Глава 23. Как найти доктора Фурдика
Эрли и ее подопечную в доме лорда Кавардуза ждал сюрприз. Трудно его назвать приятным, поскольку сдохла хозяйская кошка каких-то очень редких кровей. Но в то же время этот сюрприз нельзя было назвать плохим: отравленное молоко предназначалось старушке Санаре, которая прежде чем отхлебнуть из чашки самой, угостила всеобщую любимицу, сердобольно налив той в блюдечко.
Отравитель был вычислен, но не пойман – побросав нехитрое имущество в коттедже, где жили слуги и стража, предатель растворился где-то на узких улочках Сии, куда отпросился якобы проведать приятеля по армейской службе.
- Я достану подлеца, даже не сомневайтесь, - пообещал дед, стоя у могилы кошки в окружении домочадцев. – Но мне одно неясно, за что вас, дражайшая Санара, хотели угробить?
Как бывший вояка, лорд Кавардуза не всегда выбирал правильные слова.
Бабушка Санара благодарно взглянула на него и произнесла фразу, которая заставила всех присутствующих напрячься:
- Я знаю тайну королевы Донны! – потрясла она скрюченным пальцем над головой, а потом чуть ли не скороговоркой добавила: - И чем я быстрее поделюсь тайной с вами, тем меньше у меня шансов отправиться к праотцам.
- Всех не перебьют, - заверил дед и приготовился слушать. Его супруга - леди Ганна тут же забыла о платочке, коим вытирала безутешные слезы и притиснулась ближе, чтобы расслышать все до мельчайших подробностей, а потом поразмыслить над жизнью чужестранки, наверняка состоящей из одних секретов. Если сравнивать двух женщин почтенного возраста, стоящих по правую и левую руку от лорда Кавардуза, то их смело можно было представить единицей и ноликом, но лишь по форме, а не по значению математической величины. Сухонькая Санара являлась полной противоположностью румянолицей Ганны, но обе нуждались в защитнике, коим благородно выступал генерал, готовый раскинуть крылья над всяким нуждающимся в его помощи.
- Спасибо за доверие, - произнесла леди Ганна, внося свой вклад в поддержку Санары. Бабушка Эрли была не из робкого десятка, благодаря чему и вышла замуж за бравого капитана. Без ее напора он еще год ходил бы вокруг смешливой плюшечки и вздыхал. - В хорошей компании и у Тьмы веселей.
Их дочь - леди Зайлери Асдиш, пошедшая статью скорее в отца, чем в мать, а потому ростом превосходившая всех женщин, в том числе Софью, достала откуда-та из-за пояса блокнот с огрызком карандаша:
- Для истории, - пояснила она.
- Итак, бабушка Санара, - приступил к выведыванию тайны Эрли, подав старушке локоть, чтобы она оперлась на него, - мы вас все внимательно слушаем.
- Донна бесплодна! – выпалила повитуха и победно оглядела слушателей. – И сама родить не могла!
- Фи, - махнула на нее платочком бабушка Эрли, - эта тайна давно всем известна. Нам ее Зайлери еще неделю назад открыла. Расскажите лучше, милочка, как королева смогла обмануть «Купель». Вот это действительно загадка.
Санара расстроилась так, будто кубок, только что выигранный ею на скачках, незаслуженно передали всаднику, пришедшему вторым. Вздохнув, огорченно покачала головой.
- Есть. Есть какой-то жуткий способ. Одна моя старинная клиентка нечаянно обмолвилась. Она согрешила и умоляла, чтобы ее избавили от нежеланной беременности. А я отказалась - срок оказался очень уж большим. Так она раздраженно топнула ногой: «Придется пожертвовать служанкой». Ну, я и задумалась, как это малыш, который родится не от мужа, связан с какой-то служанкой? Ответ я получила через полгода: моя подружка, тоже повитуха, похвасталась, что помогала принимать роды у той самой леди, и была щедро одарена. Я возьми и спроси, похож ли ребеночек на лорда? Товарка моя смутилась: «Похож, не похож, а Купель показала, что младенец обоим родителям родной».
- Вот! – потрясла платочком бабушка Эрли. - Я так и знала, что Донна и ее брат что-то с ребеночком сотворили! Ни одному Велирийцу верить нельзя!
- Но как же? Я сама видела, как королева полоснула себе по ладони ножом! – леди Зайлери сунула за пояс не пригодившуюся книжицу. – Сотни глаз следили за выполнением обряда. Ну не фокусники же они?
- Еще какие фокусники! – платочек леди Ганны прикрыл ее нос, чтобы погасить подтверждающий верность слов чих. - Но жертвоприношение? Даже для Гванера это чересчур!
