Глава 48

Вот бывают же дни.

Ночь, которая прошла спокойно — больше никто не пытался ни убить, ни опоить, ни сожрать — настроила Миху на миролюбивый лад. Утро тоже выдалось солнечным и светлым. А еще Михе поднесли огромную крынку с теплым молоком, к которому добавили краюху мягчайшего свежеиспеченного хлеба.

И с поклоном.

Барона тоже не обидели. Отмытый, сменивший привычное рванье на чистую одежду, тот выглядел почти солидно. Хотя солидность не мешала ему уплетать хлеб за обе щеки.

И молоко пришлось к месту.

Ица тоже попробовал. И распробовал. И… в общем, воцарились мир да благодать, что само по себе уже напрягало, заставляя поневоле искать подвоха.

Ну а потом за бароном явились.

Сперва в хату влетел деревенский пацаненок, который задыхаясь от бега и восторга крикнул:

— Едуть.

Ну и после уже, вытеревши соплю, добавил:

— Барона едуть!

Миха ничего не понял, а вот Такхвар поднялся. Остальные тоже. И Миха с ними. А то ж мало ли, кто там и куда едет, да на кой им барон сдался?

— Это за мной! — барон вытянул шею, позабывши о солидности. — Это мой штандарт!

— Твоего отца, — проворчал Миха, который на приближащихся всадников смотрел без особой радости. Оно-то, конечно, флаг, может, и знакомый, да только кто ж его знает, кто этот флаг поднял?

И вообще.

— И вашей благородной матушки, — добавил Такхвар. — А если глаза мои не подводят меня на старости лет, то я вижу благородного Арвиса.

Все-то у него благородные.

Тошно.

— Которого мой брат признал достойным человеком и призвал в свидетели вашего права.

— Ага, — выдавил барон, вдруг оробев.

И на Миху оглянулся.

— Тут я, — сказал Миха.

И подумал, что с одним всадником он бы справился. И с двумя тоже. Но вот дюжину вряд ли уложить сумеет. Если вдруг.

Оставалось только надеяться, что обойдется без этого вот «вдруг».

А потом он увидел мага.

И ладно бы просто какого-то там постороннего мага. Если разобраться, то это было бы даже логично. Но нет, Миха увидел одного весьма конкретного мага, которому когда-то мечтал свернуть шею. А что хуже всего, этот самый маг увидел Миху.

Вот ведь.

Мать твою.

И за ногу. И еще кое-что, что совсем уж озвучивать не стоило. А губы сами собой растянулись в улыбке, и в глубине души шевельнулось что-то такое, донельзя предвкушающее.

— Ну что, — сказал Миха, хотя и понимал, что вряд ли будет услышан. — Вот и свиделись, маг. Здравствуй, что ли?

Потом уже Миха понял, что ему повезло.

Чертовски повезло. Его могли испепелить на месте. Или просто указать этим, закованным в броню. Или еще сотворить чего-нибудь этакого. Но маг чуть склонил голову и улыбнулся в ответ. А потом сказал:

— Я тоже рад тебя видеть.

И Миха ведь услышал. Понял. Даже поверил. В какой-то мере.

— Знаешь, — от мага пахло дымом, болотом и еще чем-то на редкость раздражающим. — Я и вправду рад, что ты выжил.

Коней забрали.

Людей, что барона, что бронников, увели в деревню, где спешно и как-то обреченно — слишком уж дорого обходились нынешние гости — накрывали столы. А Миха вот на улице остался.

С магом.

Маг — с Михой.

Самое время поговорить.

Маг дернул носом.

— Мертвечиной пахнет.

— Был тут один, — Миха оперся на забор, стараясь не спускать с мага глаз. Тот, впрочем, держался довольно спокойно. — Я его прибил, а он взял и восстал. Этот… драгра. Вроде.

— Ты говоришь лучше, чем прежде.

— Стараюсь.

— Все еще хочешь меня убить? — маг обошел пятно, что осталось от драгра. Куда подевалось прочее, Миха не знал и знать не хотел. А что касается вопроса, то врать не стал.

— Хочу. Но не сказать, чтобы сильно.

