Глава 15

Поразительно. Но мой день начался не так плохо, как я предполагала. Даже недосып, что давал о себе знать, не сильно меня тревожил, зато ожидание будоражило. Будоражило настолько, что я не могла усидеть на одном месте. То стояла и нетерпеливо притоптывала, то присаживалась на подлокотник кресла. И только одно оставалось неизменным — все мое внимание было обращено на улицу. Я ждала принца. Он как раз должен пройти мимо моего окна, что выходит на тропу, ведущую из западного крыла замка. А еще молила Богиню ниспослать мне хотя бы маленький шанс, который поможет убедить принца выпустить меня из заточения.

Утром Арвел опять принес мне завтрак. Я, конечно, к еде не прикоснулась — хватило пирожков, которые принесла Марька — зато выпила чай, а попутно распросила дворецкого. Оказывается, Рензел разрешил мне завести вторую служанку. «Хоть десять», — процитировал его Арвел. А у меня сразу возник вопрос: «неужели принца замучила совесть, и он понадеялся загладить свою вину?» — а потом еще один: «у принца есть совесть?». И самый наболевший, о котором я старалась не думать: «что делать, когда увижу принца?».

С каждой пройденной минутой последний вопрос становился все острее, но я твердо решила действовать по наитию, и когда Рензел появился под моим окном, я чуть не прослезилась от благодарности к Богине. Она услышала мою молитву и подарила заветный шанс. План созрел в моей голове мгновенно.

— Доброе утро, ваше высочество! — высунулась я из окна.

Рензел остановился и, заметив улыбку на моем лице, подозрительно нахмурился.

— Доброе утро, леди Цессара, — произнес он с нажимом — наверняка припомнил наш вчерашний скандал. — Замечательно выглядите. Что-то задумали?

Как в воду смотрел. Что-что, а проницательности принцу не занимать.

— Задумала, — не стала скрывать и улыбнулась шире. — Составить вам компанию в крокет.

Я указала на молоток в его руках, который принц чуть покачивал.

— Уверена, вам скучно играть одному.

— У меня есть слуги.

— Которые поддаются? — я выразительно приподняла бровь, а губы принца изогнулись в кривой усмешке. — Со мной пощады не ждите. Так еще на виду у вас буду — чем не выгодное предложение?

— А вы хитрая женщина, леди Цессара.

— Это отчаяние, ваше высочество, а не хитрость. Я вот-вот помру от тоски.

— Отчаявшиеся люди не улыбаются, — заметил он, а я понадеялась, что моя улыбка не превратилась в оскал:

— Я стараюсь не унывать.

Рензел усмехнулся и опустил взгляд на молоток в руках. Он задумался, а у меня сердце заколотилось так, будто вознамерилось выпрыгнуть из груди. За этот короткий момент молчания я успела мысленно и поругать принца, и поуговаривать его согласиться. Как вдруг Рензел закинул молоток себе на плечо и отдал приказ стражникам, что сторожили мое окно:

— Вы, оба, проводите леди Цессару до игрового поля.

Мое сердце пропустило удар и заколотилось еще быстрее!

— Так точно! — мужчины стукнули каблуками и были таковы, только лязг кольчуги, точно звон колокольчиков счастья, доносился из-за угла замка, а Рензел вновь на меня посмотрел, улыбнулся и с хитрым прищуром добавил:

— Ваша взяла, леди Цессара.

Он развернулся и пошагал прочь, а я перестала свешиваться из окна и обняла себя руками. Тело сотрясла мелкая дрожь ликования, а душа неспокойно ворочалась где-то в животе, отчего мне хотелось метаться по комнате и кричать: "Сработало! Принц согласился!". - но я держала себя в руках, ведь впереди меня ждала задача посложнее. Нужно заставить Рензела принять мои условия игры.

Вскоре дверью послышался шум и бравый голос стражника о том, что принц велел сопроводить меня в сад, а уже через мгновение я покинула злосчастную комнату и спускалась по лестнице холла.

