Глава 49

Чужая правда

За окнами постепенно темнело. Последний дневной свет угасал, и лес понемногу растворялся в густеющих сумерках. Нея то и дело подходила к окну, всматриваясь в тропу, ведущую к дому, а потом возвращалась на кухню, стараясь занять себя хоть чем-нибудь.

Время шло, а Дамира всё не было. Нея знала, что на границе неспокойно и он может задержаться надолго, поэтому упрямо гнала от себя тревожные мысли. И всё же она всё чаще прислушивалась к звукам снаружи, надеясь услышать знакомые шаги у крыльца.

Когда наконец раздался стук в дверь, Нея вскочила так быстро, что едва не опрокинула оставленную на краю стола чашку.

Но на пороге стоял не Дамир.

Высокий мужчина в тёмной куртке, которого Нея уже несколько раз замечала неподалёку от дома, коротко кивнул ей.

— Нея Андреевна?

— Да.

— Дамир Викторович просил передать, что сегодня приехать не сможет. На границе возникли проблемы, и пока он не может оттуда уйти.

Разочарование оказалось таким острым, что Нея поспешно опустила глаза, надеясь, что мужчина ничего не заметил.

— С ним всё хорошо?

— Да, — ответил тот без колебаний. — Просил не волноваться и оставаться здесь. Дом охраняется.

Нея кивнула.

— Хорошо. Спасибо.

Когда дверь за посыльным закрылась, Нея ещё несколько секунд постояла в прихожей, а затем медленно вернулась на кухню. В сущности, ничего страшного не произошло: Дамир предупредил, а значит, с ним всё было в порядке. Более того, среди всего, что сейчас творилось на границе, он вспомнил о ней и нашёл возможность передать сообщение.

Ночь прошла беспокойно: Нея долго не могла уснуть, ворочалась, прислушиваясь к потрескиванию дерева в стенах и шуму ветра за окнами, а утром проснулась раньше обычного. Этот день не принёс ничего нового. С самого утра дед Матвей ушёл в лес проверять расставленные силки, и Нея осталась одна. Она принесла дров, растопила печь, прибрала на кухне, стараясь не смотреть слишком часто на часы, но время словно нарочно тянулось медленнее обычного.

Матвей вернулся ближе к вечеру. Нея встретила его как обычно и даже попыталась поддержать разговор, однако с наступлением сумерек прежнее спокойствие начало понемногу оставлять её. Вчера Дамир хотя бы прислал человека с вестью. Сегодня же не было ничего.

Она не знала, что в это самое время Дамир находился далеко от дома и едва успевал переводить дыхание между очередными выездами.

За последние двое суток Дамир почти забыл, что такое нормальный сон. Прорыв оказался значительно серьёзнее, чем предполагали сначала: одних диких удалось оттеснить обратно к границе, других пришлось преследовать по лесу, а несколько групп ушли в сторону старых делянок, вынудив разделить людей и прочёсывать огромную территорию. Несколько обращений подряд окончательно вымотали даже его, и к тому времени, когда глубокой ночью он наконец добрался до усадьбы, от привычной безупречной собранности почти ничего не осталось. Куртка была разодрана на плече, на брюках засохла грязь, мышцы отзывались тупой ноющей болью при каждом движении, а воспалённые от бессонницы глаза болезненно реагировали на свет.

Всю дорогу Дамир думал только о том, что ненадолго заедет домой, примет душ, переоденется и сразу отправится к Нее.

Усадьба встретила его ночной тишиной, и, поднявшись к себе, Дамир первым делом избавился от испорченной одежды, а затем долго стоял под горячей водой, чувствуя, как понемногу отступает накопившееся за двое суток напряжение. Стало немного легче, однако усталость никуда не исчезла и навалилась с новой силой, стоило ему выйти из ванной. Он присел на край кровати, собираясь всего на несколько минут вытянуть гудящие ноги, прежде чем одеться и ехать дальше, но измученное тело решило за него: стоило голове коснуться подушки, как Дамир провалился в глубокий сон.

Прошло какое-то время. Усадьба давно погрузилась в тишину, и лишь свет, оставшийся в спальне Дамира, тонкой полосой пробивался из-под закрытой двери. Возвращаясь в своё крыло, Лилия заметила его и невольно замедлила шаг. В последние дни Дамир появлялся здесь настолько редко и ненадолго, что уже само его присутствие в доме удивляло. Несколько мгновений она смотрела на закрытую дверь, затем всё-таки подошла и негромко постучала. Не получив ответа, постучала ещё раз и осторожно заглянула внутрь.

