Глава 18

POV Ярослава

— Он на тебя запал! Запал! — радостно вопила Анька, да так, что Кир досадливо прикрыл ладонями уши, а потом и выдал свою дозу скепсиса.

— Ага, так запал, что весь август тёлок на Ходынке без устали клеил.

— Ну он же не кисейная барышня, Кир, чтобы все это время вздыхать по нашей Яре и смотреть удрученно в окно, — возразила его сестра, воинственно прищуривая серо-голубые глаза.

— Ой, как знаете! Вам, бабам, если что в голову втемяшится, так уже никаким дихлофосом не вытравишь, — и махнул в нашу сторону рукой, мол «все с вами ясно».

— Вот и помолчи! — а потом перевела на меня взор, — Ну, подруга, какой план?

— Все тот же, Ань, заставить его быть храбрым мальчиком.

— Крутяк! — и Евсеева восторженно захлопала в ладоши, а Кир только закатил глаза и печально вздохнул.

Ну а потом, предварительно выяснив, что дома тишь, гладь, да божья благодать, я попросила Аньку подкинуть меня до моего места жительства. Я и так у них почти прописалась, боясь наткнуться на сводного братца.

Дома подготовилась к завтрашнему учебному дню, выбрала одежду и собрала сумку, да отправилась в душ, с улыбкой на глазах вспоминая милых котиков и противного Демьяна Аверина. Интересно, и почему он упорно называет себя Яном? Надо будет и это из него вытянуть. С этими мыслями и поплелась спать, а уже лежа в постели увидела входящее от «Иннокентия»:

«Теперь стресс у меня».

И я тут же принялась за ответ:

«Чей-то?»

«У меня поцелуенехватоз», — и в конце добавил грустный смайлик, а я рассмеялась, пряча лицо в подушку.

Я: «А-а-а, ну это уже не лечится. Смирись».

Иннокентий: «Спокойной ночи, Яся. Заеду за тобой в субботу, после пар».

И все, пропал с радаров. Ни во сколько приедет, ни куда. Только и правда, в указанный день, я снова встретила у институтских ступеней своего сводного брата. В этот раз и одет попроще: коричневые замшевые высокие кеды; черные, рванные на коленях джинсы-скини; бежевая толстовка с капюшоном и темно-коричневая косуха. Прямо парень с обложки журнала. И я — серая мышка, ни дать ни взять.

— Явился? — спросила я, подойдя ближе к нему, но тот только кивнул мне, улыбнулся и приглашающе открыл дверцу авто. А сам молчит и это его молчание меня невероятным образом напрягает. Развернулась на сидении в пол оборота и впилась в его лицо взглядом.

— Голодная? — наконец-то спросил Аверин.

— Привет, что ли? — насупилась я, а он притормозил на красный свет, тут же потянулся и крепко обнял меня, приговаривая:

— Привет, Яся. Я себя в руках держать пытаюсь. У тебя стресс, у меня тоже, давай не будем провоцировать друг друга.

— Легко! Вези меня домой, — тут же подкинула я идею.

— Ну, это уже перебор! — и рассмеялся, отпуская меня и снова вливаясь в поток дорожного движения, — Так что, ты голодная?

— Не особо. Куда мы едем?

— Это сюрприз, — и с хитрым выражением лица подмигнул мне.

И да, я начала нервничать, потому как мы ехали прямоходом на выезд из города, вот уже и МКАД остался позади. Я упорно молчу, он тоже. Сворачивает с шоссе и едет в сторону какого-то неизвестного мне поселка, а вскоре и паркуется у конного парка.

— Приехали! — и кивает в сторону внушительного здания.

— Аверин! — с непонятной интонацией выдаю я, а он все трактует на свой лад и самоуверенно хмыкает.

— Я знаю. Идем.

И мы прошли внутрь, где нас уже, оказывается, ожидали. А потом двинули в сторону конюшен, где нам подробно рассказали о лошадях, их норове и дали рекомендации кого именно выбрать для прогулки. Мне досталась покладистая пестрая лошадка, а вот Демьян выбрал статного вороного скакуна. А дальше мы отправились в путь.