Волнение подпрыгнуло к горлу и забилось в нем надоедливым живчиком, что мешал мне дышать. Но когда я добралась до полянки, окруженной цветущими деревьями, товсе-таки смогла взять себя в руки и успокоиться. Если я хочу добиться своего, действовать нужно твердо — без капли сомнения.

— На что играем, ваше высочество? — я присела возле ящика из красного дерева с инвентарем для игры и достала красный шарик, который учтиво уступил мне принц.

Очень благородно с его стороны предоставить первый ход сопернику и опрометчиво. Похоже, Рензел не рассматривает меня как достойного противника. Что ж… Не беда. Мне это только на руку.

— А просто так вы не играете, леди Цессара.

— Это скучно.

— Отчего же?

Я улыбнулась:

— Нет азарта.

— Любите испытывать судьбу?

— Странный вопрос. Я думала, вы это уже заметили.

Принц насмешливо фыркнул и качнул головой.

— Первый ход ваш, — напомнил он. — Вам и решать, на что играем.

Я с вызовом приподняла бровь и на него оглянулась:

— А вы тоже любитель рисковать.

— Только когда уверен в своих силах.

Ох… Как же мне нравится его убежденность в собственном превосходстве. Вселяет надежду.

— В таком случае… — опершись на молоток, я поднялась и сильнее стиснула красный шарик, будто он поможет мне не растерять уверенность, а еще удачливость. Ибо Рензел прав: сейчас я испытываю свою судьбу. — Играем на желания.

Черные брови принца приподнялись, но я бы не сказала, что он сильно удивился, но и равнодушным я его не оставила.

— Так вот какую ловушку вы для меня приготовили, леди Цессара, — Рензел задумчиво погладил подбородок. — Надо сказать, полностью оправдали мои надежды.

— Значит ли это, что вы согласны? — сладко улыбнулась я.

— Согласен, — усмехнулся принц. — Но с одной оговоркой: каждый из нас может загадать желание, которое не будет ущемлять интересы оппонента. В моем случае, вы не сможете пожелать, чтобы я передумал на вас жениться.

— Тогда вы, — я поджала губы, — не сможете принудить меня к замужеству.

Рензел улыбнулся шире:

— Игра обещает быть интересной.

Я, конечно, догадывалась, что принц так просто не примет мои условия, и глупо было надеяться, словно одним желанием я разом решу все свои проблемы. И все равно стало чуточку грустно. Но пусть я не могу избавиться от навязанной свадьбы, у меня появилась возможность скрасить свое существование в замке. Если, конечно, выиграю. А я обязательно выиграю, потому что кроме книг моей любовью был крокет.

Играть решили не четырьмя, а только двумя шариками. Так проще. И быстрее. Мы заняли позиции друг напротив друга, и фортуна запустила свое колесо с моим первым ходом. И надо признать, началась игра отлично: с одного удара я прошла сразу двое воротец и заработала два дополнительных хода. И благодаря им быстро добралась до середины игрового поля.

— Отлично играете, леди Цессара, — отметил принц, когда мой шарик удачно остановился перед «мышеловкой» — двумя скрещенными воротцами. — Кажется, я вас недооценил.

— Как жаль, ваше высочество, — ухмыльнулась я, наблюдая, как Рензел прицеливается по мячику. — Но вы не виноваты в своей недальновидности. У мужчин в крови не воспринимать женщин всерьез, а еще хранить от них тайны, игнорировать, запирать…

Рука принца дрогнула, и шарик не прошел через двойные воротца: ударился о створку и замер. А я удрученно цокнула и усмехнулась:

— Только начало игры, а вы уже «в масле», ваше высочество.

Я взялась за молоточек и приготовилась пройти «мышеловку» — перекрестие ворот. И если у принца есть возможность выбраться из ловушки, в которой он оказался, то у меня без дополнительного шарика могут возникнуть серьезные проблемы. Попасть в «мышеловку» — значит, что придется ждать, когда Рензел выбьет мой мячик своим, ибо выкатить самой его никак не получится. Я попросту застряну, и буду пропускать ходы, пока не проиграю. Чего допустить ни в коем случае не могу.

