Глава 33 Нет угрозы – нет магии

– Фрезия, что с тобой? – мне на плечи легли сильные руки Эда, но я почему-то вздрогнула вместо того, чтобы успокоиться. – Неужели ты не рада быть оправданной? Голос парня был мне приятен, но не рождал в душе того чувства, которое было мне сейчас так необходимо. Я не ощущала себя в безопасности. Меня тянуло куда-то, хотелось бросить всё и бежать. Обнять кого-то крепко-крепко и никогда не выпускать. В одном я была уверена: этим кем-то был не Эдвард. – Рада, – присела на лавку в тени большого дерева в саду, где мы с ним стояли. – Но было бы лучше, если бы виновный, наконец, нашёлся и заплатил за содеянное. – Не переживай. Этот гад получит по заслугам. Уж я об этом позабочусь, – в глазах менталиста плескалась решимость покарать злодея. – Мне постоянно кажется, что он перед нами, как на ладони, а мы его в упор не видим, – маг сел со мной рядом и тяжело вздохнул. – Кстати, я тут вспомнила, что ты так и не объяснил мне кое-что, – меня буквально озарило. – Тебя удивило, что я не знаю, как работает сила Гедеона. – Да. Вы же, кхм, всю жизнь почти вместе. Я думал, ты знаешь об особенности его дара, – Эдвард пожал плечами, будто сказал само собой разумеющееся. А я опустила взгляд. Брат никогда не рассказывал мне о своей второй половине. Не любил он это. Я же, после той нашей первой встречи, зареклась её провоцировать, так как она (совершенно точно) терпеть меня не могла. Обмолвился как-то, что благодаря его второй душе мы стали жить лучше и богаче, но на этом разговор был окончен. Какой была его сила, я знала, но никогда не задумывалась над тем, как он её применял. – Алмор – универсальный защитник. Я таких в своей жизни не встречал. Ты же в курсе, что дикейские диалы в большинстве своём менталисты, как я? – маг указал на себя пальцем и улыбнулся. – Твой братец не такой. Его магия – это щит любого плана, будь то материальная угроза или ментальная. По сути, я даже не знаю, к какому классу Высших он относится. Нас же не так много. Либо ты заклинаешь породу, либо сознание, либо превращаешь одно в другое как преобразователи. Ну или ты шах, которых, насколько мне известно, больше не осталось. – Почти, – мне снова стало совестно за то, что я – одна из них. Да, бракованный отпрыск убитого правителя, который никому никогда не был нужен, но в моих венах течёт кровь тех самых ненавистных всем магов, которых истребили всех до одного. – Не будем сейчас об этом. Я про продолжателей рода. Если ты такая одна, то, поверь мне, страшного в этом ничего нет. Разве что… – Эд задумался и помрачнел. – А, ладно. Будем решать проблемы по мере их поступления. – Менталист подмигнул мне и почему-то погладил по голове как… сестрёнку? Разве у нас не более близкие отношения? – Что касается дара Гедеона, то он, конечно, очень полезен. Не зря же его то и дело таскают на границу и включают в отряды, которые отправляются на самые опасные задания. Такого оборонника только поискать. Ни один из тех, кого прикрывал Алмор, не пострадал, когда им грозила опасность. НО! Я настолько внимательно слушала, что даже перестала обращать внимание на то, что творилось вокруг. Заметила только, что солнце стало не так ярко светить и слепить глаза, но в остальном ничего не изменилось. Так мне казалось. Я полностью обратилась в слух, чтобы не пропустить ни слова, настолько любопытно мне было узнать подробности о неродном брате. – Ну же, не томи, что за но, – схватила Эдварда за запястья и заглянула в глаза. Казалось, ещё немного и меня разорвёт от любопытства. – Прав я был, всё-таки, что влез в эту авантюру, – сказал он нечто непонятное будто сам себе, а не в ответ на моё экспрессивное поведение. – Его вторая душа применяет магию, только когда Алмору или тому, кого он защищает, грозит опасность. Если её нет, то Гедеон ничем не лучше простого смертного воина. Хотя нет. Всё же лучше. С такой махиной, как твой родственничек, простой смертный не справится. Не зря он, видимо, годами подмастерьем на жизнь зарабатывал. Сам, как щит, непрошибаемый. – Погоди-ка, – теперь я опасливо осмотрелась. Вокруг не было ни души. Где-то совсем далеко у здания академии скучковались подростки-студенты, обсуждавшие прошедшую лекцию. Видимо, младшекурсники. Но на таком расстоянии нас слышно быть не должно. – Хочешь сказать, что это – слабость Гедеона? Что же ты не нашёл места поукромнее, чтобы мне это объяснить? А если кто-то об этом узнает? – последнее я чуть ли не шептала магу на ухо, так как понимала, насколько может быть важна эта информация. – Нет, Фрезия, – слегка отстранившись, ответил зеленоглазый отпрыск министра. – У Алмора есть уязвимое место, но не это. Твой брат может сам создать для себя условия, когда его жизни грозит опасность. Всегда считал его недалёким, но сам бы я до такого не додумался. Помнишь его коробочку с образцами? Я закивала, как болванчик. Не верилось, что хоть одна из загадок вот-вот будет разгадана. – Она не такая, как у всех остальных студентов. Гедеон пересобрал