23 сентября

Наши поступки, безусловно, влияют на нашу жизнь, поворачивая нас в ту или иную сторону, разбивая её или давая надежду.

Иногда мы очень безответственно относимся к ним, считая, что всё сойдёт с рук, но это не так.

Мы отвечаем за них не только перед самим собой, но и перед другими людьми или законом. И неважно, совершены они под действием неуправляемых эмоций или в здравом уме, они остаются теми действиями, за которые надо отвечать.

Кристина сидела и тупо смотрела на документы, которые положил перед ней адвокат. Голова раскалывалась после вчерашнего выпитого и не хотела воспринимать слова, которые она пыталась прочитать и осмыслить.

— Кристина, тут нет ничего, что было бы вам во вред. Не бойтесь и подписывайте. В вашей ситуации Артём поступает с вами очень благородно!

Она посмотрела на него испепеляющим взглядом и скривилась.

— Он попользовался мной и хочет теперь выкинуть из своей жизни! Упрятать в этой психушке! Это благородно?!

— Он предлагает вам лечение от вашей зависимости и закрыть глаза на ваше преступление по отношению к своему сыну.

Она швырнула в него ручку.

— У меня нет никакой зависимости!

Он поднял ручку и, положив её снова рядом с документами, спросил:

— Кристина, вы же не хотите в тюрьму?!

Артём сидел на диване и, стараясь говорить беспристрастно, рассказывал родителям всё, что произошло вчера.

— Этого не может быть! Артём, ты уверен в этом?! — воскликнула Наталья, недоверчиво смотря на сына, когда он закончил.

Александр посмотрел на жену.

— Как ты слушаешь?! Он же объяснил, что она сама призналась в этом и есть видеозапись!

— Значит, кто-то повлиял на неё! Она не могла сама это задумать! — возразила женщина. — Я знаю Кристину с самого детства.

— Мама, ты совсем её не знаешь, — произнёс Артём и грустно посмотрел ей в глаза. — Я всегда говорил тебе об этом.

— А если она не согласится поехать лечиться в клинику?! — уточнил отец.

— Она либо подписывает документы и едет лечиться, либо не подписывает и едет в полицию.

В этот момент они услышали, как дверь наверху отворилась и послышались шаги. Лев Борисович спустился по лестнице и, тряся документом, произнёс:

— Она всё подписала.

Артём встал с дивана.

— Отлично. Я уехал. Па, адрес я оставил. В клинике её ждут. Там всё оплачено. Отвезите её, пожалуйста.

— Да, не волнуйся.

— Артём, куда ты меня везёшь?! Для чего ты попросил Катю посидеть с Тёмой?! Что ты так улыбаешься?! — допытывалась Ксюша.

Они встали на светофоре, и он, повернувшись к ней, ответил:

— Ты задаёшь слишком много вопросов!

— Я просто ничего не понимаю, а ты ничего не объясняешь!

— Ты можешь подождать минут 20?

Она вздохнула.

— Хорошо.

Они оставили машину на платной̆ парковке, и он, взяв её за руку, повёл в сторону дворцового причала. Погода была чудесная. Было не холодно и не жарко. Солнце ластилось и гладило своими лучами их щёки, а ветер нежно трепал волосы. Петербург в такую погоду особенно располагал к пешим прогулкам и был доброжелательным и романтичным.

— И?.. — прервав молчание, спросила Ксюша. — Теперь ты мне всё объяснишь?

— Потерпи ещё 5 минут!

Она приподняла брови.

— Не понимаю, к чему все эти секреты!

Артём улыбнулся и загадочно взглянул на неё, сверкая голубыми глазами, и Ксюша, очарованная им, только улыбнулась в ответ. Он взял её за руку, и она почувствовала приятное тепло от его прикосновения.

Когда впереди показался Дворцовый причал, она задумалась, пытливо посмотрела на него и с удивлением спросила:

— Ты решил прокатить меня на кораблике?!

— Ну ничего от тебя не утаить! — усмехнувшись, признался он.

Ксюша улыбнулась своим воспоминаниям. Их свидание на теплоходе было одним из первых романтичных событий в её жизни. Она вспомнила, как он рассказывал ей о достопримечательностях города, оказывающихся у них по курсу, как поддавалась его обаянию, как, будто зачарованная, смотрела на него; вспомнила его неповторимые объятия, что пронизывали всё её тело неведомыми ощущениями, как его близость сводила с ума до головокружения.

Артём оторвал её от раздумий.

— Пришли!

