ГЛАВА 30

«Абсолютно Чёрное Тело вновь обретено миром! Нас ждёт Золотой век равновесия!» – вещали газеты, глашатаи и все кому ни лень.

Как и ожидалось, новость облетела не только всю Могулию, но и остальной мир практически мгновенно.

Королевство распирала гордость: мало того, что несколько лет назад могулы отвоевали Тело Света у лаэров и переместили его в нейтральные земли, теперь каждый гражданин Могулии ходил с таким видом, словно лично привёз Абсолютно Чёрное Тело из заморских далей и заставил белокрылых лаэров пойти пятнами от зависти.

При этом каково оно, где хранится, не знал никто. Только ходило в массах странное имя «Яни Ума», вроде как была это чужеземная ведьма, как-то связанная с артефактом. Однако её тоже пока никто не видел, если не считать не очень качественный портрет на магоскане, сделанный перед королевским дворцом. Народ гадал и выдумывал небылицы.

Одни говорили, что чародейка уничтожила жителей целого острова; другие, что она заставляет двигаться горы и повелевает туманами; третьи, что король украл её у законного мужа, тёмного колдуна, вместе с древним сокровищем. Ну а те, кто поумнее, предпочитали помалкивать: мало ли, вдруг и в самом деле ведьма да ещё и с могущественным артефактом. Кому нужны лишние проклятья в семье?

Лидеры религиозных конфессий наводнили Мриттан-Суон: жрецы, маги всех сортов, колдуны, паломники, монахи и, конечно же, мошенники. Эта братия не могла не воспользоваться всеобщим возбуждением и желанием чуда.

Так что на улице вполне можно было встретить крашенные чёрной краской булыжники, сияющие чёрные яйца, обломки скал, сверкающие угольки и прочие разновидности «Абсолютно Чёрного Тела», которые «лечили болезни, исполняли желания и способствовали любви противоположного пола» за умеренную и не очень плату.

Соседнее государство лаэров охватило волнение. Крылатая раса была возмущена, что ушлые могулы захапали всё самое ценное, и тоже хотела приобщиться. И когда король Могулии Дезмонд Первый прислал приглашение всем высокопоставленным лицам Лаэрии на демонстрацию Абсолютно Чёрного Тела, они и не думали отказываться. Наоборот, лаэрами овладело предчувствие скорого восстановления справедливости, практически сатисфакции, которую они собирались потребовать у зарвавшихся могулов.

Память их была коротка, и теперь они считали, что ни одна раса не может и не должна владеть тем, что принадлежит всем. И лишь у единиц где-то пощипывала совесть. Но слово «карма» ныне было не модным.

Поэтому никого в Лаэрии не удивило, что король Могулии был очень конкретен в именах и в официальном письме подчеркнул, что на знаменательном событии должны присутствовать все, кто подписывал договор кровью о прекращении противостояния могулов и лаэров три года назад. Иначе событие не состоится.

Лаэры посчитали, что так король Могулии хочет извиниться за присвоение всемирного достояния и расширить уже существующий договор. Гордость глаза застит, и никто не обратил внимание на то, что король добавил к списку приглашённых имена ныне действующих министров, в том числе министра тайной службы Джетта Маэра, и учёного, создавшего арку перемещения, Сандера Рамму.

Конечно же, приглашения были отправлены не только в Лаэрию, но и знатным могулам, и высшим магистрам, и, конечно, же жрецам всех храмов. Простому народу оставалось лишь затаить дыхание. И придумать ещё пару-другую небылиц...

* * *

С осознанием собственной избранности гости стекались к королевскому дворцу на повозках, драконах, летательных аппаратах, заставляющих зевак ахать от восхищения. По красной дорожке на грандиозной лестнице, по краям которой выстроились великолепные гвардейцы, поднимались лаэры, могулы и даже люди, коих было немного. В лучших одеждах, с самыми ценными амулетами на груди и украшениями, о которых простые смертные могли только мечтать.

Предвкушение великого события играло во взглядах, поворотах головы, вежливых поклонах и неторопливых шагах. Вверх, вверх и вперёд. К святыне, способной уравновесить свет. К гарантии того, что мир не распадётся от перекоса. И к раздутому эго.

