Глава 23

Чем дольше молчишь, тем сложнее сказать правду. С этой мыслью Ярослава вернулась в Москву. Она мусолила её всю дорогу, пялясь на проплывающий осенний пейзаж за окном «Сапсана» и тихонько раздражалась на саму себя. Почему она такая нерешительная? В кого? Зачем так затянула? Теперь, если расскажет Максу обо всём, то, вероятно, услышит в ответ закономерное: «а почему ты только сейчас мне об этом говоришь?» Лучше бы они не встречались во второй раз. Всё было больнее, чем она думала. Разница их миров была очевидна, и ей казалось, что, не смотря на уверения Максима, в его жизни ей места не было. С такими парнями, как Вениаминов, легко веселиться и проводить время в радости, а строить что-то серьёзное – навряд ли возможно. Она ждала, что он набросится на неё в университете, но Макс на глаза не показывался. И Яра подумала, что ощущения какие-то странные. Ей, вроде как, и не хватало его присутствия. Вечером на кафедре было небольшое застолье. У профессора Загодского вышла в печать новая книга «Системная история международных отношений. Угасание биполярного мира». Ярослава, чуть улыбнувшись Юрию Валентиновичу, взяла полистать экземпляр. – А хотите… я вам лично подпишу? – улыбнулся он. – Да мне как-то неудобно, давайте я куплю… и потом подойду… – Ой, да бросьте вы, Ярослава, – отмахнулся Загодский и забрал книгу из её рук. Не желая показаться невежливой, Яра замолчала. Несмотря на личную неприязнь, специалистом он был хорошим. И его новый авторский курс, часть которого Яра сама транслировала студентам на лекциях, вызывал уважение. – Вот держите. Ярослава потянулась за книгой, Загодский вложил ей экземпляр в руку, а саму вдруг схватил за запястье, удерживая. Он что-то говорил, видимо, рассказывал про публикацию, но у Яры в голове неприятно зашумело. Потому что большим пальцем «профессор» совсем не по-отечески наглаживал ей тыльную сторону руки – самое чувствительное место, где соединялось множество нервных окончаний. То, что, вероятно, должно было, по мнению Загодского, вызвать у неё приятную дрожь, повергло Ярославу в состояние ужаса. Это уже были даже не нафталиновые подкаты от человека из другого поколения, в отцы ей годившегося. Она аккуратно высвободилась, когда его хватка ослабла, что-то пробормотала и отошла к своему столу. Чтобы положить книгу и, отвернувшись к чайному уголку, налить себе кипяток в кружку. Ярославу потряхивало ещё какое-то время. Юрий Валентинович шутил и балагурил, почивая на лаврах местной звезды, но Яра к нему не приближалась, держалась в стороне. Из вежливости к остальным она ещё посидела немного, а когда собралась уходить, народ тоже стал растекаться. Одна из лаборанток подсела к ней и решила аккуратно предупредить, что у Загодского четвёртая жена и дочке три года. Даже фотку ей втихаря на телефоне продемонстрировала. С экрана на Яру смотрела длинноногая брюнетка в модельных шортиках и жакете а-ля Шанель. Левой рукой она обнимала маленькую девочку в прелестном кремовом платье из воздушного шифона. – Алечка у нас аспиранткой была. Очень хорошая, старательная, училась тут же в университете. Звёздочка. Юрий Валентинович любит умных девушек. Последняя фраза прозвучала, как предупреждение. – Угу-угу, – пробормотала Яра, запихивая вещи в рюкзак, подхватила папки свободной рукой и поспешила к выходу. Ей определённо не нравилось повышенное внимание профессора. В пятые жёны она ни в коем случае не метила, в любовницы, тем более, но и в лоб ему сказать, чтобы отъехал, не могла. Ещё ведь вывернет, что она всё придумала. Он к ней, мол, с отеческой любовью, а