Глава 16

— Почему вы не доверяете мне, леди Цессара? — поинтересовался сосредоточенный на мячике Рензел.

Мы оба уже коснулись колышка противника и двигались в обратном направлении. В этот раз игра стала чуть напряженнее. Принц вел себя сдержанней и реже промахивался, но я все равно оставалась на шаг впереди.

— Этот вопрос риторический, ваше высочество?

— Отнюдь. Я жду ответа.

— Боюсь, он слишком очевиден, и вы знаете главную причину. Или вы хотите вывести меня на очередную откровенную беседу?

Раздался удар молоточка, и мячик Рензела остановился возле скрещенных ворот «мышеловки». Довольно хмыкнув, он уступил мне место для игры и произнес:

— Хочу знать, каким именно слухам вы верите.

Так вот в чем дело! Принц выясняет, что мне известно о его предыдущих невестах. Ну, хорошо. Пусть знает. Слухи — это не секрет, их можно не скрывать. Я хмуро посмотрела на черный мячик Рензела, что был недалеко от моего и произнесла:

— Люди много о чем говорят, ваше высочество. Порой придумывают небылицы, будто вы скармливаете невест Хелгару — владыке пустошей, чтобы он не нападал на наши земли.

— И вы верите этим бредням? — удивился он.

— Отнюдь, — я отмерила молотком расстояние между нашими шариками. — Этим бредням я не верю.

И это была правда. Еще до прибытия в замок я считала рассказы Линни, а это она у меня любительница собрать разные слухи, бреднями. Семья Тайсов давно не показывала народу свою силу, поэтому некоторые верят, будто ее попросту нет. Кто-то даже пускает молву, что Тайсы вовсе не потомки богов. Но я видела силу Рензела и сомневаться в его родстве с богами не приходится. Так что смысл ему скармливать Хелгару или его драконам своих невест? Он и так способен защитить страну. Но боль остается болью, вопрос с невестами не теряет актуальности.

— Что бы люди ни говорили, ваше высочество, — я забрала с земли свой молоточек, — верю лишь одному: восемь невест за год исчезли или погибли.

— Так исчезли или погибли?

— Мисс Натэль — помните эту девушку? — я встретилась взглядами с принцем. — Дочь…

— Графа Шарского, — закончил он, а в его глазах опять растекся туман. — Я помню всех, леди Цессара.

У меня по спине пробежал холодок, но виду, будто испугалась, я не подала. И продолжила:

— Я терпеть не могла Натэль. Заносчивая девица со смазливым личиком и вздорным характером. Она была вашей третьей невестой. Так еще этому обрадовалась, мол, сама судьба сгубила предыдущих претенденток, чтобы она могла стать сначала принцессой, а потом королевой, — я горько усмехнулась. — И где она сейчас?

Принц собирался ответить, но я его опередила:

— Ее сгубила красная чума — так вы сказали семье Шарск. А чтобы зараза не перекинулась на остальных членов семьи и других жителей, вы не позволили родным попрощаться с девушкой. И семья Шарск оплакивала свою погибшую дочь у стен вашего замка. Несомненно, защитить народ от красной чумы — дело благородное, но вот в чем проблема…

Я нахмурилась, а принц произнес тягучим голосом:

— И в чем, леди Цессара?

— Что такое красная чума для вашего лекаря? Его снадобья спасли в прошлом году тысячи жизней, и вдруг в замке под его надзором гибнет не абы кто, а невеста будущего короля.

— Не все болезни можно излечить.

— Зато болезнью можно оправдать почти любую смерть.

Принц опустил взгляд на молоток и покрутил его в руке:

— Люди не знают покоя даже в мире, где нет голода, войны и стихии. Такова человеческая натура — искать беду. И вы заметили, леди Цессара, как оживляется публика, когда находит ту самую беду?

Я промолчала. Интересно, к чему Рензел ведет?

— Дай им один повод — они пустят слухи. Дай другой — они сожгут город. Третий — начнут убивать. Люди — самая страшная стихия, и ее последствия зависят лишь от того, что мы ей «скормим».

— Интересное оправдание, ваше высочество, но не тогда, когда восемь женщин бесследно исчезли.

— Вы уверены, что их было восемь? — задал неожиданный вопрос Рензел.

Я посмотрела на него исподлобья:

— Хотите сказать, что невест больше? Или вы уже меня посчитали?