Взъерошенный, хмурый Сандер Рамма не разделял общей радости. Он чувствовал неладное. Прежде всего, он не понимал, как король Могулии смог вернуться – научного объяснения тому не имелось. Неожиданным взрывом от перегрузки уничтожило все существующие арки и приборы, завязанные в одну общую магическую петлю. Они просто аннигилировали, словно никогда и не существовали. В мире не осталось ни одного портала, и было неизвестно, получится ли хоть что-то восстановить. Золотая дуга на могульской площади была не активна и осталась только как памятник и скорбное напоминание о порталах.

Тем не менее, Дезмонд Первый вернулся. Все уже были наслышаны, что король со спутниками просто материализовался перед дворцом. Как раз на том самом месте, где сейчас стоял Сандер. Он порывался сделать прямо здесь измерения и хоть что-нибудь выяснить. Но гости продолжали пребывать, их поток торжественной рекой «омывал» учёного и постепенно оттеснял к лестнице.

Сандер снова с досадой подумал о том, что не всё получается объяснить логически. Как с братом, который воскрес. А потому страшно обрадовался, увидев знакомых из подразделения спасателей: Даву Мирану и Сенека.

– Вы тут какими судьбами? – спросил Сандер, сминая в пальцах влажный платок.

– Король прислал нам отдельное приглашение, – с улыбкой ответила красивая розыскница.

– В некотором роде мы с Дезмондом... тьфу, с Его Величеством, друзья, – добавил долговязый Сеннек. – По старым временам.

– Дезмонд Первый умеет к себе расположить. Он не говорил вам, как вернулся с острова? – с нетерпением спросил Сандер.

Спасатели удивлённо переглянулись и покачали головами. А в голове Сандера в который раз промелькнул вопрос, почему Дезмонд Таббат не пригласил его воскресшего брата с женой. Тоже вроде как друзья...

* * *

Дезмонд

Зал Ночи с единым окном под самой крышей, похожим на садящееся в море солнце, отличался от других помещений дворца не только огромным сводчатым потолком, расписанным под звёздное небо, но и множеством дверей по периметру. По сути, это был колоссальный тёмно-синий неф, из которого можно было пройти в крыло с сокровищницами, в тронный зал или в трапезную для больших приёмов. Эдакий аванзал, в котором обычно ожидали аудиенции и с радостью не задерживались. Но теперь все собрались именно здесь.

От люстр в виде созвездий падал свет на стены, украшенные панелями из полудрагоценного лазурита. Тот сиял глубинным блеском, словно в нём застыл однажды отражённый космос.

В центре Зала Ночи был установлен постамент, напоминающий низкую многоступенчатую пирамиду, на котором возвышался серебряный трон с расшитым звёздами синим бархатом. Перед ним на втором постаменте была установлена невысокая колонна.

«Отчего для такого торжества выбрали самый скромный зал?» – шептались в недоумении представители знати.

Да, не было здесь привычных для мероприятий роскошных ваз с цветами, обилия золота, услужливых слуг с чашами на подносах, музыкантов.

В непривычной строгости и простоте гости разделились на группы сами: величественные лаэры в строгом белом; разодетые вычурно представители могульской элиты, верховные жрецы от обеих сторон в золотых мантиях. По сути, могульских служителей культа от лаэрских отличали лишь тёмные крылья и амулеты, разделённые на мрак и свет на груди, тогда как у лаэров амулеты изображали только солнце и слепили золотым блеском. Были здесь и представители диаспоры людей, которые старались по привычке держаться подальше от белокрылых.

Лишь когда все собрались, высокие двери в глубине зала раскрылись, и вошёл король Могулии Дезмонд Первый. Торжественный марш, фанфары, овации – всё было как положено. Лаэры слегка покривились от пафоса. Могулы усердно кланялись, хотя далеко не все лица просветлели от счастья. Зато жрецы обеих сторон излучали благость.

И никто не высказался вслух, но испытал немалое удивление, обнаружив, что король одет проще обычного: платина вместо золота, из украшений лишь амулет власти и тиара на рыжей голове. За спиной развевался чёрный, как мрак, атласный плащ.

– Приветствую! – в ответ на аплодисменты произнёс Дезмонд, окидывая взглядом зал. – Владыка Шеран, для меня большая честь видеть вас здесь сегодня! Господа министры Могулии, господа министры Лаэрии, жрецы, дорогие гости!

– Мы рады видеть вас в добром здравии, – с вежливым поклоном проговорил Шеран Рамма.

