31 глава

Сперва наше пребывание в секретном убежище под городом Черных псов кажется сродни безумию, но уже через несколько дней, когда ночные визиты Найи и Шиная все больше напоминают обычную встречу с родственниками, жизнь постепенно входит в привычное русло.

Тео довольно быстро идет на поправку. На третий день, снимая бинты, мы замечаем, что на месте ожогов уже образовалась новая кожа.

– Не такие загорелые, как раньше, зато шрамов совсем не осталось, – довольно улыбаюсь, разглядывая его руки.

– Иди сюда, – притягивает он меня к себе, опрокидывая на кровать. Широкие ладони обхватывают талию, незаметно проникают под футболку, и поднимаются все выше, разгоняя волны возбуждения по телу. – Как же я скучал по этому ощущению твоей нежной кожи под моими ладонями. Скучал по тебе.

– И я скучала…

– Кхм, кхм, – появляется за нашими спинами Керук в одном полотенце. – Если хотите уединиться, я как раз освободил душ. Только вода там сегодня не особо теплая, – лукаво улыбается он, а мне хочется спрятаться с головой под одеялом от всей этой неловкой ситуации.

– Душ говоришь, – лишь на секунду задумывается Тео, тут же подхватывая меня на руки, да так быстро и решительно, что я и пискнуть не успеваю. – Ничего, я не дам моей девочке замерзнуть.

Не знаю, откуда в нем столько сил, может, любовь, и правда, лечит? Нас и до этого тянуло друг к другу словно магнитом, но сейчас, пережив боль расставания и потери, мы по-настоящему обезумели от своей любви. Плевать, что над нами целый город кровожадных псов, желающих нам отмщения и расправы, и на Керука за стеной – как-нибудь переживет мои стоны, которые в этой слишком просторной душевой тут же подхватывает эхо.

– Ты моя, Мейди, только моя, – срывается с губ Тео под ритмичные движения наших сплетенных тел.

Сердце оглушает ударами. Мне хочется впитать его в себя, стать ближе, хоть ближе уже и некуда, он и так во мне. Весь мой, до последнего вздоха.

– Тео, любимый.

Прогибаюсь в спине, подставляю шею и грудь для поцелуев, наслаждаясь его прикосновениями, то нежными и скользящими, то страстными и распаляющими, доводящими до помрачения рассудка.

Нет, такая любовь не может умереть, едва родившись. У нас впереди долгий путь, и мы пройдем его вместе.

Теперь, когда Тео пошел на поправку, ему не терпится выбраться наружу и поскорее вернуться в Санкар к малышу Кайнену. Найя рада возможности хоть немного времени провести со своими старшими сыновьями, но и ее уговоры не работают. Тео уже все решил, нам остается только собрать свои немногочисленные вещи и попрощаться.

– Мам, спасибо тебе за все. Если бы не вы с Шинаем… – сжимает он ее в бережных объятьях.

– Любая мать на моем месте поступила бы так же. Вы – мои сыновья, моя кровь и плоть, а еще моя гордость, никто не изменит этого. Я люблю тебя, сынок. Береги себя и брата. И тебя люблю, – обращается она уже к Керуку, который присоединяется к семейным объятьям, и это так трогательно.

На фоне рослых плечистых сыновей Найя выглядит хрупкой тростинкой, но именно к ней они оба так тянутся, желая насытиться неисчерпаемой материнской любовью.

– Не плачь, мам, мы еще обязательно увидимся. Найдем способ, – успокаивает ее Керук. – Можем встречаться за пределами города у того же деда Макхи.

– Почему нет. Отличная идея, – улыбается Шинай, желая поддержать супругу. – Ну все, время. Пора выбираться, если не хотите нарваться на патруль.

Для нас составили подробный маршрут, как безопасно выбраться из города. Выйдя из туннеля под покровом ночи, мы расходимся в разные стороны.

– Да сбережет вас Зептея, – шепчет Найя, целуя меня на прощание.

– С документами не должно возникнуть проблем, но, если что-то случится, вы знаете, что делать. Главное, не усугубляйте ситуацию, и я вас вытащу.

– Спасибо, Шинай. Береги маму. Будем надеяться, в этот раз все пройдет гладко.

Какое-то время Керук невольно оглядывается назад, в сторону матери, с которой успел сблизиться за эти дни. По нелепой случайности он немного отстает от нас с Тео, это его и спасает.

Пройдя не больше квартала, мы упираемся в кучку Черных псов, патрулирующих город. Мы понимаем, Шинай не мог всего предусмотреть, или патрулей стало больше. В любом случае, сворачивать поздно, они нас уже заметили.

– Куда это вы направляетесь в такой час? – мужской голос звучит с нескрываемой угрозой. Рука Тео, сжимающая мою ладонь, буквально каменеет, по спине ползут мурашки.

На такой случай у нас тоже имеются инструкции. Мы показываем документы и пытаемся разойтись мирно. Я не поднимаю глаз, изображая немую покорность, чтобы не выдать себя. Говорит только Тео: спокойно, вдумчиво и вполне убедительно.

