Глава 49

Он притянул меня ближе, снова прижимая к своей груди. Я почувствовала его тепло всем телом, и предательская дрожь только усилилась.

— Не надо, — прошептала я, упираясь руками ему в грудь. Кожа под моими пальцами была горячей и гладкой.

— Надо, — его голос стал тверже. — Ты моя жена. Теперь — во всех смыслах. И император ждет результата.

Император. Ребенок. Будущее империи. Эти слова вернули меня к реальности, потушив искру непрошеной нежности. Он прав. Для него я — лишь средство для достижения цели. Сосуд. Инструмент.

— Сегодня ночью… это было необходимо, — я заставила себя говорить ровно, глядя куда-то ему в плечо. — Из-за магии, из-за приказа. Но больше этого не будет.

Он напрягся. Я почувствовала, как напряглись мышцы под моими ладонями.

— Что ты сказала? — в его голосе прорезались опасные нотки.

— Я сказала, — я подняла на него взгляд, стараясь выглядеть уверенной, — что больше не лягу с тобой. По крайней мере… пока не придет время.

— Время? — он нахмурился, явно не понимая.

— Мое женское время, — пояснила я, чувствуя, как снова краснею, но не отступая. — Месячные. Если магия Сантис так сильна, как ты говоришь, и гарантирует зачатие, то их не должно быть. Верно?

Я ожидала гнева, насмешки, угрозы. Но Рэйв смотрел на меня с каким-то странным, почти задумчивым выражением. Он молчал несколько долгих секунд, продолжая удерживать меня в объятиях.

— Ты хочешь это проверить? — спросил он наконец. Голос был спокойным, но в глазах мелькнул какой-то незнакомый огонек — то ли интерес, то ли вызов.

— Да, — твердо ответила я. — Я хочу знать. И пока я не узнаю, я буду спать у себя.

Его губы тронула откровенная, почти издевательская усмешка. Он покачал головой, словно слушал наивного ребенка.

— Три недели? — переспросил он с явной насмешкой в голосе. — Ты действительно думаешь, что продержишься так долго?

Я нахмурилась:

— Я должна попытаться.

— О, пытаться можешь сколько угодно, — он фыркнул, и в его глазах блеснул знакомый холодный огонек. — Но ты, кажется, забыла, о чем я тебе говорил. Магия Сантис — это не легкое влечение, которое можно перетерпеть. Это голод. И с каждым днем без… близости, он будет становиться сильнее. Гораздо сильнее. Неделя — вот твой максимум. А скорее всего, и того меньше. Ты сама приползешь в эту постель, умоляя меня взять тебя, еще до того, как поймешь, наступит твоё "время" или нет.

Его слова были как ушат холодной воды. Я вспомнила его фразу: «Еще ни одна смертница не подыхала у меня в ногах, умоляя ее поиметь». Значит, он не просто угрожал, он знал, о чем говорил. Этот "голод"… Неужели он действительно настолько силен? От этой мысли стало страшно, но отступать было поздно. Мое упрямство уже взяло верх.

— Посмотрим, — процедила я сквозь зубы, хотя уверенности в голосе поубавилось.

— Посмотрим, — эхом отозвался он, и в его голосе звучало откровенное предвкушение. Он явно собирался насладиться этим зрелищем — моей борьбой с магией и неизбежным поражением. — Ты действительно не Ригида, — пробормотал он снова, но теперь это звучало не восхищенно, а скорее констатирующе, с оттенком мрачного интереса. — Она бы не стала так глупо сопротивляться неизбежному.

Затем его лицо снова стало непроницаемым.

— Хорошо. Играй в свою игру, — он медленно разжал руку, освобождая меня. ‒ Доказывай свою теорию. Но запомни мои слова. Когда ты больше не сможешь терпеть, не нужно будет умолять. Просто ляг рядом.

Он отстранился, давая мне возможность встать.

— У тебя есть твоя… неделя, — добавил он с ударением, поднимаясь с кровати. Его обнаженное тело в утреннем свете выглядело как изваяние — сильное, идеальное и смертельно опасное. — А пока… можешь спать хоть на полу. Но из этой спальни ты не уйдешь.

Он подобрал с пола свою вчерашнюю одежду и направился в ванную, не оглядываясь. Дверь за ним закрылась.