Глава 19. Безопасное место
Влетев в Пункт Связи, крестный, не раздеваясь, пронесся в гостиную и сгрузил меня на диван. Схватил за локоть подбежавшую Джулию с бледным лицом-полотном и притянул к себе.
- Джулс, Анна на тебе. Сделает хоть шаг с этого дивана - разрешаю принять любые меры,
- прохрипел он незнакомым, ломаным голосом. Вынул жезл из моего кармана и всучил миссис Абрамс. - Отвечаешь за нее...
- Головой? - Джулия приподняла бровь, намекая, что Артур перешел границы.
- Прости, - выдохнул тот и кивнул, признавая, что заигрался в командира. - Просто помоги, хорошо?
- Я присмотрю. Элайза совсем.? - Джулия сунула мою палочку в карман и обхватила плечи руками. Ее трясло. - Джен в Академии, и я не знаю, что ей написать.
- Совсем. Я объявил общий сбор, мы выходим через минуту.
Пункт Связи заполнялся магами. Без умолку хлопала входная дверь. Миротворцы рассредоточивались по коридору, гостиной, столовой. Тамара, Карпов, Брендан, Осворт. Большинство я не знала лично и видела лишь на собраниях. Тут было человек двадцать. И все молчали.
- Нападение на Лондонский штаб. Отделение магической адаптации. Две подтвержденные жертвы - Элайза Рид и Альбер Кюхель. Возможно больше, надо проверить этажи. Зачищаем, начиная с четвертого, - прохрипел Артур, обращаясь к вошедшим. Он все еще стоял у дивана, будто боясь оставить меня одну. - Может, еще успеем. Там нужны все. Приоритетная цель - Джелла Фонтейн. На поражение, в голову, без предупреждения.
Я нашла глазами Карпова. Вид он имел сосредоточенный и смотрел на крестного, ловя каждое слово. Сейчас ему было не до меня, жующей плед и размазывавшей слезы по щекам.
- Мне жаль, что ты это увидела, девочка, - прошептал Артур, склонившись над ухом и сжав мое дрожащее плечо. - И услышала.
Топот, лязганье, хлопки двери... Миротворцы ушли, оставив меня наедине с плачущей миссис Абрамс и собственным шоком.
«На поражение, в голову, без предупреждения».
Было время, когда война в волшебном сообществе казалась мне чем-то неявным и далеким. Оно только что окончательно прошло.
***
Миротворцы не вернулись ни через час, ни через два. Истощенная слезами, я несколько раз провалилась в забытье. Просыпалась, пила принесенный Джулией травяной взвар и отключалась снова.
Когда открыла глаза в следующий раз, камин был погашен, а в окне торчала располневшая Луна. Из кухни слышался нервный шепот - Джулия разговаривала с Мелиссой. Со второго этажа доносились завывания Джен. Я хотела подняться, лечь к ней в кровать и обнять, но не было никаких сил. С обреченным вздохом я снова отключилась и проснулась только к обеду.
- Ани, утром я отправила Джен к Элизабет на пару дней, пока все не утрясется, -подсовывая мне тарелку с яичницей, рассказывала миссис Абрамс. - Ей тяжело будет находиться здесь, когда все вернутся и начнут обсуждать. Случившееся.
Я понимающе кивнула.
- Тебе тоже нельзя здесь быть. К возвращению миротворцев ты должна уйти.
- Вы меня выгоняете? - удивилась я и подняла на женщину глаза.
Джулия грустно улыбнулась.
- Считай, что так. Лиз с Яном с радостью приютят и тебя, дом большой. Погуляете по побережью, и кошмар постепенно растает.
- Не хочу.
- Анна!
- Нет, серьезно. Я не могу быть в стороне и гулять по побережью. - я пожала плечами, намекая, что вовсе не бравирую. Правда, не могу. - Почему они до сих пор не вернулись?
- Откуда мне знать? Меня не посвящают! - недовольно фыркнула Джулия и поджала губы. - Артур всегда такой, сколько его знаю. Принесется вихрем, раздаст задания, послушает мнения. Но сам никогда не делится. Ничем. Как еще не взорвался от чувства собственной исключительности!
Я видела, что злостью миссис Абрамс прикрывает волнение. Такое же, как у меня - до скрежета зубов и заламывания рук. Почему их нет до сих пор? Был ли бой с арканами, все ли уцелели? Мелисса тоже ходила по дому бледной тенью. Атмосфера была удручающе гнетущей.
- Тогда ты вернешься в Академию к Мари, - поразмыслив, выдала вердикт Джулия. - У нее и успокоительные покрепче моих, и вообще...
Не без боя, но я была вынуждена согласиться, и уже через час сменила бордовый диван Пункта Связи на такой же, только желтый. Наставница первым делом выдала мне пачку «фирменных транквилизаторов». Тех самых, что для слонов. Но я, памятуя о единорогах, пляшущих канкан, отказалась. Так прошли еще сутки - в молчании, неведении и слезах.