Нужно сконцентрироваться. Успокоиться.

— Считаете, что я не достаточно с вами серьезен? — словно назло поинтересовался принц.

— Ну, что вы… — я затаила дыхание и ударила. Рука немного дрогнула от волнения, и душа уползла в пятки, когда мячик задел край скрещенных ворот и остановился. На ватных ногах я подошла к «мышеловке» и, просунув ручку молотка между створок ворот, выдохнула — древко не задело мячика. Я прошла! И наконец-то закончила свою мысль: — Вы очень серьезны, ваше высочество, и настойчивы. Особенно в своем желании на мне жениться.

Принц пристально на меня посмотрел.

— А вы в желании разорвать помолвку. Неужели я вам настолько неприятен?

Я удивленно вскинула бровь:

— Желаете откровенного разговора?

— Желаю, если он получится откровеннее, чем вчера.

Щеки опалил румянец, и я поспешила отвлечься на игру. У меня опять два дополнительных удара, и с ними я быстро преодолела еще одни воротца.

— У меня нет к вам неприязни, — честно призналась.

— Но вы сказали, что ненавидите меня.

Рензел потратил свой ход, чтобы выкатить черный мячик из «масла», и снова наступила моя очередь. А теперь ситуация стала сложнее. Чтобы коснуться колышка со стороны принца, мне придется преодолеть двойные ворота, где находится мячик противника.

— Вы хотите связать судьбу с женщиной, которую не любите, неужели вас волнует ее ненависть?

— Меня волнует все, что вас касается. Особенно, кто.

Мои руки мелко задрожали, когда от принца повеяло прохладой, отчего удар получился смазанным, а Рензел торжественно заметил:

— «Масло», леди Цессара.

А я еле сдержалась, чтобы не выругаться словечком, которое очень любил обронить папенька в гневе. Похоже, принц тоже не брезгует вывести меня из равновесия разговорами. Даже припомнил Арона, судьба которого меня очень волнует, например: чем закончился его беседа с принцем, — и спрашивать об этом Рензела было бы очень глупо.

Что ж… Отвлек меня принц и отвлек. Пусть будет ему фора, а то бедолага застрял в самом начале игры. И только я мысленно его пожалела, как румянец гнева погасила прохлада волнения и неверия. Рензел сделал «заказ»:

— Черный выбьет красный.

И если выполнит его, то получит два дополнительных хода: за прохождение ворот и сам «заказ». А там и меня догонит. Рензел ухмыльнулся, поймав мой удивленный взгляд, и одним ударом выкатил оба шарика.

Мой улетел за границу поля, а его замер на удобной позиции, чтобы следующим ходом легко попасть в нужные по счету ворота. А за дополнительные удары принц быстро, без единого промаха, добрался до «мышеловки» и преодолел ее, не задев створок.

Стремительный скачок успеха принца сбил с меня спесь. Рензел не сильно мне навредил, даже отчасти помог — теперь я не потеряю ход, чтобы выбраться из «масла», и быстрее доберусь до колышка противника, чтобы начать обратный путь, а там и желание не за горами… Только непонятно: принцу стало везти или он мне поддается?

Размышлять над этим было некогда. Игра продолжалась, и стоило на ней сосредоточиться. К счастью, Рензел не спешил вновь начинать нашу беседу. Мы только и делали, что катали шары, да озвучивали свои заказы. Пока первая партия не закончилась. И пусть победителем в ней оказалась я, меня не покидало смутное чувство, что со мной играют и далеко не в крокет.

Уже на обратной дороге у принца был отличный шанс сделать рокировку и толкнуть мой шарик на мой же колышек, чтобы я заново начала игру, но он им не воспользовался. Или же попросту его не заметил?

— Ваше первое желание, леди Цессара, — опираясь о ручку молотка ухмыльнулся Рензел.

— Первое? — удивилась я.