Ему вторил сын, советник Минтар, и прочие белокрылые представители власти. За ними радость о здравии пролетела волнами по всему залу, пока не споткнулась о двух каменных драконов у центральных дверей.

– Не поверите, сам рад! – кивнул Дезмонд, щедро одаряя улыбкой, которая всегда так раздражала лаэров. – Очень жаль, владыка, что нашей предыдущей встрече помешали.

– Мы проводим расследование, Ваше Величество. И приносим извинения от имени всех лаэров, – с поклоном проговорил министр тайной службы Джетт Маэр. – Виновные будут найдены и наказаны. Такое не повторится.

Глаза Дезмонда на мгновение стали жёстче, губы тронула холодная улыбка и погасла. Он отвернулся от Маэра, словно забыл о нём.

– Господа, – сказал Дезмонд, – я пригласил вас сегодня для того, чтобы представить находку, которая, несомненно, повлияет на наши жизни не менее, чем великое Тело Света...

Дезмонд сделал паузу. Она затянулась.

– Абсолютно Чёрное Тело? – не выдержал юный сын могульского маршала Хельмина.

– Да. Этот первоисточник силы и магии теперь находится здесь, в Могулии. И я хочу, чтобы вы увидели его первыми.

Король снова просиял такой ехидной улыбкой, от которой у лаэров под рёбрами застыла жёлчь.

– Благодарим за приглашение, Ваше Величество, – проговорил герцог Клинделер, бывший друг почившего принца. – Это большая честь! Но позвольте спросить, Ваше Величество, где же вы нашли Абсолютно Чёрное Тело?

– И где оно находится, Ваше Величество? – спросил верховный жрец Могулии. – Мы все теряемся в догадках...

– Ваше Величество, с вашим возвращением аура дворца засияла, стала несоизмеримо мощнее, но больше ни во дворце, ни в садах, ни в любом другом месте столицы ничего необычного я не заметил. Даже служители дворца, – добавил человеческий князь Горанатх, известный маг, чародей и астролог. – Как такое возможно? Ведь если Абсолютно Чёрное Тело так же велико, как Тело Света...

– О, вы рискнули следить за королём? – посмотрел ему в глаза Дезмонд. – Что же вы не бережёте здоровье? Иногда от такого болит горло. На висилице...

– Помилуйте, Ваше Величество... – растерялся князь и начал кланяться. – Речь шла не о слежке. Весь мир магов взволнован...

Дезмонд оборвал его взглядом. И обратился к остальным.

– Немного терпения, господа! Сначала я хочу поблагодарить некоторых из вас за то, что своими действиями вы послужили на благо короля и на процветание великой Могулии! Ведь благодаря вам Абсолютно Чёрное Тело из небытия вернулось в мир, а именно в наше королевство!

Глаза присутствующих загорелись любопытством и непониманием, а Дезмонд спокойно и внимательно рассматривал их. Гости начали озираться, пытаясь угадать, о ком же говорит король.

– Кстати, владыка Шеран, – проговорил Дезмонд. – Как вы относитесь к предателям? Кажется, в своде закона Лаэрии предательство карается казнью: лишением крыльев и изгнанием?

– Измена государству несомненно приведёт к казни.

– А действие, ставящее под риск смерти всех лаэров, является изменой? – поинтересовался Дезмонд.

– Конечно, – кивнул владыка Шеран.

Дезмонд провёл рукой по воздуху. Под потолком возникла увеличенная голограмма документа. Настолько крупная, что каждый смог прочитать «Пакт о ненападении».

– Это тот самый документ, подписанный между могулами и лаэрами три года назад, – заявил Дезмонд. – Согласно этому документу и законам наших рас, королевская кровь продолжает подписанный пакт, даже если король умер. И я законный наследник по крови. А так как документ был подтверждён клятвой на крови с вашей и нашей стороны, подкреплён силами Тела Света, нарушение пакта одной из сторон приведёт к смерти всей расы. Попытка убийства короля или владыки так же считается нарушением пакта.

Слова Дезмонда сопровождались выделением строк с аналогичным содержанием на гигантской голограмме.

Шеран Рамма побледнел.

– К счастью, и вы, Ваше Величество, и я живы. И в добром здравии.

– Однако покушение имело место, – жёстко заявил Дезмонд Первый. – И оно ставило под удар вашу расу.

