Глава 70

Я проснулась от собственного стона, сорвавшегося с губ, когда пыталась перевернуться на другой бок. В комнате было непривычно тихо и пусто. Я медленно открыла глаза, и первое, что ощутила — это гулкую пустоту в кровати рядом. Рэйва не было.

Воспоминания о ночи нахлынули не мутной волной, как раньше, а серией ярких, почти болезненных вспышек. Его взгляд. Его слова. Его вес на мне. Ощущение полной, безоговорочной капитуляции. Я сжала простыни, чувствуя, как щеки заливает предательский румянец. Тело болело — сладкой, тянущей болью, которая была красноречивее любых слов.

Я заставила себя встать. Движения были медленными, немного скованными. Подойдя к зеркалу, я увидела на своей шее и ключицах темные отметины — следы его страсти, его собственности. Клеймо.

Приняв ванну и пытаясь смыть с себя не только остатки сна, но и слишком яркие воспоминания, я оделась в одно из новых платьев, которые успел доставить портной — простое, но элегантное, цвета утреннего тумана. Когда я спустилась вниз, в малой столовой меня уже ждал накрытый завтрак. Но за столом было пусто.

Леди Кларисс появилась, как только я села. Она выглядела свежее, чем вчера, но в уголках ее глаз все еще таилась тревога.

— Доброе утро, миледи, — она сделала легкий реверанс. — Надеюсь, вы хорошо отдохнули.

— Доброе утро, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Лорд Циано уже уехал?

— Да, миледи. Он отбыл на службу очень рано, еще до рассвета, — кивнула Кларисс. — Он велел ни в коем случае вас не будить. Сказал, чтобы вы как следует выспались после вчерашних… событий.

Я почувствовала, как краска снова бросается мне в лицо. События. Я была уверена, что он имел в виду не только похищение. Он имел в виду то, как почти до самого утра брал меня, снова и снова, властно и не жалея, словно пытался наверстать два года их фиктивного брака за одну ночь.

Чтобы скрыть свое смущение, я взяла чашку с чаем.

— Леди Кларисс, — я сделала глоток, пытаясь собраться с мыслями. — Есть какие-нибудь новости? Что-нибудь известно о… вчерашнем?

— О, да, миледи! — лицо управляющей тут же стало серьезным, она понизила голос. — Весь город гудит! Вы не поверите! Говорят, вчера ночью император явил истинное чудо! Заговорщики против империи напали на целую деревню у реки, вырезали всех жителей до единого. Это был ужас, настоящая бойня! Но его величество лично прибыл на место и… снизвал небесную благодать!

Она сделала паузу, ее глаза блестели от благоговейного трепета.

— Он вернул всех к жизни, миледи! Всех! Представляете? Восстановил их дома из пепла. Это доказательство его божественной силы! Теперь никто не посмеет сомневаться в его власти.

Я молча слушала, а внутри все холодело. Я-то знала, как именно происходило это «чудо».

— А… что-нибудь еще? — спросила я осторожно.

Леди Кларисс на мгновение замялась, ее взгляд стал еще более осторожным. Она подошла ближе.

— Есть еще кое-что, миледи, — прошептала она. — Но это пока лишь слухи… Говорят, ночью была арестована леди Блаквутер.

Я удивленно вскинула брови. Саена? Арестована?

— За что?

— Точно никто не знает, — Кларисс говорила почти беззвучно. — Но ее уличили в причастности к этому же заговору. Говорят, один из пойманных нападавших дал показания. Подробностей нет, все держится в строжайшей тайне. Я… я надеюсь сегодня вечером спросить у милорда, когда он вернется. Возможно, он что-то расскажет.

Новость об аресте Саены ошеломила меня. Она казалась мне просто ревнивой, злобной и высокомерной, но чтобы быть частью заговора, связанного с массовым убийством… Неужели ее ненависть ко мне была настолько сильна, что она была готова на такое? Или ее мотивы были глубже, сложнее?

После обеда, который я снова провела в гнетущем одиночестве, я невольно потянулась туда, где было хоть какое-то подобие жизни и тепла. В оранжерею.

Здесь, под стеклянной крышей, в влажном, пахнущем землей и экзотическими цветами воздухе, можно было на время отвлечься от тяжелых мыслей. Я медленно бродила между рядами растений, касаясь пальцами бархатистых листьев и вдыхая сладкие ароматы. Я намеренно обходила стороной тот угол, где рос смертоносный ночной аконит, предпочитая любоваться безобидными, но не менее прекрасными лунными колокольчиками. Их нежное серебристо-синее свечение успокаивало.

Я была так поглощена своими мыслями, перебирая в голове события прошлой ночи, что не сразу услышала тихий шорох за спиной. Обернувшись, я увидела человека в строгой, темно-серой форме императорской гвардии. Он стоял у входа, и его появление здесь, в этом уединенном уголке, было неожиданным и тревожным.

— Леди Циано, — его голос был ровным, безликим, как отшлифованный камень.

Я выпрямилась, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

— Да?

Гвардеец сделал шаг вперед и протянул мне небольшой, туго свернутый свиток, перевязанный золотой нитью и скрепленный личной печатью императора.

— Послание от его императорского величества.

Мои пальцы дрожали, когда я брала свиток. Я сломала печать и развернула дорогую, хрустящую бумагу. Текст был коротким, написанным изящным, властным почерком.

«Леди Циано, ожидаю вас во дворце в течение часа. Обстоятельства не терпят отлагательств».

И ниже, другим, более резким росчерком, было приписано одно-единственное слово.

«Одна».

Одна. Не брать с собой супруга. Я снова и снова перечитывала это слово, и его смысл давил на меня всей своей тяжестью.

— Его величество… он знает, что лорда Циано нет в городе? — спросила я, пытаясь, чтобы голос не дрожал.

— Его величеству известно все, что ему надлежит знать, — последовал холодный, безупречно вежливый ответ.

Выбора не было. Проигнорировать такой приказ было немыслимо.

— Я готова, — сказала я, и мой собственный голос показался мне чужим.

Когда мы вышли из оранжереи, в коридоре нас уже ждала леди Кларисс. Ее лицо было встревоженным, она явно видела гвардейца из окна или была предупреждена.

— Миледи? — она вопросительно посмотрела на меня, затем с опаской на моего молчаливого спутника.

— Его величество желает видеть меня во дворце, — я постаралась говорить как можно спокойнее, хотя сердце колотилось где-то в горле.

Леди Кларисс побледнела, но кивнула, принимая новость.

— Я распоряжусь подготовить вашу карету и сопровождение…

— В этом нет нужды, — прервал ее гвардеец. — Транспорт предоставлен. И сопровождение тоже. Леди поедет одна.

В глазах управляющей мелькнул страх. Она хотела что-то возразить, но одного взгляда гвардейца оказалось достаточно, чтобы она замолчала и лишь почтительно склонила голову.

У парадного входа, рядом с которым застыл бледный как полотно дворецкий, уже стояла карета. Черная, без гербов и опознавательных знаков, запряженная парой вороных лошадей. Она выглядела зловеще на фоне солнечного дня.

Гвардеец открыл дверцу и жестом пригласил меня внутрь. Леди Кларисс сделала шаг ко мне, ее губы шевельнулись, словно она хотела что-то сказать, дать какой-то совет, но так и не решилась.

Я шагнула в темный, обитый бархатом салон. Когда дверь за мной захлопнулась, отрезая меня от особняка и от единственных людей, к которым я успела хоть немного привыкнуть, я поняла, что снова осталась совершенно одна перед лицом неизвестности.