Глава 34 Туман над водой

Закрыв дверь на ключ, я приготовилась наблюдать за действиями лекаря. В конце концов, я ведь обещала только указать, где находится камень. Подошла к постели, на которой неподвижно лежал Гедеон, и засмотрелась. Вспомнила, как в детстве просыпалась ночью, преследуемая бесконечными кошмарами, и наблюдала за тем, как он спит. Став подростком, парень начал меньше отдыхать и нуждаться во сне, поэтому мои ночные забавы сошли на нет. В какой-то момент всё изменилось. Однажды я проснулась далеко не от кошмара. Во сне мне виделись не та самая жуткая ночь в Шахсгарде, а спокойное тихое место, где мы с Гедеоном когда-то остановились. Лесное озеро, на одном берегу которого росли прекрасные синие цветы. Когда это произошло, мне было восемнадцать, брат вернулся с фронта, перестал постоянно огрызаться, смягчился и больше времени проводил в поместье. Мы стали приёмными детьми уважаемого в Дикее диала, и, казалось, жизнь наладилась. Если бы не перемены, произошедшие со мной. В том сне я шла по берегу знакомого мне места, вдыхая аромат леса и благоухающих цветов. Вечерняя водная гладь покрылась дымкой от испарения влаги. Летом такое бывает. В воздухе летали светлячки, становившиеся всё заметнее с наступлением темноты. А потом я услышала плеск и какой-то шум. Мне бы испугаться, но любопытство гнало вперёд. Я знала, что не одна. С тех самых пор, как нас с Гедеоном связали Пресветлые, мы были неразлучны. Он всегда был рядом. Всегда. Минута. Другая. И вот я уже выглядывала из-за куста, подсматривая за вечерним купальщиком. Этого не могло быть. Я совершенно точно знала, что то, что вижу, нереально. То озеро осталось где-то далеко на границе Дикеи и бывшего Шахсгарда, мы никогда туда не возвращались, а мужчина передо мной не походил на мальчика, которым когда-то был Гедеон. Высокий, коротко стриженый с заметной щетиной на лице, придающей ему ещё более мужественный вид, он больше походил на тех солдафонов, с которыми стал водить дружбу после возвращения с фронта. Но ему это шло, в отличие от других. Обнажённый по пояс, в уже знакомых мне кожаных штанах диал вышел из воды и просто стоял на берегу, глядя куда-то вдаль. На шее, спине, крепких руках бугрились мышцы, по коже стекали капельки воды, оставляя за собой мокрые дорожки, превращающиеся в пар от тепла его тела. И мне стало так завидно, что они могут его касаться, а я – нет. Захотелось протянуть руку и притронуться к нему, ощутить под подушечками пальцев его пульс. Низ живота свело от необычного ощущения, дышать стало труднее, я сглотнула, пытаясь успокоиться. Ведь это был Гедеон. Самый близкий мне человек, высший, диал… как ни назови, суть не менялась. Тот, на кого я не смотрела больше как на родного, кого не воспринимала как мальчика, товарища или друга. И если до этого я была уверена, что меня тянет к магу из-за свойств камня, то той ночью моя уверенность испарилась, как та самая влага над озером. Была частью водной глади, а затем взмыла в воздух лёгким облаком, превратившись в нечто иное. Я тогда вскочила на постели в поту, часто дыша и подрагивая от… желания. Никогда никому об этом не рассказывала. Особенно брату. Но с тех пор мне буквально не стало покоя от различных сцен с его участием, которые рисовало моё разбушевавшееся воображение. И та у озера была самой невинной из всех, но самой запоминающейся. Её из моей памяти стёрла бы разве что только сама смерть. Как же некстати я об этом подумала. Щёки заалели, рука сама потянулась к груди Гедеона и легла на ткань рубашки, которую я сама же недавно и застегивала. Разве могла я просто так взять и перечеркнуть все те чувства, что не давали мне покоя? Как так вышло, что я запросто отказалась от того, кто стал моим наваждением? И, главное, готова ли просто взять и разорвать нашу связь? – Знаете что, милочка? – раздался голос лекаря где-то за спиной, возвращая в реальность и вынуждая вздрогнуть от неожиданности. – Я, пожалуй, откажусь от вашего заманчивого предложения. Ни к чему мне лишние проблемы. И вам не советую искать приключений там, где их быть по определению не должно. – Что? Но