Вечером Мари попыталась меня вытолкать за дверь больничного отделения и отправить спать. Но я отчаянно упиралась. Стоило только представить, как поднимусь в спальню и увижу Рашель. Что я ей скажу? Что смотрела, как умирает ее сестра, и ничего не смогла сделать? Грудь разрезало болью.
- Ладно, Ани. Тогда сегодня дежуришь ты, - смилостивилась Мари и протянула мне форменный халат медсестры, который я напялила прямо поверх тонкого нижнего платья, в простонародье именуемого сорочкой.
Дежурство - это хорошо. Мне нужно чем-то занять руки. Захочу спать - тут кушеток достаточно.
Стрелка медленно катилась к полуночи. Пациентов не было, Мари клевала носом за своим столом, а мое дежурство ограничивалось хлюпаньем в желтую обивку дивана.
Вдруг медитативный ступор нарушил тонкий свист, и уже через секунду в лоб наставнице влетела картонка. Она прочитала содержимое и скривилась. Сдвинула брови, надменно фыркнула. и посмотрела на меня.
- Не потащусь я к нему с подносом. Сам спустится! - выдала Мари, сопя закипающим чайником.
- Кто? - прохрипела, скользя влажной щекой по кожаному подлокотнику.
- Профессор твой. Совсем рехнулся от вседозволенности! «Принеси настойку Райценбеха и порошок корня Эсхинатуса. Немедленно», - процитировала Мари. - «Немедленно»!
Мой профессор? Карпов? Он здесь, вернулся? Живой?
- Я отнесу, если так нужно. - я медленно сползла с дивана.
Вот он - мой шанс узнать новости с полей из первых рук.
- Ну. отнеси, - флегматично заявила Мари. - Я бы могла подумать, что этого он и добивался. Если бы знал о твоем спонтанном дежурстве.
Я тряхнула головой. Не знал. И уж точно не мог догадаться, что я вызовусь отнести среди ночи поднос со снадобьями. И все-таки я это сделала. Погрузила заказанные профессором склянки - и на что ему сдался корень Эсхинатуса среди ночи?! - и медленно пошла наверх.
- Войдите, мисс Дэлориан, - отозвалось на мой стук из кабинета. - Поставьте на зельеварительный стол.
Пальцы дрожали, когда я опускала поднос со снадобьями, склянки звучно гремели. Карпов стоял сбоку от рабочего места, подсвеченный снизу настольной лампой, и плечом опирался на шкаф.
- Как вы узнали, что это я? - голос, вызвавшийся из моего рта, был таким сиплым, что казался простуженным.
- Был уверен, что в такой день непременно вызоветесь дежурить. Мари сильно взбесилась?
- Достаточно, чтобы посоветовать завтра ее избегать. И послезавтра тоже. Так вы это специально устроили?
- Разумеется. Подойдете поближе?
Шмыгнув носом, я поплелась к единственному источнику света и, отводя покрасневшие глаза, остановилась в метре от профессора.
- Вы что-то от меня хотели?
- А еще пару шагов осилите? - серьезно спросил Карпов. Я немного приблизилась, и он насмешливо поднял бровь. - Это ваш максимум?
В нынешнем состоянии у меня не было сил ни спорить, ни интересоваться тайным смыслом мероприятия, поэтому просто послушалась. Шаг - и я носом уперлась в его рубашку, а затем машинально отшатнулась, не переставляя ног.
- Ближе, мисс Дэлориан, - настойчиво прошептал профессор, и я безвольно ткнулась щекой в черную ткань.
Деликатно обхватив меня руками, словно крыльями, Карпов чуть-чуть притянул к себе -то ли чтобы не отстранилась, то ли чтобы не упала. Первое было лишним: осознав его намерения, я доверчиво распласталась на твердой, широкой груди, уткнувшись носом в теплую шею. И пусть меня только попробуют отсюда оторвать! А вот упасть вполне могла, в том числе и от неожиданности этих самых намерений.
- Что вы затеяли? - все-таки тихонько поинтересовалась я.
- Насколько я успел понять, из-за юного, женского и не до конца просветленного организма вы порой нуждаетесь в жалости и сочувствии.
Он прижал меня крепче, пригладил волосы и несколько раз машинально поцеловал в макушку. От внезапной заботы открылся какой-то внутренний кран, и меня прорвало. Слезы полились бешеным потоком и за минуту промочили ткань под моей щекой.
- Почему вы... вас... так долго? - сипло прошмыгала я и позволила своим рукам обхватить мужчину, стиснув кулачками рубашку в районе его лопаток.
- Шли по магическому следу всю ночь. Они разделились, и нам пришлось тоже, - Карпов говорил мерно, тихо, успокаивающе. Его пальцы запутывались и выпутывались из моих волос. Снова и снова. - Мы с Бренданом и Ромулом преследовали Джеллу, но хитрая стерва искусно запутала след. Он оборвался на подступах к китайской равнине Хао-Шу.
