Глава 19

Все остальные нацеленные вырваться из моего горла звуки мгновенно сбились с пути, когда я поняла, что нежность императора была отвлекающим маневром, а его крепкие сильные пальцы уже пытались стянуть с меня кольцо.

Ах ты гад коронованный!

Подскочила с его колен, как ошпаренная, и угрожающе выставила перед собой указательный палец. Хотя лучше бы на его месте был кинжал, меч или, в конце концов, волшебная палочка из остролиста и пера феникса.

— Вы меня обманули, ваше имперачество! — заявила зло. — Зачем вам мое кольцо?

Он коварно улыбается уголком губ, и в его глазах появляется совсем недобрый блеск.

— Казна пустеет, пополнить хочу.

— Три ха-ха!

— Неужели ты думала, что я позарюсь на шлюху-проходимку?! — рявкнул он, подлетев ко мне стрелой. — Сыну хотел глаза раскрыть на ту, кого он в дом привел! Ты же дала бы мне, не заметь, как я к твоим безделушкам руки тяну.

— Не дала бы! — заявила, глазом не моргнув, но кошки на душе заскребли. Себя-то не обманешь.

— Самира ты, или Виталина, или вообще безымянная бродяжка, меня не волнует! Императрицей тебе не быть!

Стоило ему заявить это, как в зал вернулись двое стражей. Я сжалась, обняв плечи руками, под колючим взглядом монарха. Стиснув зубы, он процедил:

— В темницу ее!

Ахнуть мне не позволил, взмахом руки расписавшись в приказе, и стражи в жутких перчатках из грубой кожи подхватили меня под локти. Я понимала, что нужно что-то делать, как-то дать о себе знать Халу, иначе его папочка придумает какую-нибудь душещипательную историю о моем вероломном побеге, и принц никогда не узнает, как я томлюсь в тюрьме в то время, как мир медленно пожирает всепоглощающая сила древнего мага.

Когда меня вывели в коридор, я краем глаза заметила силуэт Таурлендиила в одной из комнат. Вырвавшись из лап зазевавшихся стражей, я бросилась к дверному проему и прокричала:

— Эльф!

Ну потому что это было короче, чем Таурлендиил…

На мое счастье, он откликнулся. Хотя мало ли, какого эльфа мимо пробегающая истеричка зовет. Это, как если бы он встал посреди улицы и заорал: «Человек!» Странно? Не то слово!

— Самира! — Кинувшись ко мне, быстро заметил моих вооруженных сопровождающих и вынул меч из ножен.

— Ой-ёй! — Я опятилась под лязг холодного металла и закрыла уши руками. Так сильно, что кажется, они захрустели. Да и глаза зажмурились до вспышек.

— С тобой все хорошо? — Горячая нежная рука эльфа коснулась моего плеча.

Я нерешительно открыла один глаз, за ним — второй… и выдохнула. Стражи корчились на полу, но по коридору слышался еще топот целого взвода.

— Мне нужно бежать, Таурлендиил, — с мольбой призналась я. — Я здесь в большой опасности.

Хорошо. Идем, — безоговорочно согласился он и потянул меня в сторону узкой винтовой лестницы.

Мы быстро спустились вниз, вышли во внутренний двор, по которому все еще расхаживали самые стойкие гости бала, и эльф усадил меня в колесницу, запряженную в тройку красивых белоснежных лошадей.

Сел сам, нажал какую-то потайную кнопку, и над нами образовался матовый купол.

— Куда? — спросил он, взглянув мне в глаза.

Наверное, если бы я попросилась на край света, он это бы точно устроил.

— В «Барсук», — пикнула я, очень волнуясь за девочку. Только бы император ей не навредил!

И хотя он стал главным подозреваемым в уничтожении мира (слишком много совпадений: жестокий, любитель балов, положивший глаз на магическое кольцо, последний действующий владыка земель), одно в толк взять не могла — почему он все-таки не снял кольцо? Мог бы приказать кому-то из стражей, или руку мне отрубить. Но не стал!

Пока размышляла над произошедшим, нас уже перенесло в Палармус. Ничего тут не изменилось за время моего отсутствия. Та же вонь и грязь. Те же развратные клиенты борделя. Те же разукрашенные девочки. Та же заводная Басанти, которая при виде меня стала белее стены… В смысле, той стены, которую регулярно известкой белят.

— Где Олден?! — спросила у нее.