Дамир лежал поверх покрывала, не успев даже нормально устроиться, и не реагировал ни на скрип двери, ни на осторожные шаги Лилии. Она остановилась на пороге, невольно задержав на нём взгляд: даже после самых тяжёлых выездов он обычно сохранял ту внутреннюю собранность и силу, которые заставляли окружающих забывать, что Альфа тоже способен уставать, сейчас же по одному его виду становилось понятно, насколько тяжёлыми выдались последние дни.

Лилия уже собиралась тихо прикрыть дверь и уйти, когда её взгляд упал на телефон в собственной руке, а в памяти неожиданно возникла беловолосая девушка с лесной заимки и Дамир рядом с ней. Почти сразу она вспомнила и папку Владислава Сергеевича с бумагами на новый дом, куда её собирались так заботливо и окончательно переселить. Всё, над чем Лилия мучительно размышляла со вчерашнего дня, вдруг соединилось в одну дерзкую мысль, и несколько секунд она стояла неподвижно, понимая, что второго такого случая может уже не представиться.

Решение пришло само собой. Осторожно прикрыв за собой дверь, Лилия подошла к кровати и устроилась рядом с Дамиром так, чтобы в кадр попало только его лицо, после чего обнажила плечи, подтянула простыню выше и несколько раз изменила положение телефона, подбирая нужный ракурс. Ей требовалось совсем немного — создать впечатление близости, которое заставило бы поверить во всё остальное без каких-либо объяснений.

Получившийся снимок оказался даже убедительнее, чем она рассчитывала: ничего откровенного или нарочитого, лишь Дамир и женщина с обнажёнными плечами под одной простынёй в его спальне посреди ночи. Этого было достаточно, чтобы тот, кто увидит фотографию, сам сделал нужные выводы.

Лилия бесшумно поднялась, вернула всё на прежние места и вышла из спальни, унося телефон с собой. Впервые с того момента, как Владислав Сергеевич невольно рассказал ей о распоряжении Дамира, мучительное ощущение собственного бессилия немного отступило. Она ещё не знала, что именно скажет беловолосой девушке и решится ли вообще показать ей снимок, но теперь у неё хотя бы появилась возможность что-то изменить.

Дамир проснулся резко и первые несколько секунд неподвижно смотрел в потолок, пытаясь понять, почему вместо знакомых стен маленького дома перед глазами оказался потолок собственной спальни. Воспоминания вернулись почти сразу, а вместе с ними пришло понимание, что несколько минут отдыха, которые он собирался себе позволить, растянулись на несколько часов. За окнами уже занимался серый зимний рассвет, и одного взгляда на часы оказалось достаточно, чтобы Дамир тихо выругался: он так и не добрался до Неи.

Он поднялся с кровати и потянулся за телефоном, собираясь хотя бы сейчас найти возможность передать Нее весточку, но аппарат завибрировал первым. Дамир ответил почти сразу и по словам звонившего понял, что короткая передышка закончилась.

— Где их нашли?

Пока он слушал ответ, остатки сна окончательно исчезли. Неподалёку от восточной границы обнаружили тела двух оборотней из Южного клана, ещё один из находившихся с ними мужчин пропал, и пока никто не мог сказать, что именно там произошло.

— Ничего не трогать до моего приезда, — распорядился Дамир, уже направляясь к шкафу. — Сектор перекрыть, одиночек туда не пускать и людей без необходимости по лесу не гонять. Я скоро буду.

На сборы ушло всего несколько минут, и вскоре внедорожник уже выезжал за ворота усадьбы. Дамир понимал, что сейчас должен думать о погибших, о пропавшем оборотне и о том, что произошло у восточной границы, однако мысли упрямо возвращались к Нее. Он собирался приехать к ней ещё вчера вечером, потом надеялся добраться хотя бы ночью, а теперь снова уезжал, так и не успев даже передать, что с ним всё в порядке.

К тому времени, когда утро окончательно вступило в свои права, Нея уже не столько ждала, сколько тревожилась. Позавчера ей хотя бы передали, что с Дамиром всё хорошо и задерживают его дела на границе, но с тех пор никаких известий не было. Она старалась убедить себя, что отсутствие вестей само по себе ещё ничего не означает и наверняка обстоятельства просто не позволяют ему вырваться, однако чем дольше длилась эта неизвестность, тем труднее становилось сохранять спокойствие.

Ближе к полудню Нея вышла на крыльцо, надеясь, что морозный воздух немного развеет тяжёлые мысли. Вокруг стояла почти обманчивая тишина, и лес казался удивительно спокойным, словно совсем рядом не происходило ничего такого, что уже третьи сутки удерживало Дамира вдали от неё. Постояв немного, она поёжилась от холода и уже собиралась вернуться в дом, когда между деревьями показалась незнакомая женская фигура.