почему? – обернулась в шоке от услышанного. – Сдаётся мне, лапушка, что вам просто необходимо добраться до сердца этого мага, – старик указал на Гедеона. – Но вовсе не за тем, чтобы достать камень, – покачал головой, развернулся и направился к двери. – Стойте! Не уходите! Я не солгала! Камень нужно извлечь! – бросилась за эскулапом, но он уже закрыл за собой дверь и шагал по коридору, шаркая, охая и бормоча что-то вроде “Эх, молодёжь!” – Вот же гадство! Как мне теперь быть? – топнула с досады и зашипела. Обернулась в панике. В кабинете, кроме меня и Гедеона, никого не было. В саду шумели студенты, которых Круст “вывел” на очередную боевую практику. Не старшекурсники, те, что помладше. В лекарском крыле вообще не было ни души. Немудрено. Κто станет дежурить в академии неуязвимых магов на посту лекаря? Сейчас помощь требовалась только одному высшему, и он уже был там, где нужно: лежал на постели, обложенный камнями берита, необходимыми для восстановления магического резерва. – Ну и ладно! Сделаю всё сама, – решила я и достала из чемоданчика старика-лекаря острый операционный нож. Подошла к шкафу с настойками и пробежала глазами по скляночкам. На одной из них ровными буквами было аккуратно выведено: “Лапчатка, анест.” – Даже напрягаться не пришлось, – подумала и накапала несколько капель в ложку, найденную в том же чемоданчике. Подошла к Гедеону, приподняла ему голову и, аккуратно приоткрыв его рот, влила настойку. Стало интересно, как долго нужно ждать, чтобы она подействовала. Этого мне дедуля-лекарь не сказал. Единственным способом проверить было выпить немного самой, что я и сделала. На вкус та оказалась наипротивнейшей. Оставалось только подождать, когда наступит эффект обезболивания. Я то и дело щипала себя, чтобы понять, не пора ли, но всё было тщетно. Пока ждала, стала разглядывать камешки берита, разложенные по постели. Этот природный минерал был единственной породой, способной аккумулировать магию из воздуха и передавать её диалам. Именно он служил им, заменяя любые лекарства и не давая резерву опустеть. По голубому свечению можно было догадаться, полон камешек или пуст. Те, что лежали возле брата, медленно, но верно тускнели, давая понять, что диал идёт на поправку, а моё время на убыль. Так засмотрелась, что не заметила, когда перестала ощущать боль от пощипываний. Лапчатка наконец-то подействовала. Нужно было торопиться, пока Гедеон без сознания. – Я только сделаю надрез и достану его. Ничего больше. Раз и всё, – успокаивала себя, взбираясь на мага верхом, так как мне необходимо было обнять его, чтобы понять, где находится треклятый камень. С пуговицами на рубашке церемониться не стала. Руки так тряслись, что я не справилась бы с ними при всём желании. Распорола её ножом, который до этого окунула в обеззараживающий раствор, найденный всё в том же шкафу. Нащупала на шее диала пульс, ровный и чёткий. Брата больше не бросало в жар, но тело его было горячим на ощупь. Прильнула к его груди, крепко обнимая, чтобы понять, где располагается камень, и, найдя нужное место, оставила ножом небольшую царапину, которая стала медленно затягиваться прямо на глазах. Гедеон не очнулся. Лекарь не солгал, маг был без чувств и вряд ли пришёл бы в себя до того, как опустеют все камешки берита. – А вдруг ему будет больно? – задумалась и решила для начала сделать надрез себе самой. Небольшой, на ладони. Сидя на диале верхом выставила руку и надавила на поверхность кожи острым лезвием. Царапнула, наблюдая за тем, как из ранки выступает кровь. Я ничего не почувствовала. Поэтому надавила сильнее. – Ай, – вскрикнула от боли, когда лезвие вошло глубже, а затем ещё раз от неожиданности, потому что моё правое запястье оказалось обездвижено. Гедеон схватил меня за руку. По его ладони струилась кровь. Совсем забыла, что любая моя травма отразится и на нём. – Решила избавиться от неугодного раба? – на меня смотрели злые с недовольным прищуром глаза, полные силы. – Или пришла ублажить своего господина? – Дарованная душа Гедеона в один момент поглотила всю магию из берита и ждала ответа, от которого зависело очень многое.