Ксюша подняла глаза и осознала, что даже не заметила, как они преодолели это расстояние, окунувшись в свои трогательные воспоминания. Он повёл её на открытую верхнюю палубу, и буквально сразу теплоход отчалил. Она заинтригованно посмотрела по сторонам.

— Я никого не видела внизу, и тут никого нет…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Тебе нужен кто-то, кроме меня?! — спросил он, насмешливо смотря на неё, и она, покачав головой, придвинулась к нему и коснулась пальцами его щеки.

— Ты и Тёма — самые дорогие люди в моей жизни.

— И ты готова разделить с нами всю свою жизнь?!

— Конечно! — не раздумывая, ответила девушка.

Он подошёл к ней сзади, обнял её и, как когда-то давно, стал рассказывать об исторических зданиях, мимо которых они проплывали.

Минут через 15, посмотрев на часы, Артём потянул её за собой по лестнице вниз, и девушка послушно последовала за ним. На нижней палубе был накрыт стол на две персоны, возле которого стоял официант, приветливо улыбающийся им во все свои 32 зуба. Девушка нашла глаза Артёма, пытаясь по ним прочитать, верны ли её предположения, что пришли ей в голову, но он просто мило улыбнулся ей, и она засомневалась.

— Я решил, что мы тут заодно пообедаем, — пояснил он.

— Хорошо.

Они сели напротив друг друга, а официант убрал крышки-колпаки с блюд.

— Выглядит очень красиво! — оценила девушка, разглядывая содержимое тарелки.

— Надеюсь, на вкус тоже не разочарует!

Артём знаком попросил официанта открыть шампанское и, когда тот наполнил бокалы, разрешил ему уйти. Он передал Ксюше бокал, и она взяла его, чувствуя, как учащается сердцебиение оттого, что всё-таки её догадки подтверждаются. На дне фужера блестело кольцо, и всё стало складываться в единый пазл, и ответы на волнующие её вопросы появились сами собой, и ей стало очевидно, зачем они тут, почему, кроме них, на борту нет пассажиров и для чего организован этот банкет на две персоны. Он поймал её трепещущий взгляд и произнёс сознательно медленно, словно пытаясь этой фразой напомнить ей события, произошедшие на таком же кораблике семь лет назад…

— Ты мне очень нравишься, Ксюша.

Она захлопала ресницами, чтобы не расплакаться. С первых же его слов она тут же вспомнила этот момент, когда он произносил эту фразу, и всё, что было до и после. Она словно заново прожила те восхитительные минуты их первого свидания.

— Как же недавно… и как же давно это было, — прошептала она, растворяясь в глазах напротив.

— Да. У нас в жизни было много хорошего. Много невероятных воспоминаний нас связывают, общий сын, но я хочу связать нас друг с другом ещё больше.

Его слова проникали в самое сердце и растворялись в сладостном блаженстве в каждой клеточке тела.

— Скоро мы оба расторгнем браки, и я хочу, чтобы мы соединили наши жизни не только совместным проживанием, но и в церкви перед Богом, чтобы один раз и навсегда… и ещё банальным штампом в паспорте… — он сделал паузу, взял её за руку и, устремив на неё волнующий до дрожи взгляд, спросил: — Ты выйдешь за меня замуж?!

Наверное, любая девушка мечтает услышать эти заветные слова однажды от любимого мужчины, тем более в такой романтичной обстановке, что окружала их, и Ксюша не была исключением. И пусть то, что он предлагал, формально ничего не меняло в её жизни, но они так много для неё значили. Это было безусловное признание в любви, в долгосрочности их отношений. Естественно, она осознавала, что брак не сможет спасти их от проблем, если они у них появятся, и не может быть гарантией прочности их чувств, но всё равно это было волшебно!

Спохватившись, что молчание затянулась, она воскликнула:

— Конечно!

Артём выдохнул.

— Ты чего меня так пугаешь?! Молчишь в самый ответственный момент?!

Она обезоруживающе улыбнулась и, взяв свой бокал, поднесла к его бокалу.

— Я люблю тебя!

— Я люблю тебя! — повторил он в ответ.

Они выпили вино и, когда кольцо оказалось в её руке, он подошёл к ней, поднял её со стула и забрал его.

— Я хочу, чтобы мы больше никогда не расставались! — произнёс он, одевая его ей на палец, и, притянув к себе, нежно коснулся её дрожащих от волнения губ.

Оторвавшись друг от друга, они снова сели за стол и попробовали приготовленные блюда. Разговаривая о пустяках, они не переставали улыбаться друг другу, светясь от любви, переполнявшей их изнутри. Мир вокруг казался таким невероятным просто потому, что они были счастливы, молоды и впереди была целая жизнь!