она… фантазёрка…Ни разу Яра не была в такой ситуации и, как поступить, пока не понимала. Она дошла до остановки автобуса, где, поставив рюкзачок на скамейку, попыталась запихнуть папки внутрь. Те не падали, но тащить их до дома в руках было бы не совсем удобно. Молния, конечно, застёгиваться не пожелала. – Помочь? – раздалось над ухом, и Ярослава подпрыгнула. А затем резко обернулась, натыкаясь на Макса. Не дожидаясь согласия, он подхватил её вещи, а Яра потянула ремешок на себя. – Э-э-э… ты куда? – В машину отнесу. Она посмотрела на дорогу, где на аварийке стояла мазда, передними колёсами заезжая на большую букву «А» на асфальте. – Тебе штраф вкатают, – предупредила Яра. – Да и плевать. – А на людей, которым ты создаёшь неудобства, тебе тоже плевать? Он поджал губы на мгновение, окидывая взглядом остановку. – Тебе честно или соврать? Ярослава закатила глаза, нахмурившись. Избалованный… какой же он избалованный… пофигист. К тротуару подъехал автобус и протяжно засигналил, потому что тачка Макса перегородила дорогу. – Убери машину. – Остановка здесь не запрещена. – Если она не мешает движению общественного транспорта. И твоя остановка, кажется, превращается в стоянку. Макс никак не прокомментировал её короткую отповедь, лишь потянул рюкзак на себя, и Яра сделала два шага в его направлении. По инерции. – Садись в машину и всем будет счастье. Для проформы Яра посверлила его взглядом, но послушалась. Тяжёлый день в университете давал о себе знать. Хоть сегодня она и не преподавала, зато собственные лекции были скучными и затянутыми. У неё ушла масса сил на конспектирование. По старой привычке Яра писала от руки, а не на ноутбуке, как большинство студентов. Плюс короткий диалог с Заготским её окончательно выморозил. Только внимания возрастного ловеласа ей не хватало. Такого, что все остальные заметили. Ещё и просветители эти грёбанные. Сейчас вежливо предупреждают, потом сплетни разносить начнут. Знала она таких… ой, знала… В салоне мазды было тепло и комфортно. Макс пристроил её рюкзак на заднее сиденье. А Яра закинула ногу на ногу, благо пространство разрешало, и, сложив руки на груди, отвернулась к окну. – Ты водишь? – вдруг спросил Макс. Она ничего не ответила, лишь кивнула. – Как много я о тебе ещё не знаю, – следом протянул он. – А что, надо узнавать? – Ярослава всё-таки повернулась и выразительно приподняла брови. – Как же твоё: никаких подробностей? Это же интереснее. Ты знаешь, мне тогда понравилось. Не думаю, что стоит что-то менять. Макс бросил на неё короткий взгляд и снова уставился на дорогу. – Это другое. Да, точно другое… Ежедневная тошнота была тому подтверждением. Насколько всё пошло не по плану. – Яра, ты почему меня игнорируешь? Ей хотелось сказать, что его невозможно игнорировать, когда он прёт тараном, вот прямо, как сейчас, но она лишь пожала плечами. – Игнорирую? Нет. С чего ты взял? – С того, что не отвечаешь на мои звонки. И сообщения, кстати, тоже. Вопрос был закономерным. – Я просто была очень занята. – Настолько, что трубку не снять? Она вздохнула недовольно. – Это что, такой странный способ высказать претензии? – Нет, мне показалось, между нами кое-что изменилось. – Тебе показалось. – Ты когда такой стервой успела стать? – Оскорбляешь? – Да нет, это, скорее, комплимент, – он окинул её выразительным взглядом. – Растёшь на глазах. – Да? Может, я всегда такой была. Макс усмехнулся, сворачивая к её дому. – Ты не такая… и не была… и когда закончишь изображать неприступную скалу, всем станет легче. Яра рассмеялась. Деланно так, как-то фальшиво даже для себя