Глава 5
Как только мы поднялись на палубу, капитан скомандовал сниматься с якоря. Матросы кинулись ставить паруса. «Чёрная медуза» быстро набирала ход. Стоя на корме, я наблюдала за ангалинами, плывущими позади. Когда ящеры стали отставать, я махнула крапчатой на прощанье, и она ответила красивым, высоким прыжком.
Стоя у руля, Ают бросил через плечо:
– Ну что, отстали?
– Почти… – я обернулась.
– Эрдана Карина, я и не знаю, как вас благодарить… Вы приносите удачу!
– Мы снова на «вы», капитан?
– Нет, что ты… – он свистнул, подзывая Данко.
Когда помощник сменил его, он схватил меня за руку и поволок в каюту. Вскоре туда принесли сундуки. После того как за матросами закрылась дверь, Аютан налил вина и одну кружку протянул мне:
– Сегодня будем праздновать! Поводов накопилось более чем достаточно! Вечером станем на якорь и откроем одну из бочек. Как ты на это смотришь?
– Не знаю… На судне всё решает капитан…
– Ох, Кари! – и он громко рассмеялся. – Как только я тебя увидел, то сразу понял, что рейс будет интересным. Но не ожидал, что настолько…
Я пригубила терпкое вино:
– Ты обманул ангалинов. В сундуках, действительно, много ценностей?
Он захохотал ещё громче:
– Да только за одну посуду из чёрного серебра можно выручить рандов десять, а то и больше!
– А остальное?
– Смотри… – и подвинул к себе сундук с книгами. – Эти книги можно восстановить. В столице, в архиве террхана, работает книжный мастер, который знает, как это сделать. Он их с руками оторвёт! А это… – и достал гибкий свиток, – знаешь, что это такое?
– Нет…
– Это Вечные свитки Кифа! Они бесценны! Я могу запросить за них сколько захочу! Бери! Один твой! – и бросил мне рулончик. – Богинь надо холить, лелеять и ублажать дорогими подарками!
Теперь я захохотала:
– Это тот самый Киф, в честь которого названо место Кифов нос?
– Верно. Ты знаешь?!
– Была там… полгода назад.
– Но это же такая даль!
– Для богинь не существует расстояний!
Теперь мы хохотали вместе. Когда смех пошёл на убыль, я спросила:
– А что там? В этих свитках… И почему они называются «вечными»?
– Там стихи. И весьма странные… Их сложно понять. Некоторые считают их пророчествами. А вечные, потому что в огне не горят и в воде не тонут. Этот материал, на котором они выцарапаны, никому не известен. Но их всё равно очень берегут: во-первых – их мало, а во-вторых… кто знает… вдруг то, что там написано, правда и пригодится когда-нибудь. Многие люди до сих пор верят в проклятие богов и думают, что придёт время, когда они вернутся…
– А ты?
– Что… я?
– Ты веришь?
Он вздохнул, допил вино и громко стукнул пустой кружкой о стол:
– Нет! Я не верю! Это сказки. Я верю только в то, что человек сам за всё в ответе, и никакие боги тут ни при чём. Но это ещё не все подарки! В другом сундуке тоже есть кое-что интересное.
Мы достали посуду, которая, к слову сказать, была очень красивая, и ворохи каких-то юбок, рубах, штанов. Я заглянула на дно и достала… скукоженную детскую одежду: странные ползунки, такой же сморщенный гольфик-водолазку и пару малюсеньких перчаток. Держа эти корявые одёжки, я непонимающе посмотрела на Аюта. Он загадочно улыбался.
– И как это понимать?
– Кари, это лимм!
– Лимм?! Что это?
– Это нижний костюм женщин севера, они носят его под обычной одеждой. В нём никакие морозы не страшны, да и жара тоже. Когда холодно – он греет, когда жарко – охлаждает. В нём даже можно плавать в ледяной воде!
Я подозрительно вертела корявые кусочки и никак не могла взять в толк, как это можно носить. Всё сморщенное, скукоженное и размер как на трёхлетнего ребёнка.
