Глава 20

Представление нареченных планировали провести в большой гостиной на первом этаже корпуса. Ради этого в одном конце комнаты установили невысокий постамент, где должны были сидеть в креслах члены династии Вирмаон, ниже, вдоль стен – диваны для приближенных, а в противоположном конце комнаты расставили для нас десять стульев с обивкой соответствующих покоям и нарядам цветов. Нам следовало выйти в центр гостиной, сделать реверанс и рассказать о себе. Лиида Ферда собиралась вызывать нас по очереди, в том порядке, как располагались наши комнаты. Первыми должны были выступать девушки, живущие на втором этаже, затем – на третьем. К счастью, я шла в самом конце, поэтому могла посмотреть представление всех претенденток и сделать хоть какие-то выводы. Все нареченные изрядно нервничали. Я тоже поддалась всеобщему волнению. Ледяные пальцы подрагивали, по спине медленно стекала струйка пота, меня мучила жажда, но на поиски Норы уже не осталось времени. Не то чтобы я мечтала произвести неизгладимое впечатление на принца, но мне хотелось оправдать доверие преподавателей, приложивших столько усилий. Я теперь умела делать реверанс наравне с другими девушками, но нам было еще далеко до Ольги. Она считалась среди нас эталоном грации и даже удостоилась похвалы ланы Стрикт. Управляющий лан Горт пригласил нас в большую гостиную, мы расселись и принялись поправлять платья. Нора подобрала для меня наряд цвета молодой листвы с поясом под грудью и слегка расклешенной юбкой, собрала волосы в корзиночку на макушке, а часть локонов оставила струиться по спине. – Сколько нам еще ждать? – пропыхтела рядом со мной Кайли. – Эти шмотки – сущее наказание. А прическа вообще отстой. Австралийка выглядела на редкость мило в бледно-желтом платье по фигуре и с завитками густых волос вокруг симпатичного личика. Серые глаза так и сверкали. – Тебе очень идет этот наряд! – воскликнула Ольга, взбивая воздушные оборки своего туалета. – Да я, как кукла Барби! – возмутилась Кайли. – Ненавижу юбки. И почему мы должны носить именно их? Рядом с нами хмыкнула американка Джейн в насыщенно-фиолетовом роскошном платье, явно больше подходящем для вечернего приема во дворце, чем для утренней беседы в гостиной корпуса нареченных. – Вот когда тебя выкинут после первого испытания, тогда ты сможешь всю жизнь ходить в штанах на нижнем уровне, – заметила она. – Умолкни, – огрызнулась Кайли. – Здесь тебе не Техас. Бабки папочки-нефтяника не помогут избалованной дочурке выскочить за сосунка королевских кровей. Придется самой попотеть. С удовольствием посмотрю, как ты срежешься на каком-нибудь этапе. – Ты самая неуклюжая из нас, – влезла рыжеволосая немка, разряженная в не менее внушительный ярко-синий наряд, чем американка. – Думаешь, тебе светит что-то большее, чем нижний уровень? – Тише, девочки, – попыталась угомонить их японка Казуки, одетая в скромное серебристое платье. – Лиида Ферда уже косо на вас смотрит. – Тебе-то что, – фыркнула Кайли. – Тоже мне, самая правильная выискалась. Если нравится лебезить перед этой толстухой, сиди и помалкивай. Японка изобразила непроницаемое выражение лица и с достоинством отвернулась. До переноса она работала учительницей средних классов и теперь время от времени делала нам замечания. Но, насколько я успела узнать австралийку, та не терпела никаких ограничений своей свободы и с трудом переносила условия отбора. Зато Ольга приспособилась на удивление быстро. Казалось, ей все здесь нравится, и она рождена, чтобы жить во дворце и соблюдать все эти бесконечные правила. – Внимание! – вышла на середину комнаты лиида Ферда. – Еще раз напоминаю, вы должны неукоснительно следовать оговоренному порядку и все делать четко, как на репетиции. Не вздумайте показать свои жуткие иномирные манеры! Это будет ваш провал. Ее величество не потерпит невежд! – Достала, – буркнула себе под нос Кайли и со скучающим видом уставилась в занавешенное