самой. Наверное, Макс ждал, что она падёт ему в руки, но Яра твёрдо решила, что никуда она падать не собирается. Уже раз рискнула. Хватит. – Макс, ничего не поменялось и не поменяется, лучше нам оставить всё как есть. «А про ребёнка я тебе потом скажу, – добавила про себя. – Надо поставить какой-нибудь дедлайн. Например, к концу октября. И чтоб без вариантов съехать с темы». Боже, о чём она вообще думает? Говорят, с беременностью острота восприятия реальности и ясность мысли притупляются из-за выработки гормонов. Типа защитный механизм организма на стрессы. Она, вроде, за собой такого не замечала. Но бредовые идеи, которые порой приходили ей в голову, наводили на мысль, что что-то всё-таки было с ней не так. – Кто сказал, что лучше? Она пожала плечами. – Я так думаю. – А я думаю, что нет. – Думай, что хочешь. Макс припарковался и повернулся, чтобы на неё посмотреть. Но Ярослава избегала его взгляда. – У тебя кто-то есть? – внезапно спросил он. – Может быть, и так. Яра чуть поморщилась, произнося эту ложь. Может быть, и так, а может быть, и этак. Понимай, словом, как знаешь. Сейчас ей хотелось только одного – чтобы Макс уехал. Ушёл. Оставил её одну. И не давил. Молчание затянулось, пока Макс коротко не бросил: – Понятно. Что ему там понятно было, Яра сама не уловила. Но забрала вещи и вышла из машины. Макс в этот раз провожать её не стал. Ну и отлично, не маленькая, дорогу найдёт. Сидя вечером на кухне над тарелкой с ужином, Яра вдруг снова расплакалась. Ей начало казаться, что она сама себе роет яму. Хотелось взять глупые слова обратно. Хотелось увидеть Максима прямо сейчас. Она даже потянулась за телефоном, но вовремя остановилась. А когда легла в кровать, долго смотрела в темноту, чувствуя неимоверную усталость, но вместе с тем и невозможность заснуть. * * * Дни до выходных прощёлкали, как цифры на таймере – бодро и молниеносно. Яра намывала фрукты, когда в дверь позвонили. Она сначала замерла, не понимая, кого нелёгкая принесла. Навряд ли бы Адрианка или Костик заявились к ней без приглашения, а вот Максим мог. Ну или дети баловались. Они сами со школьными друзьями раньше так шалили. Звонили в квартиры и убегали. Давно это было, ещё в началке. Тупость, конечно, но почему-то веселило. Звонок однако повторился. Значит, не дети это были. Ярослава тщательно вытерла руки полотенцем и пошла открывать дверь, уже готовясь дать отпор Максу. Ей почему-то казалось, что это он заявился. А больше и некому было. Парень не понимал слова «нет». И его настойчивость поражала. И, чего уж скрывать, будоражила. Но на пороге, вот сюприз, стояла Лина. – Привет, – Яра поморгала удивлённо. – Как ты… – Брат привёз, – не дала ей та договорить и сама без приглашения зашла в квартиру. – Мне надо с тобой поговорить, а больше не с кем. С Максом я не могу это обсуждать. Маринка не понимает. Подружки растреплют, я им не доверяю. Сегодня Лина вела себя иначе. Не так бесшабашно. Даже хмурилась слегка. Но, как и в прошлый раз, общалась с ней, будто с подругой. Ярослава никогда быстро не сходилась с людьми, ей нужно было время притереться. То, что Лина – сестра Макса, её тоже слегка смущало. – А где Максим? – спросила Яра. – Внизу ждёт. Он подниматься не будет. – Какой… деликатный, – выдохнула Ярослава и взмахнула рукой, приглашая в дом. – Ну ты не стесняйся, проходи. Хотя ты… и не стесняешься. Лина скинула обувь и верхнюю одежду и прошла на кухню, где бухнулась на диван, сложила руки на столе и опустила на них подбородок, молча наблюдая за Ярой. Та заваривала чай и поглядывала на Максову сестру с некоторым