— Сдержишься?

— Сдерживаюсь ведь.

— Хорошо, — он наклонился над почерневшей травой. — Как вы одолели драгра?

— С трудом, — честно ответил Миха.

— Верю. И все же?

— Лучник. Стрелы, — Миха вдруг понял, что все-таки говорит не настолько хорошо, как хотелось бы. — Он был лучником. Раньше. И стрелы имел. Мага убил. Стрелой.

— Даже так?

— Я убил его. А он встал. Я взял стрелу. Такую вот. От нее тянуло. Силой.

— Вам повезло, — маг кивнул и опустился на корточки. Он вытащил из-за пояса перчатку, которую натянул на левую руку. А руку сунул в центр черного пятна. Земля, которую он зачерпнул, просыпалась сквозь пальцы пеплом. — Полагаю, речь идет о Стрелах Ашша. Редкий артефакт. Древний. Где они?

— Понятия не имею.

Пепел сыпался ровной струйкой. Маг же вытащил из-за пояса мешочек, который и наполнил доверху. Аккуратно затянул завязки и убрал мешочек в мешочек. Туда же отправил перчатку.

— Наверное эти выкинули. С телом. Мало ли.

— Пожалуй, что так. Я спрошу, — маг глянул снизу вверх. — Что тебя с бароном связывает?

— Учу. Его.

— Надо же. А он знает, кто ты?

— Я сам не знаю, кто я, — признался Миха. — Зачем тебе?

— Что? А, пепел… драгры весьма ядовитые твари. И вместе с тем их яд в малых количествах используется для приготовления некоторых зелий. Сестра оценит.

У него сестра есть? Нет, конечно, он ведь человек. Вроде. А стало быть, может иметь родственников. И в том числе сестру. Но почему-то воспринимать мага вот так, человеком, категорически не хотелось.

Человеку свернуть шею всяко сложнее, чем абстрактному уроду.

— Что касается тебя, то мне известно до крайности мало. Сам понимаешь, судьба дикаря — не то, что меня интересовало в то время.

Он поднялся.

И мешочек убрал. В еще один мешочек. Тут Миха его понимал: так оно надежнее.

— Знаю, что тебя привезли откуда-то издалека. Наставник… бывший мой наставник выбрал тебя из многих иных рабов именно в силу природной живучести. Но и только. Прогуляемся?

— Здесь особо некуда.

Миха оглянулся.

В доме было тихо. Относительно. Сновали люди. Тащили снедь. Несли кувшины, явно не с молоком. Доносились возбужденные голоса. И как-то не с руки оставлять мальчишку без присмотра.

— Ему ничего не угрожает, — сказал маг. — Клянусь.

Грома не грянуло, но Миха ощутил движение силы. Даже спина зачесалась.

— А нам стоит побеседовать наедине.

Маг кивком указал на стражника, что стоял близ сарая, отчаянно делая вид, будто стоит сам по себе, без всякое цели и даже подслушивать не собирается. Но стоило магу отвернуться, как стражник подобрался.

— А ты не можешь просто сделать так, чтобы он ничего не услышал?

— Могу. Но тогда нас заподозрят в сговоре.

— А так не заподозрят?

— Всенепременно.

— Тогда в чем смысл?

— Просто раздражают.

Это было понятно.

Стражник дернулся было следом, но остановился, оглянулся, явно не зная, как надлежит поступить. Маг молчал. Миха тоже не спешил лезть в душу.

Шли вот.

К воротам. И за них. Мимо гусиного стада, которое пасла мелкая девчонка с хворостиной. Гуси вытянули шеи и зашипели хором, явно не испытывая уважения к заезжему магу. Девчонка взмахнула прутиком, и гуси отвернулись.

Тут же, неподалеку, в грязной луже дремали свиньи.

Пахло навозом, дымом и в деревом. Деревней. И маг, остановившись, вдохнул этот воздух полной грудью. Он закрыл глаза. А на лице появилось донельзя болезненное выражение. Правда, тотчас исчезло, сменившись искусственною улыбкой.

— Кого убиваете? — поинтересовался он, склонивши голову на бок.

