Глава 29

Через часа полтора Макс с Ярой вышли из здания, где проходил блиц-турнир по шахматам. Макс там даже что-то выиграть успел, в общем – выполнил миссию, взял очков для команды в групповом зачёте. Ярослава не особо в игру вникала, всё её внимание было приковано к Максиму. Не сказать, что он был серьёзен и задумчив, зачастую вёл себя играючи, но это было его привычным стилем поведения. Правда, в моменты, когда он замирал, размышляя над доской, сердечко у Яры начинало колотиться быстрее. Впрочем, и это длилось недолго. У Макса будто решение было в голове на несколько ходов вперёд. Яра же отпустила чувства и эмоции, и дышать стало легче. – Отлично, Максим, ты просто бомбически всем помог, – улыбнулась Оля Соловьёва, забирая у него какую-то ведомость, которую выдали после игры, потом неуверенно взглянула на Яру. Та ей чуть улыбнулась. Староста ещё за ужином так странно на них поглядывала. Макс, зная Олю, даже удивился, что она ничего не сказанула. Соловьёву он про себя иначе как правдорубкой не называл. Но ему импонировала эта её открытость, от таких людей, может, и не знаешь, чего ожидать, но они правильные до скрипа в зубах и надёжные, как самый крепкий цементный раствор. К Оле подошёл высокий симпатичный парень, которому Макс пожал руку, называя Гришей. – Олик, может, ты отдохнёшь, хватит с бумажками возиться. Он быстренько увёл её в сторонку, и Яра выдохнула, сама не понимая, что была отчего-то напряжена. После окончания соревнований группа Макса собралась в большой беседке, где накрыли стол. Те, кто пропустили ужин, окинули Шатилову любопытными взглядами, но никак иначе не отреагировали. Макс сказал: пошепчутся по углам и перестанут. – Так, еда нормальная пришла. – Это Филатов вместе с двумя другими парнями принесли пакеты из ресторана. – Открывай и налетай! Ребята смотались в ближайшее более-менее приличное заведение и затарились едой на всех. – Девушки, стол в ваших руках. – А в ваших что? – отозвался кто-то со стороны. – А мы пока по бокалам разольём. – Это Олег следом внёс ящик с напитками. Яра разглядела шампанское, вино, что-то покрепче, но ей-то всё равно было. – Ярослава, поможешь? – подошедший Раф улыбнулся, вручая стопку ланч-боксов. – Угу, – она кивнула, смущённо прикусив губу. – Да ты не переживай, – вдруг начал он, будто прочитал мысли. – В лекционном зале ты по-прежнему будешь для всех Ярославой Михайловной, а здесь… сама понимаешь, ни к чему этот официоз. – Да, конечно, понимаю. Но странно как-то, – улыбнулась Яра в ответ. Дальше всё пошло проще, а державшийся рядом с ней Макс придавал сил. Яра бы с большим удовольствием улизнула с ним в свою комнату и занялась более приятными вещами тет-а-тет, но Вениаминов не торопился. Ярослава же пребывала в небольшом шоке от самой себя и от сексуального напряжения, в котором находилась. Будто её тело хотело взять реванш за почти три месяца разлуки. Макс не позволял себе лишнего на людях, зато всем давал понять, что она с ним. И это ощущение было каким-то новым, дыхание то и дело перехватывало. Яра словно долгое время сдерживала себя и вот – отпустила. – Я очень рада, что вы с Максом всё прояснили, – улыбнулась ей севшая рядом Катя. Парни там опять что-то снимали для общего видео, которое будут монтировать после выезда. Решено было включить его в длинный ролик, готивившейся аж к самому выпускному. – Максим что-то рассказывал? – аккуратно уточнила Яра. Она уже поняла, что Рафаэль и Катя были близкими друзьями Вениминова, но навряд ли он успел сообщить им самую главную новость. Ярослава