– Его нужно положить в воду ненадолго, он набухнет и увеличится. Потом мокрый лимм нужно натянуть на голое тело, он быстро высохнет и станет как вторая кожа. А если его не носят, то хранят мокрым, чтобы не сжимался.
Недолго думая, я рванула на палубу за ведром и уже на бегу выкрикнула:
– А вода какая нужна?!
– Пресная!
Схватив деревянную тару, я так же быстро спустилась в трюм к бочке с пресной водой. Мужики в кубрике удивлённо переглянулись:
– Кари! Зачем тебе столько?! Лопнешь! – Данко свесился из гамака.
– Капитан разрешил… Кстати, вечером намечается маленький праздник. Доставайте кружки, мальчики!
Все, кто был внизу, радостно загалдели. Через несколько минут загадочный костюм северянок намокал в ведре, а я опять устроилась в кресле в капитанской каюте. Ают поднялся на палубу сменить рулевого, так как скоро начинался сложный фарватер. Ожидая, пока набухнет мой второй подарок, я взяла первый, то есть Вечный свиток, и вгляделась в уже знакомые значки. Голос в ухе прошептал:
– Разверни полностью, я тоже хочу почитать…
– Мозг, прочтёшь? А то я буду эти кривульки долго разбирать…
– А самой слабо?
Я заныла:
– Ну Тан! Ну миленький! Ты же знаешь, как плохо я читаю, а это вроде как стихи… Их надо читать плавно, с выражением…
– Ох, хитрюга! Верёвки из меня вьёшь! Ладно, слушай…
После того как отзвучала последняя фраза, я зависла на долгой паузе. Дуновение воздуха возле шеи вывело из прострации:
– Эй… Эй… Кари… Очнись… – приобняв за плечи, позади склонился капитан.
Я открыла глаза и оглянулась.
– Что с тобой? Ты будто сознание потеряла…
– Всё в порядке… Бывает, когда задумаюсь… Я прочитала…
– И как?
– Действительно, похоже на пророчество… Красивое стихотворение… А дашь свой посмотреть?
– Если моя богиня умеет читать на языке древнейших, то конечно…
– Нет, не умею…
Его руки сжимали мои плечи, потом он опустился на колени и, обняв ещё крепче, поцеловал в шею:
– Кари… Дорогая…
Этого хриплого, чувственного шёпота было достаточно, чтобы понять, что вскоре может произойти. Я медленно высвободилась и посмотрела на него: мужественное, загорелое лицо, небольшая тёмная щетина, широковатый нос, красиво очерченные губы, блестящие карие глаза и треугольный шрам на правой щеке. Строгая, истинно мужская красота. Я провела пальцем по его подбородку и покачала головой. Он всё понял:
– Прости, не сдержался…
– Пойду к себе. Надеюсь, когда начнётся празднование, не забудешь пригласить?
Он криво улыбнулся:
– Как же… без тебя…
Я забрала свои подарки и закрылась в каюте. Дело близилось к вечеру. «Медуза» шла полным ходом к месту очередной ночёвки. Лёгкая качка действовала расслабляюще, и я растянулась на узкой жёсткой койке.
В библиотеке никого не было. На письменном столе царил рабочий хаос: свитки, какие-то схемы, чертежи… На обрывках плотных листов непонятные вычисления и странные формулы… Я осмотрелась и заметила новшество. На стене, между высокими стеллажами, висела карта. Карта Окатана… Два полушария, восточное и западное; выше экватора большой материк, отдалённо похожий на Австралию и разделённый на две части сплошной горной цепью. «Восточные территории… – я провела ладонью по шершавой бумаге. – Так вот они какие… Большие… А там, за горным хребтом, Западные земли… Ого! На Западе должно быть ещё теплее: южные окраины почти достигают экватора… Молодец, Мозг! Неплохая карта получается, но белых пятен ещё много… А вот и Северный материк, правда, обозначен пока только Альдаск… Не так и далеко от северной границы Восточных территорий…»
– Кари…
Я обернулась:
– И где мы ходим?! Плутаем в дебрях моего разума?!
