116

Я ничего не ответила, потому что это был не вопрос. Просто наблюдала, как Норд поднимается на ноги, немного шатаясь, но упрямо выпрямляя спину, несмотря на свежие рубцы. Его бледное лицо покрылось испариной, но взгляд оставался твердым.

‒ Нам нужно идти, ‒ сказал он, делая первый шаг вперед.

Я подскочила к нему, готовая подставить плечо, если его ноги вдруг подкосятся, но он только скупо улыбнулся и покачал головой:

‒ Я справлюсь сам.

«Упрямый, как медоед», ‒ снова подумала я, вспоминая видео из интернета, где маленький зверек отбивался от целой стаи львов и в итоге прогнал их всех. В его движениях сквозила та же неуступчивость и странное пренебрежение к собственным ранам. Подобное упрямство одновременно восхищало и бесило.

Двигались мы на удивление быстро, учитывая состояние Норда. Грагуол не обманул ‒ Иштгольд действительно оказался недалеко. Уже через час лес начал редеть, а вскоре мы вышли на знакомую дорогу, ведущую к замку. Каменные стены появились за поворотом, будто выросли из-под земли, и у меня внутри что-то екнуло. Странно, но я была почти рада снова увидеть этот полуразрушенный замок. За такое короткое время он успел стать чем-то вроде дома.

Мы миновали главные ворота, и я уже собиралась выдохнуть с облегчением, как вдруг услышала крики со стороны сада. Резкие, отчаянные, перемежающиеся рыданиями.

‒ Что там происходит? ‒ я ускорила шаг, но Норд не отставал, несмотря на раны.

То, что мы увидели, заставило меня замереть на месте. Рина, одна из служанок, привязанная к дереву, с оголенной спиной, все в слезах. Лорана у крыльца, держащаяся за живот, что-то кричащая. И Грег, ее муж и садовник, с ремнем в руках, только что нанесший удар по нежной коже служанки.

Я не помню, как сорвалась с места ‒ словно тело само понесло меня к этой жуткой сцене. Но не успела я сделать и десяти шагов, как Норд схватил меня за предплечье, удерживая на месте.

‒ Не вмешивайся, ‒ его голос был тихим, но твердым. ‒ Тебя это не касается.

Я резко обернулась к нему, ощущая, как закипает кровь:

‒ Никто не имеет права бить женщину, что бы она ни сотворила!

Норд неожиданно усмехнулся, и я уже открыла рот, чтобы высказать все, что думаю о его неуместном веселье, но в этот момент воздух разрезал свист ремня и новый крик Рины. Я вздрогнула всем телом, словно удар пришелся по мне.

Рванувшись из хватки Норда, я понеслась к дереву:

‒ Стой! Немедленно остановись!

Грег уже замахнулся для нового удара, но я успела встать между ним и Риной. В его глазах плескалась такая ярость, что на мгновение я испугалась. Они были налиты кровью и смотрели сквозь меня, словно я была невидимкой.

‒ Опусти ремень, ‒ мой голос дрожал, но я старалась говорить твердо. ‒ Сейчас же.

‒ Не лезьте, ваше высочество, ‒ прохрипел он, все еще держа ремень наготове. ‒ Дайте мне право наказать ту, что едва не убила мою жену!

‒ У тебя нет права наказывать ее, ‒ я выпрямилась, словно это могло придать мне больше авторитета. ‒ Я сама разберусь в ситуации, когда все успокоятся и расскажут мне, что произошло.

Грег не опускал ремня, и секунду я думала, что он ударит и меня, но тут за моей спиной раздался отчаянный голос Рины:

‒ Госпожа, пощадите! Я ничего не делала! Меня оклеветали!

Я не оборачивалась, продолжая смотреть на Грега:

‒ Отвяжи ее. Немедленно. И все возвращаемся в замок. Я слишком устала и слишком зла, чтобы сейчас что-то решать.

Садовник моргнул, словно только сейчас по-настоящему увидел меня ‒ растрепанную, в окровавленной рубашке Норда поверх изодранного платья. Ремень выпал из его руки.

‒ Ваше высочество, что произошло? ‒ его голос внезапно стал обеспокоенным.

Я только покачала головой и направилась к Лоране, которая все еще стояла у крыльца, прижимая руки к животу. Она выглядела бледной, но на первый взгляд серьезных повреждений не было.

‒ Ты в порядке? ‒ спросила я, подходя ближе.

Она кивнула, но тут же сморщилась от боли:

‒ Эта дрянь подсыпала мне что-то в травяной чай, поэтому я не сразу почувствовала постороннюю ноту в напитке. Меня уже час мутит.

В этот момент двери замка распахнулись, и на крыльцо высыпали остальные служанки во главе с Эммой. Все они выглядели взволнованными, а когда увидели нас с Нордом, то просто застыли с ужасом на лицах.

‒ Святые небеса! ‒ воскликнула Эмма, бросаясь к нам. ‒ Что случилось? Где вы были? На вас напали?

Я не успела ответить ‒ Эмма уже раздавала указания:

‒ Гильда, немедленно готовь ванну для ее высочества! Дора, на кухню ‒ еду и горячее вино! Лорана, детка, тебе нужно прилечь. Ваше высочество, ‒ она повернулась к Норду, ‒ вам тоже нужен отдых и уход.

Норд коротко кивнул, но его взгляд был прикован к Рине, которую Грег уже отвязал от дерева. Она рыдала, пытаясь прикрыть обнаженную спину.

‒ Эмма, ‒ сказала я тихо, ‒ нам нужно поговорить. Но сначала я должна узнать, что здесь произошло.

Экономка кивнула и понизила голос:

‒ Рина якобы решила отравить Лорану. Грег нашел у нее в карманах толченую давигавку. Служанки говорят, она хотела избавиться от… ‒ Эмма замялась и ее взгляд метнулся к садовнику, ‒ конкурентки.