Глава 40 Василиса

На женщине легкий полупрозрачный пеньюар, который, конечно не скрывает, что под ним ничего нет. Фигуру я, к сожалению, тоже хорошо просматриваю – идеальная. Как и сама женщина. Марика. Кажется, так ее назвал Горский. Я молчу, Марика же быстро берет себя в руки, усмехается: – Ты вообще кто? Господи, а кто я. Кто я для Горского? Даже представиться не могу. Девушка? Любовница? Та, с кем Горский время от времени свои вечера проводит? Вместо ответа из меня вылетают вопросы: – А вы кто? Вы с Русланом… Почему вы здесь? Удивленно поднимает брови. – Девочка, не знаю твоего имени, но, как ты понимаешь, раз у меня есть ключ, который мне дал хозяин этой квартиры лично, как, возможно, и тебе, то да, я с Русланом. Спокойствие, с которым Марика произносит всё это, лишь убеждает – для Горского в порядке вещей то, что у него много женщин, и даже то, что они друг о друге могут знать. Я ведь понимала, кто этот мужчина. Заранее знала. Но впитывала иллюзорные надежды, с чего-то решив, что, пусть и временно, но стала для него особенной. Глаза начинает печь, я делаю шаг назад. – Ты тоже с Русланом? – Тоже… – голос срывается. – Сочувствую, – сдвигает брови она. – Ты, наверно, считала себя единственной? Женщина явно пытается показать, что я никто. И пусть она права, но я еще могу сдерживать слезы, поэтому нахожу в себе силы ответить, принимая ее тон: – Считала, что нужно предупреждать Руслана о своих планах, чтобы не вышло накладки. И, больше ни слова не говоря, просто отступаю, к горлу подкатывает ком, меня начинает колотить. Нужно уйти, уйти. Ничего не понимаю, хочу просто поскорее остаться одна. Всё, что я себе придумывала, призрачные моменты и недоговоренности, теперь приобретают ясные очертания. Плохо так, что хочется выть, несмотря на то, что осознаю, встреча с Марикой – это просто совпадение. Руслан не звал ее, иначе он не стал бы так со мной поступать и приглашать сюда. Не стал бы? Разве что, чтобы закончить наши отношения. Но я не верю, что он хочет этого именно сейчас. Однако ключ у этой Марики есть. Удушье накатывает с новой силой, глупая Василиса. Кем ты себя возомнила? Да, он говорил, что не спал тогда с этой женщиной, но… ведь время уже прошло. Насколько он серьезно ко мне относится? Считала, что важна для Руслана, ведь он говорил, что с Максом решит вопрос. Но до сих пор не решил. Хотел ли он рассказать о нас на самом деле, или это все для того, чтобы меня успокоить? Чтобы проблем лишних не создавала? Не верю. Не могу в это поверить. Я так с ума сойду. На автомате спускаюсь в метро, еду, куда глаза глядят. Мне плохо и больно. Домой не хочу и не могу, маме уже написала, что останусь у подруги, поэтому принимаю решение поехать к Аньке. И плевать, что у нее возникнут вопросы. То и дело поглядываю на телефон, я все-таки жду звонка. Он ведь не может не позвонить, верно? И когда на экране светится «Горский», я вопреки ожиданию отключаю мобильный. Не могу, не могу с ним говорить. Просто не готова. Нужно привести мысли в порядок, все остальное потом. – Так ты говоришь, у тебя есть мужчина старше тебя? – Баклаева прикрывает рот рукой, размешивая чай. Мы сидим у нее на кухне, точнее, сидит, только она. Мне же кажется, я вообще не здесь. Мысленно всё еще там, в квартире Горского. Он уже видел Марику? Раз я уехала, он воспользовался ее предложением? Что они сейчас делают? Хорошо, что я с Анькой. Иначе бы свихнулась, погрузившись в свои мысли. Вдруг понимаю, что подруга ждет пояснений: – Старше. – Серьезно? Офигеть. И у него кто-то еще есть? – Я не знаю, – пожимаю плечами. – Этот мужчина… Кто-то с работы? Он там, надеюсь, какой-нибудь крутой начальник с мозгами? Теперь просто киваю. Но, конечно, не