Глава 25

Решив выкинуть из головы этого тирана, я поднялась в комнату. И застыла на пороге от удивления: полупустой шкаф. Он все-таки выделил мне место. Само действие, такое простое и бытовое, вызвало странное, смешанное чувство — не благодарность, а скорее недоумение. Где он? Обыскав взглядом комнату и не найдя его, я, довольная этой маленькой победой, приступила к разбору вещей. Той ночью я заснула быстрее обычного, и сон был удивительно спокойным.

На завтрак спустилась, думая, что Арслан уже на работе, но он сидел за столом. Все семейство было в сборе, кроме свекра. Странно, он обычно уже к этому времени спускался.

— Доброе утро, милая! — улыбнулась Ная, ее лицо сияло. — Как спалось?

— Доброе утро, прекрасно. А ты как себя чувствуешь, сестра? — спросила я, занимая свое место.

— Отлично! Сегодня иду на прием, возможно, завтра придется сдавать анализы, — она слегка вздохнула, и в ее глазах мелькнула тень.

— Я не смогу пойти с тобой сегодня, — с сожалением сказал Тимур.

— Пусть Эля составит ей компанию, — буднично произнес Арслан, отрываясь от газеты. Взглянув на меня, он позволил легкую улыбку тронуть уголки губ. А его взгляд дал ясно понять: это не просьба.

— С огромным удовольствием! — я зыркнула на него и тут же осветила Наю самой искренней улыбкой. — Мне очень интересно! УЗИ тоже будет? А снимок малыша дадут? Можно будет посмотреть?

— Конечно можно! — Ная подмигнула. — Как никак, тебя в будущем тоже это ждет.

Рашид, пивший чай, закашлялся, подавившись. Он смотрел то на меня, то на Арслана с нескрываемым удивлением, а потом мерзко усмехнулся. Подлюка!

— Ага, в будущем, — хмыкнул этот гад. — Было бы интересно понаблюдать.

— Хочешь свечку держать? — спокойно, с ледяной вежливостью спросил Арслан, откладывая чашку. Его голос был тихим, но от этого лишь опаснее. — Нужно и этому тебя обучить? Настолько необучен?

— Заткнись! — вскочил Рашид.

— Тон убавь! — Арслан даже бровью не повел, лишь холодно усмехнулся. — Ты лишь способен на глупые поступки, а вот как быть настоящим мужчиной… Боюсь, ты им никогда не станешь.

— Да пошел ты! — выкрикнул Рашид и выбежал из столовой, хлопнув дверью.

Его старший брат, как ни в чем не бывало, вернулся к еде. За столом повисла неловкая тишина. Арслан был груб и нетактичен. Но почему-то именно в этот момент Ная улыбнулась — тепло и с облегчением.

— Что смешного? — спросил он, не глядя на нее.

— Ничего, брат. Просто поняла, что ты долго сдерживался. А появление Эли… на тебя хорошо влияет. Открываешься с новых сторон. — Она повернулась ко мне. — Если закончила, собирайся, поедем.

— Конечно, сестра! — кивнула я, вставая, но неожиданно Арслан схватил меня за запястье.

— Сначала мужа на работу проводи.

Вздохнув, я поплелась за ним в прихожую. Сложила руки на груди, уставившись в стену. Он стоял, молчал, в одной руке папки, другую засунув в карман. Смотрел на меня, как на диковинного зверька.

— Я, конечно, хотел, чтобы сестра приняла тебя и поверила в наши отношения, — начал он тихо, наклоняясь ближе. — Но… Мне не нравится, что она считает, будто ты меня меняешь. Каким, интересно, образом?

— Меняют только тех, кто тебя волнует, — парировала я, стараясь звучать уверенно. — А ты абсолютно не относишься к этой категории.

— Значит, не волную? — прищурился он, и костяшками пальцев медленно провел по моей щеке. Это простое прикосновение заставило сердце предательски сжаться. — Совсем?

— Н-нет, — ответила я, с трудом проглотив комок в горле. Только собралась отступить, как он обхватил мою шею и притянул к себе. Его губы почти коснулись уха.

