Глава 15. Попутчица

15 лет назад. В дороге.

— Всё будет хорошо.

— Никто не может этого гарантировать. Даже бог, в которого я не верю.

— Ладно, скажу по-другому. Мы сбежали, потому что нам не оставили выбора. Значит, всё должно получиться. Обязательно!

Парень с темно-русыми волосами крепче сжал руль загорелыми руками и вопросительно глянул на сосредоточенный профиль подруги. Но она повела плечами и горько вздохнула, ничего не ответив.

Нет, Полина не сомневалась в принятом решении. Даже сейчас, когда дом остался за десятки километров. Но на душе скребли кошки при мысли, что почувствовала сестра, когда прочла прощальное письмо. Расплакалась? Прокляла двух беглецов? Умом она должна всё понять, но сердце не примет непростую истину, разорвется от горя и обиды.

Ох, Лариса… Как же больно покидать тебя. Но надо думать и о собственном счастье. А дома его теперь точно не дождешься…

— Давай где-нибудь поедим, — предложила Полина Данилу, постаравшись, чтобы голос звучал уверенно. — Потом я сяду за руль. Через несколько часов остановимся и поспим в машине.

Парень не возразил. Он не спорил, что бы она ни предложила. С тех пор, как предал. Полина сжала зубы до хруста от нахлынувшей злости, и в тот же миг требовательно заурчал желудок. Как же хотелось есть! Рано утром беглецы выпили кофе в дешевой забегаловке, и вкус этого пойла преследовал несколько часов. Сейчас почти вечер, а они так и не ели. Ох, лучше, правда, сосредоточиться на мысли о голоде, нежели о том, что случилось в палатке после глупой ссоры с Данилом. Или о последствии импульсивного поступка. О ребенке, который ещё не родился. Его ребенке. Первенце.

Простила ли она Данила? Полина не знала ответа. Раненное сердце кровоточило. Но она знала, что не хочет отдавать его — мальчика, годами подкладывающего конфеты в ранец — другой, подруге на одну бездумную ночь. Он принадлежал ей одной. И точка. Никакая Эмма Мирошниченко этого не изменит!

Мысль о побеге родилась, едва отец "обесчещенной" девушки явился к Данилу с требованием жениться. Полина продумывала детали, просчитывала ходы наперед. Но тянула и тянула с принятием решения. Из-за Ларисы. Второй половинки, столько лет от неё зависящей. Знала, сестра не простит. Не сможет.

Деньги Полину мало волновали. После смерти Веры она скопила сумму, достаточную на первое время. Старшая дочь приучила Юрия покорно раскрывать кошелек, когда им с Ларисой это требовалось. Другие назвали бы подобное шантажом, но Полину не беспокоило некрасивое слово. Как и его суть. После удачной аферы, которую она провернула три года назад, Полина ничего не боялась. И не раз намекала отцу, что любой соцработник заинтересуются, почему два подростка растут заброшенными. А Юрий предпочитал платить, нежели иметь дело с упомянутыми личностями.

Главное, где-то осесть. И сделать так, чтобы их с Данилом не нашли. Как можно дольше. В том, что отец умоет руки, Полина не сомневалась ни секунды. Не поднимут шума и родственники Данила — вырастившие его бабушка с дедом. Поймут ситуацию. Обоим всегда нравилась школьная подруга внука, а Эмму с её беременностью старики восприняли в штыки и удивлялись, почему вместо того, чтобы решить «проблему», родители девушки настаивают на свадьбе.

Кого, действительно, стоило опасаться, так это отца глупой девчонки Эммы — известного в городе финансиста. Полина не сомневалась, Мирошниченко пустит по следу ищеек, и постаралась максимально усложнить задачу. Машину Данила — развалюху, на которой пару лет назад ездил дед, они бросили посреди ночи на окраине города. С ключами в зажигании. Пускай ищейки гоняются за призраками. А авто, на котором беглецы сейчас ехали, позаимствовали у соседа, отправившегося в длительную командировку за рубеж. В будущем и эту машину предстояло оставить. Пока же она — неприметная, темно-серая — послушно мчалась по трассе, не привлекая внимания.

Полина мрачно смотрела на закат — странный и неправильный. На яркие кроваво-красные разводы на темнеющем синем небе. Будто ребенок, не умеющий рисовать, размазал краску на цветном листе бумаги. Сердце дернулось от дурного предчувствия. Застучало. Занервничало. Вдруг это знак, предупреждение о надвигающей беде?

— Глупости, — прошептала Полина. Она предпочитала считать, что человек сам управляет судьбой, а не какое-то там провидение.