- Китай? - я поперхнулась слезами.
- Что вас удивляет? Когда-то там водились драконы, сейчас равнина наводнена мелким волшебным зверьем. Не настолько опасным, как в Дебрях, но тоже неприятным. Без точных координат искать там что-то - невыполнимая задача. Иголка в стоге сена. Но мы найдем, Анна. Их всех. Пара дней - и голова этой твари станет такой же пустой, как и у...
- Вы видели ее? - мне было трудно произнести имя солнечной мисс Рид.
- Да. И ее, и Альбера. И еще четырех магов-охранников.
- Еще четыре?!
Я представила себе ряд тел. Боги, боги! Шесть магов?!
- Нет, эти выживут, - меня снова машинально клюнули в макушку и продолжили: - Их доставили в главную лечебницу Эстер-Хаза. Мягко говоря, им повезло, что мы вовремя успели.
- Но как вы теперь найдете арканов?
- У группы, нагрянувшей в Лондон, должен быть временный штаб. Скорее всего, в Китае, недаром Джелла туда спешила. У нашей организации много друзей. «Сочувствующих». Кто-то всегда что-то знает. Завтра информация будет у Артура. Он умеет собирать нити воедино.
- Почему вы думаете, что они не отправились в новое логово?
- Потому что Джелла нестабильна и опасна для окружения. Она приняла сознание Белинды. Организм сильной волшебницы - не ослабленное тело юной ученицы, но это все равно рискованно. Мисс Фонтейн никогда не отличалась спокойным нравом, а теперь и вовсе может сойти с ума. На месте Лукаса, я бы не впускал ее в логово до очищения. Нам просто нужна точка на карте. Придется расспросить старых знакомых, но. это все завтра. А сегодня я буду тут.
- Со мной? - робкая надежда зашевелилась в груди, а из глаз снова хлынули слезы. Сколько их еще во мне? Я размазала щекой соленые капли по черной рубашке и виновато прохрипела: - Простите, я знаю, как вас это раздражает.
- Пару минут потерплю, - меня прижали к себе так крепко, что воздух на мгновение кончился, а потом чуть-чуть отпустили.
- Пары минут мне не хватит, - недовольно проворчала я, поглубже зарываясь щекой в смятую влажную ткань с ароматом летних трав.
- Какая жадная! Стойте, сколько требуется, - хмыкнул Карпов.
Потребовалось мне едва ли не полчаса. Стояли молча. Я тихо хлюпала и шмыгала, закрыв глаза. Пару раз умудрилась провалиться в забытье, и непременно упала бы, если бы профессор не прижимал к себе. Он водил пальцами по моему позвоночнику, перекатываясь с бугорка на бугорок. Задумчиво елозил шершавым подбородком по моей макушке. Пару раз скользнул губами по виску, будто бы случайно.
Сменив положение - нужно было найти участок посуше, так как почти вся рубашка промокла насквозь, - я развернулась лицом к лампе. Она освещала раскиданные по столу карты и рукописи, в центре рабочего места лежал исчерканный блокнот. У него были дела поважнее, чем «хлюпающая мисс».
Вот бы он еще бормотал на ухо что-нибудь ласковое и ободряющее... Но я понимала, что Карпов и так истощил все внутренние резервы доброты для этой утешительной акции. В целях компенсации завтра завалит сотню учеников на тестах и заставит их варить самое вонючее снадобье на планете.
- Может, хотите чего-нибудь? - окончательно пошатнул уверенность в своем бессердечии мужчина. - Чай? Шоколад? Мороженое? Вино? Или. сильное снотворное? Я не лучшим образом осведомлен о том, как залечивают душевные раны девушки вашего возраста.
- А вы сможете это раздобыть? Сейчас? - я скептически глянула на часы. - Уже первый час, кухня не работает.
- Что там ваш крестный про меня болтал? Самый сильный маг столетия? - с легким презрением к лестному титулу бросил Карпов, чуть-чуть отстранившись и заглянув в мои пугающе-привлекательные очи, обрамленные размазанной тушью. - Полагаете, я не смогу обеспечить девушку чашкой чая и шоколадом? Говорите, чего вам хочется. Пока не передумал.
- Всего перечисленного, - попросила я, стыдливо пряча глаза в мокрой рубашке. - Только без снотворного.
Сон в тарелке с мороженым - не лучший антидепрессант.
Карпов аккуратно опустил меня в свое кресло, большое и уютное, в которое я тут же забралась с ногами, а сам расчистил стол, сдвинув карты и блокнот на противоположный край. Черканул пару записок и закрутил их жезлом над собой, растворяя в пространстве, а затем уселся на стул для посетителей.
- Предупредил Мари, что вы понадобились мне. для эксперимента, - пояснил Демон наличие второй записки. - И заодно. принес извинения за свой тон. Не хочется прятаться от нее два дня.