— Сестра смотрит из гостиной. Потому я, как влюбленный муж, целую тебя в щеку перед работой. А ты, как послушная жена, улыбаешься и принимаешь любовь супруга. Понятно?

Его дыхание обжигало кожу.

— Если бы ты знал, как я тебя «люблю», — процедила я сквозь зубы, растягивая губы в неестественной улыбке.

— Вчера успел почувствовать, — хмыкнул он, взъерошил мне волосы на макушке и вышел, оставив меня стоять с пылающими щеками.

Реально ненормальный. Невозможно предугадать его действия. Всего два дня, как мы «женаты», а ощущение, будто прошло два месяца.

Поездка с Наей в больницу стала глотком свежего воздуха. Я волновалась, ведь впервые присутствовала на УЗИ. И когда на экране показалось крохотное существо, сердце екнуло от нежности. Ная трясущимися пальцами прикоснулась к монитору.

— Эля, я так долго ждала этого момента. И мне… страшно, — вдруг прошептала она, сжимая мою руку. В ее глазах был глубокий, иррациональный страх, причину которого я пока не понимала.

— Не бойся, сестра, все будет хорошо, — ободряюще сжала ее пальцы.

— Надеюсь, у меня получится хотя бы этого малыша выносить, — ее голос дрогнул. — Если не смогу, то…

— Даже не думай о таком! Вся семья с тобой.

— Знаешь, Арслан уже готовит отдельную комнату со всеми медицинскими аппаратами, чтобы я никуда не ездила, — она улыбнулась, но в улыбке была грусть. — Такой глупый, но заботливый. Даже врача нашел, чтобы тот приезжал домой. Хотел и медсестру нанять, но я с трудом уговорила пока не делать этого.

— Арслан? — невольно переспросила я. Его маниакальная, почти болезненная забота о сестре и пугала, и вызывала странное уважение.

— Да. С тех пор как он взял на себя заботу о семье, он исполняет мои желания, которые я вслух даже не успеваю произнести. Он хороший, просто… из-за мамы стал очень холодным. Вчера мы впервые за семнадцать лет услышали его искренний смех.

— Это было… случайно, — пробормотала я, чувствуя неловкость.

— Как бы там ни было, спасибо тебе. Я думаю, ты сможешь вернуть моего брата к жизни. Уже многое изменилось.

— Я особо ничего не делала, — сглотнула комок вины. Они все видят спектакль, а принимают за чистую монету. Может, он просто так старается, чтобы Ная в ее положении была счастлива и спокойна?

— Арслан терпеть не может нежности, но с тобой смотрится совсем иначе.

— Он не любит нежности? — переспросила я, заинтересованно прищурившись.

— Абсолютно. Зубами скрипел, когда я называла его «милым братом» или пыталась при людях обнять. Мгновенно превращался в статую, а потом устраивал выговор, чтобы больше так не делала.

— М-м-м, — промычала я, обдумывая информацию. Это знание могло стать оружием. Или ловушкой.

Вернувшись домой, Ная сразу отчиталась брату, потом мужу. Свекор встретил нас у дверей с непривычно взволнованным взглядом. Увидев снимок УЗИ, он тут же водрузил его в гостиной на самое видное место — прямо перед телевизором.

Осознав, как дорог Нае этот ребенок, я решила: с меня не убудет, если позабочусь о ней чуть больше. Теперь я делала это не из-под палки, а по велению сердца. На ужин приготовила ее любимые блюда. Она, конечно, пыталась протестовать, но я усадила ее в качалку, притащенную из гостиной, и под болтовню о всяких мелочах принялась за дело.

Ная оказалась прекрасной собеседницей — умной, ироничной и бесконечно доброй. Еще при первой встрече ее мягкая, солнечная улыбка покорила меня. Вскоре к нам присоединился свекор. Вот этот человек оставался для меня загадкой. Он не работал, был всегда дома, но постоянно чем-то занят. И тот странный обмен взглядами вчера между ним, Арсланом и Наей не давал покоя.

Так отец с дочерью и развлекали меня. Сама не заметила, как втянулась в их шутки, смеялась и подшучивала в ответ. Возникло странное, теплое ощущение — будто я и правда стала частью этой семьи. Позже пришел Тимур, сел рядом с женой, не стесняясь, с любовью смотрел на снимок, целовал Наю в макушку и говорил о своих чувствах. В нашем консервативном обществе так открыто выражать эмоции при старших — редкость. Эта семья снова меня удивила.