Она хмыкнула, взглянув на эльфа за моей спиной, и ответила:

— Как за тобой на Крайтон рванул, так до сих пор и не вернулся. Ты работать будешь? Или как?

— Или как! — огрызнулась ей и зашагала в комнату дочки.

Она сидела на своей кроватке, играя с куколками. А как только я появилась на пороге, кинулась ко мне на шею.

— Мамочка, ты вернулась! — радостно и звонко завизжала мне на ухо. — Ты пришла уложить меня спать?

Я через плечо взглянула на оставшегося за порогом эльфа и улыбнулась.

— Конечно, крошечка. Хочешь, расскажу тебе сказку?

От ощущения, каким большим становится мое сердце рядом с ней, у меня навернулись слезы. Смахнув их, уложила девочку на подушку, накрыла одеяльцем и прилегла рядом. Рукой подперев голову, стала поглаживать ее по волосам и рассказывать историю о красавице и чудовище. Увы, не дослушав ее, она уснула. Сладко-сладко засопела, нагоняя сон и на меня. В другой раз я осталась бы тут с ней, но не сегодня. Я должна оградить ее от опасности!

Чмокнув ее в лобик, я погасила свечку и вышла.

— Все хорошо? — спросил Таурлендиил.

— Относительно, — ответила я, потирая палец, который уже зудел от этого проклятого кольца.

Поймала на себе насмешливый взгляд Басанти, разносящей по бару пиво, и потащила эльфа в свои вип-черт-их-дери-апартаменты.

— У меня проблемы, — призналась ему, заперев дверь. — И боюсь, под угрозой все, кто мне дорог.

Обезоруживающе улыбнувшись, он снял пояс, к которому были пристегнуты ножны, отложил его с мечом на сундук и, медленно подойдя ко мне, запустил пятерню в мои волосы.

Казалось, от кончиков его пальцев по моему телу поступают мелкие электрические импульсы и разносят небывалое блаженство от клеточки к клеточке. Стало так хорошо, что я прикрыла глаза и просто погрузилась в это наслаждение.

— А я? — тихим шепотом спросил он, дыханием коснувшись моего лица. — Я дорог тебе?

Резко распахнула глаза, взглянула в умопомрачительно красивое лицо эльфа, который с безумной влюбленностью смотрел на меня и улыбался, и чуть кивнула:

— Да.

— Тогда берегись, Самира. Берегись моей любви…

Осторожно надавив пальцами, эльф мягко разослал по всему моему телу сладкий импульс, позволяя закрыть глаза и расслабленно замычать.

Если бы можно было остаться в этом мгновении навечно, я бы так и сделала, наслаждаясь гибкими пальцами и секундным покоем, воцарившимся в комнате.

Свободной рукой Таурлендиил уверенно потянул узел моей нелепой туники? в которую я уже казалось вросла, и ткань послушно съехала с плеча, оголяя одну грудь.

— Самира-а-а-а… — прошептал он шелестом листвы и шумом легкого ветра, врезаясь в голову и заполняя ее пустотой и свежестью.

«Я Виталина-а-а-а», — вторили мои мозги, но не долго, ровно до момента, пока импровизированное сари окончательно не упало, освобождая меня до пояса.

Приятная ласка затылка неожиданно прервалась, и уронив меня на лопатки, эльф как-то странно улыбнулся, подхватывая мои ноги и забрасывая их на свои бедра, как можно шире раздвигая колени.

— Хочу видеть тебя так.

Вторя своим словам, он одним рывком растрепал ткань, разбрасывая полы в стороны, и с горячим выдохом провел ладонью от ребер до подрагивающего живота.

Кончики пальцев оставляли после себя прохладный след на моей коже, и стоило им опуститься непозволительно низко, я шумно сглотнула и зажмурилась, проваливаясь в ощущение чужих подушечек на клиторе.

Они игрались, танцевали. Делали это мягко, но непререкаемо, легко размазывая выступившую влагу по разгоряченной точке, что только и требовала продолжения.

Каждое прикосновение к ней отзывалось сотнями импульсов, парализующими, порабощающими.

— Таур-лен-диииииил… — на выдохе протянула я, разбирая его имя на слоги, и словно подтверждая, что я услышана, эльф глубоко насадил меня на свои пальцы.

Чувствуя тугими мышцами фактурные костяшки, я широко распахнула глаза, чувственно выгнув грудь вверх, к потолку. К небу.

— Ты узкая, — прошептал мужчина, склоняясь так близко, что дыхание задело мои губы. — Хочу быть в тебе.

