Глава 16

Сознание постепенно возвращалось. Сначала в кромешной тьме замелькали мысли и воспоминания. А потом сквозь закрытые веки прорезался тусклый свет. Где я?

Последнее, что помнила — это гибель дейга, свое неудавшееся бегство и снег, в который упала. Но здесь довольно тепло, а значит, я уже не в лесу. И у меня ничего особо не болит.

Я инстинктивно схватилась за живот, с облегчением услышав совсем слабые, но такие радостные для меня толчки. Кажется, с ребенком все хорошо. И я жива, как ни странно.

При мысли, что я больше не увижу Коша, стало больно и одиноко. Не хотелось даже вставать, чтобы обследовать комнату, где я находилась. Но нужно взять себя в руки и разобраться, куда попала.

Судя по царящему здесь полумраку и скромной обстановке, я не во дворце Эррагеса. Может, меня подобрали жители деревни? Нет, на деревенскую избу тоже не похоже. Потолки высоченные. Стены каменные, без какой-либо штукатурки. В одной из них высоко светилось единственное зарешеченное окошко. Из мебели небольшая низкая кровать, стол и одинокий стул. Ах да, еще ночной горшок в углу, прикрытый крышкой.

Какие-то казематы, не иначе.

Я добралась до деревянной двери, обитой железом, дернула ручку-кольцо — закрыто. Постучала обеими кулаками.

— Есть кто-нибудь рядом? Откройте меня! Выпустите!

Прислушалась, но ничего не услышала. Никто не торопился мне на выручку. И дейг больше не придет.

Я готова была расплакаться от бессилия, страха и одиночества. Храбрый демоненок, он пожертвовал собой ради меня. И все напрасно.

В комнате было не слишком-то жарко, а моя накидка вместе со всем остальным имуществом теперь неизвестно где. Я хотела стащить стеганное покрывало с кровати, как дернулась от неожиданности.

Прозвучал звук открытия засова, и когда дверь распахнулась, я увидела илирайнского короля. Моя последняя надежда, что появится не он, разбилась на мелкие осколки.

— И как моя пленница себя чувствует?

— Ты?!

— Какое непочтение к своему господину, — с презрением произнес король, вошел и закрыл за собой дверь. — Неужели ты действительно рассчитывала сбежать от меня?

Я молчала, смерив обезображенное лицо Эррагеса с не меньшим презрением во взгляде.

— Я предлагал тебе самое лучшее: роскошные покои, вкусную еду, наряды. И даже разделить со мною власть. Я предложил тебе выйти за меня замуж. А что сделала ты? Сбежала, притом унесла драгоценность из моей сокровищницы. Кстати, где камень?

Я непонимающе уставилась на короля. Он его не забрал из кареты? Тогда я не буду ему помогать.

Я молчала.

Эррагес подошел и поднял мою голову, ухватившись довольно жестко за подбородок.

— В твоих интересах сказать мне правду.

— Я не знаю, где твой камень, — решила отвечать как есть: — Если он тебе нужен, можешь поискать его сам.

— В твоих вещах его не оказалось! — с явным раздражением в голосе произнес король Илирайна.

Странно, я точно помнила, что он оставался там. Или я все же прихватила его перед тем, как бежать?

События закружили вихрем, и я совсем запуталась.

— Возможно, я уронила его при беге, — рвано ответила я.

Эррагес испепелял меня взглядом, пытаясь понять, насколько я честна с ним. Но больше ни о чем не спрашивал. Решал, что делать с непокорной. Слава богу, отпустил и отвернулся.

— Ты меня разозлила, женщина. Мне жаль, что все так случилось, но не надо винить меня. Я больше не собираюсь с тобой играться. Камень я верну, а пока просто возьму то, что мне необходимо. У ребенка сильная кровь, будем надеяться, что он выдержит.

Он резко развернулся и шагнул ко мне, а я отпрянула и упала на кровать, расширив глаза от ужаса. Неужели он хочет забрать моего ребенка прямо сейчас?