— И что это за собрание на кухне? — раздался усталый голос от входа.

Арслан стоял на пороге, руки в карманах брюк, рукава рубашки закатаны. Я даже не услышала, как он вернулся.

— Рано сегодня, — заметила Ная.

— Закончил дела пораньше. Остальное дома доделаю. Так что за посиделки? — Он прошел к столу, на ходу взъерошив мне волосы, и сел рядом. — И почему не встречала мужа?

— Слишком занята была. У нас тут серьезные темы обсуждались, — ответила я, передавая ему чашку, которую налила Ная.

Он только поднес ее к губам, и я, поймав на себе его взгляд, решила схитрить.

— Дорогой.

Эффект превзошел ожидания. Он поперхнулся, чай едва не пошел через нос. Его взгляд, сначала ошарашенный, в мгновение ока наэлектризовался молниями. А на моем лице расцвела ухмылка до ушей. Сдержанный смешок за столом я пропустила мимо ушей — меня завораживала реакция одного конкретного дьявола.

— Серьезные темы, говоришь? — процедил он сквозь зубы, но, бросив взгляд на сестру, умолк. Она была моим щитом. Пока она здесь, я могла позволить себе чуть больше. И я этим пользовалась, Арслан Керимов!

— Да, дорогой. Мы сегодня видели малыша на УЗИ. Он такой милый, прямо как ты. Думаю, в дядю пойдет своей милотой, — сказала я, подперев щеку рукой. Раз уж здесь не стесняются чувств, почему бы не сыграть на этом? Его взбешенный взгляд доставлял мне неподдельное удовольствие. Даже если позже придется отвечать.

— Вот снимок, Арсик, — сдерживая улыбку, Ная передала ему фотографию.

Арслан взял ее, нахмурил брови, вертел в руках, пытаясь что-то разглядеть.

— Это точно ребенок?

— Конечно! — возмутилась я, забирая снимок обратно. Маленький, крошечный горошек. Улыбка сама просилась на губы.

— И что врач сказала? Есть опасения? — его тон стал деловым, жестким.

— Пока все хорошо, — тихо ответила Ная, гладя живот. — Пока.

— И так будет дальше, — твердо заявил Арслан. — В этот раз ты будешь делать, как я скажу. Без возражений.

— Ты меня в тюрьму посадишь, — проворчала Ная.

— Переживешь. Через день комната будет готова. С врачом договорился. С двумя.

— С двумя⁈ — хором воскликнули мы все, включая меня. Это уже перебор.

— С двумя. И это не обсуждается. На этот раз я лично все контролирую.

— Ты и так достаешь меня сообщениями о таблетках! — возмутилась Ная.

— Правильно делаю. У вас всех уже был шанс. Теперь — мой. Даже против твоей воли, сестра.

«Был уже шанс». Фраза повисла в воздухе тяжелым намеком. Да и слова Наи в больнице вспомнились. Значит, это не первая беременность? Были… потери? Оттого она так боится? И Арслан, как стеной, ограждает ее от любых волнений… Неужели ради этого он затеял весь этот фарс? Но зачем жениться? Можно было просто опровергнуть слухи. Испугался, что сестра начнет нервничать, если он будет отрицать похищение? И при чем тут я? Вопросы крутились в голове, не находя ответов.

После ужина Ная, уставшая, ушла с мужем к себе. Свекор, странно взглянув на Арслана, пробормотал что-то про телевизор в своей комнате и поспешно ретировался. Арслан проводил его прищуренным взглядом и покачал головой с выражением обреченного понимания.

— Я работать, — бросил он мне и скрылся за дверью кабинета.

Мне не оставалось ничего, кроме как устроиться в гостиной перед телевизором. Было странно и тоскливо. Я — заложник, лишенный даже права на собственную жизнь. Может, попробовать поговорить с Наей о работе? Нет, я же решила заботиться о ней.