уточняю. – Так, не раскисай. Завтра утром сделаю тебе отменный макияж, этот босс обалдеет и приползет на коленях. Я благодарна Ане за поддержку, но Горский на коленях – это не то, на что я рассчитываю. Даже представить его в такой позе не могу. Да собственно, ему и извиняться не за что. Я сама себе все придумала, а вся это ситуация лишь показала, что на самом деле между нами. – А потом, когда вы помиритесь, попросишь своего начальника взять на какой-нибудь ужин Горского, они ведь наверняка общаются. И мы потусим вчетвером. Аня растягивает широкую улыбку, а у меня вырывается всхлип. – Ну, подруга, я же пошутила, – не понимает, что со мной Баклаева. – Хотела просто настроение поднять. – Спасибо, Ань, ты тут ни при чем. – Вот ты молодец, что отклонила звонок. Пусть помучается. Но все равно не сильно ему мозг делай, он взрослый мужчина, таким нужно, чтобы рядом была удобная, понимаешь? – Понимаю, – шепчу в ответ. Я не могу быть просто удобной. Вот что мне ясно, хоть Аня и права. Такой мужчина, как Горский, явно не собирается разбираться в тонкой душевной организации какой-то малолетки. Телефон я включаю, в мессенджере тут же приходят сообщения. «Ты где?» «Василиса, возьми трубку. Ты же понимаешь, что я не знал о Марике?» Набираю сообщение в ответ: «Ты с ней не расстался ведь, верно? Не расстался?» «Нет. Подними трубку, и я все объясню». «Я просто хочу побыть одна». И снова отключаюсь. Ночь почти не сплю и к утру выматываю себя по полной. Почему-то кажется, что надвигается катастрофа, хотя я пока что не в эпицентре. Будто вчерашняя ситуация просто маяк – который подает сигнал, куда нужно двигаться дальше. Горский такой, какой есть – это факт. Его нужно принять. Либо не принимать. Вот и все. Я думала это неважно, отмахивалась от горькой правды, считала себя самодостаточной и способной выдержать удар, когда он произойдет, довольствуясь тем, что есть сейчас. Но всё не так. Я хочу знать, насколько у нас серьёзно, потому что быть «одной из» я никак не могу. Прокручиваю в голове наши разговоры. Руслан говорил, что сразу не станет с кем-то спать. И даже, возможно, не врал. Но когда-нибудь этот момент настанет, и это разорвет меня на куски. На такие мелкие, что вчерашняя встреча с Марикой покажется мне лайт версией. Может быть, Горский и не знал, что она там, но ключ не забрал. И отношения не прервал. А значит, оставлял вариант на будущее. А может, уже на настоящее. Я запуталась. Так рано в офисе никого нет, не смогла усидеть дома, я кусаю губы в ожидании рабочего дня, перебираю бумаги, подхожу к окну. Очень хочу увидеть Руслана. Хочу и не хочу. Это состояние выматывает, я словно на грани. Или вперед, или назад. На месте больше не остаться. А если Руслан скажет, что ему это все не надо? Обязательства, расставание с возможными любовницами, которые ждут его звонка, я… Секс у него и до меня имелся в изобилии. А мои чувства… Мои чувства ему наверняка неинтересны. Господи, скорее бы рабочий день начался. Неопределенность убивает. Но с утра Горского в офисе нет. Нет его и спустя час, и два. Сегодня презентация нового продукта, того самого, для Калинина. Руслан не может не появиться в офисе. Около обеда он наконец входит в кабинет, и у меня тут же холодеют ладони. Все сразу чувствуют, что Горский не просто зол, он в ярости. Наступает полная тишина, взгляды обращены к мужчине, который смотрит на меня. Сердце екает неприятно. А потом Руслан ледяным голосом говорит: – Смирнова, пройдите в мой кабинет. Без промедлений. Он уходит, а я чувствую, как накатывает ужасная слабость. Мне кажется, что помимо вчерашнего что-то еще произошло. Не знаю, что, но почему-то уверена: ничего хорошего ждать не приходится.