Глава 29 Ключ

Самое личное и интимное Фрезия мне не показала. Эти воспоминания были закрыты от меня тонкой завесой, которую можно было легко сорвать, но я решил этого не делать. Всё же я пришёл помочь, а не растаптывать тайны и секреты юной красавицы. К примеру то, что происходило между ней и Гедеоном, когда у девушки случался очередной приступ, было скрыто за такими замками, что я при всём желании не смог бы на это взглянуть. “Ненастоящие, говорите? Хмммм, – подумал, снова подправляя воспоминания девушки. – Да, вы, ребятки, не знаете, что такое навязанные чувства, – усмехнулся про себя. – Надеюсь, Пресветлые меня за это не покарают”. Внутренний храм сознания Фрезии содрогнулся, сопротивляясь внесённым мной изменениям. Зашатался, но всё же устоял. И тут моё внимание привлекло воспоминание из того дня, когда дочка герцога приехала в академию. Оно хранилось отдельно, на самых задворках. Будто его хозяйка хотела забыть о том дне и никогда больше о нём не думать. Вот девушка выходит из кареты, держа в руках ридикюль с личными вещами брата. Вот знакомится с Мортом. О чём-то говорит, и они оба срываются с места. Бегут через лужайку перед академией, внутреннюю арку в корпус прислуги. Девушка очень старается не отставать, но выходит плохо. Навстречу ей попадается та самая, ставшая второй жертвой убийцы, служанка. Запах. Я улавливаю его так же отчётливо как если бы обонял в реальности. Он настолько сильно въелся в подкорку Фрезии, что я могу отличить каждую нотку. Это базовый раствор и ничего больше. Им невозможно отравить диала. Бежит дальше, сталкивается с Мортом, роняя при этом ридикюль. И снова чем-то пахнет. Но на этот раз иначе. Фрезия – смертная и не обращает внимания на различия, но я не просто так часами изучал яды, чтобы блестяще сдать экзамен. Теперь к базовому раствору подмешан тот самый яд и что-то ещё. Душистое. Морт задержался. Неспроста. Замечаю на его плече небольшой след от укола. Он потирает его, не придавая значения, но я смотрю со стороны, жадно запоминая все детали. Ридикюль. Вещи рассыпаны по полу. Фрезия собирает их, чтобы снова броситься за магом. Девушка хватает всё, что по её мнению должно было находиться внутри и… не видит то, что указывает на убийцу. Она же не знает, что совсем скоро Морт умрёт, а её обвинят в его гибели. Но я знаю и очень внимательно приглядываюсь к картинке, демонстрируемой мне памятью голубоглазой “сестрёнки” Алмора. Вот оно! Вижу то, чего не должно было быть в сумке Фрезии, чего не замечает она и чего не было на полу в том коридоре, когда я отправился осмотреть то место. Ключик. Небольшой ажурный металлический предмет, используемый только слугами. Вернее, старшими над ними. Память девушки решает, что с меня довольно, и перемещает меня в другой временной промежуток. Тот самый момент, когда мы с ней впервые встретились на лестничном пролёте. Фрезия кривится, хотя и старается не выдать неприязни, пряча её за стеснением. Рассматривает меня с интересом. Надо же, не один я тогда подумал, что в тот момент между нами промелькнула искра. Именно это воспоминание как нельзя лучше подходит для того, чтобы вмешаться в её сознание. Что я и делаю. Сил на это уходит много, но, надеюсь, оно того стоит. Должно. Иначе я не гений на своём поприще, а просто самонадеянный идиот. – Эдвард? Ч-что ты здесь делаешь? – спрашивает Фрезия, когда меня швыряет в новое, навязанное ей воспоминание. Девушка стоит в ванной комнате и тушуется при виде меня. – Не смог пересилить любопытство и решил заглянуть. Каюсь, знал, что твоего братца кое-куда вызвали. А кроме тебя тут плескаться некому, – отвечаю ей, а сам прикрываю глаза ладонью от стыда. Разве я бы такое когда-нибудь сказал? Стоило задать настройки и сознание девушки само создало альтернативный вариант развития событий. Ответ, может, и был идиотским, но именно он привёл к тому, что через каких-то пару минут неприступная и принципиальная сестрёнка мастера щитов прониклась ко мне симпатией, а после происшествия на тренировочном поле и вовсе посчитала брата виноватым в том, что он её не защитил и… стала рассматривать меня как не самого плохого кандидата на роль ухажера. Поэтому в столовой комнате мы уже не просто общались, а вовсю целовались за той самой ширмой, которой в реальности меня припечатал к стене Гедеон. Я даже пожалел, что не оказался на месте Эдварда из поддельного воспоминания Фрезии, настолько реально и горячо это выглядело. Девушка доверилась мне, сочла моё присутствие логичным и необходимым ей, поэтому по завершении этого кусочка по полу храма сознания пошла трещина. Но не разлом, а светлая яркая расселина. Блок трещал по швам. Фрезия позволяла мне спокойно покинуть её святая святых и вернуться обратно, что я и сделал. Вынырнув, первым делом проверил остатки резерва. Истратил почти всё, что было. Не сразу сообразил, что девушка тоже пришла в себя. Только когда она забралась ко мне на колени и уткнулась носом в шею, понял, что сработало, и обрадовался собственному успеху. Кажется, не смог сдержать улыбку. – Фрезия, радость моя, – обратился к дочке герцога. – Кажется, у нас проблемы. Аккуратно отстранился и ссадил её с себя. Как бы приятно мне ни было её общество в тот момент, стоило немедленно послать кого-то за беритом для потерявшего сознание Алмора.