Глава 23

Проснулась от шума в комнате. Арслан стоял у зеркала, уже готовый на выход, нахмурив брови, что-то искал в телефоне. Лучи утра золотили его профиль, но настроение у него было явно не солнечное.

— Вставай. Скоро завтрак, а ты все еще лежишь, — бросил он, не глядя.

Вздохнув, пришлось покинуть теплую постель. Собравшись, спустилась вниз, где семья уже садилась за стол. Ная встретила меня теплой улыбкой. Завтрак прошел под разговоры ни о чем. Рашид молча уставился в тарелку, все еще обиженный. Арслан был задумчив и отстранен, за что Ная мягко упрекнула его.

— Буду вечером, — бросил он, отодвигая стул. Подошел ко мне и кивнул на выход. Пришлось, натянув улыбку, следовать за ним под одобрительными взглядами семьи.

В прихожей, скрытой от глаз, он развернулся ко мне.

— С сегодняшнего дня ты провожаешь меня утром и встречаешь вечером. Ная так делает, и будет ждать этого от тебя. — Он схватил меня за подбородок пальцами, заставив встретить его взгляд. Его прикосновение было неожиданно жгучим. — И главное — не позволяй сестре утруждаться. Твое дело — быть рядом и заботиться о ней. Целый день.

— Ты няньку нашел? — съязвила я, пытаясь игнорировать странное напряжение от нашей близости.

— А ты зарплату требуешь? — усмехнулся он, и в уголках его глаз легли едва заметные морщинки. — Я подумаю над этим.

— Шел бы ты к черту со своими деньгами! Чтоб ты… — мои слова замерли на губах, потому что он большим пальцем легонько прикрыл мне рот, а затем, неожиданно склонившись, поцеловал… свой же палец, который все еще касался моих губ.

Я застыла от шока. Его взгляд был насмешливым и в то же время каким-то… оценивающим.

— До вечера, женушка. Не скучай, — подмигнул он и вышел, оставив меня в полной прострации.

Я все еще приходила в себя, когда обернулась и заметила спину уходящей Наиды. Так вот в чем дело. Но это не давало ему права на такое… такое наглое поведение! А-а-а! Как бесит! Хорошо хоть не в губы поцеловал. Не хочу отдавать свой первый поцелуй этому тирану. Лучше уж первому встречному, чем этому гаду.

— А вы хорошо играете, — раздался язвительный смешок со стороны. Рашид наблюдал за мной, прислонившись к косяку. — Вошла в роль жены? Почувствовала власть?

— А тебе завидно стало? — усмехнулась я в ответ, складывая руки на груди. — Меня холят и лелеют, а кого-то — в армию отправляют. Прекрасная перспектива, не так ли?

— Заткнись!

— Именно! Заткнись сам! Будешь лезть ко мне — устрою такую сцену, что мало не покажется. И плевать мне на последствия!

— Ты еще пожалеешь о своих словах!

— Сказал избалованный, эгоистичный мальчишка, который боится одного взгляда своего брата, — парировала я. — Лучше бы подумал над своими ошибками и стал человеком. А то тебя только мерзавцем и называть!

Фыркнув, я ушла, оставив его там. Пусть говорит что хочет. Я злилась на него даже сильнее, чем на Арслана. Второй принудил к браку угрозами, но начало всему положил именно этот придурок. Ремня ему в детстве не хватало. Паршивец!

День прошел в хлопотах и тягостных мыслях. Отправила брату пару сообщений — в ответ ничего утешительного. Отец в ярости. Подруга в шоке, не понимает, как я могла скрывать отношения. А что я могла сказать? «Меня похитили по ошибке, это должна была быть ты»? Нельзя так. Если брат узнает правду, он придет с разборками. А Арслан, ко всему прочему, еще и его начальник…

Начальник.

Черт! Точно! Он вчера сказал об этом, а я… Дура! Мой брат работает на Арслана! Какая ирония!

Вечером, услышав звук машины, пошла встречать «мужа», как примерная жена. Я бы эту «любовь» в виде яда подсыпала ему с огромным удовольствием.

— Можешь же, когда захочешь, — усмехнулся он, едва переступив порог.

— Если бы ты знал, чего я на самом деле хочу, — улыбнулась я в ответ, сверкнув глазами.

— Обними же мужа, никого все равно нет, — сказал он чуть громче и притянул меня за талию к себе. Его рука лежала на моем боку твердо и властно.

— Ты белены объелся? — прошипела я, пытаясь вырваться.

— Не дергайся, — прошептал он на ухо, и его губы коснулись мочки, отчего по спине пробежали мурашки. — За нами наблюдают. Включай свою актерскую игру, принцесса.

— Да? — прищурилась я, натянув сладкую улыбку и обвив его шею руками. — Этими руками я бы тебя задушила. Утопила в глубоком озере. Подсыпала бы в чай яд, да такую порцию, что ты бы мгновенно сдох. А еще…

— Тебе бы романы писать, — перебил он. — Фантазия прямо-таки буйная.