Наделенные властью и оружием Черные псы не считают нас за людей. Поиздевавшись вдоволь и осознав, что взять с нас нечего, нас отпускают.

– Можете идти, – нехотя говорит один из них, тот, что вел с Тео нечто похожее на диалог. При этом он пренебрежительно бросает наши документы на землю. Не говоря ни слова, Тео опускается и поднимает их, всего на пару секунд выпустив мою ладонь из своей.

– А ну постой, – ухмыляется другой, и его наглая рука насмешливо сдергивает с меня платок.

Тут интерес проявляют и остальные, еще пятеро, стоявшие отдаленно. Теперь, как мотыльки на пламя, они слетаются на мою блондинистую голову и испуганные голубые глаза.

– Такой птички в коллекции Змея еще не было, – нашептывает мужчина, желая прикоснутся к моим волосам. – Уже представляю, какая награда нас за это ждет.

– Может, сперва сами порезвимся? – предлагает другой.

– А ну убрал от нее руки, – рычит Тео, не сдержавшись.

– А то что? – посмеиваются собравшиеся вокруг нас верзилы, обвешанные оружием.

– Пожалуйста, не надо, – прошу его я, но один из мужчин закрывает мне рот ладонью и оттаскивает в сторону.

Тут у Тео и срывает предохранитель. Он закидывает в рот ягоду плектирона, на глазах превращаясь в зверя. Семерых крепких парней с оружием в человеческом обличье он вряд ли одолеет, еще не до конца оправился от прошлого ранения. У зверя преимуществ в этом плане гораздо больше.

Керук выглядывает из-за угла, готовый вступить в сражение вместе с братом, но Шинай предупреждал нас и на этот счет. Я качаю головой, намекая, чтобы он не делал глупостей и звал на помощь. Если попадемся все мы трое, Шинай об этом может даже не узнать, тогда и помощи ждать будет неоткуда.

Все происходит слишком быстро. Вот я кусаю за руку наглеца, который меня удерживает. Во рту ощущается солоноватый привкус его крови, к горлу подступает тошнота. Он сыплет отборными ругательствами, но на время действительно меня выпускает. Тео тоже удается отбиться, раскидав уже четверых. Теперь мы держимся рядом, спина к спине. Еще немного и сможем бежать, я очень надеюсь на это. Но шестой и седьмой, которые стояли в стороне, заправляют в оружие какие-то особые патроны, и стреляют эти гады слишком метко. Бедро прожигает болью. Тео тоже попадают в ногу, он ревет от ярости, готовый наброситься на обидчиков, но они опускают оружие, словно передумали и готовы нас отпустить.

– Не надо, у нас нет на это времени. Идти сможешь?

Тео кивает. Подхватив его вещи, мы продолжаем путь, только ноги совсем не слушаются. Перед глазами все плывет. Мы не успеваем отойти и до угла здания, падаем, будто подкошенные, проваливаясь в глубокий сон.

* * *

– Ты все равно заговоришь, оборотень. Заговоришь! – доносится сквозь сон, и я распахиваю глаза.

Я лежу на чьей-то огромной кровати в той же одежде, что на мне и была. Футболка заправлена в брюки, даже куртку не сняли. Меня не тронули, пока была в отключке, не воспользовались положением, сразу притащили сюда, что не может не радовать.

Поднимаю глаза, осматриваясь по сторонам. Эта спальня и на спальню не похожа, скорее на огромный зал. В другом его конце в камине потрескивают дрова, на стенах развешены чудовищные головы умерщвленных животных вперемешку с холодным оружием и орудием пыток. Логово маньяка, не иначе.

В самом центре с потолка спускаются массивные цепи с коваными наручниками, в них и закован мой Тео. Он по пояс раздет. Из разбитой скулы сочится кровь, голова опущена.

– Нет, пожалуйста, оставьте его в покое, – умоляю я, поднимаясь с кровати.

Незнакомец, так самозабвенно избивавший его, оглядывается в мою сторону.

– Надо же, она и по-нашему понимает, – говорит он с самим с собой, потому что в помещении кроме нас никого нет.

Мужчина сканирует меня с головы до ног, и медленно приближается, разом потеряв всякий интерес к Тео. На вид ему около пятидесяти, при этом сложен он для своих лет весьма неплохо. Высокий, физически крепкий, короткостриженые волосы с сединой на висках, загорелое лицо, рассеченное уродливым шрамом поперек глаза, въедливый, даже пытливый взгляд. Он одет в черные кожаные брюки и нечто напоминающее восточную безрукавку, расшитую серебром, из-под которой виднеется полоска подтянутого торса, и наколка змеи во все плечо. Странное сочетание, впрочем, как и все вокруг.

Я стараюсь держаться стойко, гордо поднимаю голову, как Найя когда-то. Но меня все равно пошатывает, а еще жутко ноет бедро, куда пришелся выстрел со снотворным.

– Кто вы такой? – задаю вопрос, уже догадываясь, какой ответ услышу.

– Кровавый Змей. Владыка этого города, всех людей и земель вокруг.

