7
Маша
Единственное утешение и отдушина в отсутствие любимого мужчины – это дети. Я переключила на них всё своё внимание – в их компании не так тяжело переносить разлуку. Мальчишки отвлекают меня от угнетающих мыслей, своей неуёмной энергией – не позволяют сойти с ума, ведь за несколько дней обросла разъедающей тоской, выворачивающей душу наизнанку… Не проходящая тревога тоже не покидает…
Женщины совсем не против моего активного участия, что касается детей. Да я только рада взять часть обязанностей на себя, в то время как они занимаются домашними делами.
У старших мальчиков проверяю уроки. Объясняю, если что-то не понятно. И поскольку владею в совершенстве двумя языками – теперь мы дополнительно изучаем английский и немецкий (школьного уровня, на мой взгляд, недостаточно). А с младшими детьми – гуляем, играем, читаем книжки, лепим, рисуем...
Но большего всего обожаю возиться с малышкой. Пока мамочка не может полноценно заботиться о своей дочке, я помогаю.
После родов она ещё слаба, восстановление идёт медленно, при этом к врачу ехать отказывается. Не понимаю подобной беспечности: сколько ни уговаривала – не соглашается. Зулейха приходит несколько раз в день, смотрит – нет ли кровотечения, даёт какие-то отвары, и с её слов – нет повода для паники.
«Надеюсь, это так».
Салима ничего не ест – пьёт одни бульоны и кисломолочные напитки. Почти всё время лежит. Встаёт, чтобы ребёнка покормить, но чаще просит подать Джамилю. А когда хочет сходить по естественным нуждам или есть необходимость в гигиенических процедурах, то Мансур на руках носит жену и в туалет, и в баню.
Всем остальным занимаюсь я: пеленаю малышку, меняю подгузники, подмываю, купаю... Мне эти заботы в удовольствие, и опыт пригодится в будущем.
Я вообще в их части дома можно сказать «прописалась». Все мальчишки тоже крутятся тут.
Вот и сейчас: организовала их заняться тихими спокойными играми, ведь Салима только что уснула. Попросила не шуметь, а старшим сказала присмотреть за младшими.
Сама же пошла на улицу, вместе с Джамилёй – подышать воздухом, нам обеим полезно. Если первые дни девочка всё время спала да ела, просыпалась, когда проголодается, то теперь уже дольше бодрствует, и так просто её не укачаешь. Требует внимания к себе.
- Скоро твоя мамочка поправится…. - всегда о чём-нибудь с ней говорю или пою, когда никто не слышит – стесняюсь это делать при всех. А ещё не хочу, чтобы кто-нибудь подумал, будто пытаюсь заменить ей мать. Это не так, в моих действиях кроме желания помочь нет ничего. Хотя, что скрывать: я успела привязаться к малышке. И постоянно представляю, как точно так же буду заботиться о сыне.
Джамиля издала забавный звук, словно ответила мне. Скоро свежий воздух её сморит. Она уже начинает чаще прикрывать веки.
- Маленькая… - я встала со скамейки, собираясь походить немного по двору, чтоб девочка быстрее уснула. Но стоило сделать шаг, наткнулась на Мансура.
«И что за дурацкая привычка подкрадываться незаметно…» - я вздрогнула от неожиданности. Впрочем, испугаться не испугалась. Это в прошлом.
- Ты будешь хорошей матерью, - сказал он, приблизившись.
Окинул изучающим взглядом моё лицо. Потом приподнял уголок одеяльца, в которое была завёрнута его дочь.
- Почти уснула. Дай её, - аккуратно забрал малышку, стараясь не растрясти, не потревожить. - Иди, отдохни. Руслан шкуру сдерёт с меня, если увидит тебя с синяками под глазами.
- Ну ладно… - пошла в сторону дома. Усталость есть, но не до такой степени, чтобы валиться с ног.
- Повезло брату с тобой… - прозвучало в спину.
Я обернулась. Сначала хотела ответить, и тут же передумала. Не буду придавать значения его словам…
Как только вошла в дом, услышала жалобный стон Салимы. И поспешила к ней.
Она корчилась от боли, свернувшись в позу эмбриона.
- Живот болит? - я присела рядом. Чем помочь? – не знаю. Ей даже поспать не удалось.
- Да… болит… - вздохнула тяжело. - Тянет низ.
- Почему отказываешься от больницы?
- Наверное, придётся ехать… но так не хочется…
- Послушай, лучше несколько дней полежать под наблюдением врачей, чем терпеть и мучиться. Там тебе помогут, сразу поймут, что с тобой не так. Подумай о своих детях.
- Ты права… - на удивление Салима согласилась. Потом с беспокойством взглянула на меня. - А где моя дочка?
- Не волнуйся, Джамиля с папой, - я прикоснулась к её руке. Наши отношения изменились – до сих пор никак не привыкну к этому. Можно смело сказать: мы с ней подружились. И дело не в том, что я забочусь о малышке.