Примерно через полчаса они решили снова подняться на верхнюю палубу и полюбоваться видами, пока речная прогулка не закончилась.

Перед ними, вздымаясь в небо двумя треугольными башнями, красовался вантовый мост, Нева слегка рябила и отливала серебром в ласковых солнечных лучах, в небе парили чайки…

Артём как заворожённый смотрел, как вьются по ветру и отливают золотом на солнце её длинные светлые волосы, как она пытается заставить их не путаться перед глазами и упрямо откидывает назад, как сияют счастьем её зелёные глаза, и ощущал себя самым счастливым человеком на свете.

Ксюша с нежностью смотрела, как ветер забавно лохматит его волосы, делая смешные прически, как сочетаются сегодня с ярким голубым небом его глаза, и задыхалась от своего всепоглощающего счастья. Она подумала о том, что этот день непременно добавится в копилку их дорогих воспоминаний, и широко улыбнулась ему. Он подошёл вплотную так, что от его близости закружилась голова, и, заговорщически подмигнув, спросил:

— Ты не замёрзла?

— Чуть-чуть, — кокетливо ответила она, включаясь в его игру и опять предаваясь трогательным воспоминаниям о той теплоходной прогулке с ним семь лет назад.

Они улыбнулись друг другу, делясь распирающей радостью от общих воспоминаний, и он так же, как тогда, подошёл к ней сзади и обнял за плечи. Ксюша закрыла глаза и почувствовала его дыхание у своего виска, его запах, и то же дурманящее чувство охватило её. И пусть это были уже знакомые ощущения, но они по-прежнему были такими же невероятными, что она боялась пошевелиться и потерять всё это точно так же, как и тогда.

Казалось, не было этих семи лет, не было ошибок, недосказанности, обид, разлук, была только любовь — настолько большая, что не помещалась в груди и выплескивалась наружу.

«Если бы мы знали, что любимый человек думает о нас перед сном, то счастливых людей в нашем мире было бы больше», — размышляла Ксюша, лёжа в объятиях любимого мужчины и вспоминая жуткие ночи, которые провела, думая, что он не чувствует к ней больше ничего.

— О чём ты думаешь?! — услышала она его шёпот у своего уха и вздрогнула.

— Думаю, что ты очень долго мучил меня, говоря, что ничего не чувствуешь ко мне!

— Я правда пытался ничего не чувствовать к тебе, — серьёзно ответил он.

— Но ведь ты же знаешь, что это невозможно! — ответила она, приподнимаясь и загадочно улыбаясь. — Мы с тобой связаны невидимыми нитями где-то там, на небе, и мы не можем ничего изменить!

— И ты больше никогда не сбежишь от меня?! — тихо спросил он.

— Никогда. А ты больше никогда не будешь мучить меня?!

— Ну, если ты не сделаешь ничего такого, чтобы у меня не появилось это желание! — дразня её, ответил молодой человек.

— Артём!

Он приподнял голову и, дотянувшись до её лба, чмокнул.

— Никогда.

Ксюша снова положила голову ему на грудь и стала слушать, как бьётся его сердце, успокаивая и убаюкивая её.

Катя добавляла новые фотки в Инстаграм, когда пришло длинное послание от адресата, при виде которого мгновенно пересохло во рту. Она открыла WhatsApp и стала, глотая слова, читать сообщение.

«Я обещал тебе не писать и больше не буду. Завтра я уезжаю из Питера и не знаю, когда снова вернусь сюда, и вернусь ли вообще… Я просто хотел сказать тебе, что если так случится в твоей жизни, что тебе будет нужна помощь, то ты всегда можешь написать мне, сколько бы времени ни прошло. Я буду хранить этот номер телефона как единственную ниточку связи с тобой».

Катя сидела, сжимая телефон в руках, и задыхалась от слёз, душивших её и просящихся наружу. Первым желанием было написать ему и договориться о встрече, кинуться к нему вопреки благоразумию и здравому смыслу. Так свежи ещё были воспоминания о тех волнующих поцелуях на парковке, и хоть она старалась выкинуть их из головы, они не покидали её. Она разблокировала погасший телефон, чтобы ему ответить, но, увидев Мишину фотографию на заставке, резко бросила телефон рядом, как будто он обжигал её пальцы, и, уткнувшись в подушку, дала волю слезам.

Когда наконец она смогла успокоиться и вытерла мокрое лицо, то твёрдо решила ничего не отвечать ему и никогда больше ни под каким предлогом не встречаться. В порыве благоразумия она хотела вообще удалить его номер, но не смогла этого сделать, оставив себе тонкую ниточку призрачной связи с ним.