Глава 17. Эдуард де Моле и Спенсеры

Он проснулся от легкого касания чьей-то холодной руки к его горячему лбу. Открыл глаза и увидел склонившуюся над ним мисс Стаутон.

– Надеюсь, вы хорошо отдохнули, сэр, – сказала девушка, отойдя в сторону. – Но пора просыпаться. У нас с полковником для вас важные новости.

– У вас с полковником? – Затуманенный сном разум никак не мог сообразить, что происходит.

– Я решил забрать у тебя секретаря, – сообщил Беккет, подойдя к потухшему камину. – Мисс Стаутон – удивительно толковая помощница. Я попросил ее проследить, чтобы ты не вздумал уйти из дома в таком состоянии, и, как видишь, она прекрасно справилась.

– О чем ты? – В голове капитана клубился странный туман. Мысли путались, да и само пробуждение было не таким быстрым, как обычно. Только через минуту или около того он сообразил, на что это похоже. Снотворное!

Мисс Стаутон! Подумать только! Его обдурила самая обыкновенная девушка! Так вот что было в кексах! Стыд-то какой! Попался, как мальчишка! От злости в голове потихоньку прояснялось.

– Вот, вижу, уже понял, – довольно осклабился Беккет. – Ну, Даниэль, не взыщи, я тебе этот промах еще не скоро забуду. У нас теперь появится новая шутка про детское снотворное и коварную мисс Стаутон.

– Детское… снотворное?

– Сироп на кексе понравился? Мисс Стаутон, позвольте вашу ручку, вы неподражаемы! – Беккет поцеловал воздух над пальцами девушки. – Я никогда еще не видел капитана де Моле в таком растерянном состоянии. Великолепное зрелище!

В общем-то, Даниэль тоже сейчас тоже стал свидетелем великолепного зрелища – он видел прежнего полковника Беккета, шутника и балагура, который никогда не терял оптимизма, даже когда началась осада Мафесанда и ситуация казалась безвыходной.

Через несколько недель непрерывного изматывающего обстрела города единственное, чего буры дождались от полковника, это сообщение: «Господа, если вы будете продолжать в том же духе, я готов заподозрить, что вы пытаетесь объявить нам войну»…

Сейчас, впервые за последние несколько месяцев, Беккет был самим собой. Даниэль радовался за него, но не видел причины таких резких изменений, и это настораживало… как и явное восхищение полковника мисс Стаутон.

Кажется, Беккет сказал, что забирает у Даниэля секретаря?

Тут некстати вспомнились глупости, которые он, капитан де Моле, утром наговорил мисс Стаутон, когда решил, будто девушка испытывает к нему слишком уж нежные чувства, а она… она всего лишь пыталась отвлечь его внимание от своих махинаций. Воспользовавшись фокусом отравителей, полила снотворным оба куска кекса, а Даниэль ничего не заподозрил. Он вел себя как самовлюбленный и самонадеянный идиот, а мисс Стаутон просчитала это и использовала. Переиграла его с присущим женщинам изяществом. Так же, как Иви Меер переиграла Беккета.

Но разница была. Даниэль это понимал, хотя легче не становилось.

«Надеюсь, мисс Стаутон, вы ничего лишнего себе не придумали? Вы не секретарь теперь, а гостья. Но для меня только гостья и не больше».

Это вы себе лишнего напридумывали, капитан де Моле! Решили, что знаете женщин, а все девушки примерно одинаковы. Ну как, хорошо подготовились к браку с мисс Спенсер, вместо нее привыкнув к мисс Стаутон? Какая разница, правда?

Не мисс Стаутон следовало подозревать в слишком личном отношении, а себя! Это Даниэлю нравилось держать в своих ладонях ее тонкие запястья, нравилось вдыхать аромат полыни, лимона и мяты от ее волос и одежды. А ее вечно холодные руки так хотелось согреть… Это он сам пытался нарушить дистанцию, а мисс Стаутон всего-то была вежлива и заботлива. И не больше.

Демон обыграл сам себя? Это просто наваждение!

Даниэль зажмурился и потер лицо руками в попытке стряхнуть непомерный ворох всевозможных мыслей и чувств, столь чуждых ему раньше.

Нужно сохранять здравомыслие и успокоиться.

Мисс Стаутон обычная девушка. Может, чуть более сообразительная, чем остальные. Иви была такая же. И чем это закончилось для Беккета? Брак по расчету куда надежней и полезней.

