ГЛАВА 24

Аэранх, Лаэрия

Сандер не успел выдохнуть, глядя, как гаснут на приборной панели лампочки после отбытия отряда могулов во главе с их королём, как в кабину вошёл Джетт Маэр, начальник службы государственной безопасности. Сложив белые крылья за спиной, голубоглазый загорелый атлет с квадратным подбородком как всегда появился словно из ниоткуда.

– Господин Рамма, отец просил вас прибыть к дому вашего брата Лейнара. Вы ведь уже отправили короля Могулии, куда он просил?

– Отправил. Но я должен проследить, чтобы и его возвращение состоялось на этот раз без помех... – проговорил Сандер, инстинктивно прикрывая рукой пульт.

Сандер не любил, когда кто-то пялился на координаты, а Джетта Маэра недолюбливал в принципе.

– Во-первых, это может случиться не сразу, – сказал безопасник. – Во-вторых, явиться к дому Лейнара Раммы – приказ вашего отца. Он хочет, чтобы в знаменательный момент для вашей семьи вы все были вместе. В-третьих, безопасности короля Могулии, насколько я понимаю, с нашей стороны теперь ничего не угрожает – ведь вы обнаружили координаты, и они записаны в вашей машине, верно?

– Да...

– Значит, любой из ваших помощников может вас подменить, разве не так?

Всё ещё сомневаясь, Сандер кивнул.

– Лэйнар ждёт вас. Это великий момент для вашей семьи и для всей Лаэрии! Никто до него не возвращался из Тела Света. Это равно воскрешению из мёртвых! – торжественно сказал Джетт Маэр и протянул руку, выставив её ладонью вверх.

Сандер покосился на начальника тайной службы, припомнив тому разом все допросы по возвращению из могульского плена.

– Предлагаете мне за ручку с вами полететь? – буркнул Сандер. – Может, ещё и вальсом? Благодарю, я и сам махать крыльями не разучился. Дорогу знаю.

Джетт Маэр нисколько не оскорбился. Просто отошёл, уступая изобретателю дорогу.

– Владыка велел мне вернуться с вами. Как можно скорее. Жду вас, господин Рамма.

– Сейчас...

Сандер нехотя отошёл от приборной кабинки и направился в сторону постоянно бдящих неподалёку помощников. Сейчас они активно что-то обсуждали со спасателями на другой части площадки – возле разрушенного в хлам шатра мадам Таббат.

Красноволосая могулка, наконец, всё-таки согласилась отбыть в гостевые апартаменты для высоких особ. И сейчас в окружении слуг и телохранителей забиралась в комфортабельную повозку, запряжённую в тройку похожих на скатов ширококрылых гегранов – чёрных, с сияющими, как звёзды, пятнами по спинам.

Сандер с досадой подумал, что геграны – существа куда разумнее мадам из Могулии, не им её возить.

За его спиной послышался треск. Сандер резко обернулся и увидел, что в опустевшей приборной кабине что-то заискрило – сноп алых росчерков прорезал ночную синеву. Раздался взрыв. Ударной волной Джетта Маэра и тех стражей, кто стоял ближе к арке, отбросило и протащило по площадке. Сандера с коллегами, спасателей и мадам Таббат в повозке скинуло за её края на нижний барьер.

Но Сандер успел увидеть, как взрывом приборную кабину втянуло в арку. Клочок космоса образовался внутри золотой перевёрнутой буквы U. Вспышка на всё небо. Арка исчезла, словно звёздное пятно всосало её изнутри.

Крики, неразбериха и стоны раненых превратили площадку в оркестр хаоса. Спасатели бросились к пострадавшим. Один из них наложил руку Сандеру на лоб, на котором растекалось что-то горячее. Кровь?

Но Сандер не успел почувствовать боль. Расширенными глазами главный изобретатель арки смотрел туда, где она только что сияла золотом. Теперь её словно никогда и не было. Лишь разбитые стёкла зданий мерцали на каменных плитах в свете луны и фонарей по всему периметру центральной площади Аэранха.

Над не шевелящимся в центре площадки Джеттом Маэром нависли сразу трое спасателей.

Рядом с Сандером из-под чёрной бархатной тряпки вылез его помощник, Цераз Шимаат. На его лоб свесилась золочёная кисть от балдахина. Цераз нервно отбросил её и пробормотал:

– И всё-таки это перегрузки!

«Не должны быть! Я ведь проследил!» – судорожно думал Сандер, не понимая, в чём ошибся.