Только не это, нет!

Я не позволю ему дотронуться до меня, не позволю забрать моего нерожденного сына, которому еще два месяца находиться в утробе.

Но Эррагес не собирался резать меня наживую. Оказалось, его целью являлся вовсе не мой малыш.

— К границе подошли вражеские войска, а без камня мне будет сложно созвать демонов и противостоять. Но есть один могущественный демон, который поможет мне собрать армию.

Я уже понимала, о каком демоне пойдет речь. Но разве он не говорил, что…

Тьенн сделал пассы руками, образовав руну из воздуха. Она вспыхнула красным светом. Он направил ее мне в грудь.

Я даже двинуться не смогла, загипнотизированная его действием. А потом испытала сильный жар под ребрами. Алиссар внутри болезненно вцепился в мои чакры, всеми силами пытаясь удержаться за мою многострадальную душу.

— Иди же сюда, необузданный алиссар. Теперь ты в моей власти. И будешь подчиняться лишь мне, — распростер вперед свои морщинистые руки Эррагес и потянул на себя арканы. — С тобой мы одолеем Лайвелла. Ты ведь от него пытался скрыться, прячась в этой тьенне? Она даже не знает, почему ты это сделал…

Казалось, что король разговаривает с пустотой. Он походил на сумасшедшего. Точнее, он им являлся.

Страшно, когда сила в руках ненормального. У Эррагеса явно болезненная зависимость от власти, которую он пытался удержать любой ценой, цепляясь за нее своими посиневшими пальцами, как за спасательный круг. Ведь без этой власти он никто. Никому не нужный уродливый преступник.

Я хотела бы знать причину, по которой алиссар вселился в мое тело. Но язык не поворачивался спросить. Вместо этого я пыталась защитить демона, не дать Эррагесу достать его сущность наружу. Но что я могла сделать? Меня сковала боль, настолько сильная, что я закричала. Лишь одна мысль стучала в висках — выдержать ее.

Я прямо чувствовала, как из меня вынимали демона, сродни тому, как если бы доставали любой орган. Казалось, вся грудь разворочена. Сердце от боли могло не выдержать, и я стала думать о Лайве: как нам хорошо будет вместе, как мы станем воспитывать нашего ребенка. И эти мысли несколько облегчили боль, унесли меня далеко. Я как со стороны смотрела на происходящее.

Будто в тумане я слышала рокочущий голос алиссара, отвечающий своему новому господину. Слышала приказы Эррагеса, потомка темных богов, которому подчинился демон. Хотелось плакать, но я и этого не могла, просто скрючилась на постели, распахнув глаза, и ждала, когда прекратится весь этот ужас.

Королю все же удалось подчинить себе демоническую сущность.

Я понятия не имела, сколько прошло времени с того момента, как из меня вытащили уже привычного мне алиссара. Теперь мне не на кого надеяться. Кошик, высший демон — все покинули меня. Сейчас только Лайвелл может помочь. Его войско рядом.

Король ушел, оставив меня одну, правда, перед тем убедился, что я ещё жива и ребенок в порядке. Я чувствовала, как малыш беспокойно ворочался в животе, лишь обнимала его и мысленно просила не волноваться.

Я даже отключилась на какое-то время, но открыла глаза на звук отпирания двери. Внутри камеры стояла темнота, а когда дверь распахнулась, пришлось закрывать ладонью глаза. Слишком ярко с непривычки. Я приподнялась. Вновь мой мучитель пожаловал.

— Вставай! — услышала приказ.

На постель полетела накидка с мехом.

— Мне казалось, ты уже получил, что хотел, — ответила я, собравшись с силами.

Больше всего на свете хотелось, чтобы Эррагес просто оставил меня в покое. Но пока этому не суждено случиться.

— Разве не хочешь увидеть своего любовника?

— Лайвелл? Он здесь? — удивилась я и села.