- Раньше муж столько внимания детям не уделял, обычно я сама всем занимаюсь. Так уж повелось, что наши мужчины почти не принимают участия в воспитании – это женская обязанность. Твоя любовь к детям восхищает. Мансур стал другим: нежным и заботливым. Это всё благодаря тебе… - она сжала мои пальцы. - Спасибо.
«Так и есть, за женой он ухаживает» - смотреть на них приятно.
- Не преувеличивай, - я смутилась от её слов. - Ничего особенного я не сделала.
- Серьёзно, Маш, - Салима удобнее устроилась на подушке. Болезненный приступ отпустил, наконец, и она облегчённо выдохнула. - И представляешь, я даже не ревную. Ты прости мои нападки.
- Перестань. Я не держу на тебя обиды, - и это правда.
- Ты же поможешь мне с детьми? - уточнила она. - Надеюсь, я ненадолго лягу в больницу…
- Конечно. Могла не просить, - только рада помочь.
- Но как быть с кормлением? Смесями не хочется пользоваться.
- Тут без вариантов.
- У нас соседка есть, - Салима воодушевилась, - через несколько домов живёт: её младшему ребёнку два с половиной года и я точно знаю, что она ещё кормит свою девочку грудью.
- Кто такая?
- Роза. Вот если бы она согласилась. И приходила бы на кормление… не бесплатно, разумеется… с деньгами в их семье туго…
«Да, знаю всё…» - лучше бы не знала. Выходит, она овдовела, когда младший ребёнок был совсем крохой.
- Роза… - эту женщину меньше всего хочется видеть, ведь неизменно буду думать, что мой мужчина любил её когда-то, но это касается малышки напрямую, а значит, придётся потерпеть. - Хорошо, я поняла тебя. Поговорю с ней.
- Позови, пожалуйста, мужа. Я готова ехать, хоть сейчас. Устала от этих болей…
- Правильное решение. Здоровье – главное.
…Я позвала Мансура. Потом сообщила всем новости и предупредила Амину, куда собираюсь. Она хотела сходить со мной. Но мне кажется, что сама должна сделать это, поэтому отказалась от сопровождения.
Сказать, что я разволновалась – ничего не сказать. Сердце начало отбивать сумасшедший ритм, стоило подойти к нужному дому.
Женщина развешивала бельё во дворе. И не замечала моего присутствия, как и взгляда, которым смотрела, изучая внимательно. Лишь когда она взяла тазик с земли и обернулась, увидела меня.
- Вы? - удивилась Роза.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте…
- Мы можем поговорить?
- Если речь о Руслане, то…
- Нет, - перебила её от дальнейших размышлений. - С просьбой и предложением пришла к вам.
Она нахмурилась.
- Проходите в дом.
Руслан
Как же я соскучился… словами не передать…
Неделя разлуки кажется вечностью, такое ощущение, будто прошло много месяцев, а не считанные дни пролетели. Разговоров по телефону мне не просто не хватает: каждый раз, когда созваниваемся с Машей, только больнее становится – это больше напоминает изощрённую пытку.
«Не обнять, не поцеловать, не вдохнуть аромат…».
И когда приеду? – неизвестно. Общением на расстоянии лишь дразним друг друга. Иногда думаю, что лучше не слышать её голос, не бередить душу невозможностью в данный момент прижать к своей груди, но совсем не звонить – тоже не могу. Все мысли занимает она, не было ни одной минуты, чтобы не думал о ней, представляя любимое лицо.
Одно радует – моя жена хорошо себя чувствует, в безопасности, а племянники не дают ей скучать.
«Скорей бы разрешилась ситуация» - хотя уже сейчас ясно: ничего быстро не будет… чтобы разрушить чью-то жизнь по всем пунктам – требуется немало времени…
…Дверь резко распахнулась. И в кабинет вошёл Кирилл.
Я ждал его почти час.
Он предложил: подъехать к нему в офис, а сам не спешил появляться. Меня так вовсе вооружённая охрана встретила и сопроводила, как будто собираюсь сбежать… Зачем вообще, спрашивается, в срочном порядке вызвал, если по факту после того разговора мы ещё не виделись и больше ничего не обсуждали.
Впрочем, я не бездействовал: аккуратно, не привлекая лишнего к себе внимания, прощупал почву, узнал, что происходит в кругу Самсонова. Поговорил с некоторыми ребятами, из бывшего подчинения, намекнул, якобы не прочь вернуться, а значит – Константин позвонит скоро, как только приедет из свадебного путешествия.
- Салам, - Кир протянул руку.
Я поднялся с кресла, приветствуя.
- Салам, - пожал его ладонь в ответ.
- Ты один… Где Полонский? - Кирилл нахмурил брови, от чего и без того неприятной наружности лицо выглядит более отталкивающим. Он тот самый случай, когда внешность соответствует образу жизни.
«Опасный тип…» - всё в нём указывает на это.
- У него неотложные дела возникли, - это не совсем так.
Мы с Альбертом решили: будет лучше, если он пока не станет открыто светиться, заявлять о себе. Мало ли… Не доверяю Кириллу, который везде успевает, играет за несколько команд одновременно, преследуя свои цели – и не скрывает этого.