Волна возгласов, шёпот, недоумение прокатились по гостям.

– Все вы знаете, что вместо визита в Аэранх меня забросило порталом на остров в архипелаге Альрамех, недоступный никому извне. И это не была техническая ошибка. План злоумышленников был прост: убить меня нельзя, но кто-то из тут присутствующих решил, что короля можно отправить к чертям в задницу. Я мог бы рвать и метать от ярости, но я благодарен: в этом прекрасном месте и было обнаружено Абсолютно Чёрное Тело! – Дезмонд сделал паузу, наслаждаясь замешательством лаэров. – Но когда я во второй раз шагнул в арку, на меня было совершено покушение.

– Это невозможно! – сказал Шеран Рамма. – Арка взорвалась из-за перегрузок. Не было злого умысла.

– Знаете, я тоже сначала так подумал... – произнёс Дезмонд задумчиво, но потом расплылся в очередной нахальной улыбке. – Хотя лгу: я не думал так ни секунды. Я не цветочная фея в куколке, за время службы отечеству научился отличать плевела от плесени. Это во-первых. А во-вторых, я знаю дотошность учёного Сандера Раммы, таких глупых ошибок он не допускает. Я слышал, что взрыв уничтожил все арки в мире. Скажите, Сандер, исчезнувшие арки можно как-то восстановить, починить после аварии?

Сандер сглотнул волнуясь.

– Нет. Только если создать новые, на это уйдут годы.

– Почему?

– Вопрос не в строительстве, а в магическом потенциале. При взрыве вся сеть порталов была уничтожена... Она просто исчезла. Порталы – это тоннели в ткани пространства, один из них открывает другой. Но из-за взрыва вся сеть пространственных тоннелей сложилась, как карточный домик.

– Каким образом, по-вашему, можно такое провернуть?

– Я не знаю, – развёл руками в отчаянии Сандер и показал на учёных из своей команды. – И никто из нас не знает.

– Точно? – изогнул бровь Дезмонд Первый. – А вы у своего министра безопасности, Джетта Маэра, спрашивали?

– Что вы такое говорите, Ваше Величество? – удивился Шеран Рамма.

Его сын Минтар, плохо скрывая гнев, выкрикнул:

– Отец, над нами просто издеваются! Лаэры, не потерпим унижений! Владыка, я призываю покинуть сейчас же королевский дворец и..

Дезмонд невозмутимо взмахнул рукой. Пакт исчез. На его месте возникла голографическая магозапись, на которой был показана издалека арка и приборная кабинка учёных крупным планом. И Джетт Маэр. Запись увеличилась, рука безопасника сжимала полупрозрачный с серебряным ободом диск.

– Диск аннигиляции? – воскликнули генерал Кемант и могульский маршал Хельмин.

Сандер закрыл рукой лицо и пробормотал:

– Тогда всё понятно. Работа всей моей жизни вычеркнута...

– Теперь ясно, что произошло? – спросил Дезмонд.

– Да, конечно. Энергией аннигиляции, как взрывной волной, стёрло всю магическую сеть. И пространственные тоннели, и сами арки, где бы они ни были установлены... – ответил Сандер.

– Взрыв произошёл после того, как я вошёл в портал. Меня и отряд могульских воинов могло стереть тоже?

– Да. Если бы канал портала оставался открытым.

– Но вы живы и вы ошибаетесь, Ваше Величество! Взрыв произошёл после того, как вы приземлились в точке назначения! – заявил Джетт Маэр. – Никто не стал бы убивать вас ни из могулов, ни из лаэров, чтобы рисковать собой и целым народом. Вам стоило бы подозревать людей!

– Я жив, потому что вы знали: вокруг острова ещё пятьсот лет назад была установлена магическая защита от любых взрывов! Она сработала как щит. И нас забросило в ловушку на острове, – ответил Дезмонд. – Из неё сложно было найти выход. Почти невозможно. Там мы бы погибли очень быстро, если бы не смогли вырваться.

– Я сам пострадал от взрыва, едва не погиб! – отчеканил Джетт Маэр. – Повторяю, я не самоубийца!

Его медленно окружили стражи.