— Уже явился. Думает, что сможет меня одолеть. Но все его попытки за много лет ни разу не принесли результата. Войско Илирайна гораздо мощнее. А теперь, когда в моем подчинении алиссар, ему конец.

После таких новостей я не могла оставаться безучастной. Не могла сидеть в темнице и ждать, пока Лайвелл погибнет. Эррагес хотел отомстить племяннику и мне заодно, желал, чтобы я увидела гибель Лайва собственными глазами. Но если я буду там, то есть шанс хоть в чем-то помочь. Пусть этот подонок не думает, что без алиссара я беспомощная. Не стоит злить землянок, в особенности русских.

Недолгий сон пошел мне на пользу. Хоть тело еще не полностью восстановилось после изъятия демонической сущности, больше ничего не болело. Разве что душа не находила себе места из-за волнения.

Я накинула теплую одежду и последовала за Эррагесом.

Мы шли через темные коридоры, поднимались по крутым лестницам. Я не могла двигаться быстро, поэтому периодически останавливалась отдышаться. Король прикрикивал, чтобы пошевеливалась. И я, стиснув зубы, шла дальше.

Как же я ненавидела его в тот момент! Хотелось придушить его собственными руками за то, что он просто посмел посягнуть на моего ребенка и желал Лайвеллу зла. И то, что он проявил каплю сочувствия и дал согреться под накидкой, не умаляло его жестокости.

Я поняла, где мы находимся, лишь тогда, когда в лицо ударил холодный ветер. Остановилась. Это была стена замка. Мы попали наверх через лестницу прилегающей башни. Ширины площадки сверху хватало для нахождения здесь целого взвода солдат.

Солнце к тому времени уже село, на темном небе выступили редкие звезды. Начиналась долгая зимняя ночь.

Эррагес отдал краткие приказы, а затем потащил меня за руку туда, где открывался вид на покатый склон холма. Там я заметила дорогу.

Я плотнее запахнула накидку и прищурилась, рассматривая прилегающую к замку территорию. Стояла такая тишина, что морозный воздух просто звенел. В нем витало какое-то напряжение. И если Эррагес уверен, что Лайв на подходе, значит, так оно и есть.

Король вырисовывал в пространстве руны, которые вспыхивали огнем, и что-то бормотал себе под нос. Я поняла, что он уже вызывает из Изнанки демонов, они должны встретить Лайвелла и его солдат.

Скоро темнота осветилась огнями — мгновенно, словно по заказу.

Я услышала дальний звук железа, ржание лошадей, скрип телег. На нас надвигалась мощь темной звучной лавиной. Вскоре вся округа была освещена факелами. То, что казалось телегами, приобрело очертания катапульт.

Лайв собирался атаковать крепость.

Находясь в ней, я чувствовала, как сильно защитное поле, а если учесть, что алиссар в подчинении у короля Эррагеса, то исход возможного боя пока не в пользу Лайва.

Когда я увидела мага, то сердце трепыхнулось в груди. Он не сводил с меня глаз.

Сидя на лошади, он отделился от войска и стал приближаться к стене. Прикусив губу, чтобы не закричать, я с тревогой наблюдала за ним, потому как он казался беззащитным. Лайвелла не остановило то, что замок окружили демоны всех мастей, готовые сорваться с цепи по приказу своего хозяина — короля Эррагеса. Он даже не обращал на них внимания, словно выехал на прогулку. Король же с торжествующей ухмылкой ждал приближения племянника.

Я замерла в наступившей тишине, не понимая действий Лайвелла. Он сумасшедший? Неужели не осознает, на что идет?

Я боялась за него так сильно, что сердце, казалось, не выдержит. Не нужно быть подкованной в военных делах, чтобы понять, что сила сейчас явно на стороне Эррагеса.

Но в то же время я понимала, что Лайв не стал бы рисковать, не имея в руках козырей.

Вот только он не знал про алиссара, который теперь подчиняется королю.