— Вы же не откажете мне в реванше?

— А если опять проиграете?

— И мы снова сыграем, — его губы растянулись в зловещей улыбке, а глаза опасно сверкнули. — И будем играть до тех пор, пока я не пожелаю остановиться.

Мои ладони похолодели, а брови против воли взметнулись вверх. Очень самоуверенное решение, учитывая, как легко далась мне победа.

— Ваше высочество…

— Рензел. Мы здесь одни.

Но я проигнорировала его просьбу, которая больше походила на угрозу или предупреждение, и повторила чуть громче:

— Ваше высочество! А если вы не отыграетесь?

— В таком случае у вас будет много желаний, леди Цессара, — с нажимом произнес он. — Подумайте, куда можно их потратить. Но если я отыграюсь, — он гадко ухмыльнулся. — То смогу их все отменить.

А вот об этом я как-то не подумала.

— Так нечестно!

— Конечно! — согласился Рензел и резко выпрямился, перестав опираться на древко молоточка. — Я же гадкий, — начал он перечислять, — злой, жестокий! Мне положено вести нечестную игру.

— Вы дали слово, — возразила я и поджала губы.

— И могу его забрать.

— Не можете.

— Отчего же? Я будущий король и если посчитаю, что целесообразнее забрать свое слово — никто не сможет мне в этом помешать.

— А я — будущая королева. И если король смеет так поступать со своей королевой, то грош цена этому королю.

Рензел замер и с прищуром на меня посмотрел.

— Вы пытаетесь мной манипулировать?

— А вы пытаетесь меня запугать. Но у вас это не получается.

Принц надменно хмыкнул:

— Вы понятия не имеете, что я хочу.

— Тогда расскажите, а не играйте со мной в игры.

Глаза принца посветлели. Нет, это не добрая искра в них зажглась, а синеву поддела дымка, которая провернулась вихрем и тут же исчезла.

— Это ваше первое желание? Хотите знать, что я хочу?

Я призадумалась. Выяснить, что хочет принц, конечно, очень интересно. Но так ли это важно? Что, если это желание окажется единственным? А ответ на столь банальный вопрос — очевидным? Например, принц скажет, что хочет меня защитить. Никто не мешает ему схитрить, и я попросту потрачу свое желание в никуда.

В то же время если он хочет отменить все мои желания, как только отыграется, я не смогу получить хоть какие-то сведения. Как же поступить? Что выбрать? Рискнут ли мне и попытаться взять принца на измор? Побеждать пока он не устанет.

— Если… — я нахмурилась и попыталась найти хоть какой-то ориентир в своем вопросе. — Если только ответ будет мне полезен.

— Боюсь, что нет. Даже больше, он вряд ли вам понравится, поэтому советую загадать другое желание.

— Теперь вы мной манипулируете?

— Только ради вашего блага, — улыбнулся принц.

— Я вам не верю.

— Печально, леди Цессара. Разве я вам когда-нибудь лгал?

Я испытала странное чувство дежавю. Вчера мне уже доводилось слышать тот же самый вопрос, и ответ на него слетел с моих губ сам:

— Это лишь вам известно.

Принц ухмыльнулся и, медленно кивнув, жестом поторопил меня с желанием. Я устало выдохнула и решила все-таки рискнуть:

— Я хочу, чтобы вы отменили мое заточение. Хочу… Свободно передвигаться по всему поместью.

— Это два желания, — заметил он. — На каком остановимся? На первом или втором?

— Втором, — тут же сообразила я, а принц досадливо цокнул языком и пошагал на свою половину поля, чтобы продолжить игру.

— Как скучно, леди Цессара, — покачал он головой. — И предсказуемо. Постарайтесь в следующий раз меня удивить.

«Следующий?» — я стиснула в кулаке красный шарик и тряхнула головой. Если принц знает, что наверняка проиграет, тогда почему продолжает настаивать на игре? Что именно он добивается? Или ему попросту нравится надо мной издеваться? Я не знаю. Но обязательно выясню.