И это было действительно здорово! Мы почти полтора часа катались по осеннему лесу, наслаждаясь красотой подмосковного пейзажа, песчаными карьерами и полями. И только после выехали к небольшому, но очень живописному озеру, где спешились у небольшой беседки, где нам услужливо и оперативно накрыли на стол, откуда ни возьмись появившийся персонал конного клуба.

Сочный шашлык, свежие овощи и еще горячий хлеб, а также ароматный фруктовый чай… ну что еще надо для счастья? Да, не было бы прямо по курсу самодовольно улыбающегося Аверина и вообще была бы красота.

— Тебе понравилось? — спросил он и подсел немного ближе, накидывая на меня плед и прижимая ближе к своему телу.

— Не то слово, — честно ответила я, — странно, я всю жизнь увлекаюсь стальными конями, а на живых никогда не каталась. Это оказалось сложнее, но не менее захватывающе, — а потом встрепенулась, когда его нос неожиданно прикоснулся к моей щеке, — ты чего это удумал?

— Ничего, Ясенька, ничего, — но еще крепче стиснул меня в своих медвежьих объятиях.

Так мы и сидели еще где-то с полчаса, пока я окончательно не пригрелась в его руках после длительной прогулки на свежем воздухе и сытного обеда, а потому не стала слишком очевидно клевать носом.

— Домой? — спросил Аверин.

— Ага, — кивнула я и все-таки зевнула, сонно моргая глазами.

И мы вновь ехали по бесконечным столичным дорогам под мелодичные звуки дип-хауса, и улыбались каждый своему. Он, наверное, тому, что все идет по его плану, а я тому, что он все глубже заглатывал мой ядовитый крючок.

Рядом с домом Евсеевых притормозил только через полтора часа и выдал:

— Прости, Яся, целовать тебя не буду. Стресс, конечно, почти прошел, но уж больно ты лошадьми воняешь, — и мы оба заливисто рассмеялись.

— Слава Богу! — обрадовалась я и мы встретились взглядами, зависая на несколько мгновений в этой ничтожной бесконечности, что странным образом сводила меня с ума.

— Я на неделе буду занят. Но суббота моя. Ладно? — и впился в меня почти умоляющим взглядом.

— Я подумаю, — ответила и покинула салон его BMW, чтобы уже спустя пару мгновений услышать позади себя торопливые шаги, а потом и очутиться в его стальной хватке.

— Ты обещал!

— Помню, — рычит он и его язык, а затем и зубы проходятся по нежной коже шеи, вгоняя меня одним махом в дрожь и почти звенящее напряжение, — сейчас уеду, погоди немного, — и прижимается лбом к моему лбу. Секунда и все заканчивается, а я только и вижу, как его широкая спина удаляется от меня, а затем и черный кроссовер с пробуксовкой выруливает и уезжает прочь.

И да, неделя летела, наполненная нашей перепиской, где я его все так же пыталась ужалить, а он меня прогнуть под себя. Дома он по-прежнему не появлялся и как я поняла, подслушав разговор дяди Паши и мамы, не планировал это делать от слова «совсем», так уж он был опечален тем фактом, что мы появились в этих стенах.

Но! Очередные теплые выходные и вот мы уже мчимся по Москве реке на белоснежном кораблике, болтаем почти как друзья, подкалывая друг друга и очевидно флиртуя. И после сидим в уютном кафе поедая тирамису и запивая все это тем самым кофе по-венски. Было бы здорово, если все бы это не было игрой, а так…

И еще неделя пролетела мимо, и новая встреча. На этот раз музей современного искусства, где мы пытались постичь необузданное, но так и не смогли. Увы… Но, зато Аверин уговорил меня на совместный шарж, где он, пока нас старательно вырисовывал художник, целых полчаса сидел позади меня, умостив свою голову мне на плечо и мурчал мне в ухо, как игривый котяра.

Но веселье закончилось, когда после мы подъехали к дому Евсеевых, а Аверин взял мою руку в свои горячие ладони и спросил, заглядывая, казалось бы, в самую глубину моей души:

— Ну что, Ясь, пойдешь со мной в следующую субботу в кино?

И я понимала, что это значит. Здоровому лбу надоело играть со мной в романтичного увальня, и он жаждал перейти на новый этап. Что же, я тоже к этому готова.

Ведь так?