— Чтоб ты на этом же месте поскользнулся, упал и сломал все кости!

— В таком случае я не отпущу тебя. Будешь моим щитом. Неважно, что сломаешь ты, главное — чтобы я остался цел.

— Как же ты бесишь!

— Взаимно, принцесса, — хмыкнул он и отпустил меня. — Переоденусь и спущусь на ужин.

— Конечно, — с сияющей улыбкой проводила его взглядом, заметив мелькнувшую тень в дверном проеме. Не дом, а цирк какой-то.

После ужина Арслан сразу удалился, Рашида дома не было. Свекор с зятем играли в шахматы в гостиной. Мы с Наей нарезали фруктов и присоединились к ним. После девяти все начали расходиться. Я тоже поднялась к себе. Меня ждали мои вещи и шкаф, который, как оказалось, все еще не был освобожден для меня. Ну что ж, сам напросился. Арслана в комнате не было, да он мне и не нужен. Меня интересовал только его шкаф.

Я полезла туда. Честное слово, хотела лишь освободить место, но в процессе наткнулась на кое-что интересное — старый кожаный альбом. Не хотела смотреть, даже аккуратно переложила его, но выпавшая фотография привлекла внимание, и я не удержалась.

Успела взглянуть лишь на пару снимков и замерла на одном. На нем был голый карапуз, сидящий у моря, с невероятно надутыми щеками и свирепым, не по-детски грозным взглядом. На обороте — старая, выцветшая надпись: «Мой Арсик. 4 года».

Такой смешной Арсик. Одни надутые щеки чего стоили! Я не смогла сдержать улыбку.

— Какого черта? — раздался грозный, низкий голос от дверей.

Я вздрогнула и обернулась. Арслан стоял на пороге, прожигая меня гневным взглядом. Вся атмосфера в комнате мгновенно наэлектризовалась.

— Я предупреждала. Сам не захотел выделить место — взялась сама, — пробормотала я, пытаясь собраться с мыслями.

— Что у тебя в руках? — его голос был тихим, но от этого лишь опаснее. Он сделал шаг внутрь.

Инстинктивно я подскочила и спрятала фотографию за спину. Если он увидит, что я нашла…

— Покажи, — он протянул руку, и его пальцы выглядели готовыми вцепиться в меня. — Кто тебе разрешил рыться в моих вещах?

— Я тебе говорила, чтобы ты выделил мне место! — воскликнула я, отступая назад, к стене.

— Что. Ты. Прячешь. За. Спиной? — он произносил слова медленно, с ледяной четкостью, приближаясь с каждым шагом.

Паника сжала горло. Я оглянулась — путь к двери был отрезан.

— Ничего такого! — выкрикнула я и, собравшись с духом, рванула в сторону, пытаясь проскочить мимо него.

— Стоять! Эльмира, стой! — он легко настиг меня, преградив путь. Его рука схватила мою, в которой была зажата фотография. В отчаянии я вывернулась, оттолкнула его и бросилась бежать вниз, на первый этаж. Его тяжелые шаги гулко отдавались за мной по лестнице.

В гостиной я замерла за спинкой массивного дивана, пытаясь отдышаться.

— Поймаю — хуже будет! — его голос прозвучал совсем близко.

— У меня ничего нет, почему ты не веришь? — крикнула я, чувствуя, как бешено колотится сердце.

— Я что, по-твоему, на идиота похож? Дай сюда. — Он медленно, как хищник, шел вокруг дивана.

Раз уж все равно конец, стоит напоследок повеселиться, промелькнуло в голове. Я взглянула на фотографию. Да, он совсем не изменился.

— Знаешь, ты совсем не изменился, — сказала я, и в голосе прозвучала дерзость, рожденная отчаянием. — Все тот же свирепый взгляд. И чего тебя сестра Арсиком зовет? Совсем не подходит под твой имидж, сам знаешь кого.

— Ты сейчас доиграешься и получишь по полной, — прошипел он, и в его глазах вспыхнули настоящие искры ярости.

— Какие мы грозные, — усмехнулась я и, набравшись храбрости, повернула к нему фотографию. — Ты тут больше похож на надутого индюшонка.

— Ты… Сама напросилась! — прорычал он и резко, с ловкостью, которой я не ожидала, перегнулся через спинку дивана, схватив меня за запястье. Он дернул на себя с такой силой, что я с криком полетела вперед. Мы рухнули на пол, и несколько секунд лежали в полной тишине, пытаясь осознать, что произошло.

Я оказалась сверху, опершись ладонями о его грудь. Он лежал подо мной, широко раскрыв глаза от неожиданности. Его дыхание, сбившееся от погони, было теплым на моем лице. Наши взгляды встретились, и в его уже не было ни ярости, ни насмешки — только чистое, обезоруживающее изумление.