Размазав рукавом застывшие на щеках слезы, я невольно улыбнулась. Извинился! Да он точно что-то съел, или нечаянно словил заклятье вежливости от недоучки-второкурсника.
Ждать угощений, призванных залечить мои душевные раны, долго не пришлось. С оголтелым хлопком из сажевого тумана посреди кабинета вышел морф с серебряным подносом. Вид тот имел недовольный, заспанный и лохматый, но все равно респектабельный. Макушка покрыта огненно-красной четырехугольной шапочкой, тельце наряжено в алый бархатный жилет длиной до колен, напоминавший камзол. Точно, мы же с ним уже встречались.
Застыв в неглубоком, но учтивом поклоне, морф глянул на Карпова.
- Поставь перед заплаканной мисс, Квитариус.
Не проявив ни грамма уважения или интереса к моей персоне, морф протиснулся к столу
- хорошо, хоть ноги были поджаты, - и с тонким звоном грохнул поднос. Блюдце задрожало, чайник подпрыгнул, но ничего не разбилось и не пролилось. Идеальное чувство меры: и негодование проявил, и имущество не испортил. Сразу видно, морф был старым и опытным, и занимал должность не ниже дворецкого.
- Будут еще какие-нибудь экстренные полуночные распоряжения, ваше...
- Квит!
- Ну, не будет так не будет, - насмешливо крякнул морф и с хлопком, от которого у меня заложило уши, убрался восвояси.
На подносе красовалась креманка с тремя шариками пломбира, политого клубничным сиропом, круглый дымящийся чайничек, чашка на изящном блюдце с серебряной каймой по волнистому краю... А еще - высокий бокал красного вина и хрустальное корытце с колотым шоколадом, лукумом и орехами. Знала бы о подобных чудесах, попросила бы сырную пиццу: не ела ее с двенадцати лет!
Кивком призвав меня не стесняться, Карпов тут же углубился в записи, согнувшись над старым манускриптом. Какое-то время я изображала из себя леди, попивая чай, оттопырив пальчик, и скромно грызя шоколадный ломтик. Но потом поняла, что профессор забыл о моем существовании, и жадно набросилась на пломбир в сиропе.
Мороженое показалось необыкновенным. Может, из-за привкуса слез, которые снова тонкими ручейками принялись стекать прямо в рот. Может, из-за необычной компании и времени суток. За окном расползалась чернота, но теплый свет настольной лампы отгонял ее, вместе с переживаниями и болью.
Только я сделала последний глоток вина и поборола желание вылизать креманку, как Карпов поднял на меня глаза. Значит, все-таки подглядывал, хоть виду не подавал. Я быстренько утерла слезы, шумно шмыгнув раскрасневшимся носом.
- Мисс Дэлориан. Мне кажется, вам не следует. в таком состоянии. - неуверенным тоном начал Карпов. - Я сегодня все равно до утра здесь проторчу. Если хотите, можете.
- Хочу, - перебила я, не дав ему сформулировать предложение, за которое, если по-хорошему, грозило разбирательство в магическом трибунале.
- Тогда. Располагайтесь, - он скользнул взглядом по двери в смежную спальню. - Я буду тут. Никуда не уйду. Обращайтесь, если что-то понадобится.
- К примеру, сильное снотворное?
- К примеру, сильное снотворное, - согласился Карпов и с показным усердием принялся изучать дряхлую рукопись.
Беззастенчиво плюхнувшись на простыни прямо в платье, я в последний момент скинула туфельки и тут же, без всякого снотворного, провалилась в непроглядно-черное небытие.
***
- Ани... Ани! - резкий голос Карпова сейчас не радовал бархатными нотами и звучал взволнованно и гулко в тяжелом воздухе девчачьей ванной. - Выбирайся оттуда.
Голос тек по щекам, смешиваясь со слезами. Расходился кругами в луже у ног. Он сам был водой, брызжущей из перебитых труб и кранов.
- Ани! - К голосу присоединились черные глаза, а затем и все тело. Андрей сидел на корточках на кафеле ванной, отгородив от девочек и положив теплые ладони мне на колени. - Уходи оттуда, немедленно.
.Чьи-то пальцы деликатно похлопали меня по щеке, потрясли за плечо, потрогали лоб. Пришлось приподнять отяжелевшие веки. Спальня Карпова, за окном - ночь. Только два черных глаза беспокойно мерцают в темноте.
- Вы всегда так орете, когда видите дурной сон? - натянув на лицо маску вселенского спокойствия, спросил Карпов. Он полулежал рядом, коршуном нависая над моим вспотевшим телом.
- Никогда не ору. Иначе соседки давно придушили бы подушкой. Я кричала?
- И громко. Утром расползутся слухи, что я ночью убил нерадивую ученицу, не сдавшую вовремя заданный конспект.
- Затем съели ее сердце, а кровь использовали для древнего мистического ритуала, - с серьезным видом дополнила я, но вдруг незапланированно заулыбалась. - Вы ведь в курсе, что именно такой страшилкой пугают первокурсниц?
