Глава 18 Приказ

Фрезия – Так кто же вы друг другу? – повторил свой вопрос парень-портальщик. Он вышел из-за стеллажа с какой-то книгой в руке. Переместился сюда, чтобы её позаимствовать? Как много он слышал? – Никто! – сказал Гедеон, как отрезал. – Не твоего ума дело, ясно? Брат вышел вперёд, отодвигая меня себе за спину. Он всегда так делал: при любой опасности я оказывалась под его защитой, будь то деревенские ребятишки или злая бродячая собака. – Надо же, как завёлся сразу. А вы точно родственники? Что-то ты очень остро реагируешь на всё, что связано с твоей сестричкой, – небезосновательно заметил Томас. Я привыкла к тому, что Гедеон не сдерживал свои эмоции в моём присутствии, но теперь, глядя на это со стороны, мне тоже стало казаться, что любое упоминание моего имени или статуса нервировало его больше обычного. – По тебе-то сразу видно, что ты деревенский увалень, – не унимался сынок министра. – А вот она не такая. Кожа бархатная, руки никогда работы не знали, осанку держит. Признавайся, это из-за неё тебя герцог усыновил? Чья она внебрачная дочка? Уж не самого ли правителя? – высказал абсурдное предположение маг. – Меня можешь называть как угодно, а вот её не тронь. Фрезия тут случайно и ничем не заслужила такого отношения, – удивил спокойным ответом брат. – За книгами пришёл? Бери и прыгай обратно к себе в покои. – Не тебе мне указывать, оборванец! – Томас сложил руки на груди и раздулся как петух, готовящийся выдать очередное “кукареку” поутру, отчего я не сдержала улыбки. – Аккуратнее. А то лопнешь, замараешь нас своим чрезмерным самомнением, – подала голос я, выглядывая из-за спины брата. – Идём, Фрезия. Покажу тебе корпус, где проводятся занятия, – Гедеон развернулся к грубияну спиной и собрался уходить. – Нас? Да что вас связывает помимо магии? Ты явно из знати, голубых кровей. Попади такая неженка на улицу, и дня не прожила бы. В каком имении ты росла до того, как тебя удочерил герцог? С ним вот всё ясно. Всю жизнь, поди, попрошайничал и морды бил за кусок хлеба, – Гедеон не обращал внимания на обидную тираду портальщика. Учтиво подставил мне локоть, чтобы покинуть библиотеку вместе. Я только мельком на него посмотрела, но ничего подозрительного не заметила. Брат был спокоен и уравновешен. На редкость. Его и впрямь не задевали оскорбления соученика. Это не могло не радовать. Пустое сотрясание воздуха да и только. – Не удивлюсь, если и в рабстве побывать успел, – неожиданно добавил Томас, а брат вдруг замер на месте и напрягся. – Хуже черни только невольники! Хотя нет, есть нечто более мерзкое. Диалы – рабы шахов. Вот кто поистине низок! Гедеон, кажется, забыл, как дышать. Его словно парализовало. Диал стоял на месте, не в состоянии сделать ни шага. Нужно было срочно что-то предпринять, иначе недалёкий сынок министра быстро сложил бы два и два и… – Надо же! Какой ты, оказывается догадливый, – развернулась к нему, улыбаясь, как можно естественнее. – Прямо в точку. А я-то думала, никто никогда не догадается. Но…– состроила обиженную гримасу, – нашёлся всё же тот, кто нас раскусил. Брат нахмурил брови и вопросительно посмотрел на меня. Когда-то давно я дала ему слово, что не стану напоминать ему о прошлом, ничем не покажу своего превосходства, не стану отдавать приказов. В благодарность за то, что он меня не бросил и, несмотря на то, что я сделала, помог и защитил. – Видимо, придётся всё-таки рассказать тебе правду, Томас, – я наигранно вздохнула, делая вид, что это даётся мне нелегко. – Но ты ведь сохранишь наш секрет? Теперь настал черед второго парня задуматься. Не ожидал услышать что-то интересное, но ему несказанно повезло. Глаза заблестели, от жадно сглотнул, будто я предлагала ему не информацию, а какой-то десерт. – Конечно, – закивал маг. – Пообещай, – я приложила указательный пальчик к губам, показывая, что просто так не поверю и мне нужны гарантии. – Фрезия, ты серьёзно? Он же трепло. Завтра вся академия будет знать, – попытался одёрнуть меня Гедеон. Диал явно не понял, что я задумала. Но это было неважно. – Обещаю! – тут же выпалил Томас. И теперь уже я довольно заулыбалась, потому что высшие никогда не нарушают данное ими слово. А это означало, что что бы я ни сказала, маг никому об этом не скажет. – Ты прав насчёт рабства, – сказала нарочито тихо, переходя на шёпот. Если до этого Гедеон дышал через раз, то теперь и вовсе перестал. Нужно было поскорее завершить начатое. Иначе не только Томас мог попасть под раздачу, но и я. – Я его поработила. Взяла в оборот и шагу ступить не даю, – продолжила я. – Видишь ли, мы с Гедеоном любим друг друга. Давно. Я так вообще жить без него не могу, – сказала чистую правду. Если маг перестанет мне помогать, рано или поздно моё сердце не выдержит и остановится. – А женская ревность, она знаешь какая? – закусила губки и демонстративно провела пальцем по предплечью брата. И если до этого Гедеон был напряжен и готов был отправить Томаса в нокаут только бы тот замолчал, то теперь, кажется, мысленно примерял тот же приём на мне. – У тебя вот есть любимая? – перешла на личное, и маг уверенно кивнул. Конечно, у такого завидного богатого жениха не могло не быть невесты. И непременно из высшего света. – Разве у неё не бывает капризов? – Бывают, но… Погодите-ка. Так вы что же…– шестеренки в его голове пришли в движение, но проворачивались с трудом. – Неродные и да, мы любовники, Томас, – без тени стеснения заявила я. – Серьёзно? – он уставился на нас так, будто призрака увидел. – Нет, ребят. Не верю! Вы ведь меня обманываете, да? – Это не… – начал брат, но я, встав на цыпочки, приложила ладонь к его губам, подмечая, что он уже начал закипать. – Гедеон! – не дала ему испортить мою импровизацию. – Твой соученик не верит мне. Я знала, что Томас ничего никому не скажет. Он дал слово. Но и правду выдать не могла. Понимала, насколько сильно это ранит брата. Принизит в глазах ему подобных. Сильных мира сего. Поэтому пошла на отчаянную меру. Нарушила обещание, сосредоточилась, воззвав к своим скрытым силам, и отдала приказ: “Поцелуй меня! Сейчас!” Я не знала, что за этим последует, и оказалась не готова к тому, что меня буквально оторвёт от пола, поднимет в воздух, а губы, словно огнём, опалит горячим поцелуем. Откуда-то издалека послышалось: “Ну, оборванец, ты даёшь! Заварил кашу! Но такая девчонка того стоит…” Раздался негромкий удар, будто на пол упала оброненная кем-то книга, и стало тихо. Я же не знала, как поступить: отдать очередной приказ и ещё пуще разозлить этим Гедеона или насладиться моментом, наплевав на всё, и не останавливать его. Понимая, что это может больше никогда не повториться, я осознанно выбрала второй вариант и… ответила на поцелуй.