После такого пафосного представления я, наверное, должна упасть в обморок. Повезло, так повезло! Признаться, отец Рона, великий канцлер нордианцев, и тот держится несколько скромнее.

Зазнавшийся мужик заставляет меня отпрянуть в испуге. Он и правда чем-то похож на змею, его движения то плавные и неторопливые, то слишком резкие и непредсказуемые. Несомненно, он наслаждается впечатлением, которое производит, и я до определенного момента подыгрываю ему в этом, изучая противника.

Оказавшись напротив, Змей, как и все остальные на этой планете, предсказуемо тянется к моим волосам, пропускает светлые пряди между пальцев, склоняется ниже, жадно втягивает ноздрями воздух.

– А ты приятно пахнешь, девочка. Надеюсь, на вкус ты такая же сладкая, – твердые пальцы подобно тискам зажимают мой подбородок.

– Не смей к ней прикасаться! – злится Тео.

Я вздрагиваю. Мне больно и за себя, и за него. Он в который раз пытается вырваться из своих оков, но в итоге лишь яростно гремит цепями.

– Тебя забыл спросить, – мужское лицо искажает гадкая ухмылка.

Змей с вызовом смотрит мне в глаза, и я его принимаю. Сама того не желая, заглядываю в самую его суть, как это уже вышло однажды с пророком.

Меня отбрасывает в прошлое, в его прошлое. Я вижу испуганного мальчишку лет двенадцати и черную змею у его ног. Он хочет сбежать, но вместо этого не может ступить и шагу. Страх парализовал его, даже на помощь позвать не получается. Слезы катятся из глаз, а змея становится все ближе, присматривается, изучает новую жертву. Вот она уже неприятно скользит по ноге, обвивая голень. Мышцы немеют от того, как сильно она их сдавливает.

Казалось бы, спасения нет. Но тут из гущи кустов ему на помощь выскакивает небольшой лиловый зверек. Острые зубы вонзаются в длинное извивающееся тело. Между ними завязывается небольшое сражение. Змее уже не до мальчишки, она выпускает его из капкана, пытаясь скрыться в высокой траве.

Мальчишка снова начинает дышать, жадно глотает воздух, растирает слезы по щекам, а опустив голову, замечает, что от страха обмочил штаны.

Взрослый мужчина, застывший напротив, хочет видеть ужас в моих глазах, сердито сдвигает брови, щурится. Но вопреки всем его ожиданиям меня накрывает дикий приступ смеха, который мне не остановить.

– Так вот почему ты зовешь себя Змеем? Потому что до сих пор боишься их больше всего на свете?

– Кровавый Змей ничего не боится! – парирует он со злостью, поваливая меня при этом на кровать. Змей нависает сверху, только я продолжаю смеяться. Нервы дали сбой, да и его мокрые штанишки упорно стоят перед глазами.

– Что ж ты тогда штаны обмочил, смельчак? Змея-то была не такая и большая, крохотный зверек и тот с ней справился.

– Откуда тебе это известно?! – широкие ладони со злостью обхватывают мою шею. Тут точно становится не до смеха, не задохнуться бы от такой страсти.

– Ты сам мне это показал.

– Инопланетная ведьма! – взрывается мужик, резко поднимаясь с кровати.

Он было направляется к Тео, чтобы выплеснуть на нем свою злость, но стук в дверь заставляет Змея прерваться.

– Шинай?! Что-то срочное?

Бросив взгляд в мою сторону, недавний знакомый разыгрывает все как по нотам.

– Простите за беспокойство. Но мне доложили, что к вам доставили представителя нордианской расы. Технологии, которыми они обладают, бесценны. Это продвинуло бы нас на сотни лет вперед! Я просто обязан с ним поговорить.

– С ней, – поправляет его Змей, полоснув мою скукоженную фигурку взглядом.

– Для науки это неважно. Могу я просить передать мне инопланетянку для дальнейшего изучения?

Он говорит так убедительно, что на долю секунды я начинаю сомневаться, а не он ли нас и сдал Змею для всего вот этого?

– Не в этот раз, Шинай, – хитро щурится мистер «мокрые штаны». – У меня на нее другие планы. Лучше вели соорудить на главной площади арену к завтрашнему вечеру, устроим там небольшое представление.

– Хорошо, как скажете, – тут же соглашается он, и переключается на Тео. – А это еще кто такой? Что-то я его не припомню?

– Один из чертовых повстанцев, который завтра сразится с десятком Диких за эту девку, – выдает Змей, и на моей коже волоски встают дыбом.

В эту ночь нас оставляют в покое. Я так и сижу у ног Тео, не в силах освободить его из оков и что-либо изменить. Змей избавил нас от своего общества, но и Шинай не дал никакой надежды. Лишь под утро, когда начинает светать, дверь открывается. В нее заглядывает девушка с кувшином воды. Подойдя ближе, она склоняется к моему уху и тихонько шепчет.

– Шинай просил передать, все случится вечером. Ничего не бойтесь и будьте готовы бежать.