Да что там первокурсниц. Меня саму, едва я пересекла порог Академии, довели до истерики подобными историями про Мрачного Демона. И после первого занятия я им почти поверила.
- В курсе. Я сам это придумал. Снилось что-то необычное? - искусственное спокойствие на лице Карпова сменилось настоящим, когда он понял, что кризис миновал.
- То же, что и всегда. Интернат, ванная, девочки, взбесившиеся краны. Вы это уже видели, - путанно забормотала я. - А еще голос. Ваш. Сначала он был водой и тек по щекам. Потом стал лужей у ног.
- Вы еще не проснулись. - сделал вывод профессор.
- Вы называли меня Ани.
- Да. Называл, - не стал отпираться Карпов. - Красивое имя. Грех ни разу не воспользоваться.
- Потом сами появились там. На кафельном полу. И велели уходить. Опять залезали в мою голову? - недовольно заворчала я, догадавшись о незваном госте в кошмаре.
- Залезал, - виновато выдохнул Карпов. - Но не подсматривал. Я пытался вывести вас оттуда... Мисс Дэлориан, вы полчаса вертелись на кровати, кричали и не желали просыпаться. И еще. вы вся мокрая. Насквозь.
Воздух в легких вдруг закончился. Нужно было что-то ответить, но я могла лишь смотреть в магически притягательные черные глаза.
Он провел рукой по спутанным волосам и по рукаву платья, намекая, что меня неплохо бы отжать. Одежда липла к ногам и спине. Прическа превратилась в мыльный лохматый ком, тяжелой ношей лежащий на подушке. По шее катались липкие шарики пота, подгоняемые «контактными воздушными потоками», лучшими друзьями мисс Эмеральд.
Моя грудь беспокойно вздымалась под мокрым платьем. Этот полумрак, и его постель, и нависающий надо мной Демон. И его красиво очерченные губы, магнитившие мой взгляд не хуже глаз. Я медленно выдохнула, выпустив воздух тонкой струйкой. Скулы Карпова дернулись, он сглотнул.
- Анна. - не сказал даже, а выдохнул Андрей.
- Мм?
- Вам надо умыться, - он погрузил пальцы в копну моих волос и принялся вытаскивать из них мокрую ленту. - Я пока перестелю постель.
- Снова чувствую себя куклой, - вздохнула я, когда лента перекочевала на тумбочку.
- Вы так ей и не стали, - хрипло прошептал Демон и погладил теплой ладонью щеку. -Что-то пошло не так, и преподаватели из «Эншантели» потерпели с вами полное фиаско. Идите в ванну.
Я приподнялась на постели и только сейчас оценила масштаб бедствия. Простыня превратилась в мятое озеро. Да, мое унылое общество дорого ему обходится.
- А потом? - я слезла с кровати.
- Что «потом»?
- Идти . вниз? - чувствуя себя абсолютно растерянной, решилась уточнить у хозяина дивной, но мокрой спальни.
- Нет. Возвращаться сюда. Я вас в таком состоянии никуда не отпущу. Поищу пока снотворное. И еще кое-что, мисс Дэлориан, - Карпов посмотрел как-то особенно пристально. - Постарайтесь ни с кем не столкнуться, когда будете идти из ванной в мой кабинет.
Я мысленно воздала хвалу темноте, окутывавшей нас. Только она не позволила Андрею разглядеть интенсивность румянца, наплывшего на щеки. Уж поверьте, постараюсь. Это в моих же интересах.
Выбрала я, конечно, преподавательскую уборную. Ах, Аврора! Действительно, Мудрая. Но, как сказала бы моя мать, Непрактичная.
Белый мрамор пола с серыми венами-прожилками, крошечный круглый бассейн в центре на постаменте, отделанный позолоченной мозаикой... Несколько купелей по краям -деревянных, медных, каменных. Как жалко, что нельзя скинуть мокрое платье и залезть в одну из них. Крутануть старинный вентиль, ответственный за пузырьки, и организовать пышную розовую пену...
Вряд ли Карпов сильно ругался бы, задержись я тут на полчаса. Но я знала: стоит искупаться в ароматной воде, и обратно натянуть потную форму я себя не заставлю. А заявиться в кабинет, замотавшись пушистым полотенцем, как-то двусмысленно. Да что там. Не двусмысленно даже, а вполне конкретно.
Устоял бы он, если бы я так настойчиво предложила ему себя? Интуиция подсказывала, что нет. Приди я в спальню в полотенце, тут же его бы лишилась. Хотелось ли мне этого? Пожар, от одних фантазий разгоревшийся внутри, намекал, что да. И еще как.
Вот только ситуация была неподходящей. Нельзя так, когда на глазах еще не остыли слезы, когда в памяти еще свежи воспоминания об увиденном в Лондонском штабе. Это было бы неправильно по отношению к Элайзе.
