Глава 6

Три дня я подстраивалась под новые реалии. Чудовищно, но факт: человек способен привыкнуть абсолютно ко всему.

Я успела выяснить, что гесейры – это все женщины с хвостами. Других здесь попросту нет. Самые высокопоставленные – альмы. Их возглавляет принцесса Саида – многоуважаемая и всеми любимая гесейра. Как по мне, просто жестокая сука.

Слуги – это уровень длама. Не бесправные, скорее типичные рабочие с возможностью в будущем стать элитой. А беки – непримечательная середина – подпевалы Саиды.

У местных свободных мужчин хвостов я не заметила. Спросить, конечно, об этом не могу. Присматриваюсь, подмечаю детали. Начальница слуг – Людвига – часто появляется рядом, наблюдает, как я убираю комнаты. Ведёт себя так, будто что-то подозревает. Как бы не начала копчик проверять.

В ду́ше я вынужденно обсмотрела женские задницы. Хотела убедиться, что я ничем не выделяюсь. Подтвердила для себя, что у других никаких отростков не видно. Хвосты появляются то ли по приказу, то ли от возбуждения.

На четвёртый день мне довелось побывать на улице. Я прогулялась около замка, полюбовалась его красотой. Грустно стало при виде запущенного сада. Слишком много земли выжжено, деревья наполовину срублены, даже трава почему-то не растёт.

В один из дней была моя очередь разносить еду по подвалу. Скрепя сердце я раскладывала сухую булку по мискам около клеток. Ни с кем не разговаривала, хотя около восьми знакомых клеток ощущала, как из полумрака на меня смотрят с ожиданием.

На удивление Дима меня не признал. Проходя мимо его клетки, я ощутила себя почти ничтожеством. Я ведь не радуюсь его несчастью. Мне больно видеть родного мужчину (пусть и предателя) в роли пленного. Но что я могу сделать? Собственное положение довольно шаткое.

На седьмой день я окончательно освоилась. Знаю, куда ходить, чтобы не нарваться на неприятности. Знакома с теми, кто может подсказать и защитить. Я даже сделала попытку отыскать комнату с загадочными сосудами, о которых говорили мужчины из Марсании. Попытка эта была неудачной. Я просто заблудилась в огромном замке, а потом последовала за слугами. Так и вернулась в знакомые коридоры.

Кстати, о загадочной Марсании тоже удалось кое-что узнать. Для этого пришлось прикидываться дурочкой. Это неплохая роль. С глупого человека спрос небольшой. Так, я узнала, что Айнхалла и Марсания – это два смежных мира. Когда-то жизнь кипела именно на территории первого, а Марсания была покрыта скалами из льдов. Между мирами сохранилось что-то вроде завесы, пройти через которую со стороны Айнхаллы невозможно. Гесейры точно не знают, что творится на территории Марсании, но ходит слух, что льдов там больше нет.

- Завтра эстрата, - радостно сообщает Эльтика, - наконец-то, да? Будь моя воля, они бы проходили каждый день! А так всего лишь раз в неделю.

Смотрю на болтушку, невольно улыбаюсь. Даже не верится, что у неё есть пугающий хвост. В голове не укладывается, как эта милая девушка может одновременно быть жестокой гесейрой. С другой стороны… Жестоки они только по отношению к мужчинам. Может, это неспроста?

- А нельзя как-то… не пойти?

- Пропустить эстрату?! – Эльтика вскочила с кровати, на которой мы вот уже час мило болтаем. – Ты что, беременна? Нужно срочно сообщить Людвиге! Тебя переселят на этаж бека! Ох, как же повезло!

- Да не беременна я, - раздражённо дёргаю плечом. – Я вообще не могу забеременеть.

- Я тоже не могу, - разочарованно складывает губы и падает обратно на кровать. – Но некоторым удаётся. Саида уже тридцать лет пытается. Ну ничего… Сломает владыку Марсании, тогда всё наладится.

- Не пойму, а в чём связь? Если сломает, то что?

- Забеременеет от него. Ты что, Нэйди? - хихикает почти по-детски. – Во-первых, от владыки Марсании забеременеет любая, во-вторых, у его ребёнка будет магия. Да-да, настоящая магия, представляешь? Они умеют всякие фокусы делать. Вот даже эту кровать мах – и она станет огромной! И любые платья могут наворожить! Только еду не могут, - злобный смешок.

- А что Саида сделает потом? Ну, если забеременеет… И как это поможет тебе? Ты тоже хочешь от владыки ребёнка?

- Конечно, хочу! Все хотят, потому что беременность и роды откроют новые грани удовольствия. Ты никогда не узнаешь, что в себе таит твоё тело, пока не пройдёшь через этот удивительный ритуал! Всё естество обновится и станет сверхчувствительным. Знаешь, каким бывает секс после родов? Я вот тоже не знаю, но много слышала от девчонок. Людвига, видишь, какая цветущая. Она давно родила. Видела бы ты, как она наслаждается сексом… Все завидуют. И я тоже.

Слушаю щебетание Эльтики и давлю желание расплакаться. Даже боюсь спрашивать, где ребёнок Людвиги и других упомянутых девушек. Ничего похожего на детские комнаты я не видела. Может, это и к лучшему. Не стоит детям жить в окружении порока.

***

Следующая ночь ушла на раздумья. Я почти не сомкнула глаз. Лежала, глядя в потолок, и думала. Может, я неслучайно попала в этот мир? Может, вселенная так решила мне помочь? Я ведь всегда мечтала о ребёнке. Ходила из клиники в клинику, ездила по разным городам, но диагноз «бесплодие» был неизменным.