Из-под перевёрнутой повозки и крыла геграна показалась всклокоченная красноволосая голова и рука, обтянутая блестящей тканью. Ненавистный Сандеру скандальный голос завопил:

– Тьма вас разбери! И как же вернётся мой сын?!

«Никак», – подумал Сандер Рамма и в отчаянии зло, совершенно по-могульски выругался. Беды только начинались.

* * *

Дезмонд

Сделав шаг в портал, Дезмонд почувствовал, как и предупреждали во время инструкции, невидимую преграду. Он пересёк мембрану, словно погрузился в гигантскую медузу.

За боковым зрением мелькнула звёздная вселенная. И тут же Дезмонд выпал на землю, словно со слишком высокой ступеньки. Он мог бы потерять равновесие, если б не был так собран. Но Дезмонд просто перекувыркнулся и поднялся на ноги. Двадцать четыре воина повторили за ним. Разом глотнули антидот от побочек перемещений.

И... Дезмонд не поверил своим глазам. Вместо буйных зелёных трав и лесов под пасмурным небом зияла выжженная солнцем местность.

Дезмонд с могулами стояли на вершине холма. Лысый пустырь, даже без жалких травинок, окружал их. Дезмонд с трудом распознал остатки каменных стен и фундамент былинного дома в едва выступающих из-под земли руинах.

Ветер с воем гулял по простору, утыкаясь в серые скалы хребта и слетая вниз – туда, где какой-то час назад стояла деревня, окружённая частоколом с воротами-дисками, похожими на жернова. От деревни не осталось и следа. Лишь горстка камней, в которых даже развалины не угадывались.

С ошеломлением обводя глазами окрестности, Дезмонд увидел русло чахлого ручья – того самого, через который прыгала с разбегу Ума, спасаясь от динозавра. Серо-жёлтый овраг, теперь без единого кустика или деревца, возвышался дальше, восточнее. На его вершине торчали в скале две чёрные пещеры, больше ничем не скрытые, как пустые глазницы гигантского черепа.

У Дезмонда перехватило горло, ведь всё, что было живым в его памяти ещё час назад, пугало трупными пятнами запустения и серостью безжизненных покровов. Казалось, земли мёртвых вылезли за пределы ущелья и сожрали всё, что дышало.

«Не может быть... Ума...»

Сердце Дезмонда провалилось в пустоту – точно так же, как в момент, когда он понял, что Оля растворилась в Теле Света и погибла. И затянувшаяся было рана вдруг начала вновь кровоточить рваными краями, прорезая болью и сбивая с ног.

– Что дальше, Ваше Величество? – вырвал Дезмонда из оцепенения полковник Честер.

Сглотнув, Дезмонд обернулся на свой отряд. Видимо, ещё растерянный, потому что полковник Честер, понизив голос, добавил:

– Какие будут распоряжения?

– Распределитесь, – проговорил Дезмонд, заставляя себя включиться. – Облетите всё до реки и моста на востоке. До скал на западе и севере. До ущелья и гор на Юге. По самому ущелью и за ним, по ту сторону хребта.

– Что ищем?

– Живое. Смотрите во все глаза. Буквально ощупайте всё вниманием. Заметите людей, монстров, духов, любую нечисть, делайте магосканы. Все данные – мне!

– Будет исполнено, Ваше Величество, – ответил полковник. – Морэл и Бостор останутся с вами. Территория опасная, энергетический фон странный. Вам может потребоваться охрана.

Дезмонд возражать не стал. Возможно, и в самом деле понадобится. Всё изменилось. И если бы не узнаваемые контуры гор и не уже виденные глазницы пещер, он бы решил, что портал снова отправил его не туда.

Сердце Дезмонда пропустило удар.

Глянул на своё запястье – «помолвочный» заговорённый браслет он оставил по ту сторону арки, чтобы не ограничивал энергию и не помогал колдуну. Это могло повлиять? И тут же ответил себе: «Нет». Сюда, по этим же координатам, в первый раз его занесло без колдовских примочек.

* * *

Могулы разлетелись. Крепкие, как два дубовых шкафа, Морэл и Бостор, отличавшиеся разве что формой носа и ростом, отошли на почтительное расстояние, положив руки на оружие. Они внимательно осматривали периметр и странные земли.

«Вепрь и медведь», – считал Дезмонд их тип трансформации по амулетам тотемов на груди. И перестал думать о них. Всё его существо занимали вопросы: «Где Ума? Что могло случиться за час? А если здесь прошёл не час, то сколько?..»