Поэтому я просто перегнулась через бортик медной купели и сунула голову под теплую струю. Стерла липкую пленку с лица и шеи, убрала расплывшуюся тушь из-под глаз и вымыла волосы душистым шампунем с ярким ароматом гиацинта. Наскоро промокнувшись полотенцем, я поспешила обратно и протиснулась в приоткрытую дверь кабинета.
Сразу насторожила тишина. Лампа горела, но за столом было пусто. А вот спальню наполняло размеренное глубокое дыхание. Улыбка выплыла на лицо помимо воли: Андрей или слишком устал (неудивительно, он ведь целые сутки преследовал Джеллу), или не привык ожидать девушек, застрявших в ванной. И это я еще купаться не стала! Присев на кровать и прислонившись к подушке, Карпов сжимал бутылек со снотворным. и крепко спал.
Минутку поразмыслив, что предпринять в столь неоднозначной ситуации, я подошла к мужчине. Высвободила из пальцев склянку со снотворным и поставила на тумбу. Все равно не знала правильную дозировку. Стянула с него ботинки и перебросила ноги на постель.
Не случится же конец света, если он со своими бумагами разберется утром? В шкафу обнаружился шерстяной плед с забавными кисточками по краям. Накинула его на Андрея, потому что одеяло планировала оставить себе.
Ночь, логово, Демон, постель. Дважды самое безопасное место. Его спальня и он сам совсем рядом. Сейчас мне это было так нужно. Его руки, его запах, его ровное дыхание. Кажется, внутри меня живет и здравствует озабоченный маньяк.
Нестерпимо захотелось почувствовать его вкус. Украсть поцелуй так же, как он украл у меня в больничном отделении. Я легонько прикоснулась к расслабленным губам, впуская в себя его размеренное дыхание. Они тут же стали жестче, напряглись, ожидая страстного продолжения. Еще секунду - и его рот завладел бы инициативой, превращая невинную затею в нечто куда более серьезное. И я испуганно отшатнулась. Что я опять творю?
Я резко встала и отошла от мужчины, столь соблазнительно беззащитного в эту минуту. Стащила с себя форменный халат, облеплявший тело - к черту, не хочу спать в мокром! -и осталась в тонком нижнем платье. Одежду повесила сушиться на спинку кровати, а сама упала на подушку и сладко растянулась на свежем, сухом белье.
Карпов успел сменить влажные простыни. Это было и приятно, и печально: от наволочки теперь не пахло полевыми травами, нагретыми солнцем. Зато источник летнего запаха находился в непосредственной близости, и, если «контактные воздушные потоки» не откажут мне в любезности...
Секунду спустя поняла, как заблуждалась. Сильный гиацинтовый аромат, источаемый моими волосами, доминирующей нотой летал по спальне. И в зародыше душил все остальные запахи.
- Опять три дня не выветрится, - во сне пробурчал Карпов.
Я виновато вздохнула и, прикрыв веки, снова провалилась в черное небытие. Оставалось надеяться, что оно не мутирует в очередной зубодробительный ужастик.
***
Проснулась я не под одеялом, а под шерстяным пледом с забавными кисточками. Щека утыкалась во что-то теплое, твердое, но притом вполне уютное. И пахнущее полынью.
Черт!
Я не просто во сне выбралась из-под одеяла и устроилась под боком у профессора. Я умудрилась «прихватизировать» Демона по полной программе. Головой лежала на его груди, рукой обнимала твердый живот - видимо, чтобы не сбежал до моего пробуждения. И, кажется, даже ногу на него забросила. Кошмар!
Но оно того стоило. Выспалась я прекрасно. Поерзав носом по черной рубашке, я приготовилась выслушивать нотации о своем крайне непристойном поведении. Хотя, если бы он был сильно против, он бы не обнимал меня теплой лапой и не поглаживал по голой лопатке, ведь так?
- Проснулись, упрямая мисс? Ну, наконец-то. - прохрипело откуда-то сверху в мою макушку.
- Вот только не говорите, что вам тяжело! - возмущенно засопела я в его грудь.
Все же во мне не три тонны!
- Вы даже не представляете, мисс Дэлориан, насколько мне тяжело, - проворчал Карпов.
Демон принялся медленно, но настойчиво выбираться из-под меня, ускользая на самый край кровати. Чуть не улетев с нее на пол, в последний момент он все-таки успел относительно грациозно с нее слезть и принять вертикальное положение.
- Вынужден огорчить - завтрак мы проспали, - удрученно заявил Карпов, оправляя на себе одежду и разглаживая жезлом смятые складки.
- Какая трагедия! - согласилась я, все еще переваривая это его «мы проспали». Прозвучало как-то тепло, приятно и весьма двусмысленно.
- Кроме того, у меня через пол часа первое занятие, - выгнул бровь профессор в каком-то намеке.
Поняв, в каком именно, я подскочила на кровати. И тут же резко натянула плед до самого подбородка. Потому что нечего так разглядывать мою сорочку!
- И, судя по бурной реакции, у вас тоже.
