Глава 14

Спать уже не хотелось. Пока я умывалась и приводила себя в порядок, совсем рассвело. Я выглянула в окно. Город проснулся: доносились голоса, плеск вёсел, звуки шагов по деревянным мосткам. Потянуло свежей выпечкой и ароматом травяного чая. Сигнал к завтраку. Я быстро собралась, обмотала шею платком, так как синяки были ещё видны, и вышла из комнаты: «Сегодня надо потратить немного денег… Назло этому чешуйчатому психу! Хочу сапоги из крокодила, а ещё надо купить небольшое зеркало, заколки для волос и хороший гребень». В столовой ко мне подбежал Гарри:

– Эрдана, там за вами пришли…

– Спасибо, а можно и Гуна покормить? Я заплачу…

– Думаю, да.

– Может, лучше у отца спроси на всякий случай…

Крианн сказал, что Гуна они готовы каждый день кормить завтраком и ужином всё время, пока я здесь, так как переплатила за своё проживание. Гунар сначала упирался, но я его быстро уломала. Мы с аппетитом умяли свои порции и отплыли довольно рано, столпотворения в каналах ещё не было. Я по обыкновению сидела на скамеечке, а Гун правил, отталкиваясь длинным шестом.

– Эрдана Кари, я тут думал…

– О чём?

– Ну, о том, что вы мне говорили вчера…

– А-а-а… ты об этом. И что?

– Можно попробовать. Мой племянник сказал, что поможет. Его хороший друг, ткач, обобьёт гондолу недорогими коврами и подешевле продаст несколько подушек, ну чтобы комфортно было…

Я улыбнулась:

– Правильно мыслишь. Твоим пассажирам должно быть удобно и подумай над маршрутом или даже несколькими.

– Я уже думаю. Только, эрдана, я хотел спросить…

– Гун, в чём дело?

– Надо заявку наместнику подать, налог заплатить…

– Тебе деньги нужны?

– Нет, эрдана, нет… Того, что у меня есть, хватит. Просто лучше заявку сейчас подавать. Скоро праздничная неделя и их долго принимать не будут… Вы можете меня отпустить на полдня?

– Так вот ты о чём! А я не пойму никак, в чём проблема! Ну так поехали вместе!

У большого каменного здания с узкими окнами, неподалёку от центральной площади, собралась небольшая толпа. Я так поняла, что это городское управление, в котором заседали чиновники. Сам наместник такими делами не занимался, он, как говорится, был руководитель верхнего уровня. На стене висела длинная доска. Гун объяснил, что это доска объявлений. На ней писали мелом различные сообщения, указы, распоряжения и так далее… С другой стороны от входа была ещё одна, такая же. На этой доске могли писать свои объявления жители города: купцы, лавочники, содержатели таверн и гостиниц. Оказывается, подобные информационные или рекламные доски висели в разных частях Банкора.

Ждали мы долго. Когда же, наконец, открыли двери и народ хлынул внутрь, выяснилось, что чиновник, который сегодня отвечает за приём заявок на работу, будет только после полудня. Гунар расстроился, а я убедилась, что административно-чиновничья система одинакова, скорее всего, во всех мирах Вселенной: очереди, ожидание начальников, бумажная волокита и так далее и тому подобное.

– Не переживай, Гун. Пошли на рынок сходим, а потом вернёмся. Если ты решил, то нельзя отступать.

Так мы и сделали. На рынке я купила всё, что хотела, кроме сапог. За ними нужно было идти или сплавать на гондоле в другую сторону, на улицу портных и сапожников. Когда мы вернулись к городской управе, нужного чиновника ещё не было. В ожидании я ходила вдоль досок с объявлениями. Читала я плохо. К сожалению, Гай так и не успел толком меня научить. Я знала не все буквы и их сочетания. Окатанская письменность в каком-то смысле походила на китайскую. Один значок мог обозначать иногда целое слово или часть его. Да и привыкнуть мне было сложно. Жаль, что языковые настройки в моей голове не распространялись на написанные знаки. Эти точки, палочки, крючочки и загогулины совсем не походили на знакомые буквы.