У мисс Оливии Спенсер другие духи, возможно, у нее теплые руки и она вряд ли умеет печь такое печенье. Но какая разница? Даниэль не ребенок. Будет другое печенье, другие кексы, другие разговоры и другая женщина… Он и к ней привыкнуть сможет. Он ведь все и всегда контролирует. Его разум управляет даже сердцем… Значит… Но смотреть на то, как Беккет ухаживает за мисс Стаутон, было неприятно.

До этого дня Даниэль лишь раз был близок к ревности – в случае с Иви Меер, но он с легкостью уступил ее другу. Сейчас уступать не хотелось. Хотя уступать было некого и нечего. Брат нашел Даниэлю мисс Спенсер… Нашел мисс Спенсер… И у нее – тысяча кингов приданого… будь оно все неладно!

Ничего, это пройдет… Просто болезненное состояние. Выверты затуманенного горячкой разума…

Холодная рука опять коснулась его лба.

– Вам плохо, сэр? – В глазах мисс Стаутон светилась участливая забота и ничего больше. – Может, еще поспите? Полковник, вы поможете капитану де Моле подняться к себе?

– Я и сам прекрасно поднимусь! – зарычал Даниэль. – Но сделаю это тогда, когда захочу. Какие у вас новости?

– Мы нашли того, кто знает, где найти лекарство от твоего недуга. Или противоядие, если угодно. Но мистер Макферсон готов помочь лишь после того, как мы раскроем дело, за которое взялись.

– А может, его нужно просто как следует встряхнуть, чтобы условия не выставлял? – предложил Даниэль. – Беккет, я тебя не узнаю.

– Боюсь, это не тот человек, у которого можно что-то выяснить обычными способами, – вздохнул полковник. – Сразу, как только я подумал о небольшой встряске, он исчез.

– Куда исчез? – не понял Даниэль.

– Не знаю. Но он точно из одаренных. Причем из тех, кто очень хорошо владеет своими способностями. Ты бы видел этого Макферсона. Немного дыма из его курительной трубки – и мы с мисс Стаутон и Джеки на пару мгновений словно сознание потеряли, но не упали, к счастью. Просто закрыли глаза, а когда открыли, Макферсона нигде не было. И лавку обыскать не удалось. Она тоже непростая. Внешне крошечная, а внутри идешь, идешь, идешь между шкафов и вскоре понимаешь – ты в лабиринте. Еще несколько шагов – и никогда не выйдешь. Я знаю, когда следует трубить отступление, поэтому взял мисс Стаутон и Джеки – и мы ушли. Придется просто выполнить его условие. С этой целью мы тебя и разбудили. Пора решить, что делать дальше и в какую сторону двигаться. Зацепок у нас много, придется отработать все. Видимо, часть из них тебе придется взять на себя… несмотря на состояние.

– Ты о чем-то недоговариваешь. – Даниэль пригляделся к другу, потом перевел взгляд на мисс Стаутон. Оба веселые, но как-то слишком, что ли. Посмотрел на Джеки. Мальчик отвел взгляд. – Беккет, я слишком хорошо тебя знаю, чтобы попасться на эту уловку, – обратился он к другу. – Говори как есть.

– Я уже все сказал. У нас осталось пять дней, чтобы раскрыть это дело. И есть подсказка. Скорее всего, золото – не единственная и не основная причина ограбления.

– Мисс Стаутон… – Даниэль посмотрел в золотистые глаза девушки. – Теперь вы попытайтесь сказать мне правду. Боюсь, полковнику это искусство нынче плохо дается.

– Сэр, у нас действительно осталось только пять дней. – Лорен прикусила губу.

– Пять дней – и что потом?

– Вы умрете, – раздался звонкий от волнения голос Джеки. – Во всяком случае, так сказал мистер Макферсон.

– Спасибо, Джеки, – без лишних эмоций поблагодарил его Даниэль. – Что ж, ставки повышаются, господа. И это прекрасно. Но не понял, к чему вы устроили этот цирк. Особенно ты, Беккет. Сейчас половина третьего, и впереди целый день. С чего начнем? – Он потер руки, нисколько не расстроенный услышанными новостями.

Даниэль де Моле давно привык к тому, что умереть можно в любую секунду, а пять дней – это целая вечность. К чему загадывать так далеко? Жить нужно здесь и сейчас. В конце концов, часовой механизм можно выключить, выполнив условие неведомого Макферсона.

Опасность – это отличный стимул. Даниэль повеселел и теперь чувствовал себя вполне сносно. И голова прояснилась.