– Конечно, себя вы убивать не планировали, – вдруг подал голос Сеннек. – Ведь рядом был целый отряд спасателей. И, кстати, история ваших запросов в Архив памяти подтверждает то, что о щите вокруг архипелага вы знали. Вы получили доступ к очень древним документам.

– Так вот он, предатель! – ткнул в Сеннека пальцем Джетт Маэр. – Это госизмена! Сеннек Найт, вы арестованы за предоставление тайной информации чужой стране!

– Вовремя предать – значить, предвидеть. Не так ли вы говорили? – проговорил лаэрский генерал Кемант. – Вы понимаете, господин Маэр, что своими действиями вы поставили под угрозу нашу страну? Это настоящее предательство!

– Я отказываюсь слушать это! Кто сделал этот магоскан? Это наверняка фальсификация! – рявкнул Джетт Маэр.

– Я сделала! – вдруг громогласно заявила, входя в одну из дверей, мадам Таббат, с невероятной причёской из красных кудрей на голове, в слепящем золотом наряде. – Думаете, я зря сидела и ждала возвращения сына в шатре? Нет, все Таббаты предпочитают действие! Поэтому я велела охране расставить тайные камеры. Часть их была уничтожена взрывом, но как видите, есть те, что остались.

– Вы не могли это сделать под наблюдением нескольких десятков стражей, – фыркнул Минтар.

– Господин Фриатт! – позвала мадам Таббат.

В наступившей тишине прозвенел писк крыльев комара. И пару секунд спустя рядом с ней материализовался смуглолицый могул с амулетом комариного тотема на груди. Он вытянул руку и разжал ладонь. На ней сложно было что-то разглядеть. Могул наложил сверху вторую ладонь, и тогда в крошечном устройстве, которое лежало на ней, военные распознали камеру.

– Такие камеры были установлены по периметру площадки возле арки, – сказал могул и поклонился королю. – Ваше Величество. – Затем Шерану Рамме. – Владыка, моё почтение...

– А кто ещё обладает магией вашего тотема? – спросил Дезмонд.

– Перечислять всех, Ваше Величество? – удивился могул.

– Не надо. Скажите только, обладал ли такой магией некий Мералд Хортес, арестованный лаэрами три года назад?

– Да, он прошёл инициацию тотемами практически всех востребованных насекомых: паук, муха, комар, скорпион. Это была его специализация.

Шеран Рамма обернулся к Джетту Маэру.

– И где сейчас этот Мералд Хортес?

– Освобождён по обмену военнопленными год назад, – вместо него ответил генерал Кемант.

– Перевербованный. Вот вам и ответ, кто незаметно изменил пункт назначения в портале с нашей стороны, – язвительно хмыкнул Дезмонд и бросил начальнику стражи, стоящему у двери: – Мералда Хортеса найти и арестовать.

– Но как он смог сделать всё в секунды и переставить координаты на прежние?! – воскликнул Шеран Рамма.

– Просто, – хмуро проговорил Сеннек. – Это был не комар, а муха. Муха в шесть раз быстрее человека, лаэра и могула.

– Следы мухи были обнаружены на приборной панели во время расследования, – подтвердила Дава Мирана, розыскник из команды спасателей. – Мухи грязнули, они оставляют лапками следы везде, куда бы ни сели.

– Почему мне не доложили?! – грозно рыкнул Шеран Рамма.

Дава Мирана испуганно склонила голову.

– Простите, владыка, мы не знали, куда приложить данные о мухе.

– Зато Джетт Маэр знал. Ведь он лично допрашивал арестованного Мералда. Обеспечил ему особые условия. И в том числе имел беседу с ним и перед обменом пленными, – заявил генерал Кемант. – Вопрос, для чего всё это?

– Арестуйте Маэра, – сказал хмуро Шеран Рамма. – Позже разберёмся.

Кемант, Сеннек и ещё двое военных лаэров шагнули к отступившему Джетту Маэру. Стражи сомкнули кольцо.

Маэр взмыл к потолку, раскрыв крылья. И вдруг неожиданно для всех начал растворяться в воздухе. В мгновение превратившись из лаэра во что-то мелкое. Во что, никто не успел понять. Герцог Клинделер, полковник Честер, мадам Таббат, графиня Ханде, могульские стражи, маг Горанатх, жрецы с обеих сторон, Шеран Рамма и генерал Кемант выставили руки, скрестив на цели разряды магии.