— Что? — переспросил Данил, не разобрав слово.

Полина отвернулась от заката цвета крови и ничего не ответила. Обнадежить парня не повернулся язык, но и делиться мистическими ощущениями унизительно. Она — девушка рациональная, скептик. В этом её супер-сила.

* * *

Попутчица — некрасивая девчонка с глазами навыкате и пухлыми губами — не понравилась Полине с первого взгляда. Не из-за внешности. Нет. Полина инстинктивно чувствовала, что эта дурнушка ни капельки не переживает из-за непрезентабельности и отлично умеет использовать окружающих в собственных целях. Как нынче Данила.

— Это Кристина, — представил он девицу, пока та проводила ладонью по жидким волосам невзрачного цвета — средним между русым и мышиным. — У неё украли деньги, и она ищет попутку. Ты не против, если мы подвезем Кристину, Поль?

Вопрос прозвучал, как утверждение, и Полине ничего не оставалось, как кивнуть и постараться не показать гнев. Не Данилу. Он и так ничего не заметит. А наглой девчонке. Ни к чему ей знать, что взбесила с первой минуты. Но едва Полина отвернулась, красивое юное лицо исказилось от злости. Угораздило же задремать в машине, пока Данил ходил за кофе! Сама виновата, упустила момент, пока приживалка рассказывала слезливую историю, чтобы сесть на хвост. Теперь придется терпеть и вести себя вежливо. Данил не вычислит подвоха, и если выставить девку прочь, обвинит в черствости к чужой беде.

…В последующие часы пришлось призвать на помощь всю имеющуюся выдержку. Но вопреки стараниям, терпения едва хватало. Пока Полина сжимала руль, убеждая себя, что любая вспышка выставит в невыгодном свете её одну, Данил и Кристина мило общались. Девчонка говорила о себе. Лгала, разумеется (это Полина легко определяла по меняющейся интонации), а еще смеялась над плоскими шутками парня — теми, которые у подруги никогда не вызывали даже улыбки. Этот громкий смех ужасно раздражал и напоминал воронье карканье.

Несмотря на поток выдумок, Полина составила общую картину о жизни Кристины Бердниковой. Выхватила главное, отринула несущественное и несуществующее. Девчонка их ровесница. Выросла в маленьком городке с родителями-неудачниками, благодаря безответственности которых рано научилась заботиться о себе сама. Как и Полина. Но это было единственным, что их объединяло. Да, Кристина тоже умела играть на публику и вынуждать окружающих плясать под ее дудку. Но она лишь предприимчива, а не дальновидна. Живет одним моментом, не продумывая действия на несколько шагов вперед.

Едва окончив школу, Кристина отправилась бесцельно мотаться по стране — куда кривая выведет. Вслух об этом, разумеется, сказано не было. Полина сделала выводы сама. Девчонка же, заливаясь соловьем, рассказывала, что едет к тетке, у которой собственное дело — сеть салонов красоты.

— Поработаем вместе, потом бизнес перейдёт мне в наследство, ведь у тёти Риммы нет семьи, — радостно вещала Кристина, а Полина не сомневалась, что никакой тетки не существует в природе.

Но больше всего злило, как плотоядно нахалка поглядывала на Данила, а тот общался с ней, будто с лучшей подругой. Вряд ли Кристине был нужен Полинин бой-френд всерьез и надолго. Она экспериментировала, училась контролировать ситуацию. И, разумеется, парней. Хотя это не означало, что Кристина не позаимствовала бы Данила ради развлечения и прихоти.

Вечером они припарковались у магазина, и наглая девчонка заявила, что она и Данил справятся с покупками вдвоем. Однако Полина демонстративно вышла из машины.

— По-моему, это разумно, — поддержал предложение Данил. — Ты пять часов провела за рулём. Могла бы отдохнуть или вздремнуть.

— Хочу размяться, — отрезала Полина, из последних сил сдерживаясь, чтобы не сорваться. И добавила, не подумав: — К тому же, деньги у меня.

Кристина не преминула воспользоваться чужим проколом.

— Тебе не кажется, что финансовыми вопросами должен заниматься мужчина? — поинтересовалась она, невинно хлопая ресницами, будто и не собиралась поддеть.

— Кто за рулем, у того и деньги, — отшутилась Полина.

Но парень понял больше, чем она вложила в поспешную фразу. Поджал губы и не произнес больше ни слова, а в магазине отошёл в сторону, намереваясь держаться особняком. Полина повернулась, чтобы сказать пару ласковых Кристине, но та вовремя смекнула, к чему идёт, и принялась щебетать о всяческой ерунде с мальчиком-продавцом. Пришлось в очередной раз за этот долгий день наступить на горло самолюбию и озаботиться покупками, выбирая дешевую, но, увы, не слишком здоровую еду.