Маховик времени запущен. Нужно заняться делом, а о браке с мисс Оливией Спенсер можно смело забыть. Если осталось всего пять дней – не стоит забивать голову всякой ненужной чушью. Это ли не прекрасно?

– Мисс Стаутон, будьте любезны, возьмите ваш блокнот и карандаш, – попросил Беккет, а пока девушка ходила за всем необходимым, он принес три стула и расставил их рядом с креслом, в котором сидел Даниэль. – Итак, леди и джентльмены, предлагаю наметить план нашей кампании, – сказал он, когда все расселись по местам. – У нас с вами есть несколько потенциально интересных направлений. Первым займусь я. Похоже, наши клиенты из банка сообщили нам не все подробности дела, а только их часть. Поскольку времени у нас теперь не много, я начну с визита к сэру Гриффину. Как говорится, зайдем с козырей.

– Помнится, кто-то очень не хотел прибегать к его помощи, – заметил Даниэль.

– В то время речь шла всего лишь о деньгах. – Беккет встал и заходил по комнате. Он всегда так делал, когда нервничал. – Итак, надавим на банкиров с помощью сэра Гриффина. Уверен, он окажет мне эту маленькую услугу. Потом я отправлюсь в гости к мистеру Чаббу, производителю сейфов, в которых перевозили груз. Интересно, какие подробности он сможет мне поведать. Далее, я зайду к охраннику, который так вовремя заболел, и спрошу, что на самом деле послужило причиной его неявки.

– Думаешь, дело не в болезни?

– Думаю, что это нужно проверить. Я согласен, что Баклер, который сопровождал груз, имеет безупречный послужной список. Но вместе с тем мне никак не удается нарисовать себе картину ограбления, которая могла бы произойти без его непосредственного участия. Если, конечно, не принимать в расчет какие-нибудь волшебные истории. Кто вас, магов, знает. – Он с усмешкой посмотрел на Даниэля. – Но вот как раз и выясним. Если речь идет о магии, то, полагаю, нет разницы, кто именно охраняет груз. А вот если грабили обычные люди… – Беккет сделал паузу, потом посмотрел на Джеки. – У вас, рядовой, будет особое задание. Вам придется изыскать способ объехать все остановки на пути поезда, идущего в Дарт, и узнать, не загружали ли на одной из них в багажный вагон два больших чемодана. Начните с ближайших станций. Примерно с середины пути можете заодно спрашивать, не выгружали ли подобные чемоданы. Мало ли что. Мисс Стаутон, они приметные?

– Не особенно, – ответила девушка. – Разве только размерами и тем, что новые. А так – темно-коричневая кожа, цвет внимания не привлекает.

– Вы запомнили, рядовой? – обратился Беккет к Джеки.

– Да, сэр, – кивнул мальчик.

– Тогда приступайте уже сейчас. Задачу я вам дал непростую. За сегодня вряд ли справитесь, но чем быстрее начнете, тем быстрее мы добьемся успеха. Вот вам пять кингов. – Он достал бумажник и выдал мальчику пять монет.

– Сэр, это слишком много! – запротестовал Джеки.

– Поезда идут не через каждые двадцать минут. Иногда между станциями лучше нанимать кэбы. Не экономьте на этом.

– Задействуйте своих приятелей, рядовой, – подсказал Даниэль. – Так вы и за сегодня управитесь.

– Я так и собирался, сэр, – кивнул Джеки. – И это обойдется намного дешевле.

– Тогда лишнее оставите на потом. Это не последнее задание. И не забудьте отблагодарить помощников. Джеки! Будь очень осторожен, – напомнил ему Беккет.

Даниэль заметил тревогу в его глазах и в душе улыбнулся – похоже, полковник скоро обзаведется семьей. Если не женой, то как минимум сыном. Хотя… Взгляд на мисс Стаутон – и вновь укол ревности. Да что ж такое?!

– Есть, сэр! – лихо козырнул Джеки.

– И пригласите к нам, пожалуйста, сержанта Клейтона. Думаю, пора его снимать с охраны дома и подключать к делу. Охраной мисс Стаутон мы с капитаном займемся сами.

Рядовой Джеки испарился в мгновение ока. Когда за ним захлопнулась входная дверь, полковник вернулся к обсуждению:

– Мисс Стаутон, я попрошу вас сегодня составить компанию капитану. Присмотрите за ним.

Даниэль вскинул голову, намереваясь сказать, что не нуждается в присмотре, но вовремя прикусил язык. В присмотре он, конечно, не нуждался, зато в этом нуждалась мисс Стаутон.