полупрозрачными шторами окно. Лиида Ферда еще раз все перепроверила, убедилась, что мы все на месте и прилично выглядим, в сто пятый раз повторила уже зазубренные нами наставления и заняла свое место у высокого круглого столика на тонкой ножке перед одним из окон. Ей предстояло оглашать имена нареченных и следить за очередностью наших выступлений. В гостиную вошел камердинер королевы, лан Ховар, и объявил: – Приближенные ее величества королевы Магды. Места с правой и с левой стороны от постамента заполнили дамы в изысканных светлых нарядах и кавалеры во фраках серых тонов. Лан Ховал одернул коричневый форменный сюртук, прочистил горло и громко произнес: – Ее величество королева Магда и его высочество принц-консорт Роджер! Придворные и нареченные одновременно поднялись. Членов правящей династии полагалось приветствовать стоя. Лакей распахнул двери, и в гостиную твердой поступью зашла небольшого роста женщина лет пятидесяти под руку с седым широкоплечим высоким мужчиной. Королева и ее супруг смотрелись, как два чужих друг другу человека, по чистой случайности оказавшихся в одно время и в одном месте. Они не обменивались взглядами, не перешептывались, не соприкасались, если не брать в расчет едва уловимое касание кончиков пальцев королевы к локтю ее мужа. Чинно поднялись на постамент и опустились в кресла с высокими спинками, инкрустированными драгоценными камнями. – Его высочество принц Рикман, – продолжал камердинер. Кресло по правую руку от королевы занял высокий молодой мужчина со светлыми короткими волосами, чуть тронутыми рыжиной. Я отметила, что он больше похож на отца, чем на мать. Сидящие чуть дальше от меня испанка и итальянка начали шептаться, за что тут же удостоились гневного взгляда лииды Ферды. – Его высочество принц Лиам. Младший из близнецов тоже отличался внушительным ростом, но был стройнее и уже в плечах, чем старший брат, его чуть удлиненные волосы хранили чистый пшеничный оттенок. При появлении младшего принца Ольга шумно выдохнула, и ее пальцы стиснули оборки лавандового платья. – Ее высочество принцесса Карейн. В гостиную вплыла очаровательная девушка с темно-каштановыми волосами, как у матери, и такими же синими глазами. Она села рядом с принцем Рикманом и обвела собравшихся надменным оценивающим взглядом. – Лиида Делма Вирмаон и лид Кинай, – закончил лан Ховар. У меня внутри все заледенело. Девонир здесь! Но почему? Мне и в голову не пришло, что он может быть на представлении нареченных. Помощник главного колдуна провел на постамент бледную истощенную даму с грустными глазами и усадил в кресло позади принцессы. Я уже видела ее в день прибытия на отбор, она делала записи о нареченных в большой книге. Девонир поклонился кузине королевы и занял место за спиной ее величества. Потрясающе! Этот мерзавец настолько близок к трону, что буквально сидит за ним, а не с остальными придворными. Как же я влипла! Королева начала длинную и пространную речь о том, как она рада приветствовать нас на отборе, какие надежды возлагает и так далее. Со второй фразы я уже не слушала. Меня больше волновал один колдун, чей взгляд я чувствовала каждой клеточкой тела, словно он ладонью скользил по моим рукам, затянутым в высокие перчатки, плечам, шее, груди. Так хватит! Он меня не запугает! Стоило так подумать, как наваждение спало, и я смогла свободно дышать. Оказалось, что у меня на лбу выступила испарина, а сердце бешено колотилось. Черт! Что он творит? Неужели применил ко мне магию? Но ведь колдовство не действует на иномирянок, разве что духи на это способны. Или у Девонира и на это есть козырь в рукаве? Пока я боролась со своими ощущениями, принц Рикман успел что-то сказать, но суть для меня осталась за кадром. Началось представление нареченных. Слова девушек я знала от и до: после нескончаемых репетиций все запомнила назубок. Теперь же меня больше интересовала реакция королевской семьи. Принц-консорт Роджер сидел с