Глава 28

Стефан и Тео Келси израсходовала очень много ресурса. Те способы, что она выбирала для прохождения, оказались весьма истощающими для резерва. Я отметил про себя, что надо ее приучить не экономить, но соизмерять вложенную силу и процент полученной выгоды. Потому что утром ее ждёт откат, а ещё впереди целый учебный день. Поэтому я и настоял на окончании тренировки досрочно. Пусть у нее останется хоть что-то на время уроков и до того, как можно упасть лицом в подушку. Помню ведь, что первые дни самые сложные. Я и Солта с Руни отпустил только чтобы они ее сопроводили. Мало ли… Сам проводить не мог – ещё когда Койт мило ворковала с командиром соперников, я решил, что надо с этим что-то решать. Лучше прямо сейчас. От этих мыслей лёгкая веселость после совместного купания улетучилась. Рожа приняла привычное недобро-хмурое выражение, а голова наполнилась воспоминаниями куда менее приятными, чем барахтанье в воде с Дичкой. – Эй, Бирк! – Стефан обернулся на окрик, резко, как в былые времена, когда… – Ух ты! Сам Венто снизошёл до беседы, дела… Он подошёл первым, махнув своей квадре, чтобы расходились и не ждали. Я проводил их взглядом, борясь с воспоминаниями. Руки сами собой сжались в кулаки. Когда-то мы вот так же тренировались вместе, хоть и были официально в разных квадрах. Рано утром, самые первые на полигоне. – Не я это начал, Стеф, – вырвалось. Я тут же пожалел о сказанном. О том, что дал слабину и показал ему свое небезразличие. Не стоило. Стефан дёрнул уголками губ. Его насмешливый, колючий взгляд потяжелел. Зелёные глаза сверкнули и стали менять цвет. Сначала превратились в неспокойное море у осеннего Тейрана, потом просветлели до голубизны морозного неба. Стефан отпустил дракона и поставил щит. – Говори, – он засунул руки в карманы и попытался придать позе небрежность, как делал всякий раз, когда хотел казаться равнодушным и значимым. Перед кем рисуешься? Я знаю тебя как себя. Может, даже лучше. Это была неприятная мысль. Жгучая и горькая. – Оставь Койт в покое. Бирк сощурился, стиснул зубы так, что его высокие скулы стали ещё острее. – С чего бы? – Ты знаешь. Неприятная, злая ухмылка искривила его смазливое лицо, на которое всегда так легко покупались девочки. Келси будет лёгкой добычей. – Ты что же, ревнуешь? Или, может, сомневаешься в себе? Стефан скосил глаза на свои брюки, где в кармане отчетливо проступал стиснутый кулак. Он был из тех, кто умел говорить красивые вещи, всегда точно знал, что девушки хотят слышать и не упускал возможности дать им желаемое. Списком его побед можно было вымостить все дороги Академии. И обклеить часть стен на первом этаже. Меня это обычно не волновало, но теперь Бирк явно проявлял спортивный интерес к Дичке. Так что дело приняло личный характер. – Я предупреждаю, Стеф. Пока только предупреждаю. – Так если ты в игре, заяви об этом! – поддразнил он. Вспомнилось, как мы на первом курсе сидели вот у этой самой арены после первого прохождения… Мой первый друг в Академии. Мой лучший друг. Он тогда сказал те же слова, но в другом ключе. Стефан всегда был тем, кто брал, что хочет. И если он чего-то хотел, то получал. Любой ценой. Эта его черта бесила и восхищала одновременно. – Хочешь пари, Тео? Кто первый получит ее, тот и в своем праве. – Пошел бы ты к бестиям! Я проигнорировал протянутую руку, борясь с желанием в нее плюнуть или дать Бирку по роже. Он рассмеялся. Громко, со вкусом. Ещё одна вещь, на которую всегда покупались девушки. Стефан был милым. По крайней мере умел таким казаться. Улыбчивый, весёлый, лёгкий. – Как этот милый добряк дружит с Венто? – вопросы, которыми задавались и преподаватели, и кадеты. Но мы-то со Стефом знали правду. – Я тебя услышал, – Бирк снова убрал руку в карман. – Не путать с послушался. Если бы ты заявил, что она твоя, я бы, может, подумал, – протянул он, заглядывая мне за плечо. Мадина, Солт и Койт уже ушли достаточно далеко и вряд ли слышали наш диалог, но все ещё темнели на фоне яркого, поднявшегося с востока солнца. Стефан смотрел им вслед с неприкрытым интересом. – Ну знаешь… солидарность, память о прошлом… все такое. А если она не твоя, то кто мне указ? На нет и претензий нет, да Венто? Он подмигнул и пошел в сторону Академии. – Бирк, бестия тебя пожри! Ноль внимания. Я дернулся в его сторону, но понимал, что не могу начистить ему рожу прямо здесь. Да и эти слова… Я ему так сказал однажды. На нет и претензий быть не может. Тогда его младший брат, Холден, исчез. Комендатура постановила, что выпит бестиями, но Стефан не желал мириться с таким заключением. Он верил, что брат жив. Пытался что-то доказать, требовал, нарушал правила, сидел в карцере… А я… я сказал то, что думал, когда Стеф спросил, верю ли я ему. – Его выпили бестии, Стеф. Как выпили Адама. Они оба мертвы. Просто признай это и… смирись. Стефан не был смирным. Потеряв родителей довольно рано, он заботился о младшем Холдене и теперь грыз себя, что не уберёг. Хотя, от него ничего ровным счётом не зависело. Я и сейчас был уверен, что Холдена давно нет в живых. Голые кости, разве что. И эта моя уверенность стала стеной между нами. Стеной куда более высокой, чем та, что отделяла земли Хаоса от остального Вардена…