Зашелестела ткань узких брюк, и они послушно скатились вниз, гремя тяжелой пряжкой ремня о деревянные доски пола.

Прижавшись стоящим членом к моим ягодицам, Таурлендиил позволил мне привыкнуть к его теплу, почувствовать его рядом, прежде чем войти. Массивная головка упрямо толкалась вперед, чувственно прокатываясь по влажной коже, растягивая пульсирующие мышцы и играясь своим рельефом.

Просто пытка!

Раздвинув ноги еще шире, я пяткой стукнула эльфа по пояснице, намекая углубиться, но чертяка только коварно улыбнулся и назло сдал назад!

— Таурлендииииил!

— Не торопись, малышка, — так же несдержанно ответил эльф. — Дай мне поднять тебя к звездам.

Новое посягательство на мое лоно было упоительно долгожданным.

Со стоном закатив глаза, я каждым миллиметром вибрирующей кожи ощутила толщину мужского достоинства, проникающего внутрь. Только когда по ягодицам хлопнули ноги, я застонала еще громче, вновь выгибаясь всем телом навстречу своему удовольствию.

Вперед… Назад… Вперед… Назад…

Простейшие движения, но от каждого из них внутри меня что-то рушилось! Осыпались крыши и трескался фундамент! Дребезжали стекла и крошились стены! Ритмичные толчки учащались, становились несдержанными, глубокими и пронзительными.

Подхватив мои ноги посильнее, Таурлендиил зарычал, начиная увеличивать скорость, стараясь быть все глубже и дольше. Его серебристые волосы подскакивали от каждого толчка, в светлых глазах сверкала искристыми вспышками вселенской, необъятной любовью.

Страсть исказила его лицо, а вдавленные в мои бедра пальцы подсказывали — эльф уже финишировал. Тяжело отдышавшись, он громко хлопал осоловевшими глазами и скатился вниз, утыкаясь носом мне в грудь.

— Самира, я люблю тебя, — вновь шепча произнес он, скатываясь все ниже и покрывая поцелуями мое тело. Исписывая его узорами отметин и полосами ласк. — Не выпущу из постели, пока не кончишь.

— Но я…

Хотела сказать, что я кончила минутой ранее, пока глупо разглядывала его лицо в порыве сексуального бешенства, но кто б мне дал!

Чувственный рот прижался ко все еще не успевшему отойти клитору и мягко его втянул, запуская волну дрожи по ногам, заброшенным на мужские плечи. Умелый язык набрал скорость и сладко бил по чувствительной точке, лишая любых попыток сопротивления. Пальцы вновь вернулись на исходную, занимая свое место в измученной глубине, изучая ее, лаская каждую клеточку.

То, как мастерски он это делал наталкивало на определенные мысли, но именно в ту секунду думать было тяжело. Словно весь мир провалился в розовую вату, и спешащее навстречу удовольствие разорвет мое тело на сотки мелких Виталюх.

Размашистый жест языком вдоль всей откровенно гудящей кожи, и я сдаюсь. Руки впиваются в постель, ноги трясутся, взбалтывая эльфа своей амплитудой, но мне уже все равно. Мне чертовски все равно.

Дав мне время прийти в себя, Таурлендиил взобрался на кровать, бережно приподнимая мою голову своей ладонью.

Лыбится, чертяка красивый. Язык бы показала, да сил нет.

— Мне… мне надо помыться, — облизнув пересохшие губы, сказала я. 1439f7c

— Проводить? Или сама?

— Сама.

Храбро сев, тряхнула головой, вновь заворачиваясь в свою изрядно помятую тунику из пледа. Было хорошо, но дела не ждут, нужно взять себя в руки и… и что-то делать. Срочно.

Босыми ступнями пробежалась по прохладным доскам до дверей. Высунув нос, оглядела полупустой коридор и поспешила в купальню. Уже в пороге оглянулась, глядя на то, как эльф вытянулся в моей кровати, забросив рук за голову, демонстрируя все самые привлекательные стороны своего тела.

На его губах была довольная, теплая улыбка. Глаза закрыты и спокойны. Безволосая рельефная грудь высоко вздымалась вверх, позволяя взгляду без помех опуститься вниз и бессовестно попялиться на лежащий, но все еще толстый член.

Красивый, как эльф из сказки. Только этот настоящий.

Дав себе мысленную пощечину, выскользнула и прикрыла за собой дверь, запирая Таурлендиила одного в комнате.

Даже подумать не могла, видела его тогда в последний раз.