отсутствующим видом и лишь притворялся, что участвует в мероприятии. Взгляд королевы оставался покрытым коркой льда, и ничего понять по нему не удалось бы даже гению психологии и физиогномики. Ее величество оказалась невероятно скупой на жесты и мимику. Зато ее дети с лихвой это восполняли. Принцесса без конца морщила нос, хотя старалась себя контролировать и время от времени прикрывала лицо веером, делая вид, что обмахивается из-за духоты, хотя в гостиной заранее заговорили стены, жарой тут и не пахло. Принц Лиам витал в своих мыслях, его голубые глаза казались подернутыми дымкой фантазий, далеких от происходящего в гостиной. Но стоило Ольге выйти в центр комнаты и начать говорить, как он переменился в лице, побледнел, потом покраснел, а затем и вовсе ушел в себя, и весь остаток официальной части мероприятия сидел, глядя в одну точку перед собой. Его высочество Рикман, в отличие от брата и сестры, принимал самое живое участие в представлении нареченных. Он внимательно слушал девушек, с интересом разглядывал, благосклонно кивал и доброжелательно улыбался. Мне показалось, что больше всего его впечатлили выступления испанки, итальянки, бразильянки, индианки и японки. По крайней мере, именно при взгляде на них его синие глаза вспыхивали особым предвкушающим блеском. Возможно, это было связано с тем, что девушек с похожей внешностью в Дираме попросту не было, а, может, имелась и другая причина. Стоило мне выйти в центр комнаты, как я опять ощутила «прикосновения» Девонира. Он усилил напор, уже не стесняясь в выборе, а целясь в самые интимные места. Меня начала колотить нервная дрожь. Приличный реверанс я так и не смогла изобразить, сделав лишь жалкое подобие кривого приседания вразвалочку. Все силы уходили на то, чтобы держать себя в руках и выдавливать заученные слова. Мой голос то и дело срывался, а фразы вылетали с запинкой. Наконец я завершила выступление. Такого облегчения я давно не испытывала. Девонир все еще продолжал меня «тискать», но теперь я могла сосредоточиться не на представлении, а на отвратительном колдуне. Найдя его взглядом, я собрала весь накопившийся гнев и отвращение, представила, что закрываю их в пылающую моим внутренним огоньком сферу, и метнула ее в Девонира со всем отчаянием, на какое была способна. Колдун сдавленно вскрикнул, и этот звук омыл мою истерзанную душу целебным бальзамом. Торжествующую улыбку я так и не смогла сдержать, хотя, если честно, и не особенно пыталась. – Благодарю, что выслушали меня, – непринужденно проговорила я и сделала самый изящный реверанс из всех, какие мне до этого удавались. Брови принца Рикмана взметнулись вверх, во взгляде мелькнули удивление и даже восхищение, а потом он явно что-то сопоставил в голове и с подозрением покосился на Девонира. Но меня это уже не волновало. Я развернулась и с идеально прямой спиной прошла на свое место. Пусть мое выступление и провалилось, зато колдун получил по заслугам, и ради одного этого стоило вытерпеть этакую пытку. После официальной части королева и принц-консорт покинули корпус нареченных. Девонир и лиида Вирмаон тоже ушли, а все остальные остались, чтобы поближе познакомиться с нареченными. Лакеи установили в гостиной столы и предложили присутствующим игристое вино и легкие закуски. Принц Рикман пересел на диван и принялся болтать с претендентками, но я чувствовала себя настолько опустошенной, что сил на общение не осталось. С каждой минутой мне становилось все хуже и хуже: перед глазами плыло, по телу разливался жар. Я нашла лииду Ферду и предупредила, что плохо себя чувствую и вынуждена уйти в свою комнату. Сначала она состроила возмущенное лицо, но потом, видимо, что-то заметила и отпустила меня без лишних нотаций. Едва я доплелась до зеленых покоев и ввалилась в гостиную, как почувствовала приступ тошноты. Меня накрыла дикая слабость, и я не стала с ней бороться. Уселась в ближайшее кресло, закрыла глаза и отключилась.