- Я думаю, мы получим все ответы, как только найдем доктора Фурдика, - завладел всеобщим вниманием лорд Асдиш. – Он увез чужого ребенка из Драконьего замка и был с Донной до последнего.
- Выходит, та суета, что творилась во дворце, оказалась поддельной? – леди Зайлери растеряно оглядела присутствующих. - Но леди Скворелл выносила из комнаты окровавленные простыни, переданные ей доктором Фурдиком. И крики слышала. Ей ли не знать, как кричит рожающая женщина, если она сама шестерых на свет произвела.
- Кто-нибудь из фрейлин заходил в комнату роженицы во время…гм… процесса? – Эрли заставил мать задуматься.
- Нет… Постойте, да, была! Первая фрейлина!
- Та самая велирийка, которую Донна привезла с собой? – леди Ганна скривила лицо. – Преданная собака никогда не выдаст хозяйку. Но о каком таком чужом младенце идет речь? И откуда взялась выдумка, что Фурдик жив? Помнишь, дорогой, мы ходили с тобой на его похороны?
Минута славы перепала и Соне, она вкратце рассказала о дневниках Милены и встрече с привидениями в Драконьем замке.
- Я только одного не поняла, - когда рассказ был окончен, старушка Санара постучала по дереву, под которым похоронили кошку, клюкой, привлекая тем внимание. – Если чуть ли не половина города знает о тайне Донны, почему отравить хотели именно меня?
- Мало ли кто и что говорит? Нет свидетельства, нет доказательств, – леди Зайлери возмущенно передернула плечами. - Сразу после объявления о долгожданной беременности королевы тоже поползли слухи о спектакле с ее стороны. Мол, подушку привязывает, потому Таллена к себе не пускает.
- А он и не стремился, - леди Ганна поджала губы.
- Но «Купель» сразу прекратила все разговоры, - напомнила неоспоримый факт дочь. - А вы, Санара, единственный живой свидетель добрачной связи Донны с мужчиной. Ее жизнь здесь, в Дамарии, началась с обмана, и королева не хочет, чтобы ее уличили в этом. Только начни разматывать цепочку вранья, и всплывет все самое неприглядное и позорное.
- Ну да, ну да, - бабушка Эрли припомнила день, когда толпы людей стянулись ко дворцу, чтобы увидеть жену Таллена – залог крепкого мира с Велирией. - После их первой ночи многие ходили посмотреть на следы невинности Донны. Выходит, и тут нас велирийцы обскакали!
- Однако давайте вспомним повод, почему мы здесь собрались. Приглашаю всех к столу, - лорд Кавардуза гостеприимно протянул ладонь в сторону накрытого в садовой беседке стола. – Помянем невинно убиенную.
- Хорошая была кошечка, - вспомнила о платочке леди Ганна и торопливо прижала его к глазам.
- Спасительница, - выдохнула Санара и поспешила следом за хозяйкой и ее дочерью.
- Я охрану по периметру усилил. Мышь не проскочит, - шепнул лорд Кавардуза на ухо внуку. Если бы Соня желала представить, как Эрли будет выглядеть в старости, достаточно было приглядеться к отставному генералу: что высокий рост, что густая грива волос, что характерный прищур глаз, вроде бы изучающий мир пристально, но в то же время с какой-то иронией, хитринкой. Он же, заметив, что Софья обернулась, пихнул Эрли плечом. – Но постелили мы вам с леди Мирудской отдельно. Так что не обессудь.
На следующий день из дворца прислали посыльного с пакетом на имя лорда Асдиша. Эрли, разломив королевскую печать, показал Софье послание, где значился адрес леди Шер с припиской: «Расспросите ее о кузине Фурдика».
- Мы поедем к леди Шер? Той самой первой фаворитке Таллена? – не могла поверить Соня. Дневник словно оживал, и скоро не останется героев, кто так или иначе не повлиял бы на судьбу Милены Мирудской, и с кем ее дочери не пришлось бы столкнуться. – О! Так это на другой стороне королевства! Аж на границе с Хазами.
Хазами – страна-пустыня, где в редких оазисах росли диковинные фрукты, а мужчины частенько женились на собственных сестрах, чтобы не делиться теми немногими благами, что оставляла им немилосердно жгучая Лейрена.
- Ты же однажды открыла портал в Хазами, - напомнил Эрли. – В ту ночь, когда заявила на меня права, помнишь?
Соню передернуло. Если бы не ее острое желание осуществить задуманное, отчего все остальное отодвигалось как несущественное, она бы до смерти испугалась той любопытной змеи.