– Ну, что-то вроде того… – профессор улыбнулся и уселся за стол. – Ну, как? Нравится?
– А ты молодец! Хорошая карта. Я даже как-то успокоилась, что ли…
– В смысле?
– Ну… – я продолжала водить рукой по стене и всматриваться в пометки. – Теперь я представляю Окатан более ясно, более чётко, что ли… Он становится осязаемым, настоящим… для меня…
Профессор внимательно посматривал через монокль и о чём-то размышлял:
– Именно для этого я её и делал, чтобы ты посмотрела на всё со стороны, более отрешённо и спокойно…
Я нашла место, обозначенное как Кифов нос:
– Вот она… Вот точка отсчёта… Исток Улитки, Чёрное ущелье и Маргос… – я продолжала водить пальцем по карте. – А вот и Банкор! Он почти врезается в Островной пояс… Латрас! Так вот он где! На востоке, на самом побережье…
Тан вылез из-за стола и стал рядом:
– Мы сейчас где-то здесь… Видишь, вот Небесные острова, мы их миновали… А вот Перрикол, тут Ают собирается сделать остановку, потом около недели пути и… мы в Латрасе.
– Да… Долго я туда добираюсь… Такой огромный крюк… Если бы шла напрямик, то давным-давно была бы на месте…
– Жалеешь? – Мозг обнял за плечи и глубоко вдохнул.
– Нет. Уже не жалею. Ты правильно тогда сказал… Если бы я не отклонилась от маршрута, то и Макса, и Граса уже не было бы в живых, это того стоило. Всё нормально, всё правильно…
– Умница моя! – и нежно поцеловал в висок.
– Эрдана Карина! Открой! Кари!
От грохота стены ходили ходуном. Я вскочила и распахнула дверь, которая уже просто трещала под мощным натиском. Ают, по инерции, ввалился в тесное пространство:
– Что случилось?!
– Я заснула…
– Да я с полчаса стучу! Кари, что с тобой?
– Всё в порядке, капитан. Всё хорошо…
Он сначала подозрительно рассматривал меня, потом обвёл взглядом каюту и, видя, что всё вроде нормально, улыбнулся:
– Тебя все ждут. Тиль приготовил прекрасный ужин и даже десерт, благодаря твоей предусмотрительности, а ты спишь!
– Я сейчас… Пять минут…
Он кивнул и вышел:
– Пять минут, не больше…
Праздник удался на славу. Погода тоже благоприятствовала: было тепло, ветер стих и «Медуза» плавно покачивалась на якоре между островов, похожих как две капли воды. Команда расположилась на палубе, наблюдая яркий, сочный закат, а позже, когда совсем стемнело, зажгли фонари. Мы ели, пили вино, а ужин был, и правда, очень вкусным. Потом пошли рассказы, разные морские байки и истории из жизни. Было очень весело, от хохота даже лицо заболело. Вскоре дошла очередь и до меня рассказать какую-нибудь историю. Тиль выразительно глянул:
– Эрдана, помните…
– Да, помню. Выполняю обещание…
Историю про Ассоль и алые паруса рассказать в деталях не составило труда, так как я и книгу читала, и фильм смотрела раз двадцать. Если бы устраивали конкурс на лучшую историю, то моя взяла бы первый приз.
Матросы слушали затаив дыхание, а под конец некоторые даже вытирали слёзы. Капитан сидел, прикрыв глаза и слегка отвернувшись, будто не хотел, чтобы видели его лицо. В процессе рассказа иногда кто-нибудь не выдерживал и начинал сыпать вопросами, но на него тут же цыкали и нетерпеливый затыкался, потом ситуация повторялась, только уже с другим матросом. Когда в своём повествовании я дошла до момента, что люди побежали на берег смотреть на алые паруса, бедняга Тиль разрыдался, а потом звучно сморкался до тех пор, пока я не закончила. Сначала все молчали, а потом Данко неожиданно выдал:
– Если мы построим новую шхуну, то назовём её Ассоль… Верно, капитан?
Ают улыбнулся и кивнул:
– И второй комплект парусов будет ярко-красным.