её и кое-что добавил, – Эд замолчал, делая паузу. Будто передумал рассказывать остальное. – Я знаю, – вспомнила, как брат укололся тогда в кабинете. И тут мне стало страшно. Диал говорил, что игла в коробочке способна проколоть кожу ему подобных, но не уточнял, что использует её на себе. Стало быть, брат сам себя травит, когда ему ничего не угрожает, чтобы иметь доступ к магии? Но зачем? – Не понимаю только, для чего это нужно? Вы же тут на обучении. Зачем ему это? Разве может кто-то захотеть навредить студенту, не прибегая к открытой угрозе? Тайно или исподтишка… – последнее я больше додумывала, нежели произносила вслух. Убийца ведь действовал именно так. Не все враги действуют открыто. Бывают и те, кто при видимой безопасности затевает недоброе. Морт тоже не знал, что умрёт в тот день. Ему ничто не угрожало, но тем не менее, парня больше нет. А ведь он был одним из сильных мира сего. И ничто его не спасло. Ни власть его отца, ни богатство, ни сила, какой бы он ни обладал. Гедеон предвидел, что такое возможно? Он знает что-то, чего не знаем мы? – Эд, – я вскочила с лавки, как ошпаренная, – мне срочно нужно обратно. Проводишь? – Куда? – маг поднялся вслед за мной. – Хочу проведать брата. Идём вместе? – посмотрела на него с надеждой. Да, они не особо ладили, но мне совершенно не хотелось оставаться с Гедеоном наедине. Почему-то казалось, что если это произойдёт, я наломаю дров. Решила ведь, что не стану больше за ним бегать. С глаз долой из сердца вон. Даже нашла ему достойную замену и, кажется – надеюсь, что не только кажется, – он отвечает мне взаимностью, и всё у нас серьёзно. Не могу я сейчас всё испортить. – У меня есть пара зацепок, которые я никак не могу соединить в одно целое. Думаю, что Гедеон мог бы в этом помочь, – брякнула и направилась обратно к корпусу. – Если ему стало лучше, конечно. – А я, стало быть, помочь не могу. Нужен именно он? Это единственная причина? – как-то хитро взглянул на меня парень, но это не было похоже на поведение ревнующего собственника. Больше походило на живой интерес. – Идём, – неожиданно легко согласился Эдвард. – Провожу, но к Алмору с тобой не пойду. Видела же письмо с границы. Мне просто жизненно необходимо узнать, что в нём было. Если ректор кому-то и расскажет о его содержимом, то только дяде. Менталист сдержал слово. Проводил прямо до дверей лечебницы, поцеловал в макушку, притягивая к себе, и крепко обнял. – У каждого из нас есть свои слабые места, – вдруг сказал маг. – У меня – своё, у Алмора – своё. Помнишь, как у него пошла кровь, когда тебя ранили на тренировке? – спросил, выпуская из объятий. – При чём тут… Эдвард как-то обречённо вздохнул, потрепал меня по волосам, улыбнулся и ушёл. Я. Это я – слабое место Гедеона. Вот почему он меня так ненавидит. Сильный неуязвимый маг может умереть, если меня не станет. Ничто его не берет. Ни снаряды, ни яды, ни мечи. Но я… пока мы связаны, над ним висит этот дамоклов меч. Постоянно. Его жизнь может оборваться в любой момент. Как бы ни старался, этот тыл ему не прикрыть. Его дарованная душа понимала это с самого начала. – Господин лекарь, мой брат ещё без сознания? – влетела в кабинет, словно ураган. – Да, – уставился на меня уже знакомый мне старичок. – Но уже идёт на поправку, милочка. – Повремените с поправкой. Вы же умеете проводить операции по извлечению осколков из тел раненых? Такую возможность нельзя было упускать. Гедеон без сознания, но тело его регенерирует само. Даже если сделать надрез, он зарастёт за считанные минуты. Только бы не причинить ему боль. Но для этого же есть специальные средства? – Конечно. У меня больше пятидесяти лет практики в этом деле. Я и на войне был. Чего только мы там не доставали из наших бойцов, – принялся вспоминать прошлое седобородый эскулап. – Отлично. Значит небольшой камешек точно сможете извлечь, – я не была уверена в том, что сработает, но лучшего момента было не подобрать. – Само собой. Кого-то ранило? Кого оперировать? – старик поднялся и схватил свой походный чемоданчик. Вот это я понимаю, всё время готов к работе. – Не ранило. У моего брата в груди застрял осколок. Давно. И всё это время не даёт ему покоя. Пока он без сознания, нужно его достать. Ему же не будет больно? – Если используем лапчатку, то он ничего и не вспомнит. Это мощный анестетик. Но как же я его найду, милая? Если прошли годы, он мог и переместиться. Шрама на теле диала не осталось. Да и не могу я вот так просто взять и разрезать высшего, – лекарь наконец понял, к чему я клоню. – Я покажу где. Точное место. Неужели не хотите попрактиковаться? Сами сказали, что на теле мага не останется шрама. А так вы сделаете доброе дело. И мне поможете, и ему. Я заплачу любые деньги, – принялась за уговоры и заметила, как азартно заблестели глаза у седого эскулапа. Давно, видимо, ему не доверяли ничего подобного. Ура! Не прогадала. Если я права, то сегодня у Гедеона не останется слабых мест, а затем мы найдём убийцу, и оба мы будем свободны!