяна, дорогая внучка, послушай, — снова начинает Сафрон и двигается на меня.

— Стойте, где стоите, — предупреждаю я и дед останавливается.

— Вы сыграли на моих родственных чувствах и страхе неизвестности. Уговорили делать то, что я не хотела делать. Подавлять волю людей, чтобы потом они безропотно подчинялись всем вашим указаниям. Я жалею, что помогала вам, и этого больше не повторится. Теперь я сама по себе, а вы сами по себе. Если вы станете лезть в мою жизнь, вам будет хуже.

Я выпаливаю все это и окидываю присутствующих медленным взглядом.

— А она смелая, — произносит вдруг оборотень. — Похоже, что достойная пара для Темного лорда.

— Возможно, — вступает в разговор вампир, самый неприятный и скользкий тип из всех присутствующих. Как мне не нравился Кощей, так же теперь отвращает от этого Витторио.

— Но Темного лорда больше нет, — шелестит он, — а значит ведьмочку больше некому защищать.

Взгляд его покрасневших, словно от бессонницы, глаз красноречиво останавливается на моей шее.

Мне до ужаса не нравится этот тип, а его «Темного лорда больше нет» выводит меня из себя до такой степени, что мне с трудом удается сохранить спокойствие.

Демид есть, еще как есть. Всего несколько дней, и он появится снова. Вместе со своей наглостью, ленивой усмешкой и уверенностью, что ему сам черт не страшен и весь мир лежит у его ног.

— Да, Витторио, ты прав, — берет слово дракон и, в отличие от остальных, у него глубокий красивый голос. — Однако, мы не хотим конфликта. Мы хотим плодотворного сотрудничества с Ульяной ради всеобщего блага.

— Темного лорда нет, Акбар, — повторяет вампир. — Сейчас самый подходящий момент, чтобы забрать ее силы себе.

И снова обращается ко мне.

— Подойти ко мне, девочка.

Витторио применяет глас, но я выставляю защитный барьер и потому не сдвигаюсь со своего места ни на сантиметр.

Мужчины снова переглядываются, а я начинаю уставать от этого представления.

— Не пытайтесь воздействовать на меня гласом, не получится, — объявляю во всеуслышание. — Также как не стоит и склонять меня на свою сторону силой. Лучшее, что вы можете сделать, это, как я уже вам сказала, оставить меня в покое. Больше повторять не буду.

— Ты совершаешь ошибку, Ульяна, — говорит Сафрон и в его голосе мне чудится грусть, — также как в свое время ее совершила твоя мать, когда отказалась сотрудничать с Советом. Мало того, она пыталась нам помешать. Она, с помощью своей силы, остановила одну из грандиозных войн человечества, которую мы тщательно спланировали и воплощали в действительность. Она поплатилась за свой отказ, ты сама знаешь, как. Нам пришлось ее убить, а все ее силы забрать себе.

— Вам?

Я замираю на месте, мне кажется, что я ослышалась.

— Ее же убил Валентин, — шепчу я, — я сама видела.

— Да, ты видела, как Валентин держит ее за горло. Это все, что ты могла видеть. Но в тот момент в том помещении они были не одни. Мы все, за исключением разве что Кристиана, стояли у нее за спиной. Вот в этом самом зале. Мы все хотели, чтобы она умерла. Предательница. А когда она испустила дух, мы забрали всю ее силу себе.

Я смотрю на Сафрона, и не могу поверить услышанному.

— Мой сын был категорически против, поэтому мы были вынуждены убить и его. Вот так, дорогая Ульяна, я и лишился своего любимого сына. Никто так не предан общему делу, как я. Я скучаю по Матиасу каждый день. И я оказался на самом деле счастлив, когда узнал о твоем существовании. О том, что у меня есть кровная внучка.

Сафрон шумно выдыхает.

— Так что, Ульяна, я призываю тебя к благоразумию еще раз. Не повторяй ошибок своей матери и своего отца. Не иди против Совета.