Дезмонд ходил, склоняясь над вросшими в землю камнями, трогал их, изучал, принюхивался, пытаясь уловить магию, энергию, хоть что-то! Его слух, обоняние, внимание, зрение были напряжены до предела. Но ничего обнаружить не удавалось. Только ветер гонял, как безумный, с подвыванием, от которого стыли жилы в руках.

Пожалуй, Дезмонд так был растерян только единожды – когда Тело Света пролилось на землю дождём и исчезло. В сознании всё это не вмещалось, мозг буквально ломался.

Дезмонд продолжал искать любую зацепку и напряжённо думать. В голове крутились воспоминания о разговорах с Умой, словно в них был какой-то смысл, который никак не удавалось разгадать:

«– «Яни Ума – ведь это Я-не-ум, а»...

Потом её слова:

– «Яни Мир-Тен – это «Я не мир, тень», в смысле «я тень», по твоей логике. Или наоборот, мой предок говорит какой-то там тени, что его тут вообще нет.

– Тени? Очень интересно. Волхв по имени Мир-Тен и твоя связь с туманом, создающим иллюзии. Меня очень раздражает, когда меня водят за нос, понимаешь? А тут эти сны на двоих, духи, леса... На самом деле, мне здесь всё кажется неправильным...»

И теперь он будто попал не на сам остров, а в тень острова. Всё было настолько серым, даже небо и сквозь плотный слой облаков едва пробивающееся солнце, что мир вокруг выглядел ненастоящим.

Дезмонд с силой ударил пяткой по земле, ожидая, что она рассыплется, как прах. Но нет, это была материя, обычная сухая земля, потрескавшаяся от его удара.

«Всё не сходится! Это неправильно!» – кричала логика.

Если бы остров накрыл катаклизм, здесь бы ещё бушевали энергии, горели бы остовы лесов и пестрели б лохмотья, разбросанные по земле, пожитки, скарб... Даже если бы селение и поместье Яни разметало ураганом или снесло оползнем, были бы огненные провалы или застывающая лава, трупы, наконец, – с аномалиями Дезмонд уже на всякое насмотрелся. Нет же! Казалось, что если что-то и случилось, то много десятков, а то и сотен лет назад...

«Это какой-то дурной сон», – подумал Дезмонд.

Вспомнились его собственные слова Сандеру, что он будто побывал в прошлом. В груди Дезмонда сдавило сильнее: а что если его переправили не «не туда», а... «не тогда»? Не в то время?!

Неужели правда помимо дистанционного он с отрядом пересёк и какой-то временной излом?!

Дезмонд отбросил растерянность и зло сжал кулаки. Значит, надо вернуться и выяснить! Надрать умнику Сандеру уши! И вычислить то время, где, а точнее «когда» была Ума! В каком-то временном промежутке этого дурацкого острова она по-прежнему в беде!

– Ждите! – рыкнул он воинам и начал активировать «петлю» арки для возвращения.

Ничего не произошло. «Возвратная петля» не прореагировала на его манипуляцию, словно тоже была мертва – никакой магии, ни намёка на обратный портал!

Похолодев, Дезмонд уставился в серое небо: а вот это уже была реальная подстава. Может, недоброжелатели поняли, что просчитались и забросили теперь так, чтобы не выбрался?

Безбашенный ветер ворвался в волосы, отхлестал по щекам и умчался дышать мёртвыми землями. Дезмонд обвёл глазами серую пустыню.

Тут и выжить будет сложно: намёка на живность нет, охотиться не на что... Итак, он с отрядом в смертельной ловушке!

В голове молнией мелькнуло: «Ума говорила, что по словам наставницы, может быть опасна. Имелось в виду это?..»

Дезмонд мотнул головой и хлопнул себя по вискам. Так и с ума сойти недолго. С ума по Уме, загадке, которая пыталась сама себя разгадать, а в итоге запутала его. Что же всё-таки здесь произошло на самом деле?!

– Ваше Величество! – воскликнул, приземляясь, темнолицый могул, чёрт знает как его зовут. – На север до хребта жизни нет. Всё выжжено.

С тем же донесением возвращались и остальные воины один за одним.

– Мёртво. Пустыня. Никого. Как после великого взрыва...

– Отлично, благодарю, – кивал каждому Дезмонд с уверенным спокойствием, оставив осознание всего ужаса положения только для себя.

Последним прибыл полковник Честер.