– Для вас, капитан, задача тоже непростая – нанести визит графу Лейчестеру и семейству Спенсеров. Вы должны узнать, многим ли было известно, что вы точно посетите концерт леди Лигейи. Возможно, здесь удастся обнаружить что-нибудь любопытное. И, друзья, хочу напомнить про персону, о которой, возможно, все забыли.

– И кто же это?

– Отправитель справочников Брэдшоу в контору мистера Фергюса. Ведь там были какие-то пометки. Мы понятия не имеем, какие и касались ли они только расписания Юго-Восточной железной дороги, но благодаря внимательности мистера Мэнчема нам известно, как этот человек выглядел, пусть и в общих чертах. Даниэль, приглядывайся ко всем, кого встретишь, вдруг кто-то да подойдет под портрет. Левша – это уже неплохая примета.

Капитан слушал не слишком внимательно. Идея нанести визит брату и Спенсерам вместе с мисс Стаутон полностью захватила его воображение. Это почти вызов. Даже если сказать, что она всего лишь секретарь. Молодая незамужняя девушка состоит секретарем при капитане Дорсетширских стрелков. Кто в такое поверит? Зачем офицеру секретарь? Разразится страшный скандал. И, как ни странно, Даниэль даже не был бы против, но ведь от этого пострадает репутация мисс Стаутон.

– Беккет, боюсь, мисс Стаутон лучше пойти с тобой. – Капитану с сожалением пришлось отказаться от этой идеи.

– Почему?

– Мне будет сложно объяснить ее присутствие.

– Боишься скандала?

– Опасаюсь за репутацию мисс Стаутон.

– А ты не опасайся, – невозмутимо ответил ему полковник. – Мисс Стаутон – мой личный секретарь и сотрудник отдела государственной безопасности. И я попросил ее присутствовать на встрече.

– Только она не сотрудник отдела государственной безопасности.

– И кто об этом знает? – пожал плечами Беккет. – Люди верят в то, что видят. Но они могут видеть не всю картину. Помнишь наше минное поле перед укреплениями Мафесанда? Ведь его не было, но мы ходили так, будто мины есть, и противник свято верил в их реальность, боясь приближаться. Кроме того, сегодня я увижусь с сэром Гриффином. Учитывая обстоятельства, он охотно расширит штат своего отдела на одну мисс Стаутон. Так что не переживай. Скандала не будет, и репутация моего секретаря не пострадает.

«Мой секретарь». Даже это всколыхнуло раздражение в душе Даниэля. Почему мисс Стаутон – секретарь Беккета? Ведь это Даниэль ее нанял… Капитан одернул себя – ну что за мальчишество? Какая разница, чей она секретарь? Она все равно партнер, а не подчиненная. А если Беккету еще и секретарь понадобился – да пусть себе. Лишь бы больше не срывался и забыл про запои.

В дверь громко постучали. Вскоре Марта впустила в дом Клейтона. Выглядел он сегодня жутковато – худой и даже щуплый, борода всклокоченная, вместо одежды – жуткое рванье, а уж запах…

– Простите, мэм, – извинился сержант, когда его представили мисс Стаутон. – Я сегодня не в лучшей форме.

Девушка удивила – вместо попытки держаться подальше она очень искренне поприветствовала сержанта, а потом притронулась к его руке:

– Сэр, я очень рада возможности познакомиться со своим невидимым защитником, – улыбнулась она. – Вы невероятно впечатлили меня своим искусством маскировки и перевоплощения. Признаться, я до последнего подозревала, что вы – это помощник торговца устрицами. Рядовой Джеки объяснил мне ошибку. И я была просто поражена…

От такого радушия Клейтон покраснел как рак.

– Спасибо, мэм, – только и смог он выдавить из себя, а потом взглядом попросил помощи у Беккета.

– Сержант, я займу буквально минутку вашего времени. – Полковник, как обычно, прекрасно чувствовал людей. – А потом можете сходить домой и привести себя в порядок. Сегодня вам нужно наведаться в паб «У Стерна» и пообщаться с местной публикой. Там собираются железнодорожники, подберите себе подходящий образ. Попробуйте узнать следующее – кто из этих людей, – он взял с запертого бюро переданные железной дорогой личные дела, выбрал из них нужные и положил перед Клейтоном, – был в этом пабе три дня назад. Получится узнать подробности – отлично. Нужна любая мелочь.

Сержант внимательно изучил дела. Читал он не быстро, так что времени это заняло далеко не минуту. Но никто его не торопил.