После утренней уборки комнат я на цыпочках спустилась в подвал. Подошла к восьми клеткам с той стороны, где меня не заметит Дима. Каждый раз, когда вижу бывшего, душа ноет. Лучше бы его здесь не было. Мне и так непросто, а тут ещё и багаж из прошлого.

Подхожу к самой пугающей клетке, с опаской прикасаюсь к металлу. Секунду чувствую его прохладу, а потом рука утапливается вовнутрь, и я слышу грубое позволение:

- Входи.

- Я пришла поговорить, - неуверенно просачиваюсь в простую комнатку с одной кроватью. У других какие-то удобства, а у Десидера лишь узкая койка. Ни бархата, ни меха, ни шкур.

- Почему ко мне? – суровый мужчина вскинул брови. – Дрожишь вся, но всё равно идёшь. Не бойся. Я девушек не ем. Разве что детишек.

- Я надеюсь, это шутка. Неудачная, к твоему сведению, - я и правда дрожу. – Ты здесь главный, я правильно поняла? Ты и есть владыка.

- Я? – его взгляд стал заинтересованным. – С чего ты взяла?

- Самый мерзкий характер обычно у тех, кто выше по статусу.

Похоже, предатель-страх меня покинул в самый неподходящий момент. А лучше бы подпитывал, чтобы я выбирала осторожные выражения.

- Самый мерзкий характер, значит, - трёт подбородок и хмыкает. – Спасибо за комплимент. А что ты хотела от владыки?

- Хотела предложить сделку.

В соседних клетках прервался малейший шорох. Я ощутила, как приближённые прислушиваются к моему голосу.

- Я помогу найти сосуд, который вам нужен. А вы вернёте меня домой.

- Хорошо, - без промедлений ответил Десидер.

- Это ещё не всё, - нервно посматриваю по сторонам, тереблю оборки новой формы. – Мне нужно ещё кое-что.

- Говори.

Чтобы оттянуть тяжёлый момент, достаю из-за пазухи еду и воду, даю Десидеру. Боюсь поднять глаза, боюсь коснуться его открытой кожи.

Он делает глоток, и я решаюсь сказать заготовку:

- Я хочу от тебя ребёнка.

Десидер поперхнулся, брызги полетели во все стороны.

- Воду экономь, мерзкохарактерный ты наш! - весело поддел Априоль.

Бутылка поплыла в соседнюю клетку, а Десидер уставился на меня слегка расширившимися зрачками. Я не хотела смотреть ему в глаза, но он словно примагнитил меня.

- Ребёнка, значит, - что-то мне совсем не нравится блеск его тёмных глаз. – Ладно, так уж и быть. Раздевайся.

Наступает мелкими, но неотвратными шагами, а меня уже всю колотит. Я готовила несколько веских аргументов, что буду заботиться о ребёнке, стану самой лучшей матерью. Собиралась убеждать, что сама смогу содержать ребёнка. У меня есть своя квартира, изготовление тортов приносит хороший доход. Но… Десидер вообще ни о чём не спросил. Будто ему плевать, что дальше будет с его ребёнком.

- Подожди, мне нужно подготовиться, - пячусь. – Я не думала, что нужно прямо сейчас… Я пришла только поговорить.

- У тебя ведь всё с собой, - указывает на мою юбку, - зачем откладывать? Нам нужно поскорее выбраться, тебе, как я понимаю, тоже.

- Но у вас же сегодня эта… эстрата.

- Значит, тебе повезло. Сегодня с утра нас полили из шланга. Сейчас от меня не воняет.

Всего два шага – и Десидер стоит почти вплотную.

- Подожди, - упираюсь ладонями в широкую грудь, - а можно, чтобы они не поглядывали? – киваю на иллюзорные стены. Кожей ощущаю, что на меня смотрят не только тёмные глаза стоящего рядом мужчины. Остальные потому и притихли. Прислушиваются. Вероятно, и подсматривают.

Собственная идея всё больше кажется глупой. Но я уверяю себя, что этот позор стоит того. Подумаешь, секс с первым встречным. Не исключено, что мне понравится. Десидер красив как сам дьявол. Резкий, грубый, прямолинейный до оторопи, но с этим вполне можно мириться.

- Чтобы не подглядывали? – две большие ладони легли на мою талию и притянули к твёрдому телу. – В нашем случае это невозможно.

- Но… - не могу говорить, потому что мужские ноздри шуршат около моего уха, руки опускаются ниже, ощупывают ягодицы.

Резкий мазок языком по шее – и я покрываюсь мурашками.

- Пахнешь как настоящая женщина…

Второй мазок по задней части шеи, и я уже дрожу. На этот раз не от страха, а от непреодолимого возбуждения. Хочу сдержать реакцию тела, не хочу быть слишком податливой. Нужно сохранить хотя бы крупицу достоинства.

Десидер снова облизывает, и я понимаю, что сегодня скачусь на тот уровень, который всегда презирала. Я займусь сексом с мужчиной из корысти. И уже сейчас понимаю, что этот опыт выгравируется на внутренней стороне моей кожи, и всегда будет со мной.

- Дес! – грубый мужской бас выдернул меня из полузабытья. – Бес ты чёртов! Хватит уже! Погрузиться не успеем!

- Что? – отхожу от Десидера, смотрю куда угодно, только не в лицо. Его грудь часто вздымается, затёртые брюки заметно оттопырены.

- Тебе пора, Нэйдин, - говорит хрипло, разворачивает меня за плечи и аккуратно выталкивает из клетки.