– Ваше Величество, реки, о которой вы говорили, нет. Высохла. Только по мосту над сухим руслом можно догадаться, что когда-то она там текла.

«Добро пожаловать в мой кошмар», – подумал Дезмонд и запнулся.

А ведь правда слишком уж происходящее было похоже на кошмарный сон. Точнее, оно повторяло один-в-один его страх, что он опаздывает, что когда вернётся, Умы уже не будет, с ней что-то случится.

И страх того, что повторится боль, которую он уже испытал с Олей, что не будет ни её рядом, ни ответа, куда она исчезла... навсегда...

Дезмонд осмотрелся, всё сильнее ловя себя на ощущении, что всё вокруг напоминало воплотившиеся в реальность его собственные страхи. Но что если это... нереальность? Мог он очутиться снова в дурацком навеянном сне?

Дезмонд с тревогой обернулся на воинов, стоящих рядом. Они просто продолжали бдеть, положив пальцы на рукояти оружия, готовые к нападению чего угодно в любой момент. Они ему тоже снятся? Или все две дюжины могулов вместе с ним попали в общее сновидение?

Мурашки пробежали по коже Дезмонда от того, что это возможно. Зато крошечный луч надежды затеплился в глубине души.

Внезапно из подсознания всплыли слова отца в монастыре, когда он посвящал Дезмонда в тайные знания: «Этот мир – долгий сон. Все мы спим. Наше Сознание создаёт иллюзию, которую мы воспринимаем, как настоящий мир. И этот мир никто не создавал: ни Бог, ни Вселенная, ни какой-то Великий Архитектор. Просто мы видим сны о том, что мы – тело, мы живём, влюбляемся, страдаем, испытываем удовольствие или боль, строим планы, словно тело вечное, а потом тело умирает. Но на самом деле, и это иллюзия. Высшее Сознание – единственное, что существует и, Вечное, видит сны о самом себе. Мы – ни тела, ни предметные сущности, мы – процесс. Мы восприятие, поток жизни, который наблюдает жизнь, поток энергии, который наблюдает энергии после смерти тела. И ничто никогда не заканчивается, потому что ничто никогда не начиналось».

Иллюзия! Этой мыслью Дезмонда пробило, как разрядом молнии, с ног до головы. Тотчас вспомнилось дерево, которое росло вверх корнями на маленьком острове за морским туманом, и то, что он сказал Уме: «Тут всё не так, как мы думаем! Тут всё «вверх ногами»!»

Итак, значит, действительно иллюзия, сонная ловушка! И как из неё выбраться? Похоже, тут как с умением трансформировать тело из человеческого в животное – нужна энергия, так много энергии, как только возможно. Или невозможно...

Откуда взять дополнительную энергию?

Дезмонд снова посмотрел в серое небо и ковырнул носком пыльную землю. Вот и настала пора распрощаться с демоном – тенью, которого он кормит, как и все живущие на планете.

Хватит стравливать ему свои страдания, страхи, отчаяние, панику, злость. Тени питаются эмоциями, особенно такими. Как говорил Лейнар, стоит накормить демона «настоящим моментом», наблюдением всего, что приходит и отсутствием мыслей и эмоций, демон отравится. И отвалится сам: настоящее ему не по вкусу.

* * *

Воинам нельзя было показывать растерянность, могулы не признают слабость, зато силу уважают. Поэтому Дезмонд спокойно поблагодарил всех за разведданные и сказал:

– Я взял вас с собой в этот необычный край, потому что вы лучшие. Не просто воины. Маги!

Он подчеркнул последнее слово, обходя подтянутых могулов, мощных, пышущих энергией ещё ярче на фоне пугающего запустения.

– Всё, что вы видите сейчас, нереально. Это колдовство. И мы с вами должны его развеять. Лишь тогда мы увидим реальных врагов, с которыми сразимся по-настоящему. Пока можно сказать, что нас взяли в плен. Но мы вырвемся, потому что мы маги, сильнейшие маги!

– Простите, Ваше Величество, я не понимаю... – пробормотал Морэл.

На лицах большинства возникло недоумение.

– Чтобы выбраться из ловушки, мы должны проснуться! – Ещё увереннее произнёс Дезмонд. – Сейчас всё, что вы видите вокруг себя, ненастоящее. Мы в мощной иллюзии. Мы должны разрушить её вместе. Иначе погибнем. Но это будет только наша первая битва.