Кучка пепла упала на столб на помосте. Покрывающий его магический полог вспыхнул и исчез. Всем взорам предстала вершина столба в виде каменной чаши, а в ней – маленький круглый камешек, абсолютно чёрный, абсолютно гладкий.

– Сгорел на работе, – заметил Дезмонд без тени сожаления. – Ну, раз неприятные вопросы мы решили, пора перейти к главному. Господа, перед вами Абсолютно Чёрное Тело!

– Вы разыгрываете нас! – сердито сказал Шеран Рамма.

– Нет. Шутки кончились. Я сам ожидал увидеть нечто иное, но никто не обещал, что реальность будет такой, какой мы её представляем. Попробуйте взять в руки этот небольшой камень. Все присутствующие, по очереди. Конечно же, первый вы, владыка Шеран. Прошу!

Дезмонд отступил к трону.

Владыка не смог ни взять камень, ни сдвинуть. Поражённые гости вслед за Шераном Раммой подходили к камешку: и знать, и жрецы, и военные. Картина повторялась: испуг на лицах при прикосновении, попытка, ещё попытка, применение магии отбрасывало решившихся на метр и дальше. Камешек никто даже пальцем сдвинуть не смог, не то чтобы взять в руки.

– Но это невозможно! Как это?! Почему?!

Никто не заметил, как в зал вошла девушка в чёрном платье, бриллианты и серебряная вышивка расходились от её стройной талии по широкой юбке лучами звезды, а ниже по подолу мерцали единичные камни, словно искры магии. Глубокое треугольное декольте подчёркивало черным бархатом белизну её кожи и красивую шею. А на плечах расшитые бриллиантами звёзды поменьше переходили в прозрачные рукава. Золотые волосы девушки спускались по плечам и спине блестящим плащом.

Все были увлечены, и никто не обратил на неё внимание. Только Дезмонд проследил за ней влюблёнными глазами. Затем подошёл к ней и, взяв за руку, подвёл к столбу с артефактом.

– Позвольте? – спросила она у пыхтевшего последним старого мага– могула.

Тот развёл руками с огорчением и отошёл. Ума просто взяла гладкий камень из чаши и положила на ладонь. Все взгляды устремились к ней.

– Это какая-то странная шутка, – покачал головой Шеран Рамма. – Девушка, как вы его взяли?

Ума выставила вперёд ладонь с камнем.

– Разойдитесь, пожалуйста, – сказала она.

На удивление, все послушались. И хорошо, потому что их отбросило ещё дальше в глубину зала внезапно подувшим ветром. Стена и часть помещения исчезли, словно их откусил гигантский тролль. На самом деле их всосал крошечный камень. Все ахнули, увидев огрызки камней, арматуры, котлован и пустырь на месте части сада. Раздались крики ужаса.

– Что?! Что происходит?!

– Абсолютно Чёрное Тело поглощает всё, что есть, – сказал Дезмонд.

– Но не чтобы уничтожить, а чтобы сохранить и вернуть к жизни, – продолжила Ума.

На глазах ошеломлённых гостей подул ветер из чёрного камня. На голой земле начали с огромной скоростью прорастать ростки. Превращаться в траву, кусты, деревья... Бутоны распустились в цветы и раскрасили пышным цветом только что пугающую пустоту.

Котлован тоже начал заполняться. Из ниоткуда появились сваи. Кирпичи, как живые, начали сами складываться рядами. Не прошло и пары минут, как вновь отстроенная часть дворца вернулась на место. Лизнув напоследок стены и пол плитами так, словно они были не из цельного лазурита, а из размягчённой глины, камень завершил работу. Дворцовый зал стал прежним.

Гости разразились овациями. Дезмонд счастливо, не пряча гордости, осмотрел всех.

А Ума, словно её эта реакция не касалась, провела рукой, и все очутились в пустоте. Аплодисменты запнулись, как лошадь на полном скаку. Кто-то сдавленно вскрикнул.

Тьма разлилась повсюду: под ногами, над головой, словно не было ни стен, ни пола, ни самого дворца. Светились контурами лишь люди, лаэры с более яркими крыльями и могулы с внезапно видимыми световыми проекциями животных, в которых они были способны превращаться. И больше ничего: ни звуков, ни предметов, ни запахов, ни даже чётко видимых тел. Присутствующие контуры начали озираться. А Ума, похожая сейчас на заключённую в тело женщины звёздную ночь, заговорила:

– Абсолютно Чёрное Тело – это концентрированная тьма. Не та, которую глупые люди считают нечистой, дьявольской. Это просто тьма. Пустота. Сейчас по Высшей Воле мы оказались под влиянием силы великого артефакта. Это ненадолго. Не бойтесь.