любопытством. «Интересно, предлог надуман? Или реально поговорить надо?» – Что случилось? – подтолкнула её Яра, садясь за стол напротив. Лина будто ждала этого словесного пинка, потому что дальше девушку прорвало. Следующие минут пятнадцать на Ярославу вылился поток информации про некоего Дениса, который аж на целых восемь лет был старше Ангелины и по понятным причинам не одобрялся ни братом, ни родителями. Познакомились они в Испании, где тот отдыхал с друзьями ровесниками, а продолжили в Москве. Сходили на пару свиданий, куда Лине пришлось брать сестру, а дальше уже парня заколбасило. Иногда он позванивал ей, а иногда пропадал. Лина была твёрдо намерена повзрослеть в скорейшие сроки и самостоятельно решать свою судьбу. – Ну…процесс параллельный, – развела руками Яра. – В смысле? – Ты взрослеешь, он тоже становится старше. Разница сохраняется. Потом, если б чувства были искренними, Дениса твоего, наверное, ничего бы не смущало. Ярослава невольно поморщилась. Тоже мне… эксперт по чувствам. Сама только из токсичных отношений вылезла. Да так увлеклась в процессе, что залетела по пути. – Да я понимаю, но… блин… хочу быть с ним. Я чего тогда в тот клуб попёрлась? Он там был. С компашкой… и шалавой какой-то крашенной. Висела на нём, свисток свой надутый к его рту прикладывала. – А он, видимо, не сопротивлялся? – Не особо… – Лина хлебнула чая, и её глазки забегали. – Я, вроде, успокоилась. Знаешь ли, тоже себя не на помойке нашла. А вчера он мне звонит и говорит, что соскучился и хочет увидеться. Меня по новой заколбасило. Вот, что это, а? – А Макс что тебе сказал? – Он всегда говорит, что если парню реально хочется быть с девушкой, он её дожмёт. – Уголок её губ на пару секунд приподнялся в улыбке. – И что пропадать надолго он точно не будет. Ладно… а ты? Что ты думаешь про разницу в возрасте? Может, мне реально дать ему время? Подождать? Через пару годиков он будет готов к отношениям? Я подросту, он нагуляется. – Ты это сейчас серьёзно? Ярослава уставилась на Лину. Та точно не была похожа на готовую ждать или прощать подобные выкрутасы парню девушку. Интересно, что такого ей в уши налил этот Денис, что её понесло не в ту степь. – Угу… он ведь говорит, что всё у нас будет… Вчера вот звонил. Яра сделала глубокий вздох и подвинула к себе кружку, чтобы уставится на тёмный чай на дне. – Ну, знаешь, я не могу говорить за всех, есть разные случаи и ситуации. Всё индивидуально. Но зачастую отношения с более взрослым, чем ты, человеком, особенно для такой молоденькой девушки, могу быть… кхм… вредны? Вместо того чтобы приобретать собственное мировоззрение и опыт, ты можешь принимать, как истину то, что транслирует тебе твой… старший партнёр. Даже не осознавая это. – С чего это взяла? – Ну, когда мне самой было восемнадцать, моя подружка познакомилась с парнем… с мужчиной, вернее, которому было тридцать. У них, вроде, всё было неплохо. И как-то раз они взяли меня с собой на двойное свидание. – Яра вздохнула, погружаясь в воспоминания. – Моему… кхм… кавалеру тоже было около тридцати. И наше первое общение прошло… хорошо. Я даже чувствовала какое-то воодушевление, что могла заинтересовать такого интересного состоявшегося мужчину. Знаешь, идиоткой я себя никогда не считала. У меня были уже кое-какие академические успехи за плечами, да и для папы, он у меня профессор, я всегда была лучшей. Лина ей улыбнулась и подтолкнула продолжать. – И что у вас с тем парнем… мужчиной… что-то завертелось? Далее ничего весёлого в той истории не было. Яра однако решила с Линой ею поделиться. Как там говорилось… «мой