Видя непонимание в рядах, Дезмонд провёл по воздуху рукой и произнёс заклинание. Перед ним возникла танцующая огненная птица. Стало жарко. Она взмахнула крыльями, рассыпая вокруг искры. Один из воинов отскочил, чтобы не обжечься.

– Видите? – произнёс Дезмонд, щёлкнув пальцами, отчего птица погасла, начала покрываться паутиной, превратилась в скелетик и рассыпалась в прах. – Это тоже иллюзия. Нас всех, разведчиков, учили создавать подобные в военной академии, чтобы заметать следы или запутывать вражеских безопасников.

– Было такое, – сказал полковник Честер, переступая с ноги на ногу.

Дезмонд обвёл руками вокруг себя.

– Это то же самое, просто круче масштаб. Но мы выберемся. Однажды из подобного я уже вырывался.

– Что надо делать, Ваше Величество? – спросил полковник.

Судя по тому, как просветлел его взгляд, до него дошла суть. Да и до других тоже.

– Чтобы проснуться, нам нужно собрать всю энергию, – сказал Дезмонд. – Для этого я и половина отряда сядем в круг и погрузимся в медитацию. У каждого из вас должно быть одно намерение – проснуться. Дышим одинаково, сидим неподвижно. Концентрируемся здесь, на Мередиане Сердца. – Дезмонд ткнул в точку на груди. – Отключаем мысли, как при трансформации. Прибавится энергия, и вам, скорее всего, захочется поменять тело согласно вашему тотему. Но не стоит. Никто не превращается. А всё, что есть, направляем сюда! – Дезмонд снова указал на центр груди. – Всю энергию. И находимся только в настоящем, не уносимся мыслями ни в прошлое, ни в будущее. Поток мыслей останавливаем. Наша свобода – за тишиной ума! И реальное только «сейчас». Ясно?

– Да, Ваше Величество, – кивнули воины.

– Что делать остальным двенадцати? – спросил полковник.

– Охранять, – ответил Дезмонд. – Вероятно во время практики кто-то кого-то заменит, процесс может быть долгим. Как видите, эта иллюзия обладает такой мощностью, что стала материальной. И она будет сопротивляться. Её задача – не выпускать нас, наша – вырваться.

– А что будет, если вы проснётесь, а мы останемся? – спросил Бостор, теребя амулет с тотемом медведя на груди.

– Мы разбудим вас. На самом деле достаточно вырваться из иллюзии кому-то одному.

– И последнее, Ваше Величество, – произнёс полковник Честер, – кто наш враг?

– В данную секунду – мы сами, – отчеканил Дезмонд.

Он опустился на колени в позу концентрации. Воины последовали за ним, заключив его в круг. Вторая дюжина встала по контуру, превратившись во внимание. Дезмонд поднял руку, как во время спецопераций. Сжал один палец, другой, третий. Все закрыли глаза и замерли, синхронно дыша.

* * *

Боль, тошнота, сумбур, ярость сменяли друг друга и мучили, судя по сбивчивому дыханию его команды, не его одного. Но Дезмонд вновь и вновь погружался в дыхание и в точку в центре груди, не позволяя себе пошевелиться даже для того, чтобы почесать нос.

Поначалу хотелось надавать пинков каждому, кто копошился рядом – любому воину куда проще сразиться в смертельной схватке, чем посидеть в тишине самому с собой... Но только раз Дезмонд позволил себе приоткрыть веки, услышав крики и лязг оружия, и увидел схватку охранников с двумя из круга. «Демоны разрывают», – констатировал Дезмонд безэмоционально и ушёл в себя ещё глубже.

* * *

Спустя часы, а, может, вечность пространство разорвал свет – такой сильный, что ослепил даже сквозь закрытые веки. Дезмонда будто что-то толкнуло сзади. И он вылетел... из себя. Увидел себя, сидящего в нескольких метрах во дворе поместья. Рядом лежали вповалку его воины. А напротив кружил, как разъярённый слепой хищник, выбитый в противоположную сторону двора его собственный демон – жирная тень с присоской вместо морды.

К демону потянулись дымчатыми червями другие тени-«рыбины», прислужники колдуна и его матери.

Чуть поодаль расставив широко руки уже в человеческом облике стоял ближе к воротам Ринзод. В шаге от него плёл пассы «старец» в фиолетовом плаще. Никто не приближался к не подающим признаки жизни могулам, но слуги вокруг обкладывали их снопами хвороста.

– Поджигайте! – приказал Ринзод.

С рывком Дезмонд вернулся в тело.