- Да, сэр... - прохрипела, чувствуя, как щеки начинает щипать румянцем. Кажется, я покраснела до самого лба. - У меня сейчас ваше занятие.
- Я об этом не забыл, - судя по ехидной физиономии, мой вид его веселил. - Вы сейчас лохматее своего ламбикура.
Черт!
Чтобы я еще хоть раз в жизни заснула с мокрыми волосами! Да мне минут сорок только расчесываться. Хорошенько разглядев приглаженного профессора, я оценила, как удобно засыпать одетым.
Карпов вышел из спальни, предоставив мне возможность собраться с мыслями. А через пять минут за ним захлопнулась дверь кабинета, и меня, наконец, затопило чувство неловкости.
Боги, мы правда вместе спали в одной постели? То есть, вот прямо. ночевали? Лежали в обнимку под смешным уютным пледом и даже умудрились проспать завтрак? В какой вселенной такое возможно? Могла ли я допустить в сентябре, что буду счастлива проснуться в демоническом логове, да еще и под боком у хозяина кровати?
Мысли путались. Хотелось то краснеть, то бледнеть, мигая рождественской гирляндой. Платье высохло, в окно пробивался. Никто не пробивался, хотя за плотной черной шторой наверняка было солнечное утро.
После вчерашнего хаоса рабочее место профессора радовало опрятным порядком. Так вот что он делал тут пять минут! Рукописи и карты были собраны в аккуратные стопочки, блокнот закрыт, лампа сдвинута на краешек. А я стояла посреди привычной Карпову чистоты и опрятности лохматая и помятая. Большой вопрос, кто тут на самом деле чудище.
Я натянула форму поверх сорочки, сунула ноги в туфельки и, помня ночной наказ профессора, мышкой выскочила из его кабинета. Все уже рассосались по аудиториям, и мое мистическое появление из «обители зла», в которой ночью кого-то убивали, осталось незамеченным. Даже обидно.
***
День прошел спокойно. Слез уже не было - они все вылились вчера. Только внутри никак не хотело сдуваться гнетущее чувство, предрекающее беду. Словно случившееся с Элайзой - начало чего-то страшного и масштабного.
Рашель на занятиях не появилась, как и Джен. Из разговоров в библиотеке я поняла, что никто до сих пор не в курсе произошедшего. Осворт, Брендан и Андрей провели свои занятия, как положено. А завтра начинались выходные.
Карпов сказал, что в субботу они вернутся к поискам Джеллы - так звали темнокожую женщину, впитавшую сознание Белинды. Да чтоб у нее мозг взорвался, у этой стервы! Стоило закрыть глаза, я видела ее хищный оскал, ее грациозные пассы ладонями, сияющий красным перстень... Пантера в своей стихии. Что будет, когда миротворцы ее найдут?
«На поражение. В голову. Без предупреждения».
Во мне взыграла кровожадность. Очень хотелось, чтобы нашли. Чтобы отомстили за солнечную девушку, у которой был такой красивый, четкий и продуманный план на жизнь. Решившую, что вытянула «счастливый билет».
Интересно, Рашель уже сообщила Эрику, что его помолвка расторгнута? Что невесты, с которой он так и не успел познакомиться, больше нет? Вряд ли. «Мечтательнице» сейчас точно не до того. А значит, он все еще на что-то надеется. До чего же порой жестоки издевки Судьбы.
- Надо было дарить тебе не браслет, а гребешок, сеньорита. Или хотя бы заколку, -хрипло рассмеялся Елисей, догнавший меня в фойе. - Или нынче такие моды?
Негодник легонько дернул меня за лохматую прядь и улыбнулся. Он не знал о грядущей беде. Сегодня пророческий дар оставил его в покое.
- Гребень бы не помешал. А заколку мне уже. дарили. - пробормотала я, фокусируясь на прозрачных глазах.
Черт! А где моя ленточка? Неужели до сих пор лежит в демоническом логове на тумбе у кровати? А что, если кто-то войдет и увидит ее там? Я торопливо попрощалась с Дороховым и устремилась к лестнице. Только бы Демон был в кабинете один!
***
Громоподобные возгласы я услышала еще с лестницы. Демон кого-то яростно отчитывал в своем кабинете, и у меня голова вжалась в плечи. В гневе он меня все еще пугал. И кому так не повезло? Наверное, стоит зайти попозже?
Но любопытство снова пересилило здравый смысл, и я прижалась ухом к двери. Потому что за рычанием было трудно разобрать слова, а второй голос звучал слишком тихо, спокойно, я бы даже сказала мелодично. Будто жертва вовсе и не была напугана и считала всю эту ругань игрой. А то и прелюдией.
- Ты что вообще творишь? - громким рыком отразилось от стен кабинета.
- Ничего такого, чего тебе бы не хотелось, - спокойно ответила Тамара. Да, это была она.
- Совсем спятила?
Мне надоело ждать! - капризный возглас.