— Отдай девушку. И я уйду по — хорошему, — донес ветер громкий голос мага.

Услышав слова племянника, Эррагес глухо рассмеялся.

— Обсудить условия не хочешь?

— Что ты предлагаешь?

— Требования здесь выставлять буду я, — произнес король Илирайна все так же властно и надменно. — В моих руках твоя женщина и твой ребенок.

Лайвелл перевел взгляд на меня, словно подбадривая. Сумасшедший! Что он задумал?

— Ты не причинишь ей вреда, — уверенно произнес Лайв.

Огни с крепости освещали его лицо, и я прекрасно видела, как меняется выражение его глаз. Так, словно он находился совсем рядом.

— Мальчик вырос, — хмыкнул «добрый дядюшка», разглядывая альтарийского мага, — А ведь когда-то ты не смел перечить мне.

Лайвелл нахмурился, всматриваясь в лицо короля.

— Мы знакомы?

— Даже не представляешь, в какой степени, — криво улыбнулся Эррагес. — Вот это лицо, — он указал на ожог, — подарил мне ты!

Лайвелл пытался вспомнить. Все его тело напряглось, он стиснул зубы, а потом в его взгляде проскользнуло узнавание.

— Ты?! Это невозможно!

— Ты столько времени не понимал, что ведешь войну против собственного государства и своего народа? Предатель, убивший отца ради трона. Ты ещё смеешь появляться тут?

Лицо Лайвелла исказилось, по нему прошла судорога боли.

— Я не мог… — Голос понизился.

— Ты ведь вспомнил? Можешь не говорить, и так вижу, что твоя память вернулась. Я ещё не сказал: у меня в руках не только твоя женщина и сын, но и самый могущественный демон Изнанки. Что ты можешь противопоставить мне? Но раз ты пришел, я не стану отказывать себе в удовольствии видеть твою смерть. И ты прав, я не убью Лиссу. Знай же перед концом: твоя женщина станет моей женой, а твой ребенок будет называть меня своим отцом.

Эррагес вдруг прижал меня к себе. Я кричала, чтобы Лайвелл уходил, и пыталась вырваться, но король держал крепко.

Лицо альтарийского мага помрачнело, губы плотно сжались, на скулах заходили желваки.

— Не говори потом, что не предупреждал, — произнес Лайвелл и повернул коня назад. Но он не собирался отступать.

Король милостиво позволил ему присоединиться к своей армии. Его явно не пугало наличие живых воинов, которых было, как минимум, вдвое больше. Крепость заполонили призванные сущности, и с каждым мгновением демоническое войско росло.

Лайвелл атаковал первый. Он приказал своим солдатам рушить стены — и в тот же миг в сторону крепости полетели камни, усиленные магией.

Они смогли преодолеть защитный барьер. Стены затрещали. Стоял жуткий шум: где-то рушилась крыша башни, камни летели в обрыв.

Лайвелл ударил не там, где находилась я. Его целью было пробить оборону с другой стороны замка. Там были солдаты короля Эррагеса, я слышала их крики. Они пытались отстреливаться, но бесполезно.

Замок рушился на глазах. В полумраке поднималась пыль, холм окутался дымом. Я уже почти не понимала, что происходит. Слишком стремительно маг вел атаку. С такими темпами единственной уцелевшей частью замка скоро останется та, где мы находимся.

Этого, казалось, не ожидал король Илирайна. Он был ошеломлен силой альтарийцев, которым не могли противостоять его воины.

С искаженным лицом он повернулся к демонам и закричал им:

— Превратите всех в пепел!

И вот тогда алиссар, который всегда помогал мне, повел свое войско на альтарийцев. Я не смогла на это смотреть.

Он походил на исчадие ада. Огромный. С горящими огнем глазами и гигантской головой. Мощный и непоколебимый, как титан. После того, как его вытащили из меня, он приобрел материальное тело. И теперь выполнял приказы сумасшедшего короля, круша все на своем пути.