Гунар сначала не поверил, что такая «толковая», по его словам, эрдана практически не умеет читать. Было жутко стыдно. Моё высшее образование здесь имело мало смысла. Оттащив старика в сторону, я попросила его почитать мне объявления, попутно поясняя каждый знак. Мы разобрали уже треть из написанного на доске, когда Гуна позвали. Чиновник объявился.

За массивной конторкой сидел щуплый мужчина средних лет в чёрном камзоле с двумя рядами красивых пуговиц. Под ним тёмная рубашка с широким отложным воротником, лицо хмурое и очень серьёзное. «Мрачноватый тип… – подумала я. – Как бы не дал он Гуну от ворот поворот». Мы подошли. Чиновник сначала что-то долго чёркал стилосом и только потом поднял глаза. Гун начал отбивать свои поклоны, я же нагло рассматривала строгого дядьку.

– Слушаю… вас… – и также пристально начал разглядывать меня.

– Разрешение… официальное… в гондольеры…

– Имя? – не глядя в сторону Гуна, спросил чиновник. Он сверлил меня глазами.

Гун назвал своё полное имя и опять поклонился.

– Гондола имеется?

– Конечно, фаэдр.

– Давно живёшь в Банкоре?

– Почти десять лет…

– Хорошо… Где?

– У племянника моего, Дагана эн Эгилла, в таверне «Сочный окорок».

Чиновник кивнул:

– Знаю… – и неожиданно спросил: – Это твоя дочь?

Гун вздрогнул, но я не растерялась:

– Нет, фаэдр. Я дочь старого друга Гунара, приехала встретить мужа из плаванья, – и поправила платок на шее, так чтобы было видно кольцо.

Чиновник его заметил и опустил глаза.

– Сколько лет, служил ли где? – продолжал он спрашивать.

Гун кратко поведал свою биографию.

– Ну что ж… – и строгий дядька постучал стилосом по конторке. – Возраст у тебя уже преклонный, да и немощен, я вижу.

Гун начал оправдываться, мол, что он не так уж и стар, чувствует себя хорошо и вполне может справляться с работой.

– А налог кто в конце года заплатит, если ты к Хранителю отправишься?

– Но я…

– Можно принять заявку, но надо, чтобы два человека поручились за тебя. Найдёшь, тогда приходи. По полтора эре с поручителя, один за заявку и один за разрешение… Итого – пять эре.

Я быстро прикинула: только за эту бюрократию Гуну нужно отдать половину золотого ранда.

– А сколько налог в конце года? – встряла я в разговор.

– Для гондольеров два ранда в год.

В общем, не много, учитывая, что официальное разрешение даёт само по себе неплохие привилегии, как объяснял Гун.

– Гун, а твой племянник может за тебя поручиться?

Старик пожал плечами.

– А я могу быть поручителем?

– Эрдана разве живёт в Банкоре? – чиновник ехидно глянул исподлобья.

– Нет, не живу…

– Поручиться имеет право только житель города.

Я решила не отступать:

– А если я заплачу больше?

«Чёрный камзол» откинулся на стуле и сцепил руки на животе:

– Насколько?

– В два раза.

– В четыре.

– В три.

– Годится, – и он улыбнулся. – Но второй поручитель всё равно нужен и он обязательно должен быть жителем города.

Гунар дёргал меня за рукав:

– Эрдана Карина, не надо… Я как-нибудь…

– Спокойно, Гун. Мы с фаэдром уже договорились. А второго поручителя мы найдём, не переживай. Оформляйте…

Служащий достал плотные листы, записал всё, что нужно, и спросил моё полное имя. Я ответила. Мужчина хмыкнул:

– Дом Матвэй… – и опять принялся меня разглядывать. – Неужели ещё кто-то остался?

