121

Да во всем, мать вашу!

‒ Тебе бы следовало быть повежливее с той, в чьих руках твоя жизнь, ‒ мой голос звучал спокойно, но с нотками стали. ‒ Я пытаюсь разобраться справедливо, а ты мне не помогаешь.

Рина поджала губы и некоторое время молчала, словно взвешивая свои шансы. Наконец она заговорила, тише и уже без прежнего запала:

‒ Я никого не травила, ‒ сказала она, глядя в сторону. ‒ Понятия не имею, как отрава оказалась у меня в кармане.

‒ Ты заваривала чай для Лораны?

‒ Да, но я ничего туда не подсыпала!

‒ А почему Грег решил обыскать именно тебя?

Она замялась, и я заметила, как менялось выражение её лица.

‒ Потому что он... ‒ она запнулась, явно подбирая слова. ‒ Потому что он знал, что я была на кухне.

‒ А ещё кто был на кухне в то время?

‒ Никого, только я, ‒ она закусила губу, слишком поздно поняв свою ошибку.

‒ То есть, кроме тебя, никто не мог подсыпать яд в чай?

‒ Нет! То есть, да... то есть, ‒ Рина запуталась и раздражённо махнула рукой. ‒ Я не знаю! Может быть, сама Лорана это сделала! Она же травница, постоянно возится с какими-то зельями!

‒ Зачем Лоране травить саму себя? ‒ я приподняла бровь. ‒ И зачем подбрасывать улики тебе в карман?

‒ Чтобы избавиться от меня! ‒ выпалила Рина, и её щёки порозовели от гнева. ‒ Она же видела, как Грег ко мне относится! Она бы всё сделала, чтобы я исчезла из замка!

Так особое отношение или отеческие чувства, как сказал Грег? Занятно видеть ситуацию глазами обоих.

‒ Но если ты не виновата, почему у тебя нашли давигавку? ‒ спросила я прямо.

‒ Кто-то подбросил! ‒ воскликнула она. ‒ Может, сама Лорана!

‒ Зачем Лоране подбрасывать тебе яд, а потом травить себя?

‒ Чтобы от меня избавиться, я же говорю! ‒ Рина почти кричала. ‒ Она всегда меня ненавидела. Думает, что я хочу увести её мужа.

‒ А это правда?

Рина запнулась.

‒ Что правда?

‒ Что ты хочешь увести её мужа.

‒ Это... это не ваше дело, ‒ она отвела взгляд. ‒ Грег хороший человек, заслуживает лучшего.

‒ Так ты признаёшь, что пыталась привлечь его внимание?

‒ Я этого не говорила! ‒ Рина нахмурилась. ‒ Не вкладывайте мне в уста свои слова.

Хотелось уже поморщится. Я была уверена, что могу ее дожать.

‒ Хорошо, ‒ я сменила тактику. ‒ Расскажи, как всё было вчера. Ты заваривала чай для Лораны?

‒ Да, заваривала, но не травила его! ‒ она подняла подбородок. ‒ Я просто отнесла ей чай, как обычно.

‒ А как давигавка оказалась в твоём кармане?

‒ Я же сказала ‒ не знаю! Может, Лорана сама её туда подложила, когда я отвернулась.

‒ Когда именно это могло произойти?

Рина задумалась, хмуря брови.

‒ Может, когда я ставила поднос. Или... ‒ она осеклась. ‒ Да какая разница! Я этого не делала!

‒ Странно, ‒ я покачала головой. ‒ Если бы Лорана хотела тебя подставить, почему она выпила отравленный чай? И как она могла положить тебе в карман давигавку, если уже была отравлена?

‒ Я не знаю! ‒ Рина всплеснула руками. ‒ Может, она не рассчитала дозу. Или... или кто-то ещё это сделал.

‒ Кто именно? Назови имя.

Рина смотрела в пол, молча перебирая пальцами складки платья.

‒ Ты сказала Грегу, что лучше бы его жены никогда не было, ‒ напомнила я. ‒ Почему ты так сказала?

‒ Я не это имела в виду, ‒ пробормотала она. ‒ Он всё неправильно понял.

‒ А что именно ты имела в виду?

Она подняла на меня злой взгляд:

‒ Что если бы не она, ему было бы лучше!

‒ Лучше с кем? С тобой?

Рина промолчала, но её глаза горели.