Разглядывая ценники, уставшая и злая Полина вновь упустила момент. Не обратила внимания, как Кристина подошла к Данилу. А, главное, как запихнула в сумку солнцезащитные очки. К несчастью, кражу заметил охранник — пожилой поджарый мужчина, судя по выправке, бывший военный.

— Стоять, воришки! — завопил он на весь магазин.

Полина выронила упаковку печений. Она не сразу поняла, к кому обращался старик, а, сообразив, приросла к полу.

Кристина сориентировалась первая. Сорвалась с места, подталкивая ошалевшего от переизбытка впечатлений парня.

— Данил, беги! — закричала она, активно работая пухлыми ногами.

Но Полина не зря отметила непредусмотрительность попутчицы. Нежелание Кристины думать наперёд, колоссальная невнимательность, а может, и обычное невезение, подвели всех троих. Увлекшись флиртом с чужим бой-френдом, девчонка не заметила зашедших за кофе и булочками стражей порядка.

— Данил, значит? — усмехнулся один из них — высокий, как жердь — перехватив парня на полпути к выходу.

— А тебя как зовут? — поинтересовался второй — коротконогий толстяк, поймавший Кристину за ворот, как котенка за шкирку.

Та раздумывала недолго.

— Полина я. Полина Романова.

Последним штрихом к картине стала сумка, беззвучно приземлившаяся на пол рядом с пачкой печений. А та, чье имя наглым образом позаимствовали, так и осталась стоять у прилавка со сладостями, провожая пустым взглядом стражей порядка и новоявленных преступников.

* * *

Следующие часы Полина просидела в машине. Разум категорически отказывался выдавать решение. Первым желанием было повернуть ключ и уехать. От доверчивого Данила и наглой девчонки Кристины, назвавшейся её именем. Оставить позади всё и всех. Начать жизнь с чистого листа в одиночестве. Пускай Данил женится на Эмме, раз ведёт себя, как последний болван! Воспитывает внепланового ребёнка!

Постепенно гнев отступил, разрешая унынию овладеть душой. На Полину это было совершенно непохоже. Но сейчас руки опустились. Как же глупо всё вышло! Теперь вопрос времени, когда отец Эммы узнает их местонахождение. Вся конспирация пропала пропадом. Полина понимала, что следовало действовать. Выиграть хотя бы несколько часов форы. Но продолжала медлить. Закрыла глаза и, напевая под нос лирическую мелодию, искала в себе силы выйти из машины. Пульсирующие виски колола мысль: стоит ли прилагать усилия? Может, случившееся — знак? Вдруг сама вселенная кричит вслед, что, сбежав, она совершила ошибку?

Полина любила Данила. Несмотря ни на что! Но будет ли так продолжаться месяцы и годы? Как долго они смогут убегать и прятаться, прежде чем возненавидят друг друга? Жизнь изгнанников кого угодно превратит в чудовищ.

Если она сейчас так сильно злится, что же будет дальше?

…Полина взяла себя в руки, когда мимо на бешеной скорости пронесся мотоцикл. Резкий, неприятный звук отрезвил, заставил мозг включиться и заработать в нужном направлении. Полина вышла из машины и огляделась. Убегая прочь от злосчастного магазина, она видела телефон-автомат. План созрел в голове за секунды. Неважно, что время потеряно. У них ещё есть шанс вернуть преимущество.

Домашний телефон Данила она помнила наизусть. Нажимала на клавиши уверенно, чувствуя, что снова становится собой. Слабость ушла.

Трубку сняла бабушка Данила.

— Полина? — удивилась она, едва девушка поздоровалась. — Почему звонишь ты? С Даней всё в порядке? Нам позвонили, сказали, вы…вы…в камере, — пожилая женщина горько всхлипнула. — Дед уже выехал к вам.

— Мне разрешили позвонить самой, тетя Клара, — соврала Полина. — Узнать, когда нас заберут.

Значит, родным Данила уже сообщили о краже. Интересно, успели ли связаться с её отцом? А, впрочем, не имеет значения. Юрий не поторопится вмешиваться. Только позлорадствует, что негодная дочь получила по заслугам.

Одно плохо, мерзавка Кристина продолжает притворяться ею. А Данил даже не попытался рассказать правду. Плывёт по течению. Как обычно.