- Ну да, ну да… дела-заботы… - вздохнул он, задумавшись. - В принципе, мне нужен ты. Очередь Альберта ещё не наступила – его роль будет главной.
- Давно пора поговорить, - я присел обратно.
- Смотрю, время не теряешь, - Кир устроился в кресле напротив.
- О чём ты? - видимо, уже что-то вынюхал. Да я не сомневался в том, что он никогда не терял меня из виду. И в курсе всех моих передвижений.
- Верная тактика: действовать изнутри. Диверсия – именно этот вариант хотел обсудить.
- Гарантии бы… - сейчас я связан по рукам и ногам.
- Самсонов не узнает о твоей жене – если ты об этом.
- Слова, слова… - просто ничего не значащие слова.
- Послушай, Рус: мне столько бабла отвалится по результату, что нет никакого резона подставлять тебя и гадить. Ты ведь забрал у него жену – значит, уже получил своё… И наши интересы не пересекаются.
Складно говорит. Мне, действительно, ничего не нужно. Всё, чего хочу – быстрее вернуться к Маше.
- Ладно, давай уже ближе к делу поговорим, - пока мало что услышал. Альберт, конечно, рассказывал, к кому обращался за помощью. И те люди, якобы тоже пострадали от рук Константина. В общем, желающих разобраться с ним хватает…
План есть, но требует тщательной доработки, каждый шаг должен быть продуман до мельчайших деталей.
- Для начала надо втереться к Самсонову в доверие, - Кир посмотрел долгим взглядом.
- Да без проблем, - даже не сомневаюсь: позовёт обратно работать, как только узнает, что я приехал. Конечно, я мог бы давно позвонить, но хочу, чтобы он сам пригласил меня. Набиваю себе цену – если можно так выразиться.
- Вот и хорошо. А дальше будем действовать по обстоятельствам. Необходимо добыть кое-какую информацию: схема отмывания денег, обналичка, откаты и прочее.
- Как ты понимаешь, к его бизнесу я не имел прямого отношения. Моей задаче было – обеспечение безопасности по всем пунктам, информационной в том числе. Не один, разумеется, этим занимался…
- Имел, не имел доступ – это не так важно. Главное: находиться рядом и не вызывать подозрений, с остальным разберёшься, это несложно. Что делать – тебе подскажут нужные люди.
- Скорее бы уже всё разрешилось… - как же бесит эта история. И отказаться никак, чтобы это не коснулось Маши.
- Не торопи события. Самое вкусное нас ждёт впереди, - он иначе смотрит на ситуацию. Есть ли у него семья? – не знаю, но судя по всему нет никого, кем дорожит и кого любит.
«Зато мне можно ставить условия, угрожать и шантажировать…» - и кроме как принять правила игры – выбора не остаётся.
- Кстати, а ты ещё не растерял спортивно-боевую подготовку? - неожиданно спросил Кир.
- К чему этот вопрос? - впрочем, уже догадываюсь, что скажет дальше.
- В выходные пройдут бои. Константин там будет присутствовать, - понятно, куда клонит.
- И ты хочешь, чтобы я участвовал? - мне только этого не хватало.
- Предлагаю, - мягко уточняет он. - А почему нет? Произведёшь фурор своим внезапным возвращением.
- Зачем такие сложности? Он сам позвонит в ближайшее время.
- Представляешь, как удивится Самсонов, когда тебя объявят на ринге. Будет эффектное появление.
- Я давно не тренировался, - бегаю по утрам да делаю комплекс упражнений – на этом всё. Для поддержания мышц в тонусе вполне достаточно.
- Побед от тебя не требуется. Просто выступишь.
- Так себе затея…
- Ты ничего не теряешь, - настаивает Кирилл. - И несколько дней в запасе у тебя есть на подготовку. Сходи в зал, вспомни навыки, дай почувствовать организму нагрузку. Внешне ты выглядишь в отличной физической форме.
Не разделяю его энтузиазма.
- Да ладно, Рус. Неужели, самому не хочется размять кулаки? Проверить свои силы? Доказать и показать молодняку, чего стоишь, что с возрастом ты стал матёрее и опаснее. Как говорится: опыт не пропьёшь.
- Нет, - мне это не нужно, и до уровня тех, кто живёт боями, я не дотягиваю сейчас. Возраст и прошлый опыт тут ни при чём, а вот постоянные тренировки имеют значение.
«Лучше бы я домой съездил, чем тратил время на бесполезное занятие…» - нет смысла себя истязать в тренажёрке, подготовиться не успею, только мышцы «забью», да так, что двигаться смогу с трудом.
А это значит, ничего не мешает отлучиться на три дня – легко. Да, так и поступлю.
Жалею о потерянной неделе... По факту, вся суета начнётся позже.
- Хорошо, согласен. Я приму участие. Только организуй договорной спарринг, чтобы победа была за мной. Если тебе нужно красивое зрелище – пусть будет.
- Точно. Отличная идея. Есть там у них один охреневший зазнавшийся боец – на место поставить нужно, так сказать «поправить корону»… - продолжает рассуждать Кир.
Но я уже его не слушал. Мыслями опять там, где ОНА.
«Сделаю сюрприз моей девочке».