Я молчала. Мы заплатили всё, что требовалось, договорились, что ждать второго поручителя будут до начала праздничной недели, и вышли на свежий воздух. Гун был бледен, как полотно.

– Гун, что случилось? Тебе плохо?!

– Карина… – он смотрел очумелыми глазами. – Вы… эн Матвэй?!

– А что?

– Моя прабабка по отцовской линии тоже была эн Матвэй!

Теперь настала моя очередь удивляться:

– Серьёзно?!

– Я думал, что и нет уже никого… Вымерли все…

– Ну… – я не знала, что сказать. Вот же умудрился Мозговой имечко придумать. – Выходит, мы с тобой родственники, в какой-то степени…

– Выходит… Я так счастлив!

В этот момент из здания управы вышел парень в таком же чёрном камзоле, как и тот чиновник, который принимал у нас заявку. Он вынес квадратную доску, инструменты и начал прибивать её рядом с доской объявлений.

– Что это? – очень хотелось перевести разговор в другое русло, подальше от скользкой темы родни, предков и истории дома, к которому я якобы принадлежала.

– Это указ или объявление от наместника.

– Пошли почитаем.

Это был не указ. Это было сообщение о казнях перед праздничной неделей. И в нём говорилось, что казни должны состояться за сутки до начала празднований, то есть через двенадцать дней. Казнены, через повешенье, будут пять человек, все за преступления против террхана, и далее перечислялись имена. Одному же отрубят голову, так как шестой приговорённый – сын родного брата первого советника Великого террхана Северных земель, полное имя которого Грасаан Леан Хильгейв эн Геанар. Террхан Восточных территорий оказывает тому великую честь, заменяя повешенье отрубанием головы, как и подобает быть казнённым столь знатному преступнику.

У меня подогнулись колени, а внутри всё похолодело: «Гоблин! Грас! Здесь! В Банкорской тюрьме! Его казнят! Не может быть… А вдруг это не он?!»

Но шансов на то, что это не мой Гоблин из золотой банды, не было. Я ведь слышала от Хейи, что он в тюрьме, только неизвестно где, и что он, сын брата советника Северного терра. А Грас вот, оказывается, где! В Банкоре!

– Кари, Кари… – Гун взял меня за руку. – Что с тобой?

– Пойдём отсюда…

Пройдя через площадь и пару мостов, мы спустились к гондоле.

– Отвези меня в «Тихий островок».

– А как же сапоги из крокодила?

Я отмахнулась и Гун отчалил. Присутствовать ни на каких казнях я не собиралась, но увидеть Граса было необходимо, да и очень хотелось, если честно. К членам банды я испытывала какие-то странные родственные чувства. Они первые! Первые, какими бы они ни были, приняли меня в чужом мире, позаботились как смогли, кормили, поили, выходили. В душе я даже простила им попытку изнасилования, хотя Грас на меня видов не имел. Да и потом, это же он услышал, как объяснил Мозговой, мои стоны из ямы.

Гун причалил возле маленького мостика, а я даже не заметила, как он присел рядом:

– Что случилось? На тебе лица нет…

Я глянула в такие добрые, окружённые сетью глубоких морщин, глаза:

– Гун… В тюрьму можно попасть?

– Так вот оно что! Ты знаешь кого-то из смертников?!

– Да…

– Кого?

– Того, кому отрубят голову.

– Та-а-ак… – старик задумался. – Но откуда ты можешь знать его, он же из золотой банды, которая столько лет грабила караваны?!

– Это долгая история… Я не могу тебе рассказать, прости… Может, потом как-нибудь…

– Нужны деньги… и немало.

– Сколько?

– Два-три ранда точно.

– Ты сможешь выяснить, как это сделать? Мне нужно увидеть его до казни обязательно. Вот только узнает ли он меня… Это очень важно, Гун! Очень надо поговорить с ним!

– Я всё понял, Кари… Я попробую.

– Если ты не хочешь или есть какие-то причины… – и я вопросительно глянула.