- Я попробую еще раз, но, боюсь, у меня ничего не получится. Вот только если зеркалами…
- Не надо зеркалами. Я был в городе, где живет леди Шер, и открою портал в их храм. Надеюсь, пески окончательно не засыпали его.
***
За стенами храма гудел ветер, а в стекла била мелкая пыль. Оказавшись перед алтарем, за которым застыли фигуры двенадцати богов, Соня затравленно огляделась. Чудилось, что некая сила, не признающая богов, пытается ворваться в их обитель, а потому столь яростно сотрясаются двери.
- Дети мои, - служитель храма, появившийся точно из-под земли, распростер руки – в этом жесте читалось и приглашение встать на колени, дабы пригнуться перед могуществом богов, и вопрос, какими судьбами гости забрели в самый окраинный храм королевства. – Все ли у вас хорошо? И что привело на край земли?
Эрли первый опустился на колени и склонил голову – хочешь что-либо узнать, выполни желание собеседника. Соня последовала за ним с неохотой. Ей было трудно даже самой себе объяснить, почему она с таким нежеланием заглядывает в любой из храмов, даже в родной на горе Сипун, что уж говорить про прочие. Она шла в храмы понукаемая Радуцей, и почти не испытывая при этом трепета. А после того, как выяснилось, что боги наслали Волну на людей и драконов, желая проучить всего лишь одного короля, Софья и вовсе винила их в жестокости и несправедливости. Стоило представить, как измученная Милена, придерживая стянутый простынями живот, тащится по темному подземелью, а на нее обрушивается немилосердная Волна, так и вовсе хотелось кричать: «Да, я чужая! И выжила не благодаря вам, а вопреки!».
В общем, у Софийки Вежанской были свои счеты к богам, а потому она, вставая на колени, злилась.
- Спасибо, отец. Мы пребываем в благополучии, - Эрли говорил мягко. Ему тоже не доставляло удовольствия отчитываться перед сверлящим настороженным взглядом священником. И дернуло открыть портал именно сюда? – А заглянули мы к вам узнать, где находится дом леди Шер. Вы же всех своих прихожан знаете в лицо?
- Зачем вам понадобились изгнанницы? - еще больше озаботился святой отец.
Софья едва не переспросила «Изгнанницы?», удивляясь что о бывшей фаворитке Таллена священник говорит во множественном числе, но Эрли незаметно пнул ее башмак своим.
- Да, мы хотим навестить леди Шер и ее компаньонку. У нас для них прощальное письмо старой подруги. Прошу вас, отец, помолитесь о душе благородной и смелой леди Велицы, - в чашу для подношений перекочевал мешочек с вирами.
- В вечерней же молитве упомяну, - святой отец спрятал деньги в складках балахона. – Домик леди Шер и леди Фурдик сразу же за храмом.
Эрли вновь пнул Софью, предупреждая рвущийся из нее возглас. На этот раз священник заметил поступок гостя, но рассудил желание переспросить иначе:
- Не ошибетесь – у изгнанниц короля хоть какие-то цветы растут, у других прихожан голая земля. Здесь мало что приживается. И мало кто… Ах, вот еще! Не побрезгуйте! – из сундука у высокой кафедры извлекли два лоскута тонкой ткани. – Сегодня дует файзил, без накидки на лицо нельзя - песок сразу набьется в глаза и рот.
Произнес и задумался. Эрли не стал ждать, когда святой отец поинтересуется, а как, собственно, они сумели добраться до храма, не наглотавшись пыли, поэтому, намотав полупрозрачную ткань на лицо Сони, а потом себе, смело рванул дверь.
***
Им открыла леди Шер. Софья сразу узнала ее по густо подведенным глазам и высоко сбитой прическе. И хоть годы взяли свое – в черных волосах вились змейки седины, а по морщинкам вокруг губ расползлась красная помада, бывшая любовница короля оставалась великолепной.
- Я в окно видела, как вы вышли из храма, - произнесла она, приглашая в дом. Ее быстрый взгляд оценил дорогое сукно дорожной одежды, хорошо сшитую обувь и красоту мужчины. На Соню она взглянула мельком, как на нечто досадное рядом с тем, с кем хотелось кокетничать. Женщина даже в преклонных годах остается женщиной. – Чай, мараздук? Ох, извините, вы, должно быть, не знаете, местный напиток вполне себе утоляет жажду. Кисленький такой, с приятными пузырьками на кончике языка… Правда, он немного хмельной и после него так и хочется пошалить…
- Мы пришли сюда не шалить, - Софья свела брови на переносице. – Нас к вам направил король.
Эрли вздохнул и потрепал надувшуюся подругу по плечу.
- Мы хотели бы расспросить леди Фурдик об ее погибшем кузене, - выложил карты на стол лорд Асдиш, раз уж Софья против того, чтобы он отведал мараздук. Не шалить так не шалить.
