Глава 21. Рыжая

Они вошли в квартиру. В зоне, где стояла мягкая мебель, горел торшер, а в кресле сидела женщина с рыжими волосами и в чём-то бледно-розовом.

Мила замерла на пороге, ещё не понимая, но уже чувствуя холод под ложечкой и предательское покалывание в кончиках пальцев. Женщина повернула голову, окинула её быстрым взглядом — с ног до головы, задержалась на новой сумке, на бело-голубом костюме, на лице. Она не спешила.

— Роберт, — произнесла она спокойно, даже с лёгкой усмешкой. — А это кто?

Мила не смогла определить, какой у неё голос: низкий или высокий, он долетал до неё волнами.

Роберт сделал два медленных шага. Лицо его стало непроницаемым.

— Вероника. Ты почему здесь? – сухо спросил он.

— У меня есть ключи. Ты же не менял замки, — она хмыкнула, потом встала, поправила розовый шёлк халата, который едва доходил до середины бедра. Красивая, длинноногая, тонкая, загорелая. — Я решила, что нам нужно поговорить. А ты, я вижу, не скучал.

Мила стояла как вкопанная. Сердце ухало, мешая дышать. Лицо предательски горело. Вероника. Девушка Роберта. Конечно, у такого мужчины не может не быть девушки. Дура, какая же она дура. Вся нараспашку. Больно. Ужас как.

— Вероника, мы поговорим, но не сейчас, — голос Роберта звучал жёстко. — Ты не должна была приходить без звонка.

— О, прости, что помешала твоим планам, — Вероника повела плечом, и халат чуть сполз, открывая ключицу. — Я вижу, ты уже нашёл себе развлечение на ночь. Мило. Даже приодел. Сколько ей? Лет двадцать?

— Не смей, — Роберт шагнул вперёд, но Мила вдруг обрела голос.

— Мне двадцать шесть, — сказала она тихо. — И я пойду.

Она развернулась к двери, но Роберт схватил её за руку.

— Мила, подожди. Это не то, что ты думаешь.

У них у всех вылетает одна и та же фраза. Он знает, что я думаю? Да он понятия не имеет. Такой же, как все.

— А что я думаю? — Она выдернула руку. — Всё правильно я думаю. Извини, я здесь лишняя.

— Уже уходишь? — Вероника подошла ближе, скрестив руки на груди. — Правильно. Женские вещи в гостевой я сложила в пакет. Можешь забрать. Судя по всему, это Роберт тебя приодел? Щедрый папик.

— Вероника, прекрати, - строго сказал Роберт, но она не унималась.

— Обычно он берёт с собой такую, как ты, в бутик на первом этаже к своей подружке Розочке. Поначалу она надеялась попасть к нему в койку, но уже не надеется. Они просто крепко дружат. Не обольщайся, милая, это стандартная процедура.

Мила почувствовала, как к лицу приливает кровь — жаркая, стыдливая.

— Вероника, заткнись! — рявкнул Роберт. — Ты не имеешь права...

— Не имею? — Она рассмеялась, но смех был злым. — А кто я, по-твоему? Я твоя девушка, Роберт. Мы вместе три года. Да, мы поссорились, да, я уехала, но это не значит, что ты можешь тащить в наш дом первую встречную.

— Она не первая встречная. Она...

— Кто она? — перебила Вероника. — Скажи мне. Кто?

Роберт замолчал. И в этом молчании было всё.

Мила смотрела на него и ждала. Скажи что-нибудь! Объясни! Скажи, что я не просто так. Что мы не спали с тобой, скажи хотя бы это. Ну, же!

Но он молчал, и с каждой секундой тишины внутри неё что-то умирало.

— Я поняла, — сказала Мила ровно. — Спасибо за всё. Сначала было интересно…

Она вышла в коридор, схватила пакет с вещами, который Вероника предусмотрительно поставила у входа, и нажала кнопку лифта. Зачем схватила, не думала. Чтобы Вероника в них больше не рылась.

— Мила! — Роберт выскочил за ней. — Не уходи, пожалуйста. Дай мне объяснить.

— Что объяснить? — Она обернулась, и в глазах стояли слёзы, которые она отчаянно пыталась сдержать. — Что у тебя есть девушка? Что я для тебя — развлечение? Что ты купил мне одежду, потому что так принято? Или тебе было стыдно за меня? Я всё поняла, Роберт. Я не из твоего круга. И никогда не буду.

— Это не так...

Он явно не хотел скандала. Что-то его останавливало.

Лифт открылся. Мила шагнула внутрь и нажала кнопку первого этажа. Роберт стоял и не заходил.

— Прощай, — сказала она, и двери закрылись.

Она спускалась и смотрела на своё отражение в зеркале. Красивая женщина в дорогом костюме, с новой сумкой и с глазами, полными слёз. Дура. Какая же она дура.

В холле она выскочила на улицу и побежала. Просто побежала, не разбирая дороги, в сторону набережной, подальше от этого дома, от этой умопомрачительной квартиры, от него, тоже умопомрачительного. Ветер бил в лицо, слёзы текли по щекам, и только когда она выдохлась, тогда только остановилась, хватая ртом воздух.

Достала телефон. Такси. Куда? К Эльвире нельзя, она в больнице, к себе — там опасно, К подруге? Нет подруг, куда можно вот так заявиться на ночь с зарёванным лицом. А Машку она не видела больше года. Свалиться ей на голову без предупреждения с просьбой переночевать, идея не очень. Идиотская идея, ещё поссоримся.

Приложение приветливо мигало. Надо было решить и вбить номер. Она вбила Лесную и встала на автобусной остановке ждать такси.

Машина приехала через семь минут.

Она села в такси, откинулась на сиденье и закрыла глаза. В голове крутилось одно: ну, нельзя же так терять голову, Мила!

Как так получилось, что она и черепаху потеряла, как и мечты о новом бизнес-проекте.

Всё куда-то летит, а зацепиться не за что. Осталось только сесть и выть на Луну.

Мила сжала кулаки и заставила себя дышать.

Она вернётся. Но не сейчас. Сейчас ей нужно прийти в себя.

Такси выехало на Кутузовский проспект, за окном поплыли огни витрин и вывесок. Мила смотрела на них и думала о том, как легко сказка превращается в насмешку.

Роберт Капралов. Миллиардер. Симпатичный, умный, заботливый. Известный. О нём пишут, у него берут интервью. И у него есть девушка, может быть, невеста, с которой они поссорились, но которая вернулась. Красивая. Может, он сравнил меня и её и подумал, что Вероника лучше. Мужики же визуалы. Может, его стрельнуло, и он затормозил. Мила видела, что он затормозил. Не остановил её так, как мог бы.

Она, Мила, просто эпизод. Проходной персонаж в его жизни. Что уж там.

От этого было больнее всего.