– Хорошо, сэр, я понял задачу, – сказал он наконец. – Вечером вернусь. Я правильно понимаю, что охранять дом уже не нужно?

– Да, все верно, – ответил Беккет.

– Сержант, если вы вернетесь, а дома никого из нас не будет, дождитесь обязательно, – заговорила мисс Стаутон. – Я оставлю Марте распоряжения. Она покормит вас и нальет чаю.

– Спасибо, мисс, – поблагодарил ее Клейтон и тут же ушел, почти сбежал.

Даниэль проводил его взглядом. Бедняга, он принял бы как должное брезгливые взгляды, но радушие со стороны хорошенькой леди оказалось слишком серьезным испытанием.

– Итак, господа, задачи поставлены, – поднялся полковник. – Приступаем к выполнению. Даниэль, ты справишься? – спросил он.

– Умирающим я себя пока не чувствую, – заверил его капитан. – Разве только было бы неплохо охладиться. Поможешь?

– Само собой.

После четырех ведер ледяной воды, вылитых на его гудящую от горячки голову, Даниэль почувствовал себя вполне бодро. Сонливость улетучилась, сил прибыло. Теперь можно и расследованием заняться.

Даниэль отдал кольцо с записывающим кристаллом полковнику, потом связался с Эдуардом, взял с собой мисс Стаутон и отправился вместе с ней к брату в Мидленд-гранд-отель, где тот останавливался во время своих нечастых визитов в Ландерин.

Роскошь этой гостиницы ослепляла. Разумеется, граф Лейчестер не мог позволить себе что-то более скромное – что скажут в обществе? Мисс Стаутон, которая не произнесла за всю дорогу ни слова, теперь и вовсе потерялась. Она держалась на шаг позади Даниэля и все время смотрела прямо перед собой, видимо, боясь сделать что-то не так. Не следовало ее брать сюда. А ведь это только начало…

Капитан уже и сам начал нервничать, жалея, что согласился на такую авантюру.

Миновав двери, в которые мог проехать целый бронепоезд, они зашли в просторный зал, полный суетящихся служащих и, в противоположность им, неторопливых гостей. Подойдя к стойке администраторов, Даниэль сообщил одному из них:

– Капитан де Моле к графу Лейчестеру в сто сорок седьмой номер. Доложите.

Спустя недолгое время беллбой проводил их к огромному лифту, который был уставлен мягкими диванами и размерами не уступал гостиной капитана.

Лифт остановился на втором этаже. Провожатый постучал в одну из комнат, дверь которой вскоре открыл Джон Маккой – камердинер Эдуарда.

– Проходите, сэр, – сказал он, приглашая Даниэля в номер, а потом, заметив мисс Стаутон, уточнил: – Леди с вами?

– Да.

Тишина. Даниэль спохватился, что забыл представить свою спутницу.

– Мисс Стаутон, секретарь полковника Беккета, – сообщил он.

Маккой исчез ненадолго в одной из комнат, а потом сказал:

– Простите, сэр, вашей спутнице придется подождать здесь.

Даниэль поджал губы. Примерно этого он и опасался. Чертов Беккет с его безумными идеями.

– Не придется. Передай своему хозяину – либо он принимает нас обоих, либо мы уходим, так и не поговорив, – сказал он.

На сей раз Маккой безропотно пропустил гостей в роскошную комнату, стены которой блестели позолотой, а на мебель, вероятно, ушел целый лес махагони[2].

– Даниэль, – холодно кивнул Эдуард, даже не соизволив подняться со своего кресла, где сидел с бокалом коньяка. С мисс Стаутон он здороваться не стал, но одарил ее весьма пристальным взглядом.

– Значит ли такой «теплый» прием, что семейство Спенсеров решило отозвать свое предложение породниться? – с интересом и некоторой надеждой спросил Даниэль.

– Даже не мечтай, – расстроил его брат. – Они в этом браке заинтересованы не меньше меня. Как ты знаешь, своих детей у нас с супругой, возможно, не будет. Врачи не обнадеживают насчет ее здоровья. А это значит, что твой сын может унаследовать мои титул и земли. И потому нам с тобой следует очень тщательно подбирать тебе пару. – Мисс Стаутон достался еще один полный подозрения взгляд. – Мистер Спенсер, как ты знаешь, младший сын герцога Маерби. На титул ему рассчитывать не приходится. И он будет рад, если его внук станет графом Лейчестером. Так рад, что, возможно, сумма приданого возрастет вдвое от обещанного. Даже твой недавний демарш не сказался на их намерении породниться с нашей семьей.

