105

Я совершенно не понимала, что происходит. Норд шел все быстрее, словно чуял какую-то опасность, и мне приходилось практически бежать, чтобы не отстать.

– Я так быстро выдохнусь, – выдавила я, чувствуя, как начинает колоть в боку. Влажное от душного воздуха платье липло к телу, мешая двигаться.

– Нельзя останавливаться, – отрезал он.

И тут я услышала это – странный звук позади нас. Не то рычащий писк, не то скрип, от которого волосы на затылке встали дыбом. Сердце, и без того колотившееся от быстрой ходьбы, заполошно забилось где-то в горле.

– Что это было? – прошептала я, боясь обернуться.

– В Черных лесах водится много всякого, – уклончиво ответил Норд. – Точно сказать не могу.

Почему-то от этой неопределенности стало только страшнее. Если даже он не может точно сказать, что за нами движется, значит, оно действительно опасно.

Я старалась не отставать, но через несколько минут зацепилась за сухую ветку. Острый сук царапнул ладонь, и я вскрикнула от неожиданной боли.

Норд мгновенно остановился, схватил мою руку и внимательно осмотрел царапину, из которой уже проступила кровь. Без лишних слов оторвал лоскут от своей рубашки – там, где ткань еще оставалась чистой – и быстро перевязал рану.

– В рану ничего не должно попасть, – пояснил он, затягивая узел. – Иначе может быть сильное воспаление.

Я судорожно сглотнула, представив самое страшное. В голову тут же полезли сцены из фильмов ужасов – споры неизвестных грибов, проникающие через ранку, превращающие людей в зомби микроорганизмы, паразиты, использующие человеческое тело как инкубатор... В этом чужом мире могло существовать что угодно, и я совершенно не хотела проверять, какие именно опасности таит в себе местная флора.

Глядя, как он сосредоточенно заканчивает перевязку, я вдруг поймала себя на странной мысли – сейчас он мне нравится. Когда не говорит гадости, когда просто заботится и защищает, он очень даже симпатичный. Приятный даже.

Норд, словно почувствовав мой взгляд, поднял голову. Его синие глаза сверкнули насмешкой – будто точно знал, о чем я думаю. Но комментировать не стал, просто взял меня за руку, и мы двинулись дальше.

Время тянулось бесконечно медленно. От усталости ноги уже подкашивались, а влажный тяжелый воздух, казалось, высасывал последние силы. Каждый вдох давался с трудом – словно я пыталась дышать через мокрое одеяло.

Наконец мы взобрались на небольшую горку, и я увидела впереди озерцо. Вода тускло поблескивала в просвете между деревьями, обещая хоть какую-то передышку.

– Еще немного, – подбодрил Норд. – Сделаем короткий привал.

И именно в этот момент позади раздалось рычание – низкое, утробное, от которого все внутри заледенело. Такой звук не мог издавать ни один нормальный зверь.

В отличие от меня, Норд среагировал мгновенно. Одним движением притянул к себе, закрывая своим телом, и я почувствовала, как напряглись его мышцы. Сквозь ткань рубашки ощущалось, какой горячей была его кожа – особенно по контрасту с холодным потом, выступившим у меня на спине.

– Не шевелись, – едва слышно выдохнул он мне в макушку.

Я и не собиралась – от страха ноги словно приросли к земле. За спиной снова раздалось рычание, теперь ближе, и влажная листва зашуршала под чьими-то тяжелыми шагами. Или лапами? Сердце колотилось так громко, что казалось, его стук слышен на весь лес.

Рука Норда скользнула куда-то вниз, и я услышала тихий звон металла – он явно вытащил какое-то оружие. Мне отчаянно хотелось обернуться, увидеть, что там за нами крадется, но инстинкт самосохранения кричал, что лучше этого не делать.

Шаги приближались. Что-то заскребло по коре дерева – судя по звуку, когти были размером с мой палец. В воздухе повис тяжелый запах – смесь тухлятины и мокрой псины. К горлу подкатила тошнота, но я сдержалась, вцепившись в рубашку Норда.