Я видела, как солдат безжалостно разрывали на части. Слышала просто нечеловеческие крики боли и завывания нечисти. Я со всей силой зажала уши, не могла больше выносить весь ужас, что творился вокруг.

Но я не оставляла попыток дозваться до алиссара, зная, что он делает это не по своей воле. Перед тем он с радостью защищал меня. Значит, можно как-то перехватить над ним контроль.

Но пока не выходило.

Две армии схлестнулись в жестоком противоборстве. Все перемешалось: демоны, люди, лошади…

Земля сотрясалась от ударов, ходила ходуном. Возле меня в стене образовалась дыра. Пришлось схватиться за бойницу, чтобы не упасть вниз, куда полетели части башни, ушедшей сначала в сторону, а потом развалившейся прямо на глазах.

И тогда я увидела свет, настолько яркий, что не помогали сомкнутые веки. Он осветил все поле, истребляя черных сущностей, рассыпая их в прах.

Странный свет! Я не понимала, откуда он взялся. Но явно непростой.

Вот почему Лайвелл не призвал своих демонов! Он собирался уничтожить войско Эррагеса другим способом. Но что это за сила такая, что способна одним лишь светом уничтожить проклятых? А как же мой алиссар?!

Но вот как раз на алиссара эта сила не очень-то действовала. Он по-прежнему крушил все на своем пути.

Оставалось совсем немного, когда я поняла, что сейчас случится страшное — демон доберется до Лайвелла.

Я закричала, что было сил, призывая алиссара. Пыталась нащупать те арканы, через которые Эррагес по-прежнему управлял демоном, хоть самого короля и не видела. Он куда-то скрылся.

В этот момент зашевелился ребенок, и я положила руки на живот, уговаривая его, чтобы он не волновался. Передавала ему свое тепло.

Наша связь работала. И я вдруг ощутила небывалую силу. Будто моя энергия объединилась с энергией сына. Еще не рожденного тьенна.

Он столько времени провел рядом с алиссаром, что знал его, чувствовал. И он, как высший, мог управлять им. Именно это я поняла, даже без слов.

— Что же, хочешь его подчинить? Ну давай, попробуем вместе.

Я снова нащупала сознанием путы алиссара и дернула за них, вырывая демона из «рук» его кукловода — Эррагеса.

Алиссар замедлился, он противился, все еще подчиняясь командам короля, но постепенно нам с малышом удалось перетянуть эту силу на себя.

Еще мгновение — и пространство перед глазами вспыхнуло после того, как разорвались силовые канаты.

Теперь алиссар стал свободен. Он не подчинился мне. Но и Эррагеса тоже больше не слушал. Он устремился с холма, поглощая энергетические сгустки, что остались после погибших демонов. А я на какое-то время оказалась совсем одна, обессиленная, потерянная.

Я стояла посреди руин. Где-то ниже по холму ещё шел бой, войско Лайвелла оттесняло оставшихся в живых солдат Илирайна. А мне никак не удавалось отдышаться.

А еще я не видела моего мага.

Может, я опоздала?! И не заметила, как он погиб?

— Лайв? Лайв? Ты где? — с отчаянием и одновременно с надеждой крикнула я в темноту. — Лайвелл! Я здесь! Забери меня!

Внезапно раздался звук падающих камней, скрип снега. Я обернулась в надежде, что это альтарийский маг, но вместо любимого передо мной из тьмы возникло изуродованное лицо Эррагеса.

— Дрянь. Что ты наделала. Ты за это дорого заплатишь! — Он быстро потащил меня за руку мимо руин обвалившейся башни по тропе, что вела с холма.

Я постоянно спотыкалась на камнях. Чтобы не орала, Эррагес прикрывал мой рот измазанной ладонью, не давая нормально дышать. Я сопротивлялась из последних сил, что были уже на исходе. Даже не знаю, как я выдержала все это и не сломалась окончательно.

Так мы и добрались до окраины леса.