– Прекрасно. – Сейчас Даниэлю было все равно. Ну какое имеет значение, кто и о чем мечтает, если вопрос стоит – а доживешь ли ты сам до Рождества? – Но я пришел не за этим. Скажи, Эд, а многие ли знали о том, что я приду на вчерашний концерт?

– Что за странный вопрос?

– Меня пытались отравить. У них ничего не вышло, но сейчас я веду дело для сэра Гриффина, поэтому важно понять, кто мог подготовиться к моему визиту в Альберт-Холл, – пояснил Даниэль, слегка смягчив краски. Он не хотел поднимать лишнюю суету.

– У них точно не вышло? – Эд тут же сменил тон и обеспокоенно посмотрел на Даниэля. – Ты плохо выглядишь.

– Всего лишь последствия. Скоро пройдет, – отмахнулся капитан. – Так кто знал про наши планы?

– О том, что я пригласил тебя в Альберт-Холл, знала, конечно же, Вивиан. Еще Маккей, он отправлял билеты тебе. И, разумеется, Спенсеры. Больше никто вроде бы. Хотя, конечно, в тайне мы это не держали. Теоретически, кто-то из слуг мог услышать наши разговоры с Ви…

– А кто-нибудь интересовался твоими планами? Ты никому не мог случайно сказать?

– Нет. Не мог. Все случилось слишком быстро. Мистер Спенсер позвонил мне и сделал это предложение. И он же достал билеты для всех нас.

– То есть насчет мисс Спенсер идея была не твоя? – заинтересовался Даниэль.

– Нет. Но мне она очень понравилась. К тому же это было закономерно. О том, что подыскиваю тебе невесту, я сообщил сразу, как ты вернулся из своей Ифрикии. Спенсеры не первые, кто предлагает породниться. Просто первые, предложение которых показалось мне действительно интересным… учитывая последние прогнозы врачей насчет Вивиан.

Эд с женой недавно потеряли ребенка. Выкидыш. Уже третий. Конечно, брат мог получить развод, но не хотел. Теперь все надежды обратились на Даниэля, а его собственные желания в расчет не принимались. Зачем? Капитан с детства привык выступать дублером своего брата, но раньше это его не особенно тревожило и воспринималось как закономерное следствие родства. Не тревожило это и сейчас. Скорее смешило. Эд попадет в пикантную историю, если Даниэлю и Беккету не удастся найти противоядие. Придется графу Лейчестеру самому решать проблему с наследниками. А он сейчас даже не подозревает, как плохи его дела.

– Если что-то вспомнишь, свяжись со мной, – попросил Даниэль. – Пойдемте, мисс Стаутон.

– Даниэль, с тобой точно все в порядке? – Брат поднялся, желая его проводить.

– Настолько, насколько это сейчас возможно. – Не желая, чтобы Эд приближался, капитан предпочел как можно быстрее отступить.

Эффект от обливания ледяной водой уже сошел на нет, и наверняка теперь от кожи так и пыхало жаром, так что Даниэль решил не рисковать. Ему совсем не хотелось отбиваться от толпы врачей, которых Эд непременно пригонит, если что-то заподозрит.

Они покинули здание и взяли кэб. Мисс Стаутон, молчаливая как никогда, сидела, нервно теребя свой ридикюль. Потом ни с того ни с сего она нерешительно, словно боясь, что ее оттолкнут, дотронулась до руки Даниэля и тихо сказала:

– Все будет хорошо, сэр. У вас очень хорошие друзья.

– И вы среди них? – вырвалось у капитана.

– И я среди них. Если позволите, – мягко произнесла мисс Стаутон.

Не выдержав, он взял ее руку в свои ладони, жалея лишь об одном – что они оба в перчатках. Так делать ни в коем случае не следовало, но, когда стоишь на пороге вечности и неизвестно, в какую сторону сделаешь следующий шаг, многие условности теряют значение и можно наконец-то быть честным с самим собой.

– Спасибо, мисс Стаутон, – сказал он. – Для меня это важно. Простите за холодный прием, который оказал вам мой брат, я этого опасался. Но Эдуард – не худший вариант. Сейчас мы едем к Спенсерам. Боюсь, как бы они не позволили себе лишнего. Может, подождете меня в какой-нибудь кофейне поблизости?

– Не волнуйтесь, сэр, я хорошо знаю свое место. Достаточно хорошо, – подчеркнула она голосом. – Меня отправил с вами полковник Беккет. Указания были очень подробными, поэтому не пытайтесь от меня избавиться. И не волнуйтесь, я не придаю значения словам людей, которые мне безразличны.