подумала, что они ещё не обсудили, как им с этим быть. Кому говорить, как семьям объяснить. И если её родители жаждали познакомиться с Максимом, ведь она так неосторожно ещё в самом начале сдала его имя, то родня Вениаминова о её существовании и, тем более, положении даже не подозревала. Всё как-то неправильно выходило. На консервативный взгляд Яры всё должно было следовать плану: отношения, ЗАГС, дети. В их случае порядок поменялся. Ярослава вдруг споткнулась об мысли о свадьбе. Макс о таком и не говорил, она даже не понимала, что их ждало дальше. Как вообще всё произойдёт? Ребёнок – это ведь не повод жениться. Опять в ней любительница планирования лезла наружу. Яра испытывала желание зашикать на саму себя. – Мне? Ничего. Но я видела вас вдвоём летом в домике. То есть мы приехали и поняли, что у Макса гостья и решили его не беспокоить, – тем временем, пояснила Катя. – Ох, – только и сказала Яра. – Мы? – С Рафом. – Двойной «ох», – выдала Яра, и Катя рассмеялась. Ей очень хотелось разрядить атмосферу, но, кажется, она лишь больше её накалила. – Расскажешь мне про магистратуру? Думаю, летом буду экзамены сдавать. Есть какие-то подводные камни при поступлении? – с улыбкой обратилась она. И Яра, сев на своего любимого конька – учёбу, с головой окунулась в описание процесса сдачи профильных экзаменов. В какой-то момент к ним присоединилась Оля Соловьёва, которая также планировала поступать дальше после получения диплома бакалавра. В это время Рафаэль с Максом сходили до административной сторожки за дровами. Им разрешили растопить очаг в беседке, всё-таки ночи уже стояли холодные. – Смотрю, вы, наконец, нашли общий язык, – прокомментировал Филатов, передавая Максу сетку с поленьями. – Ну да, довольно успешно поговорили. «Два раза», – добавил уже про себя, улыбаясь собственным мыслям. – А дальше что? – Дальше? С родителями надо познакомить. – Ого, а что так сразу? Макс пожал плечами, вот прямо сейчас выкладывать всю правду о положении Яры он не планировал. Даже лучшему другу. Раф, может, ждал каких-то подробностей, но внезапно до них двоих долетел чужой разговор. – Нет, ну ты видел, кого Макс с собой привёл? Парни курили в сторонке, видимо, были уже навеселе и их не заметили. – Да, классная цыпочка, я ещё на первом занятии заценил. Вся такая в белоснежном, как зефирка. Я б лизнул, знаешь? Оба заржали. – Та, у кого есть мозги, просто так лизнуть себя не даст. – Максу же дала. – То есть ты думаешь, у них там всё серьёзно? – Серьёзно? Ты что, Вениаминова не знаешь? Он ни с кем не встречается. Так что можно постоять и подождать, пока там всё закончится. Макса особо чужой трёп не волновал, если дело не касалось Яры. Ему определённо не нравился тон этих двоих. И вся ситуация в очередной раз показала, что их обсудят вдоль и поперёк, оставалось надеяться, что это ненадолго. – Так? Что за разговоры? Оленин, сейчас по зубам съезжу, если не заткнёшься. А с тобой Артур лично беседу провести? – Макс окинул их тяжёлым взглядом. – Ещё слово в подобном тоне о Ярославе и я от разговоров перейду к действиям. Он подтянул рукав до локтя и сжал кулак, так что проступили вены на предплечье. Было без лишних пояснений понятно, к каким именно действиям Макс готов перейти. Парни, не ожидавшие, что Макс их застукает за обсуждением его же самого, притухли и попытались отшутиться. Раф пообещал им весёлую сессию, если не уймутся. На входе в беседку перед парнями выросла Маша, она обняла Макса за шею и погрозила пальчиком. – Я так и знала, Вениаминов, что дело