– Что ты! Нет! Чем же ещё отплатить за твою доброту?! Можно я буду считать тебя своей дочерью, хотя по возрасту правильнее внучкой?

Хлюпнув носом, я бросилась старику на шею:

– Нужно, Гун… Нужно!

Мы немного поплакали, вытирая друг другу слёзы, а потом Гун довёз меня до гостиницы.

Крианн сам открыл дверь:

– Вы сегодня рано вернулись, эрдана Карина.

– Да, Крианн, так получилось… – я тащила Гуна за собой, он упирался, не понимая зачем. – Крианн, можно спросить?

– Конечно, – и он прошёл за свою стойку.

– Мне нужна помощь, а в городе я почти никого не знаю. Дело в том, что сегодня мы подавали заявку на работу гондольером…

– И что? – Крианн почему-то улыбался.

– В управе потребовали двух поручителей помимо обычной оплаты, из-за возраста Гуна. Я поручилась, но нужен ещё один человек и обязательно житель города. Вы можете помочь найти такого? Расходы мы оплатим…

– А зачем искать? – он продолжал улыбаться в бороду.

– В смысле?

– Могу я поручиться или Гарри, он уже совершеннолетний.

Я бухнулась на диванчик у стены и усадила рядом своего новоиспечённого дедушку.

– Крианн! А с вами приятно иметь дело, вы знаете об этом?!

Он расхохотался. Не думала, что вопрос с поручителем решится так просто. Мы быстро всё обсудили, и Гун отчалил по своим, вернее по моим, делам. Я же, сославшись на усталость, заперлась в комнате. Макса не было… «И где он? До заката ещё далеко… Неужели я так сильно его обидела?»

В дверь постучали. Это был Крианн:

– Можно?

– Можно… – я задвинула люк креслом и открыла. Перешагнув порог, хозяин «Тихого островка» оглядел комнату и уселся в кресло.

– Эрдана, я хотел поговорить с вами… Вы ведь связаны с ангалинами, не так ли?

Отрицать было бессмысленно. Я кивнула и добавила:

– С одним…

– Я его тоже знаю? У него приметная царапина на лбу и зелёные глаза?

– Знаете…

– Отлично! Вот его доля за жемчуг, – и достал из кармана толстый кожаный мешочек. – Вы передадите?

– Можете быть уверены.

– Спасибо. В этот раз сделка была очень удачной. Мы хорошо заработали.

Я взвесила в руке «долю». Ого! Какая тяжёленькая!

– Если появится ещё что-либо подобное, буду только рад. Условия меня устраивают.

– Я передам ему… Крианн, а вы, случайно, не знаете… можно ли увидеться со смертником до казни?

Такого вопроса он никак не ожидал, но ответил быстро:

– Можно. А зачем вам?

– Сегодня я узнала, что здесь, в тюрьме, находится человек, с которым мне нужно обязательно встретиться.

– Думаю, что два-три ранда помогут в таком деле. Только договариваться надо непосредственно с охраной, в городскую управу лучше не ходить, там задают слишком много вопросов.

– Спасибо, Крианн.

– Хотите чаю пока?

– Хорошо бы…

– Гарри принесёт, – он поднялся с кресла. Стоя, Крианн был не намного выше меня сидящей. Теперь мы находились почти на одном уровне и уже он смотрел на меня сверху вниз. Мужчина хотел что-то сказать, я видела это по его лицу, но он лишь слегка поклонился со словами:

– Отдыхайте… – и вышел.

Вскоре Гарри принёс чай с куском утреннего пирога. Парень сегодня был весел и улыбчив.

– Не желает ли эрдана ванну?

– Спасибо, Гарри, не утруждайся.

– Как скажете.

Я заперлась на засов, выпила чай, а к пирогу не притронулась. Есть совсем не хотелось. Не раздеваясь, упала на кровать и через несколько секунд носилась по библиотеке.

– Мозг! Как же так?! Его казнят!

Профессор сидел за столом и листал толстый фолиант.