На небе из-за деревьев показалась яркая оранжевая луна, которая осветила заснеженную поляну.

Видимо, Эррагес понимал, что больше не владеет ситуацией, поэтому решил бежать обратно, в столицу Илирайна. А я требовалась ему как заложница. Я слышала в его голосе явный страх. Периодически он извергал проклятия в адрес альтарийцев и Лайва, который каким-то образом завладел «его сокровищем».

Я не слишком понимала, о чем он говорит. Все мысли сосредоточились на возможном побеге, но про сокровище стала подозревать. Неужели камень у Лайвелла? Но каким образом он у него оказался?

— Отпусти ее. Ты плохо понял, что без девушки я никуда не уйду? — внезапно раздался за нашими спинами резкий голос Лайвелла.

Перехватило дыхание от понимания, что он жив и нашел меня.

— Как бы ты ни старался, ты не получишь тьенну, — злобно рассмеялся Эррагес, разворачиваясь. И в мою шею тут же уткнулся холодный металл его кинжала.

Я вздрогнула и замерла на месте, испуганно глядя на Лайва.

— Если ты не дашь мне уйти, я просто убью ее. При этом погибнет и твой сын. Решай, чего ты больше хочешь — мести или того, чтобы твоя девка осталась жива!

— Предатель! В тот день ты действовал точно так же — подло, как последний трус. Это ведь ты убил моего отца, чтобы обвинить меня и захватить трон. Можешь не отрицать!

— У тебя нет доказательств!

Лайв замолчал, лишь сверлил Эррагеса взглядом. Я верила Лайвеллу, понимала, что он не виноват. И люто ненавидела того, кто меня держал.

— Есть доказательство! — вдруг раздался звонкий голос демоненка.

Я не верила своим ушам и глазам. Кошик жив?!

— Я все видел и могу доказать. Все записано тут! — Он указал оттопыренным когтистым пальцем на свою рогатую черепушку. — Я все вспомнил после того, как заработал артефакт. Он вернул мне стертую память.

— Слова низшего демона против моих?! А-ха-ха! — рассмеялся король почти до слез.

Видно, мужику пришлось туговато, его смех больше походил на истерику. Он сильнее прижал лезвие к моей шее.

— В моих руках все еще трон и твоя девка! — закричал он.

— А в моих руках возможность уничтожить тебя. И кто будет разбираться в правде после твоей смерти? — ответил Лайв своему родственнику.

Хотя… с такими родственниками и враги не нужны.

Пока они спорили, я прикрыла глаза, взывая к алиссару. Он не мог уйти далеко. И вдруг почувствовала сильнейшую энергию, ощутила контакт.

«Мне и Лайвеллу нужна помощь!» — мысленно попросила я.

Почему-то я всегда была уверена, что алиссар по своей натуре просто не может никому подчиняться. Это не в его сущности. Слишком свободолюбивым и могущественным был этот высший демон.

Но вот помочь добровольно он не отказывался — даже когда был заперт в моем теле. И подчинение королем, потомком темных богов, не могло бы продолжаться вечно.

Внезапно кто-то оторвал руку Эррагесу вместе с кинжалом. И король взвыл белугой, взлетев вверх. Лишь окровавленная рука осталась лежать на белом снегу, подрагивая. Клинок при этом отлетел в сторону.

От силы возникшего вихря я упала, и ко мне тут же подбежал Лайвелл, обнимая и согревая. Он подобрал слетевшую накидку и набросил на плечи, беспокоясь, чтобы я не простыла.

Мы оба подняли головы, глядя, как в ночном небе огромный алиссар терзает и рвет на части уже бездыханное тело предателя и братоубийцы, который за силу и власть над Карниумом был готов совершить любую подлость. От ужаса я застыла.

— Не смотри! — Лайв прижал к себе сильнее.

А потом все стихло.

— Хорошо, что с тобой все в порядке, — хрипло прошептал Лайвелл, продолжая обнимать меня крепко-крепко.