Женщина шла по заснеженной тропе неторопливо и уверенно, словно прекрасно знала, куда направляется. Светлое пальто подчёркивало стройную фигуру, волосы были аккуратно уложены, а на красивом спокойном лице не отражалось ни растерянности, ни сомнений случайной путницы. Чем ближе незнакомка подходила к дому, тем очевиднее становилось, что пришла она именно сюда.

— Вы кто? — спросила Нея, когда женщина остановилась в нескольких шагах от крыльца.

Лилия несколько мгновений рассматривала беловолосую девушку, которую однажды видела лишь издалека, а затем представилась:

— Лилия. Я хотела с тобой поговорить.

— О чём?

— Ты ведь ждёшь Дамира?

Знакомое имя заставило Нею насторожиться.

— Вы его знаете?

— Знаю, — на губах Лилии появилась лёгкая улыбка. — Гораздо ближе, чем тебе хотелось бы.

— Не понимаю, о чём вы.

— Скоро поймёшь.

Нея почувствовала нарастающее раздражение. Незнакомка явно пришла сюда не случайно, но вместо того, чтобы объяснить, чего хочет, словно намеренно растягивала разговор.

— Если вам есть что сказать, говорите прямо.

— Хорошо. Ты действительно считаешь, что у вас с Дамиром всё серьёзно?

— Я не обязана обсуждать с вами наши отношения.

— Отношения? — Лилия негромко усмехнулась. — Значит, ты именно так это называешь.

— А как ещё я должна их называть?

— Это тебе лучше спросить у Дамира.

Нея несколько секунд смотрела на неё, а затем потянулась к дверной ручке.

— Если это всё, что вы хотели сказать...

— А тебе даже не интересно, почему он так и не приехал прошлой ночью?

Нея медленно обернулась.

— У него проблемы на границе.

— Были. А потом он вернулся домой.

— Откуда вы знаете?

— Потому что я была там.

По спине Неи пробежал холодок.

— Кто вы такая?

— Я уже сказала: Лилия. И я живу в доме Дамира.

— Вы лжёте.

— Если тебе так легче думать.

— Что вам от меня нужно?

— От тебя — ничего. Но, прежде чем считать себя единственной, неплохо бы знать, что происходит в жизни мужчины, которого ты ждёшь.

Лилия достала телефон, открыла фотографию и протянула его Нее.

— Посмотри.

Нея не хотела, однако взгляд всё-таки опустился на экран — и всё, что она собиралась сказать, исчезло.

На фотографии был Дамир. Ошибиться она не могла. Он спал, повернув голову немного в сторону, а рядом с ним под той же простынёй лежала женщина, стоявшая сейчас перед ней. Обнажённые плечи, распущенные по подушке волосы, сама обстановка спальни создавали настолько недвусмысленное впечатление, что Нея несколько мгновений просто смотрела на экран, не в силах отвести глаз.

— Это неправда.

— Ты живёшь здесь, вдали от усадьбы и клана, и ждёшь, когда у него появится время приехать, — продолжила Лилия. — Тебя до сих пор не представили клану, зато уже ходят слухи о необычной белой волчице, которая появилась неизвестно откуда и привлекла внимание Альфы. Ты действительно ни разу не задумывалась почему?

— Замолчите.

— Потому что тебе не нравится ответ? — Лилия выдержала короткую паузу. — Здесь почти не встречаются такие, как ты. Белая волчица, необычная внешность, неизвестно откуда взявшаяся девушка — конечно, Дамиру стало интересно. Только быть для мужчины диковинкой и стать частью его жизни — совсем не одно и то же.

Нея стиснула пальцы, стараясь не показать, насколько больно отозвались эти слова.

— Уходите.

На этот раз Лилия спорить не стала. Она убрала телефон в карман и, прежде чем развернуться, произнесла уже без прежней насмешки:

— Я не пришла с тобой воевать, просто подумала, что тебе стоит знать: у Дамира есть жизнь, о которой ты, похоже, ничего не знаешь. Свой дом, своё положение, свои обязательства... И женщина, которая живёт в этом доме рядом с ним уже больше пяти лет. А прошлую ночь, пока ты ждала его здесь, он провёл именно там. Со мной.

Лилия направилась обратно по тропе, а Нея осталась на крыльце, почти не чувствуя холода. Перед глазами всё ещё стояла фотография, и чем настойчивее она пыталась найти увиденному другое объяснение, тем сильнее мешали слова женщины, о существовании которой ещё несколько минут назад она даже не подозревала.

Возможно, Лилия лгала, намеренно заставляя её поверить в худшее, и Нея отчаянно цеплялась за эту мысль, потому что одна фотография ещё ничего не доказывала. Но отмахнуться от услышанного тоже не получалось.

И именно это оказалось больнее всего. Не фотография и даже не жестокие слова незнакомки, а внезапное понимание того, насколько мало Нея знала о жизни Дамира за пределами того маленького мира, который существовал только для них двоих.