Это всё меняет

Ольга

Счастье с нотами грусти, но я настроилась на разговор.

Артём, вернувшись из города, был слегка обескуражен наличием в доме чужаков, но после моих объяснений сбавил пыл. Только на Ярослава смотрел как-то подозрительно, изподлобь. Пару раз уточнил, действительно ли он из полиции. Затем самолично вызвался отвезти нас в Екатеринбург в больницу.

С Яриком договорились отложить разговор с Антоном, пока его не выпишут.

Моя рука всё время норовила коснуться ненароком мужчину, взять его за руку, погладить. Он тоже то и дело смотрел на меня и лучезарно улыбался.

В областной клинике меня встретил Вячеслав. Радостно обнял, потревожив больной бок.

— Ты ранена? — испуганно глянул на меня.

— Да, — за меня ответил Артём. — Её желательно осмотреть более квалифицированному специалисту.

— Так, тогда идём, — Ярик тут же обеспокоенно приобнял, но рука Тёмы так же подхватила меня с другой стороны:

— Я отведу тебя.

Лицо Ярослава тут же потемнело.

— Мы справимся, Тёмыч, спасибо, — вкрадчиво и чеканя каждую букву, проговорил Ягуар.

— Я здесь работал. Больницу знаю. Тут легко заплутать…

— А мы по указателям, — парировал мужчина. Решила всё же вмешаться:

— Да, Артём, отведи нас, пожалуйста.

Мне тут ещё петушиных боёв не хватало.

— И каково быть копом? — пока мы шли по переходам Тёма продолжал пронизывать его рентгеновским взглядом. — Много ли спас? А мож и загубил?

— Достаточно и тех, и других, — отдалённо бросил Ярослав, сдвинув брови.

— Надеюсь, первых больше, — Артём сцепил губы. — Сюда.

Мы завернули в приёмный покой.

— Изотов?! — восторженный вскрик мужчины в хирургической спецодежде. — Да, мать моя женщина! Какими дорогами?! — он радостно подступил к Артёму и по-дружески обнял его. — Здорово! Неуж-то к нам обратно?!

— Ты же знаешь, что нет, — как-то с болью уронил Тёма.

— Тебя здесь не хватает, — покачал тот сокрушенно головой. — Тогда как ты тут?

— Вот, познакомься, Оля. В лесу нашёл её пару дней назад без сознания. На боку рваная, обработал, стянул лейкопластырем заместо швов, вколол противостолбнячную. Сукровица ещё подтекает, хотя воспаления вроде нет, но лучше ты проверь. И МРТ было бы не плохо. Она двое суток не приходила в себя, скорее, от нервного истощения, но сотрясение нужно исключить.

— Ну, окей, — хирург мне улыбнулся и жестом пригласил пройти в кабинет.

Я вцепилась в Ярика.

— Я буду здесь, Оль, — он плавно выскользнул из моей руки.

— Артём всё уже сделал за меня, так что осмотр не затянется, — миролюбиво заверил врач.

Но он ошибся. Распаковав моё облачение, присвистнул:

— Что произошло с вами? — скользил пальцами по ссадинам и гемотомам на теле, поднялся к шее, где синел след от иглы.

— Я была пленницей у боевиков, что пару дней назад пытались совершить теракт в вашем метро.

— Да, один из них сейчас как раз в реанимации на седьмом.

— Он тоже пленник, — покачала я головой.

— Ладно, — хирург переключился на рабочие моменты. — В связи с новой информацией, я советую вам сдать ряд анализов на ВИЧ, гепатит В и С и сифилис. МРТ, к сожалению, сегодня не работает, поэтому запишу вас завтра на утро. Анализы тоже будут готовы завтра, после обеда.

Согласно кивнула. После лаборатории, наконец, воссоединилась с Ярославом.

— А Артём где?

— Тут полно его знакомых, — как-то хмуро пояснил он.

— Ты похоже ему не по душе, — поджала я губы.

Ярик оглядел пустой коридор и тут же игриво притянул меня к себе. Поцеловал в нос, губы, рука прошлась по бедру.

— Поверь, когда меня целует такая девушка, абсолютно все меня готовы испепелить.

Хотелось зацеловать сильнее, но приличия велели томно выдохнуть и отстранится. Поймал ладонь и поцеловал тыльную сторону, невесомо, но обжигая до костей.