— Тётя Клара, простите, что так вышло, — проговорила Полина через силу. Она ненавидела извиняться. Тем более, за чужие ошибки. — Мы не сделали ничего дурного. Это недоразумение.

Что ж, теперь оставалось ждать. Главное, перехватить дядю Бориса до того, как он переступит порог отделения. Несколько минут Полина размышляла, стоит ли сейчас раскрывать глаза стражам порядка на обман Кристины. Но решила повременить. Ложь глупой девчонки вызовет множество вопросов и, как следствие, промедление. А им нужно убраться отсюда до того, как на хвост сядет отец Эммы.

Полина заняла наблюдательный пост напротив отделения — на безопасном расстоянии, чтобы не вызывать подозрений. Отчаянно хотелось спать, но она умела заставить себя подчиняться обстоятельствам. Смотрела на стареющую луну, затем на восходящее солнце и думала о будущем.

Сомнения ушли, и Полина больше не нервничала. Да, Данил — не идеал. Но он такой, какой есть. Она сама его выбрала. Решилась на побег, а, значит, не имеет права оглядываться. Злиться на себя и, тем более, на вторую половину.

Пути назад нет. Она сделает всё, чтобы их жизнь удалась. Будущее только в её руках.

…Дядя Борис объявился к обеду, когда у Полины от усталости и напряжения ныла каждая клеточка. Разговор в машине прошёл лучше, чем она ожидала. Полина ничего не утаила. Рассказала о наглой попутчице, краже в магазине и последующем вранье.

— Данил такой доверчивый, — пожаловалась она, закончив непростой рассказ.

— Знаю, — проворчал дядя Борис. Но без упрёка. По-доброму. — Хорошо хоть у тебя есть голова на плечах. Ты ведь не оставишь его, правда?

В коротком вопросе прозвучала тревога, и Полина догадалась, что их с Данилом будущее не раз обсуждалось стариками. Они гораздо раньше влюбленных поняли, насколько те не похожи, и боялись, что отношения быстро закончатся. Родные одобряли подругу внука и не хотели видеть рядом с ним другую девушку.

— Не оставлю, — заверила Полина, ни капли не покривив душой.

Тот удовлетворенно кивнул.

— Так каков план? — спросил деловито.

На первый взгляд всё было просто — вытащить Данила и уехать как можно дальше. Только запутать следы теперь гораздо сложнее.

— Машину не бросайте, — посоветовал дядя Борис. — По крайней мере, сразу. Никто не знает, что вы её взяли. А я поеду в противоположном направлении. Возьму попутчиков, пусть свидетели видят, что еду не один. Глядишь, Мирошниченко решит, что отвез вас подальше. Может, удастся провести прохвоста.

Полина широко улыбнулась и благодарно сжала ладонь старика.

* * *

Проволочек не возникло. Данила и Кристину выпустили без лишних вопросов. Первое в жизни преступление не требовало содержания под стражей. Но степень наказания должен был решить суд, куда никто из них не собирался являться.

Да, Полина понимала, насколько это серьезно. Но решила отложить проблему на потом.

— Может, раз я теперь преступник, Мирошниченко отстанет? Зачем ему такой зять? — пошутил Данил. Он выглядел осунувшимся и бледным. Ночь в камере далась нелегко.

— Не смешно, — отрезала Полина, гневно глядя на Кристину.

Противная девчонка обедала с ними в кафе и не намеревалась прощаться. Вела себя, будто ничего не случилось. Молчала, и то хорошо. Дядя Борис нехорошо косился на девушку, но неодобрения не высказывал.

— Поехали! — велела Полина, едва Кристина вышла в туалет.

Но парень упрямо мотнул головой.

— Она едет с нами.

— Данил! — взорвалась Полина. Бессонная ночь и напряжение давали о себе знать.

Но вторая половина в кое-то веке проявила характер.

— Я обещал подвезти Кристину.

— Тебя не волнует её ложь?

— Волнует, — признался парень нехотя. — Но я всё равно сдержу слово.

— Отлично! — припечатала Полина, отодвигая недопитый кофе — слишком горький на её вкус. — Когда снова попадёшься из-за глупой клуши, пеняй на себя. Я умою руки. В конце, концов, это её отпечатки сняли в отделении. Меня там не было. Мне никто ничего не сможет предъявить.

Полина замолчала, поймав несчастный взгляд дяди Бориса. А сама подумала, что озвучила сейчас очень важную мысль. Не так уж и страшно, что Кристин позаимствовала её имя. Когда-нибудь обман раскроется, и тогда дрянной девчонке придется отвечать за преступление. Ей, чьи «пальчики» и фото попали в базу данных.