Глаза леди Шер вспыхнули опасным огнем, и подобная реакция Эрли насторожила. То ли бывшей фаворитке не понравилось, что о ней вспомнил король, то ли не желала, чтобы ее компаньонку расспрашивали о докторе. «Второе!» - сделал лорд Асдиш вывод после того, как леди Шер подхватила юбки и чуть ли не бегом кинулась по крутой лестнице на второй этаж. Ох, как же ему хотелось потихоньку проникнуть следом, но скрипучие ступеньки не позволили бы подслушать разговор двух старых подруг.
- Кхм, - кашлянула Соня и, сунув руку в карман дорожного платья, извлекла на свет круглое зеркальце – то самое, что хранилось в комоде Катиши. – А что? – произнесла она, понизив голос. - Удобно. Главное, чтобы у них наверху было зеркало.
- А если заметят? – также шепотом спросил Эрли, всматриваясь в гладкую поверхность, в которой высветилась небольшая чистая комнатка с аккуратно застеленной кроватью, живыми цветами в вазе, с флаконами, коробочками, баночками и милыми сердцу статуэтками. Сразу сделалось понятно, что они оба осматривают комнату, принадлежащую леди Шер. А вот голоса слышались совсем из другого помещения. Бывшая фаворитка говорила торопливо, порой слышались истеричные нотки, но вот слова разобрать не удавалось. – Сейчас! – Софья закрыла глаза, мысленно настраиваясь на зеркало в соседней комнате, но ничего не вышло. – Там нет зеркал! Не может быть, чтобы леди Фурдик ни разу не захотела на себя взглянуть!
- Она совсем старая, за семьдесят. Чего там рассматривать?
- Ой, смотри!
Дверь в комнату леди Шер приоткрылась, и просунувшаяся в щель рука стянула с крюка на стене нечто похожее на мочало.
- Сейчас, сейчас, идем! – нарочито веселый возглас леди Шер заставил Софью спрятать зеркало в кармане. – Что же вы стоите, надо было пройти к столу! Ах, какая я стала рассеянная! Даже не предложила! Вы, должно быть, устали с дороги!
Как только расселись по местам – свободным оставался еще один стул, со стороны лестницы послышались шаркающие шаги: в комнату спустилась неопрятного вида старуха с париком, похожим на мочало, на голове.
- Леди Фурдик? – приподнялся со своего стула Эрли. Та манерно подала руку, затянутую в несвежего вида перчатку. Кружево кое-где лопнуло и являло покрытую пятнами морщинистую кожу.
- Лорд Асдиш, - представился Эрли, склоняясь для поцелуя руки, чего на самом деле делать не стал. – А это моя невеста леди Софья.
Соня зарделась и тут же покрутила в голове мысль: «Соврал ради случая или на самом деле считает меня невестой?». Додумать не дал скрипучий голос леди Фурдик.
- Как там столица и наш король?
- Грядут события, а потому и столица, и король в напряжении, - Эрли ловил на лице дряхлой дамы хоть какой-то отклик на его слова, но та лишь потерла руки, будто они у нее зябли. Кружево на печатках, явно знававших лучшие времена, опасно натянулось. Тяжело опустившись на стул, старуха сначала положила ладони на стол, потом убрала их с глаз. Леди Шер пододвинула ей чашку с горячим чаем, и сестра доктора, наконец, нашла чем занять свои руки.
- И какие такие события ждут Дамарию? – спросила у Эрли леди Шер, аккуратно отпивая из чашечки, так уместно смотрящейся в тонких пальцах бывшей фаворитки. – Неужели принцу подобрали невесту?
- Нет, свадьба Дрейга откладывается на неопределенный срок, поскольку король узнал, что принц бастард.
Каблук леди Фурдик ритмично застучал об пол, и Шер пришлось положить руку на прыгающее колено подруги, чтобы успокоить ее.
- И как же Таллен узнал о подлом обмане? – голос бывшей фаворитки оставался певуч и нежен.
- К королю попали дневники Милены Мирудской, - Софья смотрела на пляшущие колени леди Фурдик во все глаза. Но неловкое движение Эрли отвлекло – он нечаянно сбил чашку со стола, опрокинув ее содержимое на платье старухи. Та взвизгнула и попыталась оттянуть прилипшую к животу ткань, но лорд Асдиш, оказавшийся ближе всех, вместо того, чтобы помочь, совершил невероятное – сунул руку между ее ног.
- Здравствуйте, доктор Фурдик, - произнес Эрли, не отпуская визжащую и забившуюся словно птица, попавшая в силки, старуху. – С воскрешением!