урок – другим наука»? Пусть так и будет. – Вот… Следом он пригласил меня к себе на день рождения. Когда я пришла, оказалось, что в квартире никого, кроме нас двоих, не было. Он сказал, что хотел провести этот день только со мной. Я чуть напряглась, но он был учтивым и вежливым… по началу. Но быстро стало понятно, что он хочет заняться… сексом. – Яра решила не увиливать и называть вещи своими именами. – А я не была готова. У меня тогда не было никакого опыта. Я просила его притормозить и ничего не делать, говорила, что не могу вот так, а он… – А он? – А он заявил, что это детский сад какой-то. Что у взрослых людей так принято. Встретились – потрахались, – Яра аж поморщилась и от воспоминаний и от грубого слова, которое пришлось процитировать. – Понравилось – остались вместе, не понравилось – разошлись. Такие мол, правила. – Во урод какой! – воскликнула Ангелина. – Не то слово. – Но не все же, как он? – Не все, конечно. И я не знаю, какой твой Денис. Но… в омут с головой бы бросаться не стала. Время покажет. Торопиться никуда не советую. Мне бы не хотелось, чтобы ты или любая другая девушка, которой не хватает опыта, попала в такую же ситуацию как я. – Но всё же хорошо закончилось? Яра покивала. – Конечно, я ушла, правда с лёгким ощущением, что какая-то не такая. Не достаточно взрослая. Впрочем, он не был единственным парнем, кто за мной… ухаживал и звал на свидания. Так что ровесники быстро привели меня в чувства. Мы всегда были на одной волне. Плюс-минус три-четыре года, ну пять лет – для меня нормально. Но, может, это я такая… Не могу говорить за всех, – закончила свою мысль Яра. У отца с матерью было четыре года разницы, и они прекрасно уживались. Однако мамина подруга, тётя Валя, была замужем за мужчиной на десять лет старше её, и их семья являлась чуть ли не образцово-показательной. Конечно, всё всегда зависело от человека. Только по рассказам Лины Яре этот Денис уже заочно не нравился. Лина вдруг хихикнула. – Слушай, ты девушка моего брата, а мы с тобой бывших обсуждаем. Странно немного. Яра закатила глаза и отрезала безапелляционно: – Мы с твоим братом не встречаемся. – Ой… ну ты ещё скажи, что между вами ничего не было. Лина с хитрым прищуром уставилась на Яру, та аж почувствовала лёгкий жар на щеках. Пришлось признаваться. – Ну… было… – И есть, – заявила Лина. – Не знаю, как у тебя, у Макса припекает. Он на тебя та-а-а-к смотрит, – протянула она многозначительно. – Так, – Яра насупилась, – ты о себе пришла разговаривать или о брате просить? Не надо, пожалуйста, за него заступаться. Мы сами разберёмся. – Яра… он хороший парень. Инфа сотка, – свела в шутку Лина, а затем вскочила на ноги, чтобы нагнуться через стол и чмокнуть Ярославу в щёку. – Спасибо. Мне немного легче. Пошлю-ка я Дениса лесом. Не хочу потом оказаться в ситуации типа твоей. – Не факт, что окажешься. – Не факт, но… как представила, так как-то не по себе стало. Ярослава пошла за ней к выходу, сложив руки на груди. – Надеюсь, это строго между нами. Максу ты ничего передавать не станешь. Её вдруг замутило, когда она представила, что Лина пересказывает Максу их разговор. – Я похожа на идиотку? – девчонка, кажется, даже слегка разобиделась. – Конечно, нет. Лина снова чмокнула её в щёку и выскочила за дверь. А Яра быстро шмыгнула в спальню, чтобы подкрасться к окну и подглядеть за Максом. Его она не видела, но синюю мазду признала. Стоило Ангелине выбежать из парадной и сесть в машину, та двинулась с места. «Ну и хорошо, что он подниматься не стал, – пыталась убедить себя Яра. – Что бы я ему сказала?»