Глава 40

Прятаться под кроватью глупо и бессмысленно. Сдаться?..

Я сжала зубы и сделала глубокий вдох носом, прикрыв глаза.

Давайте будем честны? Я далеко не юная девочка и понимаю, чего жаждет это тело. И это трудно игнорировать, особенно когда на тебя с таким вожделением смотрит привлекательный мужчина. Да, привлекательный! Чертовски сексуальный! Но вот душа у него… мягко скажем, с душком.

Но что лучше? Ждать, когда меня накроет словно мартовскую кошку и позволить над собой насмехаться, или обдуманно самостоятельно принять решение?

Я медленно встала из-за стола и направилась к окну, глядя на сад, где садовник методично подстригал кусты. Такой обыденный, нормальный вид ‒ и такая ненормальная ситуация.

В прошлой жизни мне приходилось иметь дело с подобными вещами, хоть и не в таких сказочных обстоятельствах. Мой бывший муж тоже имел склонность диктовать свои условия, особенно в постели. Я знаю, как это работает ‒ мужское желание, власть, контроль. Рэйв не уникален в этом смысле, просто… жестче.

Странно, но сейчас меня пугает не столько сам секс ‒ в конце концов, тело, в котором я нахожусь, уже знакомо с ним ‒ а то, что я могу потерять контроль. Над собой. Над своими эмоциями. Над своей волей.

Эта магия сантис, о которой говорил Рэйв… она пугает меня. Идея, что какая-то сила может заставить меня желать его против моей воли, подчинить моё сознание химии тела ‒ от этого холодеет кровь. И в то же время… где-то глубоко внутри трепещет что-то тёмное, жаркое, запретное.

Может, это просто нормальное женское желание? Я не ханжа и никогда ею не была. Секс ‒ это часть жизни, иногда прекрасная, иногда ‒ просто необходимость. Но сейчас речь идёт о чём-то большем.

Если я сопротивляюсь, он просто возьмёт силой ‒ и это будет унизительно, больно, страшно. И, боюсь, эта чёртова магия заставит меня наслаждаться даже насилием. От этой мысли к горлу подкатывает тошнота.

А если я сдамся заранее? Если приму это как неизбежное, попытаюсь найти в этом хоть какое-то удовольствие для себя? Может, так я сохраню хоть крупицу контроля? Может, смогу направить его страсть в более… ручное русло?

В конце концов, я уже в его власти. В этом доме, в этом теле, в этом мире. И если уж мне придётся отдаться ему ‒ а всё указывает на то, что придётся ‒ может, лучше сделать это на своих условиях? Насколько это возможно?

Но при мысли о его руках на моём теле, о его губах, о его… господи, даже в собственных мыслях я не могу заставить себя быть прямолинейной! При мысли о нём внутри меня ‒ меня бросает в жар, и я не могу понять, от страха это или от предвкушения.

Я не невинная девочка, чтобы бояться секса. Но, чёрт возьми, я никогда раньше не была с мужчиной, который буквально вчера пытался меня убить! И это пугает до чёртиков.

И всё же… всё же решение кажется очевидным. Лучше контролируемое падение, чем быть столкнутой в пропасть. Лучше самой определить правила игры, чем позволить ему диктовать их полностью.

Я кусаю губу и понимаю, что, кажется, только что решила уступить. Добровольно отдаться человеку, которого боюсь, но которого ‒ и это самое странное ‒ я начинаю хотеть. Действительно хотеть. И это не только магия сантис, я уверена. Это то, как он двигается, его голос, его глаза…

‒ Боже, я схожу с ума, ‒ шепчу я, прижимая горящий лоб к прохладному стеклу. Но решение уже принято.

Сегодня ночью я буду его. Но на моих условиях. Насколько это возможно.

И почему-то от этой мысли внутри разливается не только страх, но и странное, тревожное возбуждение.