— Что вы, леди Цессара. Ваша жизнь и здоровье для меня очень важны. Поэтому я делаю все, чтобы вас уберечь, но вы отказываетесь слушаться.

— «Подчиняться» вы хотели сказать?

— Отнюдь, — улыбнулся принц. — Я сказал именно то, что хотел.

— Чтобы я вас слушалась, — я одарила принца хмурым взглядом. — Я должна вам верить.

— Но вы не верите, потому что я жених самой смерти? Да, леди Цессара?

Я усмехнулась. Даже это прозвище дошло до королевских ушей.

— Вы постоянно мне говорите о защите, и я понимаю как глупо, наверное, выгляжу в ваших глазах, когда отказываюсь ее принимать.

— Вы не глупы, — возразил Рензел, чем немного меня удивил. — В этом я уверен, но понять вас я тоже не могу.

— В таком случае я постараюсь вам объяснить, — я еще раз посмотрела на черный мячик Рензела и произнесла: — «Рокировка», ваше высочество.

Принц повел плечом, давая мне понять, что ему нечего возразить. А я подобрала свой мячик, положила его рядом с шариком Рензела и придавила ногой.

— Знаете ли вы… — заметила я, метясь молоточком для крокетного удара из-под ноги. — Почему вас прозвали женихом смерти?

И сразу опередила с ответом:

— Нет, дело не просто в гибели или исчезновении восьмерых невест.

Я затаила дыхание. Замахнулась и ударила обратной стороной молоточка по своему мячу. Он со звоном выбил шар Рензела, и тот улетел прямо на черный колышек. Принц удивительно спокойно проследил за тем, как я лишила его всех шансов на выигрыш. Мне осталось пройти трое воротец, а Рензелу предстоит начать игру с самого начала.

— Дело в том, ваше высочество, что слухи не рождаются на пустом месте, — я облокотилась о древко молоточка и заглянула в поддернутые мглой глаза принца. — Есть люди, которые считают, будто вы нездоровы душой и губите невест, а чтобы никто не узнал правды — прячете тела от родственников.

Рензел заиграл желваками, но голос его прозвучал на удивление спокойным:

— И вы верите этим слухам, леди Цессара?

— Я не знаю, ваше высочество, чему и кому верить. Я многое услышала и не только за стенами замка. Увидела многое, — я проследила взглядом за бледно-голубым язычком пламени, что промелькнул на правой руке принца и мгновенно погас. — И конечно же делаю свои выводы.

За отличный крокетный удар мне полагалось два хода, и я легко их выполнила, когда перестала пытать пристальным взглядом принца. Даже слишком легко. Будучи спокойной, у меня никогда не была столь твердой рука, а тут… Когда сердце готово вот-вот выпрыгнуть из груди, вдруг появилась поразительная уверенность. За два хода я миновала крайние воротца и остановилась напротив последних.

— Не вижу смысла продолжать игру, — сдержанно произнес принц. — Этот раунд ваш, леди Цессара. И я слушаю второе желание.

— Что ж, ваше высочество. Спокойно признать поражение — это тоже победа. Над собой, — я выпрямилась и с улыбкой на него посмотрела. — И хочу с вами согласиться: мои здоровье и жизнь очень важны и не только вам.

Черная бровь принца дрогнула, но не более. Что-что, а выдержке Рензела можно позавидовать.

— Но у меня нет доверия не только к будущему королю, но и его преданной страже. Вряд ли кто-нибудь из них пойдет наперекор правителю, да еще могущественному магу. Это вам кажется логичным?

— Вполне, — сдержанно ответил Рензел. — И каково ваше желание?

— Сущий пустяк, — я улыбнулась шире. — Хочу личного телохранителя, который будет слушаться только меня, и выберу его я сама.

Черные брови принца взметнулись вверх, а я поторопилась добавить:

— Это не три желания, ваше высочество. А одно, но с условиями. И насколько я помню, условия в наших правилах не запрещены.

Мгла в глазах принца рассеялась, обнажив кристально синий взгляд, а губы мужчины растянулись в ехидной ухмылке:

— Не запрещены, — согласился он. — И поздравляю вас, леди Цессара. На этот раз вы меня удивили.

— Надеюсь, к лучшему, ваше высочество, — мои губы тоже изогнула усмешка.

И пусть снаружи я была невозмутима, но внутри молила Богиню, чтобы она подарила мне еще немного удачи для следующего раунда.