Я обхватила холодными ладонями лицо мужчины, посмотрела ему в глаза.

— Спасибо, что спас меня!

Лайвелл тихо усмехнулся в ответ.

— Если бы не твой дейг, который принес камень силы, ничего бы не вышло. Наверное. Но я сделал бы все равно все возможное, не оставил бы тебя в его руках, что-нибудь бы придумал. Да и алиссар здорово нам помог.

Я повернулась и смогла улыбнуться ушастому демоненку.

— Кошмарчик, я думала, что грифон убил тебя. А у тебя, прямо как у кошки, девять жизней. И ты опять меня выручил!

От важности и незаменимости у дейга даже щеки раздулись.

— Пришлось немного поваляться там, на поле. Когда очнулся, тебя, хосяйка, уже не было. Зато я смог забрать артефакт и отыскал господина мага вместе с его армией, — хвастливо отозвался Кошик.

Вот, значит, почему Эррагес не смог найти камень!

— Выходит, ты раньше служил Лайвеллу в Илирайне? А ты, Лайв, — обратилась я к любимому, — теперь первый наследник? — вспомнила слова погибшего короля о родстве.

Лайв тихо хмыкнул, обнял меня сильнее и уткнулся мне в волосы лицом. Он ничего не сказал вслух про свое новое положение. Но я знала, как важно для него то, что память наконец вернулась.

— Что делать с троном Илирайна, я решу позже. Пока на время вернемся в Альтарию. Мне ещё нужно уладить там некоторые вопросы.

Он достал мерцающий камень, который я сразу же узнала. Я, как завороженная, прикоснулась к нему и вдруг вспомнила, что с его помощью могу открыть путь на Землю. Именно этого я и хотела. Или нет?

— Это ведь тот камень, который может вернуть меня домой? — спросила я у Лайва, сглотнув комок в горле, хотя уже догадывалась, что он скажет.

По щекам потекли запоздалые слезы от понимания того, что все закончилось. То, к чему я так стремилась, у меня в руках.

— Я уже жалею, что ты нашла этот камень, — хмуро произнес маг.

— Ты ведь понимаешь, что я не из этого мира. Там, на Земле остались мои родные. Ты знаешь сам, каково это — потерять их, — произнесла я еле слышно, стирая непрошенную влагу со щек.

— Поговорим позже. Сейчас неподходящий момент, — прервал меня маг, спрятав артефакт.

— А когда для этого настанет время? Когда я рожу? — Голос сорвался. Кажется, у меня начиналась банальная истерика.

— Я не могу надолго оставить своих солдат, — твердо и настойчиво произнес Лайв, желая меня вразумить. И подал руку, чтобы помочь подняться.

Я сжала губы, пытаясь вконец не разреветься.

Черт! Я столько пережила, у меня уже сдавали нервы, но гордость взяла свое. Если продолжу разговор, не смогу остановиться. Может, действительно лучше оставить серьезный разговор на потом?

Я рассеянно ступала за ним. Кошик прижимался к моей ноге, чувствуя мое состояние, пытался меня подбодрить, а меня все равно одолевали настойчивые мысли, и в душе росла обида.

Почему он так поступает со мной? Почему не скажет, что я нужна ему? Всего-то произнести несколько таких простых, но таких важных слов. Мое сердце, уставшее от переживаний, успокоилось бы.

А потом, чтобы уже совсем добить, что-то изнутри, ехидное и пессимистично настроенное высказалось: «Если бы хотел оставить рядом, сделал бы предложение выйти замуж еще тогда, в своем замке».

Стало еще горше на душе. Зачем ему вообще нужна безродная попаданка, когда он почти король целой страны? Разве что ради наследника.

Я чувствовала себя опустошенной после пережитого. Лучше подумаю об этом позже. Слишком много всего навалилось, а в таком подавленном состоянии не смогу правильно принять слова Лайва. Мне предстоит решить — остаться рядом с отцом ребенка или уйти в свой мир.