Кэб тряхнуло. Мисс Стаутон еле заметно поморщилась. И капитан спохватился, вспомнив про ее обожженную руку. Он тут же разжал ладони и извинился.

– Простите. Я сделал вам больно?

– Нет, сэр, – сразу же ответила она, но потом призналась: – Если только немного.

Оставалось лишь удивляться, откуда у такой юной леди столько благоразумия и терпения. Наученный опытом, Даниэль хорошо понимал: мисс Стаутон прикосновением к его руке всего лишь выразила сочувствие и поддержку. Только и всего. Она хорошо знает свое место. И это было намного больше того, чем могли похвастаться многие и многие знакомые Даниэля… и он сам в том числе.

Дом достопочтенного Фредерика Спенсера роскошью не блистал, но был существенно больше, чем скромное холостяцкое жилище капитана де Моле. Гостей встретил представительного вида дворецкий. Держался он важно, словно являлся распорядителем в королевском дворце.

Взяв у Даниэля визитную карточку, он неторопливо удалился доложить хозяину о гостях. Через некоторое время их пригласили в просторную гостиную, где собралась семья Спенсеров в полном составе.

Поздоровавшись с хозяевами, Даниэль представил им мисс Стаутон.

Реакция была именно такая, какую он и ожидал. Несмотря на статус личного секретаря полковника Беккета, мистер и миссис Спенсер посмотрели на нее с таким осуждением, как будто она была уличной девкой и забрела в их дом совершенно случайно. И только Оливия Спенсер душевно поприветствовала гостей, не обращая внимания на укоризненно-возмущенные взгляды родителей.

Ответив хозяевам вежливой улыбкой и книксеном, мисс Стаутон замерла за спиной Даниэля. Казалось, холодный прием ее ничуть не задел. Во всяком случае, не так, как он задел самого капитана.

– Мисс Стаутон представляет здесь сэра Гриффина, – сообщил Даниэль мстительно, с наслаждением наблюдая, как презрительный взгляд мистера Спенсера сменяется испугом.

Еще бы, с шефом отдела государственной безопасности связываться было себе дороже. Он легко мог отправить в Гримсби хоть графа, хоть герцога. Особенно если повод найдется. В кулуарах также поговаривали, что сэр Гриффин в случае чего повод может и организовать.

– Сэр, у меня к вам будет конфиденциальный разговор. – Высокомерие мистера Спенсера быстро поумерилось. – Надеюсь, дамы извинят, если мы пройдем в курительную, а им предоставим общаться в женском кругу?

Даниэлю было любопытно узнать, о чем таком хочет говорить мистер Спенсер конфиденциально, но оставлять мисс Стаутон на растерзание хозяйке дома не хотелось. С другой стороны, выбора не было. Если мистер Спенсер просит о конфиденциальности, то требовать присутствия кого-то постороннего равносильно серьезному оскорблению.

Встретившись взглядом с девушкой, Даниэль увидел ее еле заметный кивок и все-таки отправился в курительную.

– Сигару? – предложил мистер Спенсер, расположившись в необъятном кресле и указав гостю на такое же.

Даниэль последовал его примеру, но от сигары отказался – у него и без того весь день болела голова.

– Вы плохо выглядите, капитан, – заметил мистер Спенсер, раскуривая сигару. – Последствия ранения?

– В каком-то смысле. – Даниэль не рвался рассказывать подробности.

– Что говорят врачи?

– Что жить буду и хромать перестану.

– Отрадно слышать.

– Так о чем вы хотели говорить? – Торопить хозяина было невежливо, но от запаха крепкого табака Даниэля начало слегка мутить, хотя прежде за ним такого не водилось.

– Эта девушка, мисс Стаутон… – Мистер Спенсер взглядом показал на дверь. – Мне сказали, она живет в вашем доме.

– Так же как и полковник Беккет, ее наниматель, – кивнул Даниэль, уже догадываясь, куда свернет беседа.

– Вы понимаете, что это абсолютно неприемлемо?

– Чтобы соблюсти приличия, к мисс Стаутон приставлена служанка.

– От сплетен это не спасет. Мне нет дела до репутации секретаря полковника Беккета, но от ее присутствия в вашем доме может пострадать репутация моей дочери.

– Каким же образом?