нечисто. Меня не проведёшь. – Я очень рад, что ты у нас такая прозорливая. – Прозор-что? – захлопала та ресницами, и Макс аккуратно отцепил подругу от себя. Кинул поленья к очагу и пошёл к Яре. Та была погружена в беседу с Катей и Олей. Он залюбовался на то, как она активно жестикулировала, что-то объясняя. Ярослава определённо расслабилась, даже не смотря на то, что они показались перед всеми. Вероятно, Яру с её манией планирования волновало, что дальше. Макс уже думал над этим и решал, как ей лучше всё преподнести. В голове он всё себе расписал, но появление в уравнении такой переменной, как ребёнок, вносило в решение некоторые коррективы. – Прогуляемся? – Макс протянул Яре руку, врываясь в их беседу. – Или еще не договорили? – Всё нормально. Она кивнула, и они вышли из беседки, взяв курс на озеро. – Там, небось, сейчас активное обсуждение началось: меня и тебя, – подлил он масла в огонь. – Ой-й-й, – застонала Ярослава, качая головой. – Зачем пугаешь? Я только успокоилась. Привыкла слегка. Вениаминов легонько пощекотал её под рёбрами, вырывая нервные смешки. – Спасибо, что не предложила скрывать наши отношения. – Макс притормозил Яру и сделал то, о чём долго мечтал: поцеловал в сочные губы. – Хотя у тебя бы ничего не получилось скрыть. Я такой ерундой страдать не собирался. Он был намерен сегодня большую часть вечера и ночи посвятить поцелуям и ещё кое-каким приятным вещам. Словом, заласкать Яру до потери пульса. – Скоро у меня живот начнёт расти. Вопросов прибавится, – печально улыбнулась Яра. – Плевать, – отрезал Макс. – Главное ты и я оба знаем, как оно всё было и есть на самом деле. Они пошли дальше, и Макс, наступив на выпирающий из земли корень, нахмурился. – Как нога? Лучше? – Почти не болит, – уверила Яра. – Чёрт, так темно! Может, тогда не пойдём, а то мало ли споткнёшься? – Нет-нет, давай пойдём. На взгляд Ярославы света луны было достаточно, да и шли они медленно, стараясь быть аккуратными. Вскоре показалась тёмная гладь озера, ветра почти не было, зеркальная ровная поверхность не нарушалась рябью. Поднявшись на деревянные мостки, скрипящие от веса их шагов, они двинулись по лодочному причалу вперёд и быстро достигли края. Макс обнял Яру со спины, опуская подбородок на плечо, и ей было тепло и комфортно в его объятьях на краю пирса. – Что за анализ тебе на телефон пришёл? Какие-то там антитела? – вдруг спросил Максим. – Подсматривал, значит? – Чего там подсматривать? – возмутился Вениаминов. – Экран сам зажегся, половина строчки всплыла. Я реально подумал, что ты чем-то больна. Разволновался даже. А потом услышал, как вы с доктором лекарства обсуждаете. Ну и… тут понятно стало, в чём дело. – Ясно, – вздохнув, кивнула Яра. – А анализ этот… ну, мне его, оказывается, регулярно надо сдавать. У меня резус у крови отрицательный, а я… я не знала, какая группа у тебя, ну и для перестраховки, чтобы конфликта по крови не было с ребёнком, его назначают. Макс помолчал немного. – Не слышал о таком. Правда, я в этих делах ни черта не понимаю. – Я тоже раньше не знала. А у тебя какая группа, кстати? – Первая отрицательная. – Тоже отрицательная? – Яра недоверчиво приподняла брови, оборачиваясь посмотреть на Макса. – Ну вообще, во всём идеален. Тогда мне нет смысла отдавать свою кровь так часто. – М-м-м, что-то ещё интересует? Какая-то информация обо мне нужна? – Ой… меня много чего интересует, – пошутила Яра. – Но если ты насчёт медицинской, я даже не знаю. Проще тебе со мной на приём сходить. У Макса голова пошла кругом от количества событий на