— Я бы могла убить сейчас всех вас, — цежу я, обводя взглядом присутствующих. — Думаю, это было бы справедливо. Но я не стану этого делать. Однако если вы встанете на моем пути и не прекратите уничтожать людей, то клянусь, я это сделаю.

Пространство слева от меня взрывает рваным смехом.

Вампир Витторио.

Он смеется громко и с удовольствием, запрокинув голову назад. Но этого ему становится мало, и он начинает звонко хлопать в ладоши.

— Какая пламенная речь. Браво, браво, — издевательски тянет он.

Но тут же смех его обрывается. Также резко, как и начался.

— Валентин убил твою мать, а я убью тебя.

Секунда, и обескровленное лицо вампира уже в сантиметре от моего лица. Не думала, что они могут двигаться настолько молниеносно. Но вот смог, а его ледяные пальцы уже смыкаются на моей шее.

В прошлое время я бы обмерла от ужаса. Я бы тут же начала паниковать, а потом попыталась бы вырваться.

Но после ритуала, в котором я чудом не погибла, все изменилось.

Я спокойна и просто констатирую факт, что самое время выпускать на волю своего внутреннего демона. Он итак долго ждет.

Я закрываю глаза, расслабляюсь и позволяю своему телу и своей силе все решить за меня.

— Ааааа, — слышу бьющий по барабанным перепонкам то ли визг, то ли вой.

Распахиваю глаза и наблюдаю за тем, как вампир корчится от боли у моих ног, схватившись за тот обрубок, что раньше именовался его рукой. Теперь же это лишь обугленный остаток.

Все присутствующие не мигая наблюдают за этой картиной.

— Кто-нибудь еще хочет попытаться? — интересуюсь я.

— Может быть вы, сэр…

— Грейхем, — подсказывает мужчина и я киваю.

— Не думаю, — отвечает он, — прочистив горло. — Темный лорд не простит нашему клану, если я буду причастен к убийству его пары.

— Темного лорда больше неееет, — ноет с пола Витторио, и я легким движением руки подпаляю его мантию.

Чтобы не смел больше произносить это.

Вампир заходится в новом визге.

— Может быть вы, сэр Акбар, — следую глазами дальше по кругу, — или ты Кристиан?

Оба отрицательно мотают головами. Дракон так вообще пялится на меня во все глаза. Я знаю, что его так поражает. Мой демонический взгляд, в котором бушует пламя. Гораздо более сильное, чем у него самого. Точно так, заворожено-настороженно смотрела на меня семья Демида, пока я находилась у них в гостиной. Теперь я понимаю, почему.

— Что ж, — произношу я, — если все наши вопросы решены, то я, пожалуй, отправлюсь домой. Ах да…

И я перевожу взгляд на Сафрона.

— Поскольку теперь я знаю то, что знаю, для вас, дорогой дед, я могу сделать исключение и все же убить вас. Смерть за смерть, кажется так? Это было бы справедливо.

Сафрон силится что-то сказать, но у него не получается.

— Но я, так и быть, оставлю эту идею, если вы пообещаете, что будете использовать свои магические способности на созидание, а не на разрушение. Я проверю. И в случае, если это будет не так…

Сафрон продолжает молчать.

Я ищу глазами выход из зала, разворачиваюсь и начинаю идти к нему.

— Маленькая наглая сучка, — раздается в спину, и я чувствую, как на меня, словно цунами, накатывает сильнейшая взрывная волна.

Я разворачиваюсь и быстро ставлю высокий огненный барьер. Волна замирает, готовая накрыть меня с головой, но уже в следующий момент меняет направление и со всей мощи обрушивается на источник своего возникновения, на Сафрона. Тот валится на пол без чувств.

Он жив, но я не знаю, как скоро он придет в себя.

Я продолжаю свой путь к выходу, и никто из присутствующих больше не пытается меня остановить.