— Прекрати, — молебно смотрела на него. — У нас всё на лице написано. Слава может догадаться.

— Слава? Ты о взрослом следователе? — засмеялся он и ласково чмокнул в щёку.

Краска сильней покрыла моё лицо. Конечно же, Ильин в курсе. Они же друзья теперь до гробовой доски и само собой друг о друге всё знают. А ещё говорят, что женщины сплетницы.

— Отлично, — сдвинула брови.

— Оля, нам нечего скрывать, но и я не прикоснусь к тебе, пока ты не поговоришь с Антоном. Это лишь дело нескольких дней.

— Прям совсем не прикоснёшься? — лукаво сощюрила один глаз.

Запрокинул голову, поняв, что словила. Захохотал и притянул к себе:

— Поцелуи не в счёт. Я ж без них на стену через пару часов полезу. Смилуйся.

Запустила ладонь в волосы на его затылке и, притянув, страстно впилась в губы.

Но периодичность сказки закончилась, когда мы вошли в реанимацию. Боль за Антона резанула тут же по сердцу, захотелось умыть лицо от поцелуев Ярослава. Он прав, пока я во всём не признаюсь ему мне не станет легче.

Ярик остался в коридоре с Вячеславом.

— Тош? — осторожно положила руку ему на грудь. Голос свело от слёз. Ведь ты тоже страдаешь вместе со мной. Всё бросаешь, идёшь всегда следом и в огонь, и в воду. Ради меня… Ради той, что так и не смогла ответить абсолютной взаимностью, как не старалась. — Тошенька, — коснулась лбом его лица. — Прости меня… прости за всё.

— Всегда прощал, — тихий ответ.

Подняла глаза. Смотрит с нежностью на меня. Всё внутри меня заныло. Ну как же ему сказать? Как потушить этот блеск в глазах? Как сказать, что люблю другого и не просто другого, а того, из-за которого он столько натерпелся. Из-за которого похоронил себя от мира людей, из-за которого был парализован, из-за которого снова оказался на волоске. Стала очень страшно.

Во всём виноват не только Ярослав, но и я. Именно я позволила ему пойти тогда со мной, я первая перешла черту, позвав его в свою постель, я использовала его для своего психического равновесия, совершенно не обращая внимание на то, что гублю своим эгоизмом. Не считалась с его душой и чувствами. Играла с ним, считая, что вся мужская половина человечества теперь виновата передо мной и должна искупать своё зло, так как мне надо.

— Ты спаслась, — он улыбнулся.

— Да, мне повезло, — выдохнула и прижалась щекой к его руке. — Я думала, что больше не увижу тебя. Спасибо, что выжил.

— Это было даже… весело. Стоял посреди метро… и орал: Аллах акбар.

Тоже засмеялась с ним, но сердце сдавила мысль, что кричал он это не просто так.

— Как тебя угораздило додуматься до этого, сумасшедший? — Погладила его волосы.

— Повезло, что они подстрелили… меня быстрее, чем я успел подорваться.

— Боже, — я вжалась в его шею. — Ненормальный, — слёзы тут же хлынули из глаз.

— Одна жизнь лучше десятков.

— Я себя имела в виду, — с досадой стукнула по подушке.

— Значит я тебя… немного не понял, — он улыбнулся. — Оль?

— Да.

— Поцелуй меня, — вдруг попросил он. — Я очень по тебе соскучился.

Сглотнула, мгновенно представив лицо Ярослава. Натянуто улыбнулась и тихонько прильнула к его губам. Хотела было тут же отстраниться, но в его слабой руке вдруг родилась твёрдость. Придержал за затылок и целовал страстно, жадно, как раньше. В груди йокнуло, но лишь от давящей совести.

Как умудрилась так оказаться между двух огней? Обоих люблю, перед обоими стыдно, обоим обязана жизнью. Но выбор я уже сделала, осталось лишь всем о нём провозгласить.

Ярослав

Пока Оля была у Антона, Вячеслав рассказывал последние новости. Мрази во главе Казима исчезли без следа, а это значило, что расслабляться нам не следует. Он вернётся, и теперь я хочу быть готов к этому.

Генерал-майор Нестеров попал под зоркий глаз ФСБ, которое теперь отстранило его от должности и штурмует всю его поднаготную. Так-то!

По делу Антона будет разбирательство, но Ильин уверен, что этим всё и закончится, до суда идти тут нечему.