— Еще не помер? Тут один… привел этих вон, которые там, — Миха махнул рукой. — И мать свою зарезал. Вот его и того.

— Это правильно, — маг глаза открыл. — Предлагаю союз?

— Вот так и сходу?

— Отчего нет.

— Чтобы опять моими руками жар загрести?

— Вроде того. Но… честно. Скажи, что я тебе не помог?

Миха задумался и вынужден был признаться:

— Помог.

— А что цели у меня свои были, так что ж тут такого. Это как раз и нормально.

— И сейчас?

— Сейчас все сложнее, — он заложил руки за спину и пошел вдоль ограды. А в воротах появился давешний стражник. — Так уж получилось, что мы с сестрой… как бы это выразиться… нам не стоит возвращаться в Город.

Маг оглянулся, убеждаясь, что Миха никуда не делся.

— Более того, нам лучше держаться от Города как можно дальше. И не все мои родичи будут с этим согласны. В то же время изначальный план тоже не кажется удачным. Мешеки слишком другие. И вполне возможно, что они вновь схлестнутся с магами.

Миха задрал голову.

Солнце припекает. А маг опять молчит. Вопросов ждет?

— Я при чем?

Миха точно не собирается ввязываться в глобальные войны, магов ли с мешеками, мешеков ли с магами.

— Возможно, что и ни при чем. Но юный барон назвал тебя наставником.

Когда только успел, засранец.

— И заявил, что ты находишься под его покровительством.

— А ты взял и проникся?

— Не совсем, — он умел улыбаться, этот треклятый маг. — Скажем так, если бы я видел в тебе врага, это покровительство ничего бы не значило.

— А ты не видишь?

— Ты помог мне. Я тебе. Я сделал все, чтобы облегчить твою участь. Ты сделал то, чего от тебя ждали. Воевать нам не за чем. А вот союз может принести обоюдную пользу.

Ага, если Миху опять не сунут в котел чужого безумия.

— Моя сестра предложила остаться в крепости. И я согласен. Это неплохое место. Перспективное. Но для того, чтобы удержать крепость, нужно дружить с ее хозяином. И с тем, кого этот хозяин почитает для себя важным. В свою очередь два мага немалой силы тоже могут принести пользу.

Миха кивнул.

А что, польза — вещь такая. И от старого козла быть может, что уж тут о магах говорить.

— Клятва, — Миха повернулся и заглянул в глаза магу. — Ты и твоя сестрица не пытаетесь вредить. Мне. Или мальчишке. Или его невесте.

— Невесте?

— Еще не донесли?

— У моей сестры были определенные планы.

— Пусть засунет их в…

— Ты слишком прямолинеен, — маг слегка поморщился. — Но да, в этой ситуации клятва определенно будет не лишней. И да, я готов её принести.

— Вот так просто?

— Можем и сложно. Если надо. Костер. Кровь. Магия. Но вообще лучше бы так.

— Почему?

— Возни меньше, — маг пожал плечами. — На самом деле главное сила. Если есть хоть капля, то она станет свидетелем слову. Поэтому маги не любят давать обещаний.

В чем-то их можно было понять.

— А еще нет такой клятвы, которую нельзя обойти. Надеюсь, ты это понимаешь?

Миха кивнул.

Понимает.

— С чего такая доброта?

— Нам и вправду нужны союзники, — маг смотрел устало. — А ты должен был сдохнуть, но выжил. Выбрался. И мальчишку вытащил. Ты одолел драгра. И разбойников. Это довольно много. Да и… старый мой наставник знал свое дело. Так что потенциал у тебя хороший. Не след разбрасываться.

Миха прищурился.

И потрогал макушку. Солнце припекало, припекало, как бы и вовсе не напекло-то?

— Добре, — сказал он, прислушиваясь к себе. Никакого отклика силы не последовало. — Будем союзниками. Но клятву все одно принесешь. И да, если твоя сестрица решит, что самая умная, предупреди. Голову магу свернуть ничуть не сложнее, чем обычному человеку.

Маг улыбнулся.

— Сам ей и скажешь.