Чем дольше длился разговор, тем больше Даниэлю хотелось прервать его самым хамским образом. Головная боль, вначале вполне терпимая, теперь пульсировала в висках с такой силой, что в глазах начинало двоиться. В курительной было жарко и душно. Капитан сейчас хотел лишь одного – очутиться в кэбе, и чтобы мисс Стаутон коснулась его лба своими вечно холодными пальцами, сделав боль не такой сильной. Но Беккет просил узнать, кому мистер Спенсер рассказывал о встрече в Альберт-Холле, и приходилось терпеть.

– Оливия не может обручиться с мужчиной, нравы которого не безупречны.

– Печально, – сокрушенно кивнул Даниэль и еле сдержал стон. Даже это пустяковое движение отдалось новым всплеском боли.

– Ваш брат заверил меня, что вы хотели бы заключить этот брак. – Мистер Спенсер с бульдожьей настойчивостью пытался продавить свою точку зрения, даже не подозревая, что капитан вот-вот сорвется.

– Эдуард хотел бы. И мы, конечно, с ним очень похожи, но не настолько, чтобы его желания превращались в мои, – парировал Даниэль. – А еще он меня заверил, будто этот брак крайне желателен для вас. Что до меня или мисс Спенсер, то здесь наверняка имеются оговорки.

– Оговорки? О чем вы?

– Ваша дочь знает, что я намерен вернуться обратно в колонии? – Злость придала сил. – В Ифрикию или Майсур. Условия там далеки от идеальных. Мисс Спенсер придется мириться с жарой, москитами, постоянной опасностью. Также не могу обещать ей просторного дома, прислуги и даже просто достойной жизни. Не так давно нам с полковником Беккетом, как и всем остальным в Мафесанде, приходилось есть тушенку из конских шкур, приправленную жареной саранчой. И это считалось праздничным блюдом. Уверены, что ваша дочь хочет такой жизни? Меж тем в отставку я не собираюсь.

– Но ваш брат сказал…

– Я не мой брат! – прохрипел Даниэль, с ненавистью посмотрев на мистера Спенсера. Нет, не стоило сегодня выходить из дома. Но кто знал, что его недомогание усилится до такой степени. Ведь им дали пять дней!

– Сэр, что с вами?! – наконец-то спохватился мистер Спенсер. – Дать воды? Вызвать врача? – Он схватил колокольчик и так громко затрезвонил, что у Даниэля потемнело перед глазами. – Быстро врача! – потребовал мистер Спенсерер у заглянувшего слуги. – Капитану дурно! Нюхательную соль принесите!

– Не надо врача, – кое-как проговорил Даниэль. – Мне… домой…

– Куда домой? Вы с ума сошли?! – возмутился хозяин дома.

Поднялась суета. Дворецкий, растеряв свою степенность, задыхаясь, принес нюхательную соль, из-за которой, правда, у Даниэля пошла носом кровь.

Хаос набирал обороты, а капитан де Моле не мог даже сопротивляться. Он просто закрыл глаза и позволил себе соскользнуть в спасительный обморок…

…Очнулся он от тряски и блаженного ощущения холода на лбу. Приоткрыв глаза, обнаружил, что сидит в кэбе, а испуганная мисс Стаутон пытается хоть как-то облегчить его состояние. А ведь не так давно он только об этом и мечтал.

– Вам уже лучше? – спросила девушка, пытаясь отстраниться, но Даниэль перехватил ее запястье.

– Умоляю, не убирайте руку, – попросил он, в душе презирая себя за подобную слабость, но слишком уж болела голова, а от прикосновения холодных пальцев мисс Стаутон становилось пусть немного, но легче.

– Хорошо, сэр, – покладисто ответила мисс Стаутон. – Только… буквально на минутку позвольте…

Вскоре к его вискам прижались уже две ледяные ладони, хотя для этого мисс Стаутон пришлось почти сесть к нему на колени. Зато в голове начало проясняться.

– Вы тоже с даром? – спросил Даниэль, любуясь ее золотистыми глазами, которые сейчас были так близко. – Умеете лечить?

– Нет, сэр. – Девушка ужасно смущалась: ситуация и впрямь была очень компрометирующая. – Просто вам становится лучше от холода.

– А как мы оказались в кэбе?

– Мистер Спенсер не хотел вас отпускать. Мне пришлось сослаться на строгие инструкции сэра Гриффина и полковника Беккета, а потом еще и пригрозить неприятностями, если он посмеет вас задержать. Слуги помогли усадить вас в кэб, а дальше… вот.

– Вы меня удивляете, – пробормотал Даниэль.

– Сейчас мы едем к мистеру Макферсону, – предупредила его мисс Стаутон. – Если кто-то и может вам помочь, то только он.