— Теперь может скажешь, что между вами с Олей творится? Рога Антону я ей наставлять не позволю.

— Она расскажет всё ему, как окрепнет. А до этого, ни о чём лишнем речи быть не может.

— Ну-ну, вы друг друга прям сжираете глазами. В поле видимости Тохи, хоть пока не попадайтесь. Поймёт всё махом.

— Вот, именно, поэтому стою тут с тобой и слушаю твоё гундение, — ехидно усмехнулся я.

Девушка вышла разбитой. Приобнял её.

— Оль, всё нормально? — Ильин обеспокоенно смотрел на неё.

— Да, — кивнула, попробовала улыбнуться. — Он собирался взорвать себя. Был готов к этому, только, чтобы не выполнить их приказ. Он шёл на смерть.

Её голос дрогнул и она заплакала.

— Всё обошлось, Оль, — он потёр её плечи.

— Да. Не знаю, что со мной, рыдаю чуть что, — слегка усмехнувшись, посетовала девушка.

— Вам дома уже назначат консультацию психолога, — заверил Слава. — После всего пережитого подобные выпады — норма. Я забронировал два номера в отеле, здесь недалеко. Мы все заслужили человеческий сон. Кстати, я голоден, как волк. Тоха под присмотром и отдыхает. Нам тоже пора.

— А где Артём? — спохватилась Ольга.

— Без понятия, — пожал я плечами. — Он тут местная звезда, — успокоил.

Для Оли был отдельный номер, я же со Славяном в другом. Но Ильин решил устроить небольшую посиделку в честь маленькой, но победы над алькаидой, поэтому Оля, безусловно, была приглашена.

Усталость брала верх, поэтому девушка ограничилась лишь бокалом пива. Вячелав же гулял под сорок градусов. Пропустив пару рюмок, тоже понял, что тоже скоро плюхнусь лицом куда-нибудь, лучше в подушку. Но, как благодарные слушатели господина Ильина, продолжали сидеть с Олей и дежурно кивать, улыбаясь и поддерживая его тирады. Когда нашего рассказчика срубило, облегченно вздохнули.

— Пойдём, провожу тебя, — помог ей подняться.

У дверей пожелал сладких снов. Легонько поцеловал и вернулся назад в свой номер. Лёг, бесцеремоно пихнув храпящего мужчину в бок. Под песни Ильина заснуть было нереально, а мысли об Оле вызывали счастливую тахикардию.

Наконец, решившись, швырнул подушку в друга и направился к Оле. Тихонько поскребся. Идиот, по-любому уже спит. Приглядел в коридоре тахту. А что? Может и здесь получится вздремнуть? Но дверь Ольги приотворилась.

— Прости, разбудил… Славян храпит, как трактор. Думал, может уступишь кресло.

— Я уже думала, что не придёшь, — в полумраке заметил её счастливую улыбку.

Потянула за руку в комнату. Захлопнула дверь и… прекрепко обняла. Ответил тем же, но объятия переросли снова в горячие поцелуи. Вжимал её фигурку в себя, гладил спину, талию, попу. Всё тело содрогалось от мысли соития с ней, хотелось поглотить в себя без остатка, навечно.

— Ты меня без ножа режешь, — между поцелуями молвил я.

Её пальцы гладили спину под футболкой, оттягивали кожу на пояснице, ласкали живот.

Она рядом, так близко, наконец, моя… А я?! Оторвал её от себя.

— Всё! — велел твёрдо. Сглотнула и учащенно закивала:

— Прости.

— Не извиняйся. Я ещё хочу, но…

— Уговор, — кивнула она. — Тогда просто останься. Спи со мной рядом, — она вернулась к своей постели, легла, завернувшись в одеяло и отодвинулась на другой край, освобождая место мне.

Заставлять меня не нужно. Лёг рядом, обнял любимую, блаженно растекаясь по простыне. Так и заснули, сплетясь воедино.

Утром проснулся счастливый от поцелуев, зарылся в неё носом. Уходить не хотелось, но нужно вернуться в номер до пробуждения Вячеслава. Как школьники, ей-богу! Грудь свело от нетерпения. Когда же мы сможем до конца насладиться друг другом? Жадно поцеловал, зная, что в течение дня, навряд ли, предоставится случай.

В больнице были уже через час. Показатели Колосова становились хорошими. Температура ещё немного есть и небольшая аритмия, но в целом он в порядке.