…Продолжение дня стало новой пыткой. Машину вёл Данил, а Кристина нагло устроилась на пассажирском сиденье впереди. Полина решила не выяснять отношения, села сзади и попыталась поспать. Но противный голос попутчицы не давал сознанию отключиться. Колол виски, приумножая раздражение.

Кристина вновь болтала без умолка. Правда, теперь Данил не спешил поддерживать беседу. На вопросы отвечал односложно, и девчонка разговаривала преимущественно сама с собой.

…Вечером остановились у очередного кафе.

— Сидите здесь, — велела Полина. — Я возьму еду на вынос. Ни к чему всем светиться.

Она покривила душой. Просто не хотела, чтобы Кристина выкинула ещё какой-нибудь фортель. Оставлять её наедине с Данилом тоже небезопасно, но следовало выбирать наименьшее из зол. Девчонка едва заметно усмехнулась. Парень на подругу не взглянул. Его настроение портилось с каждой минутой.

В очереди Полина размышляла, как поскорее избавиться от попутчицы и не усложнить отношения с парнем. Подозревала, что ещё чуть-чуть, и терпение лопнет. Она просто откроет дверь машины и потребует выметаться.

Впереди стояла полная женщина в обтягивающей футболке и бриджах. Нетерпеливо постукивая пальцами по прилавку, обводила недовольным взглядом полупустой зал.

— Официантка у них заболела, — проворчала она под нос. — Какое мне дело.

У кассы задерживал остальных широкоплечий мужчина с ранней сединой в чёрных волосах. Покупал обильный ужин на всё семейство, ожидающее за столиком. Без конца перебивал сотрудницу кафе, внося всё новые и новые изменения в заказ. Полина смотрела, как миловидная девушка в униформе устало вытирает вспотевший лоб тыльной стороной ладони, но не спорит, привыкнув к прихотям клиентов.

Детали врезались в память на годы. Серебряный браслет, впивающийся в запястье женщины, разошедшийся шов на футболке мужчины, синий лак на ногтях девушки…

Полина не поняла, что случилось. Услышала страшный лязг и скрежет металла. И сразу грохнуло. Обдало горячей волной. Покупателей у прилавка подбросило вверх. Инстинктивно закрывая лицо руками, Полина ударилась о стену. Еще мгновение она видела чёрный дым, ощущая, как горлу подкатывает удушливый кашель. А потом всё померкло.

* * *

Полина стояла у реки и измеряла взглядом водную гладь. Рассчитывала, сколько нужно проплыть, чтобы не осталось сил на обратную дорогу. Она не собиралась в этот город — огромный мегаполис, почти такой же, как тот, который покинула навсегда. Сюда ехал дальнобойщик, подобравший её на обочине, едва держащуюся на ногах. Не от усталости. От горя.

Она не хотела думать о случившемся у кафе. Не могла. Отчаянно гнала страшную картину: груду металла, в которую превратилась дюжина легковушек. Потерявший управление грузовик на бешеной скорости протаранил их все, прежде чем остановился и загорелся. Их неприметное авто тоже оказалось на пути большегруза. Оно не сгорело, но даже отдаленно не напоминало машину.

Очнувшись на улице (Полина так и не узнала, кто вынес её из наполнившегося едким дымом помещения), она пыталась добраться до авто. Но не дошла. Увидела сплющенную переднюю часть и снова едва не лишилась чувств.

Что было дальше, она помнила с трудом. Кто-то спрашивал, находились ли в машине её близкие. Но она мотала головой, не в силах вымолвить и слова. А потом просто пошла прочь. Потому что не могла видеть, что осталось от настоящего и будущего. Не хотела ЭТО осознавать.

Но теперь, глядя на спокойную воду, понимала, что жить дальше нет смысла. Полина не хотела даже пытаться.

…Но за шаг до смерти случилось невозможное. Не иначе вмешалась судьба, в которую Полина не верила. Летний ветер принёс свежую газету, которую кто-то выбросил после прочтения. Словно по заказу, она раскрылась у ног обреченной девушки. На нужной странице.

Полина увидела их с Данилом фото. Не удержалась, начала читать статью.

Ночь огласил крик неверия.

Глупая кража Кристины и последующий арест аукнулись самым неожиданным образом. Изуродованные тела погибших опознали по отпечаткам пальцев, снятых накануне в отделении. Выводы экспертов были ужасающе просты: в страшной аварии вместе с Данилом Медведевым погибла его девушка Полина Романова.

Она, а не Кристина Бердникова…