Крики, охи стихли. Ума вновь заговорила:

– Когда мы открываем глаза, мы видим первым делом свет. Затем множество творений. Но если мы переведём взгляд с самых крупных предметов, мы поймём, что больше всего пространства занимает пустота. Ночью она видна особенно, это тьма, и мы стараемся не видеть её, цепляемся вниманием за луну, за звёзды. Мы привыкли, что все живые существа тянутся к свету. – Ума перевела дыхание, сделав паузу. – Но Бог всеобъемлющ. Он и «То, что есть», и «То, чего нет», Он за пределами видимого и невидимого; того, что мы можем понять и не можем. Мы все возникаем из ничего и потом уходим в ничто. Живые существа, как и планеты, и звёзды, и всё, что существует, выходят из тьмы, окружены пустотой. Именно на это указывал Всевышний, одарив нашу планету такими невероятными источниками силы, жизни и магии, как Абсолютно Чёрное Тело и Тело Света.

Все замерли, почти не дыша. Грудной, красивый голос Умы и окружившая тьма завораживали их.

И вдруг в центре пустоты появились две слепящие фигуры – одна с крыльями, другая – без. Мужская и женская. Они встали напротив Дезмонда и Умы – контуры, наполненные светом.

У Дезмонда перехватило дух: он сразу понял, кто перед ним.

– Свету всегда нужен источник, – проговорил Лэйнар, в бархатном голосе его слышалась улыбка. – Он ограничен, но к нему стремятся все, кто хочет познать Бога.

– У тьмы нет источника. Она сама по себе источник, – ответил Дезмонд. – Из лона пустоты всё зародилось. Даже свет.

– У света есть начало и конец, – добавила Оля. – Он всегда зажигается и гаснет, это ограниченная возможность, и потому такая ценная.

– Пустота или тьма бесконечна, – проговорила Ума. – И отказываясь от себя, растворяясь полностью, мы тоже сливаемся с Богом.

Оля и Лейнар протянули руки, соединив их. В их ладонях, существ, сотканных из лучей, засиял живой свет. Дезмонд подхватил ладонью руку Умы и поднял навстречу – в контуре света их тел чёрной дырой зияла тьма.

Вдруг свет и тьма потянулись друг ко другу и переплелись, не смешиваясь. Знак, похожий на символ власти, на мужское и женское, на свет и тьму, заключённые в единой сфере, приковал общее внимание.

И пустота отступила. Просто развеялась. Ошеломлённые люди, лаэры, могулы стояли вместе, словно ни один из них от другого ничем не отличался. И мир был прост. Последней развеялась волшебная сфера. В ладони двух пар опустились одинаковые амулеты – символы власти.

– Здравствуй, Лэйнар, – проговорил Дезмонд. – Здравствуй, Оля!

– Здравствуй, друг, – отозвались они.

– Я счастлив видеть вас! И счастлив представить: это Яни Ума, моя невеста, – сказал Дезмонд, глядя в глаза Оле и понимая, что свободен, к ней осталась только благодарность.

Ума вежливо поклонилась со спокойной улыбкой. И положила обратно на чашу ничем не приметный чёрный камешек.

– Судя по благословению свыше, госпожа Ума куда больше, чем невеста, – вдруг сказал Шеран Рамма.

Затем он снял с себя амулет владыки, словно сделанный руками символ ничего больше не значил по сравнению с подаренными свыше. И поклонился сыну с избранницей Света и могулу с избранницей Тьмы.

И все присутствующие, повинуясь внутреннему чувству, преклонили перед двумя парами колени.

– Но всё равно скоро будет свадьба, и вы все приглашены, – просияв, ответил Дезмонд.

– Самая настоящая свадьба! – добавил Лэйнар и подмигнул. – Спасибо за приглашение!

– Боже мой, я не могу быть счастливее! – расплакавшись от чувств прокричала мадам Таббат и, нарушая атмосферу благоговения, этикет и правила, огненным ураганом любви бросилась обнимать сразу четверых.