– Очень жаль…

– Надо что-то придумать! Слышишь?!

– Ты опять за своё?

– За какое своё?!

– Ну, Кари… Ты как маленькая. В Маргосе освободила ангалина, а здесь хочешь помочь заключённому совершить побег?! Не забывай, что он преступник!

– Я очень хочу помочь ему, и если бы знала как, то ни минуты бы не раздумывала, но понимаю, что это нереально. Надо хотя бы повидаться, спросить, что было после моего исчезновения… Что с Дайком…

– Тут ты права, конечно, встретиться необходимо, информация лишней не будет.

Я мерила библиотеку шагами, а Мозговой через монокль поглядывал на мои метания.

– Я так хочу помочь ему! Это же мой Гоблин! Только как?! Может, на свидании получится что-то разведать?

– Выбрось это из головы! Банкорская тюрьма – не набережная в Маргосе! Ты не знаешь, где и как его содержат, ни как охраняют. И города ты тоже почти не знаешь… Да и вообще! Что я говорю? Это глупая затея!

– А вот знаешь что… – я ткнула в него пальцем. – Что-то подобное ты и в Маргосе говорил, не хотел, чтобы я Макса освободила. Но всё получилось! Мало того, теперь Макс мой друг и даже больше… И мне без разницы, что он не человек. Он стал таким же близким, как и золотая банда, и караванщики, и Гун. И если я смогу помочь Грасу, то я это сделаю! Обязательно! Не хочешь помогать, не надо! Сама справлюсь! – и выскочила из библиотеки, громко хлопнув дверью.

Пока бежала по какому-то странному полутёмному коридору, которого раньше не было или я его просто не замечала, до сознания донеслись брошенные вслед слова Мозгового:

– Кари! Постой! Давай поговорим!

Крикнув мысленно: «Обойдёшься!», я открыла глаза. Под полом стучали. Я вскочила и отодвинула от люка кресло. Холодный, мокрый Макс сбил с ног:

– Ты почему так долго не открывала?! – хвост обвился вокруг коленей, а над лицом нависла тёмно-серая морда. – Ты что, обиделас-с-сь?! Прос-с-сти… Я понимаю, что пс-с-сих…

Не говоря ни слова, я крепко стиснула его шею, водя ладонью по влажной чешуе. Макс дёрнулся, по всему его телу быстро пробежала искристая дорожка, и он ещё сильнее обхватил меня. Так мы и лежали на полу возле открытого люка. Я перебирала пальцами крупные чешуйки вдоль позвоночника, это действовало очень успокаивающе, а он, закрыв глаза, дышал куда-то мне в макушку.

– Тебе Крианн кучу денег за жемчуг передал… – прервала я молчание.

– Много? – глаза не открывались.

– Не знаю, не считала… Сам посмотри… Ещё сказал, что если появится что-либо подобное, будет только рад, условия его устраивают.

– Отлично…

В дверь постучали:

– Эрдана Карина, ужин готов! Вы слышите?

– Да, Гарри, я скоро… Макс, выпусти меня, – последнюю фразу я сказала шёпотом.

Хватка ослабла, и я поднялась на ноги:

– Ты голодный? Принести что-нибудь?

– Нет, я хорош-ш-шо поохотился… – изумрудные глаза очень внимательно меня рассматривали. – Что-то случилос-с-сь?

– Ты о чём?

– Я же вижу, вернее, кож-ж-жей чувс-с-ствую, что ты чем-то обес-с-спокоена…

– Случилось…

Он стряхнул остатки влаги и принялся разжигать камин:

– И что ж-ж-же?

– Помнишь, я рассказывала про золотую банду?

– Как не помнить…

– Грас в тюрьме, здесь, в Банкоре. Перед праздником его казнят, голову отрубят…

Ангалин подбросил несколько поленьев и повернулся ко мне:

– Иди поеш-ш-шь, потом поговорим, – и улыбнулся одной половиной клыкастой пасти. Как у него так получается?!