Раздался грохот упавшего стула. Да что там такое происходит? Драка? Или... что похуже? Сердце прижалось к ребрам, ища поддержки.
- Не вынуждай меня, Тамара, - снова рычание, сквозь зубы. - Мы с тобой это уже обсуждали и не раз. И ничего не изменилось с тех пор.
- Изменилось! И еще как! - воодушевленно заверила «дикая кошка». По-настоящему дикая в данный момент. С высокой полки упали какие-то книги. - Ты изменился,
Андрюш! Я же вижу это в тебе.
- Я не хочу применять к тебе силу, Тамара, - цедил Карпов. - Но твои действия абсолютно неуместны. Остановись, пока не поздно. Я не для того тебя сюда позвал, черт побери!
- Ты сказал, что хочешь поговорить, - игриво пробормотала «Тами».
- Так сядь, тролль тебя дери, и слушай! - от раскатистого ора у меня перехватило дух.
- Нам не нужны разговоры. Все и так прозрачно, Андрюш! Это сияние. Оно звенит, и я. Я тоже чувствую к тебе гораздо большее. Зачем скрывать то, что всем вокруг давно понятно? - Тамара говорила торопливо, но убедительно. Она верила всем сердцем в свои слова.
- То, чего ты хочешь, решительно невозможно. Не в этой жизни. И не в следующей. Я не давал тебе повода.
- Давал! Я давно увидела в тебе ответный огонь. С самого Дня Святого Валентина я слышу в тебе этот звон, - Тамара шептала почти фанатично. - Ты был такой уставший, измотанный и плохо себя контролировал. И я все увидела, да! А потом еще раз, особенно ярко! Когда ты пришел ко мне домой на ужин. Из тебя рвалось это наружу -пополам с болью, злостью и усталостью. Ты пришел такой потерянный! Сидел, склонившись над рукописями, и весь светился. И даже не пытался этого скрывать. Твои барьеры рухнули, а ты, казалось, этого даже не заметил. Но теперь я понимаю: ты сам дал мне знак. Ты сиял для меня!
Я прислонилась лбом к двери. Чертов ужин! Пришел, светился. для нее? Как это вообще понимать?
- Ах, вот в чем дело. Тамара, ты неверно меня поняла, - сухо бросил Карпов.
- Нет! Ты пришел в мой дом и открыл свои чувства, не желая облачать их в слова. Ты ведь знаешь о моем даре.
- Твой дар сломан.
- Мне лучше знать! Это откровение для меня столько значило. Я понимаю, как тебе трудно признаваться в чувствах даже самому себе. Для меня это много. Для меня это -все. Зачем мы ждем?
Действительно, чего ни ждут? Кровать свободна. Белье свежее. А ленточку я могу забрать и в другой раз! Меня накрыло яростью, кулачки сжались.
- Я тебя люблю. Всегда любила. Это не вытравить, оно под кожей, - с придыханием продолжала Тамара. - Когда дышать невозможно. Когда тебе снится этот запах. Когда вздрагиваешь от звука этого голоса. Мечтаешь поймать улыбку, прикоснуться к коже, вдохнуть аромат волос... Ты не поймешь!
- Пойму, Тамара. Я пойму. Мне жаль, - откашлялся Карпов.
- Ох. Ну вот, а еще отталкиваешь меня! - голос Тамары зазвенел от радости. Судя по грохоту, она снова что-то снесла на своем пути. А казалась такой ловкой и невесомой!
- Не нужно, пожалуйста. Ты хороший человек. И старый друг, - Демон перестал орать, голос звучал устало. - Я не хочу тебя обижать. Причинять боль. Ее и так слишком много вокруг по моей вине.
- Я создана для тебя, понимаешь? - теперь уже истерично вопила Караваева.
- Нет. Не ты.
- Я! - Тамара перешла на визг. - А ты. Ты можешь не вернуться завтра! Идея Артура -чистое самоубийство! А я не прощу себе, если мы не попытаемся. Вдруг я тебя больше не увижу! Просто иди ко мне. Просто будь со мной сегодня. Сейчас.
«Что значит «можешь не вернуться»? Что мой крестный опять задумал?!» -промелькнуло в моей голове. И только потом я поняла, что выкрикнула это вслух, с размаху толкнув дверь и влетев внутрь.
Картина, которую я застала, на миг лишила меня дара речи. Стул и кресло перевернуты, книги со стола сметены, лицо Тамары перекошено.
- Ани! - прошипела она на меня. - Как же ты не вовремя!
С удовлетворением отметила на лице Карпова облегчение, а на ногах - брюки. Рубашка, правда, была местами расстегнута и измята: она пала жертвой «дикой кошки». Обижать он ее не хотел. Старую подругу, хорошего человека. Уууу! Ладно, я при случае обижу за нас двоих!
- Так вы объясните мне, что за смертельно опасная идея озарила моего крестного, или сразу перейдем к пыткам?
Я всем видом намекала, что не уйду, не получив ответов. И не застегнув чертову рубашку на все пуговицы.