Около половины десятого вернулся Рашид. Его вид говорил сам за себя: шатающаяся походка, мутный взгляд. Напился. Решив не искушать судьбу, я выключила телевизор и направилась к лестнице. Но этот подонок оказался проворнее.

— Куда собралась? — сипло прорычал он, хватая меня за локоть и с силой разворачивая к себе. От толчка я ударилась спиной о стену. От боли и неожиданности дыхание перехватило.

— Ты с ума сошел? Отпусти!

— Да! И во всем ты виновата! Чертова дура! — он ударил ладонью в стену рядом с моей головой. От него разило перегаром и злобой. — Кто тебя просил быть в том салоне? Кто просил примерять платье? Кто просил скрыть лицо⁈

— А кто тебя просил похищать девушку без ее согласия? — выкрикнула я, отчаянно толкая его в грудь.

— Это ты все испортила, дрянь! — он больно вцепился мне в плечи, снова ударив о стену. От пронзительной боли я зажмурилась. Все в своих комнатах… Кричать?

— Если бы не ты, я бы получил ее! Женился бы на ней! А ты…

— Руки от моей жены убери. — Голос Арслана раздался из темноты коридора. Спокойный. Смертельно тихий.

Рашид обернулся, не отпуская меня. Его хватка стала еще болезненнее.

— От жены? — он хрипло усмехнулся, обхватывая мою шею и прижимая к своему липкому от пота плечу. — Мы же с тобой знаем, что это не жена. А просто фикция. Ты бы никогда не женился на такой идиотке. Или ты забыл, что я знаю настоящую причину всей этой комедии? Может, рассказать сестренке? Как думаешь, как она отреагирует на ложь любимого братца? Думаю, новый выкидыш ей обеспечен. Но! — он торжествующе повысил голос. — Этого можно избежать! Отмени армию и верни мне мою любовь!

— Я сказал: убери руки от моей жены, — Арслан не сделал ни шага. Он просто стоял в тени, и от этого было еще страшнее.

— И что ты сделаешь? Поднимешь шум? Так мне это только на руку!

— Рашид, Рашид, — Арслан устало покачал головой, словно разговаривая с непонятливым ребенком. — Я столько раз говорил тебе: одумайся. Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.

— Что? Что ты можешь сделать? — Рашид занервничал, его хватка ослабла.

Я, поймав момент, изо всех сил впилась зубами в его руку.

— А-а-а! Сука!

— Сам придурок! — вырвалась я, отпрыгнув от него и кинувшись за спину Арслана. Вцепилась в его футболку, дрожа. — Чтоб у тебя руки отсохли!

— Дрянь! — заорал Рашид и тут же получил смачный удар в челюсть от брата. Я ахнула, глядя, как пьяный Рашид грузно валится на пол.

Арслан медленно присел перед ним на корточки. Его голос был тихим, но каждое слово врезалось, как нож.

— Во-первых, для тебя она — невестка. И ты будешь обращаться с ней с уважением, какие бы ни были отношения между нами. Если я еще раз услышу хоть одно хамское слово в ее адрес, ты будешь отвечать не перед братом, а перед мужем. А в этом качестве я беспощаден. Понятно?

Рашид, потирая челюсть, кивнул, не поднимая глаз.

— Во-вторых, виноват во всем, что случилось, — ты. Не смей перекладывать свою вину. И в-третьих, самое главное: если хоть на миг сестра загрустит или расстроится из-за тебя, армия покажется тебе раем. И да, — он встал во весь рост. — Завтра скажешь сестре, что ходил на тренировку и получил по лицу. Готовишься к армии. Ясно?

— Ясно, — буркнул Рашид исподлобья.

— Отлично. Пойдем, жена, — Арслан взял меня за руку и повел вверх по лестнице, не оглядываясь на брата.

Я шла за ним в полном ауте. Мозг отказывался обрабатывать произошедшее. Арслан Керимов, мой похититель и мучитель, только что заставил своего брата уважать меня как невестку. Единственного человека, кто знает правду. Во имя чего? Ради чего этот спектакль? И почему в его защите, пусть и показной, было что-то… настоящее? От этих мыслей стало еще страшнее, потому что почва под ногами, и без того зыбкая, теперь колебалась еще сильнее.