Из ниоткуда материализовался Изотов, снова глазеет на меня убийственным взглядом.

— Ты куда вчера запропастился? — миролюбиво вопросил я.

— Здравствуй, Оля, — улыбнулся он девушке. — Друг пригласил меня пообщаться.

— Понял.

— А вы?

— Мы в отеле решили остановится, — ответил Слава.

— Ясно, — он снова сканирует меня. — Оленька, тебе пора на МРТ. Пойдём, провожу тебя.

— Мы найдём, — снова чёртова ревность.

— Это в сороковой больнице. Проход по подземке, там очень просто заплутать.

— Идёмте вместе, — Оля подтолкнула нас.

Пока аппарат подготавливался, девушка, слегка поникнув, сидела со мной рядом.

— Оль? Всё хорошо? — погладил по спине.

— Да, — кивнула, слегка улыбнувшись. — Хочется поскорей домой, к Ане.

Глаза тут же вспомнили смеющуюся рыжию мордашку.

— И мне, — кивнул я. — Дико по ней скучаю.

Вышла медсестра и пригласила её в кабинет.

— Теперь сорок минут ждать, — проронил Артём и, вздохнув, взял со стола медицинский буклет.

Я напряженно наблюдал за ним некоторое время и, вконец, не выдержал:

— Я очень благодарен тебе за то, что ты помог Оле. Твоя помощь неоценима, но мне интересно почему ты до сих пор здесь? У тебя дом там, собака, хозяйство.

Он бросил на меня презрительный взгляд:

— Твоё лицо мне не даёт покоя. Я где-то видел тебя раньше, давно. Когда ещё фельдшером на скорой работал.

— Ты здесь в Екб, а я в Москве…

— Нет. Это было не там и не там.

— Что было? — я сердито сдвинул брови.

— Ты не полицейский, — его лицо перекосило.

— Я облегчу тебе жизнь. Полицейским стал лишь полтора года назад, — смотрит так, что скоро просверлит во мне дыру. — Твою ж, уймись! — раздраженно бросил я.

Изотов поднялся и направился гулять по коридору. Я же откинулся на спинку скамьи и остался ждать.

Менее, чем через час девушка вышла из кабинета.

— Просили немного подождать, врач выдаст результаты, — сообщила она.

— Хорошо, — притянул к себе, сплёл пальцы ладоней.

Через десять минут женщина-врач вышла к нам в коридор, протянула снимки:

— Сотрясения нет, органы полости грудной клетки и брюшины в норме, пара ушибов. Плод тоже в норме…

— Плод?! — Оля, онемев уставилась на неё.

Внутри меня всё заплясало в нервной дрожи. Плод?! Что за плод? О чём она?

— Вы беременны, — женщина тоже удивленно приподняла бровь. — Четыре недели. Вы не знали?! Тогда поздравляю, — вручила мне снимки, смотря как на будущего отца и, попрощавшись удалилась.

— О Боже мой, — девушка в ужасе уронила лицо в ладони.

Беременна?! У них с Антоном будет ребёнок?! Нет! Нет, нет, не может быть! Какой, к чёрту, ребёнок?!!! Ведь…

Я вскочил. Смотреть на неё голова не поворчивалась. Такого удара не ожидал. Заметался по коридору.

— Ярик? — тихо позвала она. — Что нам делать?

— Да собственно ничего, — гнев и обида рвались наружу. — Ведь вы живёте вместе… трах…, - тормознул, если скажу это, то ударю себя ещё сильней. — Произошло то, что должно было. Да и выйти за него ты когда-то собиралась. Сама судьба вас благославляет!

— Ярик, умоляю, — вскрикнула она, встала, направилась ко мне, но была жестом остановлена.

— Нет, не могу тебя сейчас видеть. Прости, — стремительно направился прочь от неё.

— Ярослав! — пискнула она, провожая меня взглядом.

Мне нужен воздух. Срочно. Жёсткая нехватка. Вылетел на улицу, шатаясь, добрёл до могучих сосен, уткнулся лбом в крону дерева. Грудь разрывало. Снова теряю её?! Ребёнок! Беременна! Это же всё меняет. Абсолютно всё! Антон раньше просто был рядом с ней, а теперь его частица уже внутри неё.

Твою мать! Твою мать! Твою мать!

Упал на колени и, обхватив голову руками, гневно зарычал, мешая всё слезами.