один день. – Ух ты, ну… я схожу, конечно, если надо. И сдам всё, что потребуется. Они какое-то время постояли так, потом Макс развернул Яру к себе, чтобы поцеловать. Почувствовав, что начал конкретно заводиться, оторвался от сладкого рта и сделал глубокий вдох. «Нет, подумать только, выдержи ноль рядом с ней!» – У тебя среда или четверг свободны? Ярослава вопросительно приподняла брови. – А что ты хочешь в эти дни делать? – Как что? Знакомиться с моими родителями, конечно. – Ужас, – она приложила ладони к пылающим щекам, – и что ты им скажешь? А я? – Знакомьтесь, скажу, это моя невеста. – Невеста? – Да, а что? Ты думала, я с тобой буду хороводы годами водить? Раз уже мы сразу начали с детей, надо остальное нагнать. – Макс, ты не обязан на мне жениться. Яра очень не хотела навязываться, а в свете последних событий ей казалось, что именно это и происходит. – Опять придумываешь? Яра, я ведь уже всё объяснил. Быть с тобой хочу. С тобой. Независимо от чего-либо. Ну а то, что ты Вениаминова станешь – это даже не обсуждается. – Погоди, о смене фамилии никто не говорил. – А ты что, менять не собираешься? Тогда вопросы начнутся лишние, почему это ты Шатилова, а ребёнок с мужем Вениаминовы. «Ребёнок с мужем?» – у Яры голова кругом поехала от таких новостей. – Макс, я… – Тебе что, фамилия моя не нравится? – Нравится, но я… – Опять много думаю, ты хочешь сказать? Уже заметил, у тебя к этому какая-то нездоровая склонность. Брось ты, Яра. Мы вместе, скоро малыш появится, ну что ты будешь брыкаться до финального? – Брыкаться? Я не хочу… не хочу тебе навязываться. – Приехали… Макс встряхнул её слегка и тронул указательным пальцем за подбородок, чтобы Яра на него посмотрела. – Ярослава Михайловна, я без тебя не могу. И не хочу, если уж на то пошло. Когда ты не рядом, внутри всё болит. Просто на разрыв, знаешь ли. Я несколько недель не ел, не спал, таял на глазах, пытался тебя найти, потом, слава богу, судьба сама свела, и я начал думать, как бы сделать так, чтобы ты согласилась со мной встречаться, раз уж на тебя какое-то странное отрицание спустилось. Теперь я понимаю, в чём была причина. Яра, мне плохо без тебя. Ты мне нужна. У меня к тебе просто нереально глубокое чувство. Любовь называется. Слышала о таком? Ярослава вздрогнула, вскидывая на него взгляд и думая, что показалось. Определённо – это было самое странное признание в любви и оно ни капли не походило ни на одно другое: не из книжек, не из романтических фильмов. Но Макс стоял и улыбался, смотря на неё сверху вниз, затем обнял, притягивая ближе. – Я тебя люблю, Яра. Никакой ошибки нет. Очень сильно и глубоко люблю. И телом люблю, и душой. И мне повезло, что ты рядом и тоже меня любишь. – Я? Тебя? – Угу. Ярослава вдруг рассмеялась. Вениаминов и тут её поразил. Всё решил за двоих. Отношения, будущее, свадьба, дети – он будто всё знал наперёд. Или видел на перспективу. О своих чувствах она ему не говорила, боялась, но и здесь он был чертовски убедителен. Она обняла его, соединяя пальцы на затылке, и приподнялась на цыпочки, чтобы нежно поцеловать и мягко, но уверенно улыбнуться. – Да, я люблю. Очень сильно и практически сразу. – Мне кажется, как только мы из дурацкого солёного моря выбрались, я понял, что попал. – Поэтому и отвёз меня к себе, а не в город? – Угу, самое моё здравое решение. Дальше, конечно, ерунды нагородил, но вышло то, что вышло. – Слушай, а чего ты загадывал, когда мы фонарик запускали? – вдруг спросила Яра. Макс с ленивой усмешкой застыл в миллиметре от её губ и шепнул: – Тебя.